Прикоснись ко мне, Док

Глава 29

Джемма

Правило #29: Украшения к праздникам — в разумных пределах.

Дом Рут и Кэла был виден с того места, где он был построен, на склоне поросшего соснами горного холма. Даже в темноте было видно, что это красивое жилище — что-то вроде фешенебельного домика на дереве, с широкими балконами, огибающими стволы, со строением, спускающимся вниз по склону, и множеством дерева и металла, придававших дому деревенский шарм. Я легко могла представить, как Кэл влюбился в этот дом за его силу и брутальность, но была уверена: это Рут добавила мягкости и уюта. Поднимаясь по длинным лестницам к высокой деревянной дорожке, я заметила горшки с цветами и растениями, уже увядающими, но всё равно напоминавшими о хозяйке.

Я пыталась позвонить, но Рут не брала трубку. И, честно говоря, у меня не было сил делать что-то ещё, кроме как вытащить себя из кафе, где я просидела последние пару часов, и прийти сюда. Нокс только подтвердил мои худшие опасения.

Я знала, что он не хотел причинить мне боль. Но он не доверился мне. И это было больно. Я не хотела быть кем-то меньшим. Я не хотела быть инструментом в чьей-то игре, особенно в плане мести его матери. И вряд ли можно было назвать безосновательными мои чувства.

Но я ненавидела уходить. Я уже скучала по нему. Подняв дорожную сумку повыше на плечо, я ощущала, что понятия не имею, что теперь делать. Я не могла жить с Ноксом после всего. И уж точно не собиралась притворяться, что выхожу за него замуж, когда все прекрасно знали, что это пустая фикция.

Я была глупа, что не увидела этого раньше.

Поднялась к двери, мимо фонариков на солнечных батареях, освещавших осенний венок и груду тыкв сбоку. Улыбнулась: наверняка это Рут уговорила Кэла поехать за тыквами, и тот с радостью поддержал. Эти двое были отвратительно милыми. Я подняла руку, чтобы постучать, но заметила, что дверь чуть приоткрыта.

Сердце сжалось. Я толкнула её, осторожно заглянула внутрь. Что-то случилось? Разве это не значит обычно, что дом ограблен? Голос застрял в горле, я осторожно ступила в тёмный холл. Сзади мягко светили фонарики, а впереди переливался голубой свет, и я кралась бесшумно, чувствуя, как сердце бьётся в бешеном ритме.

— Рут? — прошептала я. Зачем шепчу? Может, они не дома и просто забыли закрыть дверь.

Но это было не похоже на Рут. Она никогда бы не забыла. Уже по-настоящему встревоженная, я прошла дальше, к лестнице, ведущей вниз в гостиную, погружённую в тени, освещённую лишь приглушённым светом уличных фонарей с террасы. В коридоре послышалось шуршание, и я застыла, вцепившись в пальто. Что-то было не так.

Вдруг вспыхнул свет, и я вздрогнула.

— Э-эй? — выдавила я.

Свет осветил что-то блестящее на полу, и я наклонилась, чтобы рассмотреть. Из груди вырвался сдавленный вздох. Кровь. Лужа крови, тянущаяся полосами вдоль коридора, будто кого-то волоком тащили по лакированному полу.

Дыша часто и рвано, я дрожащими руками вытащила телефон, пытаясь его разблокировать. И тут раздался крик. Звонкий, пронзительный, от которого у меня подкосились колени. Топот ног донёсся из коридора, и я, будто не владея телом, закричала сама, пятясь назад, карабкаясь по ступеням, пока не упала на верхней площадке.

Рут вылетела из коридора, голая, в меховых наручниках, с красными следами на шее, груди, животе и ногах. Она кричала и смеялась одновременно, а за ней выскочил голый мужчина в маске Джейсона с огромным ножом в руке. Рут снова завизжала и рухнула от смеха, когда он догнал её, повалил на пол и зажал руки над головой.

— Попалась, красавица, — прорычал он из-под маски.

Рут билась в притворных муках, захлёбываясь хохотом.

— Нет! Пощади!

Я осела, выпустив из себя весь застывший ужас, превращаясь в дрожащий комок. Когда «Джейсон» устроился между её ног, мой мозг наконец сложил картинку, и ледяной ужас сменился яростью. Поднявшись, я заорала:

— Рут, что за херня?!

Рут вскинула голову. Мужчина в маске тоже замер, и на секунду мы все застолбенели, а потом начался хаос. Рут закричала уже по-настоящему, мужчина, очевидно Кэл, попытался закрыть её собой, выставив мне напоказ свою голую задницу. Я прикрыла глаза ладонью.

— Господи Иисусе, вы что творите?!

— Боже мой! — завопила Рут, и они оба ринулись к дивану.

Я поднялась, всё ещё закрывая глаза.

— Даже не пытайтесь прикрыться, извращенцы! — крикнула я, пятясь к выходу. — Я уже всё увидела и, да, мне теперь с этим жить!

Кэл расхохотался громко и заразительно, и стало ясно, что он снял маску.

— Джемма, прости!

— Нам так стыдно! — застонала Рут, но я уже была у двери.

Подняв сумку, я рывком распахнула дверь.

— Я знала! — крикнула я. — Знала, что вы сожжёте мне сетчатку своими мерзкими…

— Джем, вернись! — позвала Рут, но уже начинала смеяться. — Я оденусь!

— …грязными жизнями! — мой голос гремел, пока я шла по дорожке. — Вы худшие!

— Прости! — донеслось вслед, но я уже била себя ладонями по лицу. Назад я не вернусь. Никогда.

Я дошла до машины, подняв сумку, и вдруг почувствовала, как меня захлестнуло всё сразу. Боль из-за Нокса смешалась с леденящим страхом от увиденной «крови», и всё это накрыло бешеной злостью на всю нелепость ситуации. Буря эмоций вскипела, и, добравшись до машины, я разрыдалась.

Слёзы катились крупные, и я всхлипывала, прижавшись лбом к холодной дверце. Мне оставалось только выплакаться, выпустить всё, что накопилось, пока колени не подкосились.

Вытерев лицо, громко всхлипнув, я села в машину и завела её, пытаясь успокоиться. Мысли постепенно собрались в нечто целостное, и я достала телефон. Дрожащими пальцами открыла приложение, чтобы написать Эмме.

GemsNLace178576: Эй, насчет визита. Не против, если я заеду сегодня? С соседом не вышло. Долго не задержусь. Просто нужна ночь, чтобы подумать.

Эмма ответила сразу.

Emmaculate94: ПИЖАМНАЯ ВЕЧЕРИНКА! Приезжай! Жду. Расскажешь всё, как доедешь. Езжай осторожно.

GemsNLace178576: адрес?

Emmaculate94: Вот ссылка на моё местоположение.

GemsNLace178576: Ок, привезу напитки.

Смахнув слёзы, я кликнула по ссылке, чтобы построить маршрут, и шлёпнула себя по щекам, чтобы вернуть лицо к жизни. Можно было бы поехать в отель, но кошелёк не радовался после покупки временного убежища для Тыквы и оплаты гостиницы для Мини, так что этот вариант был лучше. Да и одной быть не хотелось. Я любила Эмму, мы не виделись с киношного похода пару месяцев назад. Мне нужна была ночь с подругой. И явно не с Рут.

В дороге я пыталась переварить всё, но день был слишком насыщенным. Злая свекровь-не-свекровь, встреча с Арабеллой, слова, что крутились в голове по кругу…

Она ничто. Она никто.

А теперь я не смогу смотреть лучшей подруге в глаза, не представляя её в наручниках, в крови и преследуемой голым мужиком с резиновым ножом. Я пыталась забыть, но даже во время двухчасовой поездки в Портленд по тёмным трассам и почти пустым дорогам образ не уходил. Я её убью.

Я ехала по GPS, свернула на съезд и медленно пробиралась через ухоженные улицы с одинаковыми домами и кустарниками, пока не нашла то самое место, что прислала Эмма. Я знала, что у неё всё стабильно, но чтобы перебраться в такой симпатичный двухэтажный дом в колониальном стиле, я впечатлена. Я въехала на подъездную дорожку, ведущую к гаражу, и, почувствовав лёгкое сомнение, проверила адрес и отметку на карте ещё раз.

Было уже восемь вечера, и несколько детей всё ещё бродили по освещённым, безопасным улочкам, стучались в двери и кричали: «Сладость или гадость!» Но на крыльце Эммы свет не горел, так что я не столкнулась с ребятнёй, когда вышла из машины и пошла по каменной дорожке, мимо красивых кустов и растений, к входной двери.

Я нерешительно постучала, задержав дыхание. Мы не виделись с Эммой какое-то время, но общались почти каждый день. Всё будет нормально. На соседнем дворе взвизгнул ребёнок, раздался смех, и огромная надувная ведьма захохотала механическим голосом.

Дверь открыла… не Эмма.

Дэйн, её парень, стоял на пороге и улыбнулся.

— Джемма! Привет, рад видеть.

— Эй, Дэйн, — протянула я, растерявшись. — Эмма дома? Я ей писала.

У Дэйна было мягкое, круглое лицо и ровная чёлка, пересекавшая густые брови. Когда он улыбался, казалось, будто это имитация эмоции, а не настоящая. Честно, Дэйн всегда немного меня пугал. Я думала, Эмма говорила, что они расстались, но вот он, стоял у её двери.

— Заходи, — сказал он, отступая.

— Спасибо, — ответила я и прошла в небольшой, но красивый холл с лестницей наверх и гостиной слева. Дом явно построен в девяностых: высокий холл, но низкие потолки в гостиной, камин, закрытая планировка.

— Присаживайся, — пригласил Дэйн, указывая на оливковый диван.

Я сумку не взяла, так что просто плюхнулась на диван и стала рассматривать комнату. Я знала, что Дэйн работал в финансах и вроде бы дела у него шли неплохо, но этот дом выглядел как семейное гнездо. Неужели Эмма купила его вместе с ним? Может, они хотели детей?

Мысль об Эмме с детьми вызвала улыбку. Она бы была классной мамой. Но она терпеть не могла всё, что хоть немного намекало на «принадлежность» мужчине. И если бы она купила дом с Дэйном, я была уверена, она бы сказала. Хотя, она упоминала, что у неё новый дом, так что, может, всё логично.

Дэйн ушёл на кухню, но Эмму не позвал. В голову заполз тревожный червячок. Я проигнорировала его и проверила телефон. Новых сообщений от Эммы не было. Дэйн вернулся с двумя бутылками пива, одну открыл и протянул мне, а сам устроился рядом. Слишком рядом. В комнате был ещё один диван и куча места, но он подсел ко мне, чокнулся со мной и улыбнулся.

— Классно, что зашла, Джемма.

Я нахмурилась, сделала глоток.

— Ага. Спасибо. Эмма дома или…?

— О, она что-то говорила, что тебе нужно где-то переночевать. Я приготовил гостевую, — ответил он, не отводя взгляда. — Оставайся сколько хочешь.

Он снова не ответил на вопрос. Дважды я спросила, и ни разу не услышала прямого ответа. Я сделала ещё глоток, вдруг почувствовав странную жажду и нервное напряжение. Прикусила губу и посмотрела на него поверх бутылки.

— Но Эмма дома, правда?

— Ну, — он огляделся, будто проверяя, нет ли её рядом. — Да, конечно. Она вышла за напитками, скоро вернётся. — Он снова уставился на меня. — Она всегда весело проводит время с тобой в Thornwind, много о тебе рассказывала.

У него было лицо одновременно ребенка и старика, и я не могла понять, сколько ему лет на самом деле. Всё, что я знала, — он чертовски пугал меня. Я залпом сделала три больших глотка и поставила бутылку на подставку с бабочками. Совсем не в стиле Эммы. Она была чуть гранж, чуть женственная и очень дерзкая. Не семидесятилетняя бабушка.

Неловко встав, я спросила:

— Можно в ванную?

— Конечно, — улыбнулся Дэйн и жестом предложил пройти дальше.

Живот неприятно сжался, но я ведь знала этого человека. Он же парень Эммы, не чужак. Правда? Я пошла за ним, прошли мимо кабинета с игровым компьютером, должно быть, Эммы, и дошли до санузла.

— Спасибо, — улыбнулась я.

Он остался за дверью. Я закрыла её, но не услышала, чтобы он отошёл. Сев на крышку унитаза, я вдруг почувствовала лёгкое головокружение, будто попала на аттракцион. Взгляд упал на бордовые полотенца с монограммой «L» и такие же коврики. У Эммы фамилия Вандербилт, но не «L».

Всё здесь было странным. Словно этот дом принадлежал другой, более взрослой паре. Я сидела, не решаясь даже сходить по делу, и чем больше времени проходило, тем сильнее накатывала тревога.

Игровой сетап? Эммин был розовый, я видела фото. Дыхание участилось. Я вытащила телефон, набрала номер Рут, но вспомнила, чем она занята. Рук был следующим, но мы ссорились. Я искала пространство.

Тихий стук в дверь.

— Джемма? — Дэйн. — Ты в порядке? Нужна помощь?

Помощь? В горле встал ком.

Это было небезопасно. Красные флажки я игнорировала один за другим, и теперь оказалась в чужом доме с мужчиной, о котором даже не знала, встречается ли он с Эммой до сих пор. А если адрес прислала не Эмма…

— Наверное, ты думаешь, где Эмма, — сказал Дэйн за дверью.

Я медленно поднялась и как можно тише повернула замок.

— Да, Дэйн, — сказала я, и слова вышли немного смазанно. Зрение начало плыть. Чёрт. Серьёзно, чёрт.

— Прости, — произнёс он тихо. — Она завела новый аккаунт, но оставила его на моём компьютере, когда уходила.

— Господи, — выдохнула я, ощущая, как грудь сжимается, а лёгкие будто не слушаются. Мир отдалялся.

— Мы ведь друзья уже много месяцев, Джемма, — голос его стал умоляющим. — Ты меня любишь. Мы почти каждый день играем в Thornwind.

Я ударилась о стену, ноги онемели. В отчаянии я открыла контакт Рука, но не видела экрана, не могла набрать слова. Дрожащими пальцами сделала единственное, что пришло в голову: поделилась своей геолокацией, набила на клавиатуре что-то бессвязное и отправила.

Телефон выпал из руки, грохнулся на пол. Дэйн снова заговорил, ближе, почти у щели двери.

— Ты ведь уже любишь меня, Джемма.

И мир погас.