Прикоснись ко мне, Док

Глава 4

Джемма

Правило #7: Джемма принимает душ вечером.

Квартира оказалась идеальной. После работы я встретилась с Сильвией, чтобы осмотреть её, и просто не могла поверить, насколько она была потрясающей. В кирпичном доме было всего два жилья — одно на первом этаже и одно на втором. На первом этаже за общим входом находился небольшой вестибюль: слева — дверь в квартиру другого жильца, справа — дверь в тренажёрный зал. На второй этаж можно было попасть либо на лифте по карте-ключу, либо через спортзал и по лестнице.

Мы поднялись на лифте с доступом по карте, и двери лифта открылись прямо в просторную квартиру. Основная часть была выполнена в полностью открытой планировке: из прихожей сразу открывался вид на гостиную, где два кремовых секционных дивана окружали современный кофейный столик. Дальше, вдоль всей дальней стены, располагалась кухня с островом и длинной кварцевой столешницей. Пол до потолка занимали окна в индустриальном стиле, наполняя пространство почти нереальным светом.

Я ходила с открытым ртом на протяжении всего тура. Когда Сильвия сказала, что квартира меблирована, она не шутила. В шкафах уже стояла посуда, на встроенных полках — книги, в ванной висели полотенца. Это была всего лишь однокомнатная квартира с одной полноценной и одной гостевой ванной, но спальня занимала весь правый бок квартиры, была огромной, с окнами на город и милыми постмодернистскими деталями.

Когда мы закончили осмотр, Сильвия встала у кухонного острова, а за окнами золотился закат.

— Ну? — спросила она с самодовольным видом.

Она знала, что квартира великолепна. Такая, наверное, стоила бы не меньше миллиона. Как она могла сдавать её мне за какие-то полторы тысячи долларов в месяц? Она богата, напомнила я себе. Конечно, может себе позволить.

Сильвия придвинула ко мне договор аренды.

— Если захотите, можете найти второго жильца, — сказала она небрежно. — Но иначе всё это ваше, дорогая.

Я моргнула в растерянности.

— Не верится, что вы правда серьёзно.

— Я люблю помогать, — пожала плечами Сильвия. — Вы просто оказались возможностью, от которой я не смогла отказаться.

Я почему-то сомневалась, что Сильвия Рук любит помогать. В ней было что-то, что царапало мои инстинкты. Острые края её личности могли порезать, но я пока не понимала, как именно, если подпишу бумаги. И всё же… какой у меня был выбор? Других вариантов жилья у меня не было, а это было чудом. Я обязана была попробовать.

Я читала каждый пункт договора так внимательно, как могла. Но многое оставалось туманным: что-то про досрочное расторжение, основания для аннулирования, «обстоятельства, демонстрирующие взаимозависимость договора»… Несмотря на мою любовь к чтению и всему «ботанскому», смысл ускользал. Я могла отказаться. Могла уйти и выбрать тяжёлый путь. Но у меня не было роскоши отвергнуть недорогое жильё в десяти минутах езды от работы.

Я подписала бумаги, молясь всем возможным богам, чтобы на этот раз всё обошлось без катастроф. Инстинкты вопили, что есть подвох. Скорее всего, так и было. Но пока я решила посмотреть, как всё сложится.

Сильвия протянула мне карту-ключ.

— Она ваша, милая. Можете заезжать, когда захотите.

Я оглядела залитое сумерками пространство в безмолвном восхищении. Неужели это моё? Всё казалось нереальным. Это не настоящее, шепнул внутренний голос. Я проигнорировала его. У меня была мечта и я собиралась в неё переехать.

На следующий день я взяла выходной, всё равно была пятница. Когда я объяснила Дженис, что мне нужно сделать и что времени в обрез, она поняла и отпустила нас с Рут на весь день, чтобы я успела перевезти вещи из старой квартиры в новую. Я рассказала Рут, что заключила сделку с дьяволом, и она, криво глянув на меня из-за своих очков в черепаховой оправе, подняла коробку с одеждой и понесла её в лифт нового дома.

— Она что, просто так, без всяких условий, после того как умоляла тебя познакомить её сына?

Я нажала на круглый значок, чтобы лифт доставил нас прямо в квартиру.

— Уверена, что условия есть, просто я их пока не вижу, — призналась я. Мини обнюхивала пол по кругу, уши её подёргивались, а хвост виляло наполовину от радости, наполовину от настороженности. Сегодня она была здесь всего один раз и долго обнюхивала кровать, что было странно. Я бросила на неё взгляд, и тут двери лифта распахнулись.

— Мини, пойдём. Хватит всё нюхать.

Она послушно зашлёпала по гладкой чёрной плитке и зашла в лифт. Обычно я не пользовалась поводком, но про себя отметила, что придётся взять его на первые прогулки по новому району.

Рут перехватила коробку поудобнее.

— Ну, если у тебя теперь есть такая классная квартира, стоит попробовать. Но имей в виду, что мы с Кэлом всегда готовы тебя подстраховать.

— Вот именно.

Я прозвучала куда увереннее, чем чувствовала себя на самом деле. Всё это начинало казаться куда более странным, чем я ожидала. С каждой новой партией вещей квартира выглядела не просто меблированной, а обжитой. Я ещё не успела заглянуть в шкафы и кладовки — всё время ушло на спешные сборы. Но внутри всё больше крепло неприятное ощущение, будто я по глупости заселилась в чужой дом и скоро узнаю, что Сильвия просто решила подшутить надо мной.

И всё же договор был настоящий. В нём был указан этот адрес, и дом действительно принадлежал ей. У меня были все законные основания здесь жить. Может, прежние жильцы просто съехали в спешке и не захотели забирать свои безделушки и декор. Логичное объяснение ведь должно быть.

Мы с Рут выложили в прихожей гору коробок и чемоданов, обе взмокшие и запыхавшиеся. На улице стояла неожиданно жаркая погода, и хотя мы были в футболках и джинсовых шортах, после шести рейсов туда-сюда мы выглядели так, словно нас полили из шланга. Денег на грузчиков у меня не было, поэтому мы просто набивали багажники своих машин и возили, пока в старой квартире не осталась только крупная мебель.

— Хочешь, мы что-нибудь из твоего крупного барахла у себя припрячем? — спросила Рут, поправляя сползшие очки и стирая пот со лба.

Я, задыхаясь, мотнула головой.

— Пусть этим займётся мой козёл-арендодатель. Я всё равно от старья хочу избавиться.

Единственное, что я в итоге всё же перетащила, были мой компьютерный стол и геймерское кресло, которые обожала.

Рут кивнула и огляделась. Её густые тёмно-каштановые кудри были стянуты в хвост, который грозил вот-вот разлететься, а отдельные пряди топорщились, будто её ударило током. На ней была футболка Goldbrook Urgent Care, явно минимум на три размера больше, наверняка из гардероба Кэла. Покосившись на квартиру с недоверием, она вернула взгляд ко мне.

— Тут что-то нечисто, Джем.

Как будто я сама не знала.

— Ну что со мной может случиться? Выселят? — Я уже успела рассказать ей правду, и она, естественно, была недовольна. Предсказуемо предложила перебраться к ним с Кэлом. Жёсткое «нет».

— Надо было сказать мне, — упрекнула она, скрестив руки. — Мы бы помогли тебе найти жильё.

— Ты имеешь в виду, что Кэл влез бы и нахрапом сотворил для меня чудо? — я скривилась.

Щёки Рут чуть порозовели, она поправила очки.

— Ну… да.

— Даже не мечтай. Смотри на это место. Может, я и продала первенца Румпельштильцхену. Может, за углом меня уже ждёт скинвокер (*Скинвокер — в мифологии народа навахо это колдун, способный превращаться в животных, принимать их облик и силу.), чтобы сожрать. Кто знает. Будет весело.

Рут приподняла бровь.

— Ты меня пугаешь.

— Это процентов семьдесят моего обаяния, — усмехнулась я.

Я сдула прядь клубнично-русых волос со лба, в который раз пожалев, что не поддалась летом искушению обрезать их. Теперь они доставали до середины спины и тянули кожу на голове, умоляя распустить их из тугого пучка.

Рут была непреклонна.

— Позвони, когда всё это рванёт тебе в лицо.

— Договорились.

Я оглядела пустое, но огромное пространство с потолками метра четыре с половиной, с лепниной и вентиляторами в индустриальном стиле. Как бы хороша ни была квартира, вдруг я поняла, что мы с Мини будем здесь совсем одни — и что она вчетверо больше моего прежнего жилья.

Мини зарычала на диван.

Рут вопросительно изогнула бровь.

— Может, переночуешь у нас? Пока обживаешься?

Перевод: я думаю, что тебя прикончат во сне.

— Нет, я… — струйка пота скатилась по спине, и я почувствовала себя липкой и неприятной. — Лучше приму душ, схожу за продуктами. Знаешь, начну привыкать.

Взгляд Рут пробежал по квартире.

— Выглядит так, будто привыкать тут давно начали.

— Сильвия сказала, что квартира полностью меблирована, — пожала я плечами.

Она скривила губы в странной полуулыбке.

— Ну, удачи тебе тогда.

— Спасибо за помощь. Я в долгу. Марафон «Офиса» на выходных? — Я полезла в коробки у лифта в поисках шампуня и полотенец. Хотя, кажется, прежние жильцы оставили тут целую кучу полотенец. Теперь они мои, верно?

— Только если будет ло мейн (*Ло мейн (lo mein) — это китайское блюдо из пшеничной лапши, обжаренной с овощами, соусом и часто с мясом или морепродуктами.), — зевнула Рут, глянув на телефон. Застыла, нахмурившись. — О, я забыла сказать Кэлу, где я весь день.

Я закатила глаза.

— Это уже жутковато. Это вообще нормально? Почему ты обязана ему докладывать?

Рут искренне пожала плечами.

— Понятия не имею. Думаешь, я что-то понимаю в нормальных отношениях?

Телефон завибрировал, и на экране появилось фото Кэла на фоне морского льва. Она прочистила горло, поднесла трубку к уху и почти бегом направилась к лифту.

— Привет.

Её кеды жалобно заскрипели по полированному дереву, когда она обернулась в дверях. Поморщилась.

— Ох… прости. — И в трубку: — Всё в порядке, я жива, обещаю.

Двери лифта закрылись, а я фыркнула вслух. Моногамия выглядела до ужаса удушающей. И зачем я так стараюсь это найти? Я уже устраивала себе «карантины» от свиданий. Последний, августовский, не продержался и недели, тогда я встретила Фрэнсиса. Но, может, пора попробовать снова. Может, мне не партнёр нужен, а ясность. А ясности не добьёшься, если постоянно подстраиваться под другого человека.

Ах да… прикосновения. Объятия. Секс. Я тихо застонала, доставая из коробки сиреневый шампунь. Как же я это всё люблю. Чёрт бы побрал мужчин, к которым всё это прилагается.

Мини цокнула когтями по паркету, исследуя новый дом, подняла морду к столешнице, где интуитивно чуяла еду.

— Любопытная девочка? — пропела я.

Она тут же сорвалась с места, поскользнулась на гладком полу и, нелепо юзом, врезалась в мои ноги, требуя ласки. Я засмеялась, почесала её за ушами:

— Ну что, нравится нам тут?

Она прищурилась, будто подмигнула, и ткнулась в меня, требуя ещё почесываний. Но я всё же отправила её в клетку, которую поставила в столовой:

— Место. Давай-давай. Я тебе не доверяю, пока всё не разложу.

Мини, как всегда, подчинилась. Она знала пару команд — «место», «сидеть», «ко мне». «Место» она исполняла лучше всего, в основном потому, что была самой ленивой доберманшей из всех, что я встречала. Она обожала свою лежанку и не возражала, если её ненадолго закрывали в просторной клетке. Она запрыгала к своей мягкой лежанке, поудобнее разложила любимые игрушки и одеяла, и тут же свернулась клубком. Улыбнувшись, я почесала её в последний раз, закрыла дверцу и защёлкнула замок.

Снаружи быстро темнело, и я бросила на огромную квартиру последний, чуть настороженный взгляд, прежде чем уйти в хозяйскую спальню с примыкающей ванной. У входа был гостевой туалет, но эта — единственная полноценная ванная комната в доме. И, что особенно приятно, роскошная: двойная мраморная тумба с раковинами, огромное зеркало, просторная душевая с прозрачными стенками. Всё было выполнено в природных тонах, с речной галькой на полу душа и окном под потолком, чтобы впускать больше света.

На бачке стояли запасные рулоны туалетной бумаги, на вешалке висели полотенца, на раковине аккуратно лежали сложенные умывальные салфетки. Всё это напоминало скорее апартаменты в BnB, чем новенькую квартиру. На краю умывальника сиротливо лежал наполовину использованный кусок мыла, а когда я включила воду в душе, чтобы прогреть её, заметила в углу гель, шампунь и кондиционер. Брр.

Пока ванная наполнялась паром и я раздевалась, по шее и рукам пробежал холодок. Почему Сильвия оставила здесь чужие вещи? Разве у неё не было времени прибрать всё, прежде чем отдать квартиру мне? Она же сказала, что жильё только освободилось. Хотела бы я знать, что тут остались следы прежних жильцов, до того как окончательно переехала. Тогда я бы всё вычистила перед тем, как раздеться и встать под душ.

Я потёрла руки, шагнула под горячий поток и уставилась на запотевшее стекло, чувствуя нарастающее волнение. Повернулась, чтобы намочить волосы, и сердце вдруг заколотилось быстрее. С чего, чёрт возьми, я так нервничаю?

Вдруг Мини залаяла — громко, настойчиво. Я дёрнулась, прикрыв грудь руками, а сердце ухнуло в горло. Если Мини лает, значит, кто-то здесь. Может, внизу. Может, у тех огромных окон в гостиной. Или… машина проехала. Или кот. Или Рут.

Стоп. У Рут нет ключа-карты.

Не успела я придумать хоть какое-то логичное объяснение, как дверь ванной распахнулась настежь. Я застыла, не в силах даже закричать. Стеклянная дверь душа со звоном распахнулась, выпуская клуб пара. Сквозь туман резко метнулась сильная мужская рука, и, хотя я успела чуть отпрянуть, ладонь крепко вцепилась в моё запястье.

Незнакомец рванул меня из душа и прижал к ледяной плитке. Две руки вжали меня в стену, мокрую, голую, беззащитную.

В шоке я подняла глаза и встретилась с ледяным, как арктический лёд, взглядом.