Развод не повод расставаться

Глава 7

Глава 7

Ульяна

Вот дура-дура-дура-дура…

Какая же я непроходимая дура!

Что я делаю в незнакомой кровати? Это квартира Демьяна? Ну а чья же ещё! Его запах на наволочке, рубашка, что была на нём вчера, свисает с торшера, словно была отброшена в порыве страсти. Боже, пусть он просто окажется неряхой! Без всяких порывов. Тем более — страсти!

На черта я вообще приехала с ним сюда?! Просила же отвезти меня в гостиницу. Вроде бы. И пила на черта?! Блин, знала же, что ему нельзя доверять. Как чувствовала.

Одежды на мне нет…

Я всегда сплю голая, но конкретно сегодняшним утром эта привычка вызывает тревогу. Ну, не верю я, что Демьян не воспользовался!

Что делать-то теперь?.. Пока натягиваю отсыревшее платье, ловлю приступы адовой паники. Сутки проспала, а голова раскалывается. Не могу сосредоточиться на ощущениях, чтобы понять, было у нас что-то вчера или нет. Воспоминания вспыхивают и тут же гаснут. Возможно, всё дело в том, что я вовсе не хочу ничего вспоминать.

Демьяна обнаруживаю в гостиной, меланхолично наблюдающим за тем, как шипит таблетка в стакане. Небрит, невесел. Глаза красные… Сидит, откинувшись на спинку дивана. И я узнаю этот диван, и декоративную серую подушку, что мы скинули на пол, пока раздевались.

Где-то между борьбой с его ремнём и поиском молнии на моём платье, Демьян заявил, что в спальне нам будет удобнее…

Дальше провал. Целые сутки проспала и лучше бы не просыпалась!

Я тихо стону от досады и головной боли.

— Плохо тебе? Держи, — Он протягивает мне стакан, продолжая смотреть в пустоту перед собой.

Вот так неожиданность. Когда я просила остановиться, он и бровью не повёл. А тут, посмотрите-ка, заботливый какой.

— Что тут произошло?

Я зла на него за самоуправство. Зла на себя за то, что потеряла голову. И особенно за то, что мне до потери пульса хочется повторить. Не для дела. Просто так, для души. Последнее вызывает желание хлопнуть дверью, вернуться в свою халупу на болотах и выть так, что вся деревня потом ещё несколько лет будет думать, будто наш непролазный лес облюбовали волки.

— А ты совсем ничего не помнишь? — уточняет Демьян, устремляя на меня пытливый взгляд.

— Главное я запомнила.

— И что же? — Сужает глаза закуривая.

Я жадными глотками выпиваю воду с аспирином.

— Что полагаться можно только на себя! — Со стуком возвращаю пустой стакан на столик. — Ты был у врача? Где справка?

— Не был. Её нет, — отвечает Демьян на оба вопроса по очереди.

— Тогда что я здесь делаю?!

— Ведёшь себя как мегера, — морщится он как от зубной боли. — Я час назад выехал сдавать анализы и чуть не попал в аварию. Взорвалось колесо. Нормально так начался наш медовый месяц. То что нас расписали, ты хоть помнишь?

«Медовый месяц»… «расписали»...

Он гонит?

Нет… Серьёзно?!

И только сейчас до меня доходит полностью.

Чуть не попал в аварию?..

— Что ты несёшь? Мы знакомы второй день. Когда б мы успели подать заявление?! — не могу и не хочу ему верить.

— У меня тётка заведующая отделом, все лазейки знает. Фактически сложившиеся брачные отношения вполне подходят под «иные особые обстоятельства», позволяющие расписаться в тот же день, — невозмутимо сообщает Демьян. — Всего и понадобилось составить два заявления, одно из которых, между прочим, ты сама подписала. И отслюнявить денег соседке, чтоб приехала и письменно наше сожительство подтвердила. Всё. В течение часа нас расписали.

Я медленно перевожу взгляд на документ, что он показывает.

Свидетельство о заключении брака...

Истомин Демьян Витальевич... Васильева Ульяна Викторовна...

В горле пересыхает.

— Скажи, что ты пошутил... И пусть это будет правдоподобно, Истомин! — начинает потряхивать меня. — Я не давала на ЭТО согласия!

Да я его сама сейчас прибью! Без всяких аварий.

Делаю шаг к Демьяну, пытаясь выхватить и разорвать проклятую бумажку.

— Ты и не давала... Ты требовала! — с откровенным наслаждением напоминает он и в последний момент успевает сесть на неё сверху. — Забыла, как меня уламывала? Кольцо сама надела. Убеждала меня, что мы созданы друг для друга, — ёрничает, откидывая голову назад.

Наглый взгляд из-под полуопущенных ресниц гуляет по мне, вызывая желание кинуть в него чем-нибудь тяжёлым. Внутри всё кипит. Ох, сволочь.

Приехала за ребёночком из глуши, называется. Хотела душу родственную обрести. Обрела, блин... камень на совести. Гранитный! Это, если Демьян в первый же день чуть не попал в аварию, то как протянет месяц до развода?

Мажористый идиот! Я расстроена до неприличия! Это просто уму непостижимо. Кто так делает?! У меня такое чувство, что меня жёстко поимели. Пообещали конфетку, заманили в укромный уголок, а там просто нахлобучили юбку на голову! Ходи теперь и гадай, Ульянка, какие ещё вылезут последствия.

— У нас уже что-то было?

Мой... муж, прости господи, вальяжно раскидывает руки по спинке дивана. И длинные, крепкие ноги расставляет тоже, словно акцентируя моё внимание на виновнике вопроса.

— Детка... — произносит он с нескрываемым самодовольством и я морщусь от нового приступа головной боли. — У нас было ВСЁ! — делает театральную паузу. —...Кроме главного.

— Верится с трудом, — понятное дело, верить ему на слово оснований нет. Вот как облизывается на мои ноги. Этот и чтоб в благородство играл?

— Я слово держу. Обещал жениться — сделал. Согласился на справку, значит, принесу.

— Только поэтому не было? Что ты слово дал? — секунды не полагаюсь на его слово мужика. Потому что это тролль, вредитель и озабоченный маньяк в одном лице!

— Не только, — сдаётся Демьян, отводя взгляд. — Ещё, потому что ты бешеная истеричка. И чуть не откусила мне член!

— Вот и замечательно, — рычу, пытаясь отодрать его тяжёлую тушу с дивана. — Пошли подавать на развод. На трезвую голову ты... Ты животное. И не надейся, что какой-нибудь мощный носорог или тигр! Обычный олень! Я секунды лишней рядом с тобой не задержусь!

Демьян угрожающе хмыкает и дёргает меня к себе на колени. С вполне определённой целью, как подсказывает упёршийся мне в ягодицы стояк. Моё же требование он никак не комментирует, просто с утробным рыком запускает обе руки мне под платье.

Я так рада, что отстояла ночью свою честь и так напугана перспективой угробить негодяя, что допустить осложнений ну никак не могу! А потому резко и со всей дури дёргаюсь, пытаясь вырваться.

Дёргаюсь неудачно, затылком ему в нос...

Хватка на моих бёдрах вмиг ослабевает и я, не теряя времени, подскакиваю на ноги. А потом с ужасом закрываю руками рот.

Из носа Демьяна хлещет, как из гейзера! Глаза закрыты. Кожа бледная. Грудная клетка в залитой кровью футболке вроде не движется. Признаков жизни не наблюдается.

Господи, что с ним?

Вырубился? У него сотрясение? Отдал богу душу?.. Что?!