Развод не повод расставаться

Глава 9

Глава 9

Ульяна

Ключи Демьян оставил в прихожей. Первым делом я еду в гостиницу и забираю из номера небольшой рюкзак со своими вещами. Обратно добираюсь пешком, не горя особым желанием провести остаток дня в стенах чужой квартиры. Мне комфортнее в своей уютной халупе на болотах, чем в его стерильной мужской берлоге.

Вечером после душа уже откровенно маюсь от безделья. Ещё раз критически осматриваю комнаты. Здесь явно побывали профессионалы из клининга. Никаких любопытных пятен, безделушек или фото. Интерьер словно с обложки журнала, ничего не говорящий о личности хозяина.

По холодильнику тоже будто смерч прошёлся, оставив только сыр, пару яблок и сливки. Для лёгкого перекуса сойдёт, но я уже забыла, когда в последний раз нормально ела. Хочется чего-то горячего, домашнего.

В ресторане цены конские, ищу ближайший магазин и… печально прохожу мимо витрин с овощами. Техника на кухне Истомина как на космическом корабле, разобраться в ней мне не под силу. Из понятного только электрический чайник.

Мой выбор падает на крем-суп быстрого приготовления. Судя по описанию, одного пакетика должно хватить на три небольших порции. На упаковке вполне аппетитно изображены грибы и пар над глубокой тарелкой, а пахнуть должно итальянскими травами, если верить пометке производителя.

— Чем не ужин, в поте лица приготовленный идеальной женой? — усмехаюсь, высыпая в кастрюльку с кипятком содержимое пакетика.

Пока суп заваривается положенные десять минут, накрываю круглый стол новенькой скатертью, найденной в одном из шкафчиков на кухне. Ценник, обнаруженный в коробке, вызывает у меня истерический смех и желание проверить узор на наличие нитей из золота.

Посуда у Истомина под стать — люксовая, однотонная, сама по себе уже украшение. Только середина стола смотрится пусто, но свечи я не нахожу, цветы и подавно. Да и без этого я в своих простеньких джинсах себя тут Золушкой чувствую. Не гостья, а обслуживающий персонал! Платье в стиралке вместе с его вещами, а больше я с собой ничего нарядного и не взяла. Кроме нижнего белья…

Решительно убираю джинсы обратно в рюкзак, захожу в гардеробную и задумчиво рассматриваю себя в зеркало. Чёрное кружево красиво оттеняет золотистый загар и, если накинуть сверху эту его просвечивающую белую рубашку…

Вау!

Такая я идеальная, что даже жаль доставаться грубияну Истомину.

Я никогда не жила под одной крышей с мужчиной, никого ещё не встречала с работы, ни для кого не хлопотала у плиты. И пусть на всё про всё ушло пару минут, когда открывается входная дверь, чувствую себя так необычно, так взволнованно…

Почему-то страшно смущаюсь и чтобы скрыть это, принимаюсь разливать суп по тарелкам. Что могу сказать, кругом обман! На упаковке, ныне покоящейся на дне мусорного пакета, порции были изображены побольше... Раза в три. На деле получилось в лучшем случае половина от заявленного объёма. Эту половину делю ещё наполовину и отношу тарелки на стол. Причём свою едва не роняю, когда на кухню входит Демьян с букетом кремовых роз в стильной коробке.

Меня в жар бросает от всего сразу: его присутствия, запаха, горящих карих глаз, цепляющих что-то в груди, робко пока, едва ощутимо.

— Вау… — повторяет он один в один мою эмоцию, не уточняя, чем конкретно она вызвана: ужином, моим нарядом или всем вместе. А затем внезапно наклоняется, целует меня в губы. Нежданная ласка будоражит рецепторы, моментально создавая недостающий квартире уют и интим.

Господи, это же только начало?

И уже больше, чем секс.

Пронзительнее и глубже.

Как я с ним расставаться буду? Я не могла кого попроще выбрать? Нет?

Судорожно вздохнув, забираю у Демьяна цветы, чтобы поставить на стол. Отличный предлог не смотреть ему в глаза.

— Я была достаточно идеальной женой? — напоминаю ему и в большей мере себе о нашем уговоре.

— Я ещё не решил, — глухо отрезает он и уходит мыть руки.

Разозлился. Ну и ладно. Даже приятного аппетита не желаю. Больше ни слова не произнесу, чтобы не придирался! И по спине не постучу, если моей стряпнёй подавится.

Рассеянно улыбнувшись нарисовавшейся в голове картине, пробую суп. Под жгучим, пристальным взглядом Демьяна вкус не ощущаю, будто и не голодна совсем.

Обидеться и заткнуться хорошее решение. Так проще не сорваться. Я хочу как лучше для него, Истомин мои страхи всерьёз не воспринимает. А часики тикают. Какой тут может быть компромисс? Домой вернулся целым, отлично. Об остальном пусть сам заботится. Я веселить его не нанималась.

Демьян вдруг встаёт из-за стола. Подходит к плите, заглядывает под крышку, скребёт по дну половником и с недовольством смотрит на меня.

— А ещё еда сегодня будет?

— А это что?! — психую, тоже поднимаясь на ноги.

— Это… мокрая тарелка!

Ага, которую Истомин лишь чудом не вылизал! Сколько же он жрёт, троглодит?! Понравился гурману супчик порошковый, купленный по акции, а виновата опять я? Так и знала, что он не намерен сдержать слово.

— Ты обещал, что подумаешь, как ускорить развод! — шиплю, упираясь кулаками в край стола.

— Обещал! Только на пустой желудок что-то не думается! Лучше вообще к плите не подходи! — рявкает, прожигая диким взглядом краешек кружевного бюстье, виднеющегося из-под рубашки. — Ходишь тут… супом своим перед лицом трясёшь, только аппетит разгоняешь!

— Ах, суп мой тебе не по душе… — Резко сдёргиваю со стола драгоценную скатерть за сотню кусков и со злостью швыряю в его опешившую рожу.

Ну да, тарелки и букет остались там же, где стояли. Чего глаза таращить? Плёвый фокус при моей-то сноровке. Я потом ущерб оплачивать не собираюсь.

— Психопатка! — тут же реагирует Демьян, отбрасывает скатерть в сторону и перехватывает меня на выходе из кухни.

Стена прохладная, а его тело на контрасте такое горячее, боже! Во мне всё разом детонирует. И злость, и возбуждение, и чёрт знает что...

— Козлина! — не остаюсь в долгу.

— Одевайся. Пойдём в ресторан, пожрём по-человечески, — удивляет он неожиданным требованием. И самим ультиматумом в том числе.

Уже бегу, волосы назад. Прямо в мокром платье...

— Сам иди! — грубо отвергаю приглашение. — Я сыта по горло тобой и твоим обществом. И на звонок, наконец-то ответь. Бесит.

Демьян медленно моргает, достаёт телефон из заднего кармана и еле заметно морщится, глядя на экран.

Так-так. А кто там такой приставучий осточертел Его Величеству?

Ух ты, проказник! С мамой нелады? Очень любопытно. Воспользоваться, что ли?