Развод. Временное перемирие

Глава 10

Утром я спустилась на кухню, уже одетая для офиса, и застала картину, от которой у меня свело зубы. Кирилл сидел за столом рядом с креслом бабушки и показывал ей что-то на планшете. Они оба смеялись.

— … а это, бабуль, наш новый проект в центре. Видишь, какой вид будет из окон? — говорил он мягким, заботливым голосом.

— Ох, красота-то какая, Кирюша! — восхищалась бабушка. — Ты у меня гений! Катюше так с тобой повезло!

Кирилл поднял на меня глаза, и в них блеснул тот самый насмешливый вызов, который я видела вчера. Он наслаждался. Наслаждался своей ролью, моей беспомощностью, этим отвратительным спектаклем.

— Доброе утро, любимая, — сказал он так, чтобы бабушка слышала. — Кофе?

Я молча кивнула, взяла чашку и быстро выпила обжигающий напиток. Мне нужно было как можно скорее уехать отсюда. Уехать туда, где я все еще была собой. В компанию.

Но офис встретил меня холодной, вежливой тишиной.

Раньше, когда мы приезжали вместе с Кириллом, все гудело. Люди вскакивали, здоровались, спешили с отчетами. Его присутствие заряжало воздух энергией, заставляло механизм работать быстрее. Сейчас же все было иначе.

Сотрудники здоровались со мной, но в их глазах я читала любопытство и настороженность. Я была для них «женой босса», дочерью основателя, но не лидером. Тень Кирилла была настолько огромной, что я просто терялась в ней.

Первым делом я вызвала к себе Игоря, его бывшего заместителя. Он вошел в кабинет — мой кабинет, кабинет моего отца — с таким вежливым и одновременно отстраненным выражением, что я сразу поняла: он не на моей стороне.

— Доброе утро, Екатерина Алексеевна. Вы просили зайти.

— Да, Игорь. Мне нужны отчеты по всем текущим проектам. И я хочу провести совещание с руководителями отделов в двенадцать.

— Кирилл Андреевич всегда проводил совещания по понедельникам, — отчеканил он.

— Теперь я провожу их по вторникам, — отрезала я. — Будьте добры, организуйте.

Он кивнул и вышел. Я осталась одна в огромном кресле, которое казалось мне чужим. Я чувствовала себя самозванкой.

Совещание превратилось в пытку. Руководители отделов, все как один — мужчины, подобранные и воспитанные Кириллом, вели себя подчеркнуто корректно. Но я видела, как они обмениваются взглядами.

Я пыталась задавать правильные вопросы, вникать в детали, но натыкалась на стену из формальных ответов. Они не воспринимали меня всерьез.

А потом взорвалась бомба.

— … поэтому я считаю, что нам нужно пересмотреть условия контракта с «ГлобалСтроем», — закончила я свою мысль, обращаясь к начальнику отдела снабжения, Маркову. Седому, крепкому мужчине, который работал еще с моим отцом, и которого Кирилл сделал своей правой рукой.

Марков посмотрел на меня в упор.

— Кирилл Андреевич лично утверждал эти условия. Он считал их оптимальными.

— Кирилл Андреевич сейчас в отпуске. А я считаю, что риски слишком высоки, — я старалась, чтобы мой голос звучал уверенно.

— Мы работаем по этой схеме уже три года, — не сдавался он. — Она ни разу не дала сбоя. Менять ее сейчас, перед подписанием, — значит сорвать сделку.

— Я готова взять на себя эту ответственность.

Марков рассмеялся. Открыто, на глазах у всех.

— Екатерина Алексеевна, вы прекрасный финансист. Но позвольте нам, производственникам, заниматься своим делом. Мы сделаем так, как решил Кирилл Андреевич.

В комнате повисла тишина. Все смотрели на меня. Это был бунт. Тихий, вежливый, но от этого не менее унизительный. Они проверяли меня на прочность. И я понимала, что проигрываю.

Я могла его уволить. Могла кричать, топать ногами. Но я не могла заставить их себя уважать. Этот авторитет Кирилл зарабатывал годами. Жесткостью, умом, стальной хваткой. У меня этого не было.

— Хорошо, — сказала я, чувствуя, как горят щеки. — Этот вопрос мы обсудим с вами отдельно, Виктор Семенович. Совещание окончено.

Они вышли. А я осталась сидеть в тишине, глядя на панорамное окно с видом на город. Этот вид всегда придавал мне сил. Но сегодня я видела в нем только отражение своего поражения.

Я уехала из офиса совершенно разбитой. Я не просто не справилась. Я провалилась.

Когда я уже подходила к машине на парковке, телефон пиликнул.

Сообщение. От Кирилла.

«Как прошел первый день, босс?»

Я смотрела на эти четыре слова, и меня затрясло от бессильной ярости.

Он знал. Он все знал. Он оставил меня одну в клетке с волками, а сам сидел дома и ждал, когда я приползу к нему за помощью.