С топором наперевес

Глава 30

Ноа

Плечом к плечу мы рухнули на диван. Сегодня мама привезла Тесс на склад продовольствия показать, как получился курятник. А потом мы всей компанией пошли отмечать успешную стройку. Заглянули за бургерами в Лося вместе с Элис, Беккой и их детьми.

Дочка сбилась с режима и капризничала, так что укладывать её пришлось с боями, но мы справились.

Мне бы сейчас душ и восемь часов сна, но, находясь рядом с этой измотанной и чертовски красивой женщиной, я хотел совсем другого. И намного сильнее.

— Спасибо, — хрипло произнесла Вик. — Я в восторге от того, как всё вышло. — Она села, глаза блестели. — Серьёзно. Ты так старался.

Я тихо усмехнулся.

— Ну конечно. Ты же держишь меня в кулаке — ты знаешь, да? Я по уши влип. А это значит, что построю тебе столько курятников, сколько пожелаешь.

Я наклонился и мягко пощекотал её в бок. Её это всегда сводило с ума.

— Или свинарник.

— Или козлятник.

Она извивалась подо мной, и вдруг усталость как рукой сняло.

— А как насчёт альпак?

Она захихикала, когда я усадил её себе на колени.

— Или теплица? Что бы тебе ни понадобилось — я рядом.

Я наклонился и мягко коснулся её губ.

— Я, честно, думала, что Ганьоны порвут вас, Эбертов, — дразнила она, расплывшись в улыбке.

— Но у меня был Джуд, — возразил я. Он был тихим, но пугающе эффективным.

Она наклонила голову и сузила глаза.

— Джуд классный, не спорю, но Адель приехала с тяжёлой техникой на прицепе. Это было чертовски круто.

Ну ладно. Действительно круто. А ещё она моя золовка, так что стоит отдать должное.

Она сняла с меня кепку и провела пальцами по волосам и я вспыхнул от этого прикосновения, как огнём по нервам.

— Но потом ты привёл Гаса. Это уже вообще другой уровень.

Она изобразила, как у неё «взорвался мозг».

Я кивнул с гордостью.

— Он талантливый.

— Этот человек установил камеры наблюдения за курами. И поставил приложение на мой телефон. — Она покачала головой. — Я у тебя в долгу.

— Ни в каком ты не долгу. Я же сказал, что бы ни понадобилось, я рядом. Но... — Я подтянул её за бёдра, опуская на диван, и навис над ней. — Я не буду возражать, если ты захочешь выразить благодарность.

Она поцеловала меня жадно, проводя руками по моей спине и сжимая мою задницу.

— И как ты хочешь, чтобы я её выразила, горячий парень?

Я припал к её шее, наслаждаясь вкусом кожи и тихим стоном, сорвавшимся с её губ.

— У меня много идей. Очень много. Грязных. Пошлых. Длинный список. — Я провёл пальцами по краю её шорт, слегка прикусив мочку уха.

— Ну так давай начинать. Ты же знаешь, я обожаю списки дел. Что у нас в начале?

— Для начала... — Я поднялся на колени, разглядывая её. Боже, какая же она красивая, раскинувшаяся передо мной. — Я собираюсь вылизать тебя так, что ты будешь умолять о моём члене.

Я медленно стянул с неё шорты, наблюдая за тем, как в её глазах разгорается страсть.

— А потом... — Я подхватил её бёдра и окончательно снял ткань. Шорты полетели на пол, я развёл её колени в стороны. — Потом я нагну тебя через этот диван и оттрахаю до потери сознания.

Я наклонился, едва касаясь губами её промежности, дразня её так же, как и себя. Чёрт, я сгорал от желания.

— Да, пожалуйста, — прошептала она, вцепившись в подушку дивана.

Послушно я опустил голову ниже, слегка лизнул её, отчего она заёрзала. Но вместо того чтобы сразу перейти к делу, я усадил её прямо, широко разведя ноги, опустился перед ней на колени, как перед королевой, и принялся за пир.

Я лизал и сосал жадно, впитывая её вкус, чувствуя, как по телу пробегает ток, когда она тянет меня за волосы.

Секс с Вик был чертовски горячим. И весёлым. Мы постоянно смеялись. Я всё ещё изучал её тело, так что каждый раз был как новое открытие.

— Ноа, — прошипела она. — Можно уже перестать. Я разогрелась.

Я нахмурился, глядя на неё.

— Ни за что. Ты кончишь у меня на языке, прежде чем кончишь на моём члене.

— Но...

Я развёл её бёдра ещё шире, чтобы получить лучший доступ. Похоже, ей нужно было напомнить: если она в моей постели или на моём диване, как сейчас, то кончать она будет не один раз.

Я ввёл в неё пальцы, наслаждаясь её вздохом, и вернулся к делу.

Как и ожидалось, через пару минут она взорвалась у меня на языке, изгибаясь и выкрикивая моё имя. Когда она обмякла и тяжело задышала, я ощутил гордость. Мы ещё не дали названия тому, что у нас происходит, но сердце моё колотилось как бешеное. Я пропал.

Она посмотрела на меня затуманенными глазами.

— Ты вроде говорил что-то про «нагнуть через диван». Это сегодня или как?

— Остроумная. — Я вскочил и поднял её за собой, целуя взасос. — Я просто давал тебе передышку.

— А мне она не нужна, — прорычала она. — Мне нужен твой член. — И с этими словами развернулась, перегнулась через подлокотник дивана и покрутила передо мной этой идеальной задницей.

Всё внутри меня сжалось. В голове билось только одно: моя. А член рвался наружу.

Инстинктивно я шлёпнул её.

Она ахнула, резко обернулась и посмотрела на меня через плечо с широко раскрытыми глазами.

— Прости, — сказал я, сжимая пальцы, пытаясь совладать с первобытными инстинктами. — Это нормально?

Она облизнула губы.

— Более чем.

Я вновь шлёпнул её на этот раз по другой ягодице. От удара у меня зазудела ладонь.

Сжав член через ткань брюк, я попытался немного унять напряжение, наблюдая, как её светлая кожа розовеет от моих прикосновений. Я сходил с ума от желания, но заканчивать эту пытку пока не собирался. Раздвинув её ягодицы, я провёл пальцами по её щели, собирая влагу.

Блядь.

— Вся мокрая. Ты и правда хочешь, чтобы тебя выебали, да?

Она всхлипнула и кивнула, прижавшись щекой к дивану.

— Пожалуйста.

Я больше не мог ей отказывать. Разорвал упаковку с презервативом зубами и быстро натянул его. Сжав её бёдра с такой силой, будто от этого зависела моя жизнь, я резко вошёл в неё, отчаянно стремясь к максимальной близости.

— Ноа! — вскрикнула она, когда я вошёл в неё до конца. Она прогнулась, вытянув шею так, что мне захотелось вонзить в неё зубы.

Я был голоден до безумия. Жаждал её. Двигался резко, неистово, словно потеряв разум. Собраться было почти невозможно, но я цеплялся за последние нити самоконтроля, которых почти не осталось.

Эта женщина сводила меня с ума, даже не стараясь. Рядом с ней я превращался в настоящего дикаря. Я ничего не мог с собой поделать. Каждое мгновение с ней было невероятным. И дело было не только в сексе, спать рядом с ней, разговаривать обо всём на свете, сидеть на полу бок о бок и играть с моей дочкой, всё это казалось настоящим счастьем. Она была воплощением всего, о чём я когда-либо мечтал, собранным в самой соблазнительной и самой доброй оболочке.

— Сильнее! — вскрикнула она.

Я провёл пальцами по её позвоночнику, затем обвил её волосы рукой. Легонько потянул и и её колени подогнулись.

— Да, Ноа.

Господи, да я никогда не привыкну к тому, как это звучит.

Навалившись на неё сверху, я прижался губами к её уху.

— Тебе нравится, когда я грубый?

— Да. Чёрт, да. Будь грубым, горячий парень. Бери всё, что хочешь.

После таких слов сдерживаться было невозможно.

Я выпрямился и снова дёрнул её за волосы.

— Потри себе клитор.

Она обернулась через плечо и одарила меня дерзкой улыбкой:

— А если я скажу нет?

Да она всерьёз пыталась меня добить.

Не отпуская её волос, я резко шлёпнул её.

— Тогда получишь наказание.

Её грудь вздымалась, и она медленно опустила руку вниз, коснувшись того места, где наши тела сливались. От этого прикосновения у меня помутилось в глазах.

Блядь.

— Вот так. Три себе. Я чувствую, как ты сжимаешься всё сильнее.

Я начал двигаться жёстче, и от силы толчков диван сдвинулся на несколько сантиметров. Мне было плевать. Даже если мы проделаем дыру в стене — плевать. В такие моменты ничего другого не существовало.

Мы трахались именно так. Я вбивался в неё до упора, дёргал за волосы, время от времени шлёпал по заднице. А она с силой отталкивалась бёдрами, всё ещё массируя клитор и издавая такие звуки, что у меня темнело в глазах.

Я отпустил её хвост и провёл пальцами вниз по между ягодиц. Добравшись до плотного кольца мышцы, надавил на него большим пальцем, добавляя давления.

Она тут же закричала от удовольствия и резко изогнулась. Я стиснул зубы, изо всех сил сдерживая разрядку, стараясь продержаться с ней до конца — отдать ей всё, что у меня было, пока она разлеталась на кусочки подо мной. Каждый толчок её оргазма был сладкой пыткой.

А потом я отпустил себя и рухнул следом, и собственный оргазм пронёсся по телу волной, выжигая всё до дна, оставляя меня выжатым и бездыханным, но охуенно счастливым.