С топором наперевес

Глава 40

Виктория

Мы справились. До сих пор не верилось, что всё это реально. Два дня, тысячи гостей и больше пожертвований для пункта продовольственной помощи, чем я могла себе представить. Завтра придётся сесть и всё посчитать, но я почти уверена, что мы приблизились к шестизначной сумме. А количество новых волонтёров — просто невероятное. Чип, который возглавлял команду пенсионеров, уже набрал себе новых людей на обучение, а Элис, воспользовавшись летними каникулами, предложила заняться остальными и всё им показать.

Город нас по-настоящему поддержал. Главная площадь была переполнена участниками, а все мероприятия для детей — забиты до отказа. Я бы никогда не подумала, что идея дать малышам возможность лазить по деревьям станет хитом. К счастью, Алисия, бывшая девушка Финна и мама Мерри, оказалась юристом и бесплатно подготовила для меня отказные формы.

— Я знаю, о чём ты сейчас думаешь, — Ноа подошёл ко мне и протянул холодное пиво. — Вижу, как шестерёнки в голове крутятся. Но сегодня мы празднуем.

Я кивнула, головой даже слишком резко дёрнула. Когда я в последний раз по-настоящему расслаблялась? Я была переполнена любовью к этому городу. Мы объединились и сделали нечто потрясающее. И так много людей получат от этого пользу.

— Виктория! — подошла Александра с Грэмом за спиной, на лице у неё сияла широкая улыбка. — Всё просто супер!

Мои родители плелись позади, совершенно не к месту в своих чересчур нарядных костюмах. Папа показал мне неловкий жест с поднятым вверх большим пальцем. Мама просто уставилась.

— Отлично выступил, — сказала я Грэму. Это была правда. Я-то думала, он плюхнется в воду на первом же бревне, а он занял второе место.

— Было весело, — пробормотал он, оглядываясь по сторонам и вдыхая атмосферу Лося. Он протянул руку Ноа, и тот её пожал.

— Круто, парень. Было весело.

— Спасибо, — кивнул Ноа. — Надеюсь, вам понравилось. Вик трудилась над этим событием месяцами, и это видно. Всё прошло потрясающе. Мистер и миссис Рэндольф, вы когда-нибудь представляли, что Вика окажется таким новатором?

Я залилась краской. Мне было приятно, что Ноа заступился за меня, но моей семье было всё равно. Или… нет?

Пока я так думала, моя сестра меня ошарашила. Алекс подняла бутылку воды и произнесла тост в мою честь. Грэм, не отставая, тоже поднял бокал вина и даже улыбнулся почти искренне.

— Она весьма способная молодая женщина, — отозвалась мама, высоко подняв подбородок и по-прежнему смотря на меня свысока.

У меня перехватило дыхание. Чёрт. Для неё это звучало как восторженный комплимент. Возможно, самое приятное, что она говорила мне за последние лет двадцать. Я решила, что могу занести это в актив.

Ноа кивнул им, потом положил ладонь мне на поясницу.

Поняв намёк, я коротко помахала.

— Хорошего вечера.

Мы пошли к мишеням для дартса, где уже устроились его братья.

— Это было на них совсем не похоже, — пробормотала я, всё ещё не до конца осмыслив произошедшее.

Я была уверена, что Алекс упрекнёт меня за внешний вид, а Грэм начнёт ныть по поводу отсутствия достойных сортов вина. Но они, похоже, реально получали удовольствие. Это было по-настоящему сбивающе с толку.

Ноа пожал плечами, в глазах блестело веселье.

— Может, это ты нехарактерно потрясающая, и они просто устали это отрицать.

Я фыркнула и шлёпнула его по плечу, направляясь к мишеням.

Мы пили пиво, ели картошку-фри и играли в дартс. Так долго я просто шла по накатанному, делала то, что было положено. Притворялась счастливой в браке. Притворялась, что мне не плевать на бездушную офисную работу. Притворялась, что люблю шумный мегаполис. Каждый день я просыпалась на автопилоте и делала то, что от меня ожидали.

А теперь? Теперь я по-настоящему жила. Этот уикенд был невероятно сложным, требовал месяцев подготовки. Количество нервных срывов, вызванных фестивалем, точно перешло за сотню. Но всё было не зря. Объединить сообщество ради такой важной цели — это было моей мечтой.

Я больше не хочу притворяться. Хочу настоящего, пусть неидеального, трудного, но настоящего. Хочу Ноа, Тесс и весь этот сумасшедший город.

— Я за следующим раундом, — объявила я, пока Адель подсчитывала очки. В этом не было нужды — она всё равно обыграла всех с огромным отрывом, но настояла на подсчётах. Я пробралась сквозь плотную толпу к бару и махнула Джиму, ворчливому владельцу Moose, который сегодня сам стоял за стойкой. Он регулярно приносил продукты для пункта помощи. Утверждал, что «лишние», но я знала, что он просто скрывал доброту.

С пятью бутылками пива в руках я повернулась от стойки — и врезалась прямо в Дениса Хаксли.

Его маленькие глазки сузились, губы растянулись в неприятной улыбке.

— Вот кого я хотел увидеть.

— Привет, Денис, — пробормотала я, пытаясь обойти его слева.

Он сделал шаг в ту же сторону и двинулся вперёд, прижав меня спиной к жёсткому краю барной стойки.

— Паркер Ганьон направила запросы о доступе к информации по поводу некоторых наших предприятий, — сказал он. — Что-нибудь знаешь об этом?

— Прости, нет, — ответила я, выдавив натянутую улыбку.

Он упёрся руками по обе стороны от меня, загнав в угол, его дыхание пахло алкоголем.

— Я знаю, что ты взяла, — прошипел он. — И я предупреждал тебя, не переходи границу...

Но тут его резко отдёрнули назад, и передо мной появился Ноа сжатыми кулаками, готовый ударить.

— Не смей прикасаться к ней.

Рядом с ним возник Джуд, а следом — Коул, Гас и Финн. Похоже, на сцену вышла вся кавалерия семейства Эберт.

Денис поднял руки.

— Мы просто ведём разговор с моей деловой партнёршей.

От этих слов меня чуть не вывернуло.

— У нас нет с вами никаких дел, — сказала я, выпрямившись. Мне не нужны были ни Хаксли, ни их грязные деньги. Этот уикенд стал настоящим триумфом, и я теперь точно знала: если пункту продовольственной помощи чего-то не хватит — я всё добьюсь сама.

Денис нахмурился.

— Я ведь предупреждал.

С этими словами он развернулся и ушёл прочь.

— Ты в порядке? — Ноа забрал у меня бутылки. Вся злость, копившаяся внутри, вмиг растаяла от одной только заботы в его взгляде.

— Всё хорошо. Спасибо, что пришёл на помощь, — я качнулась набок и оглядела его братьев, всё ещё стоявших позади — надутые, готовые к драке. — И вам всем спасибо. Но правда, я в порядке. Можно возвращаться к празднику. Гас, ты мне ещё должен партию в дартс.

Позже из джукбокса начали литься песни, под которые невозможно было не танцевать. Элис и Бекка крутили меня по кругу, бесконечно делали селфи и восторгались мной до смеха нелепо.

— Настоящая крутая штучка, — воскликнула Бекка, закружив меня под Бритни Спирс.

— Так горжусь тобой, милая, — сказала Элис, уже изрядно навеселе. Она всегда у нас быстро пьянеет. — Пойду поищу своего горяченького мужа. Он мне танец обещал!

Пока мы с Беккой пили воду и приходили в себя, на моё плечо легла твёрдая женская рука.

Я обернулась — за мной стояла эффектная женщина.

— О. Привет, Магнолия, — сказала я, разворачиваясь к ней.

— Виктория, — она чмокнула меня в обе щёки. — Поздравляю. Великолепное мероприятие. Подошло для всех возрастов и, я уверена, войдёт в историю Лавелла как один из самых успешных фестивалей. Браво.

Магнолия Стивенс-Томас была высокая, гламурная и непоколебимая, как стихия. Я не была с ней знакома, но знала её в лицо — как и весь город. Она приезжала летом и жила в одном из особняков у озера, рядом с домом моих родителей.

Постоянно мелькала в дизайнерской одежде и с модными стрижками, приезжая из Нью-Йорка. Несмотря на элитное положение, даже выше, чем у моей семьи, её здесь обожали. Она тратила деньги в местных магазинах, поддерживала добрые инициативы. Говорили, что у неё в Нью-Йорке своя шикарная компания по организации мероприятий и что вечеринки у неё всегда на грани безумия.

— Вот, — она протянула мне плотную визитку с тиснением. — Я хочу с тобой поговорить.

Я заморгала, язык вдруг стал как деревянный. Магнолия хочет поговорить со мной?

— Я недавно купила отель Лавелл Инн, — пояснила она. — Планирую его отреставрировать и вновь открыть. И хотела бы, чтобы ты помогла мне с мероприятиями. Мне нужен человек в Лавелле, который может запустить процесс.

Я стояла в ступоре и не до конца понимала, что она имеет в виду.

— Я знаю, что ты предана своему делу и пункту помощи, и уважаю это. Мне бы хватило твоего участия время от времени. Я понимаю, что тебе придётся совмещать это с основными обязанностями. Но ты действительно в этом сильна, и я хочу привлечь к работе как можно больше местных.

Я кивнула, не находя слов.

— Если у тебя и так всё расписано — пойму. Но, судя по тому, что я видела, ты креативная и целеустремлённая. А мне нужна именно такая помощь, чтобы воплотить задуманное.

— З-звучит здорово, — выговорила я наконец.

— Позвони мне на следующей неделе. Пообедаем, поболтаем. У меня столько идей! — она сжала мою руку и направилась обратно к Вилле и Коулу.

Я осталась стоять с визиткой цвета фуксии в руках, сердце колотилось. Может, из этого ничего и не выйдет, но одна мысль о том, что отель снова заработает, заставила мою душу развернуться. Лавелл за последние годы стал более туристическим, и этот шаг ещё больше укрепил бы его позиции.

На седьмом небе от счастья я почти летела к Ноа, который стоял с Финном и Адель. Когда рассказала ему про предложение Магнолии, он подхватил меня на руки и закружил.

— Видишь? Я же говорил. Все в городе знают, насколько ты талантлива.

Этот мужчина — мой самый главный болельщик. Я никогда не смогу отплатить ему за всё, что он для меня сделал. Я всё ещё училась верить в себя, но рядом с Ноа поняла: я способна на гораздо большее, чем когда-либо думала.

Он провёл ладонью по моему предплечью и переплёл наши пальцы.

— Потанцуем? Твои подружки уже всё внимание на себя забрали. А я хочу тебя в своих объятиях.

Я растаяла в луже прямо на месте.

— Ладно, герой. Подарю тебе танец.

Он увёл меня на танцпол и дал знак Джуду, который стоял у джукбокса.

Когда заиграли первые ноты Love Is Like A Butterfly, Ноа притянул меня к себе.

Сердце сжалось от нежности.

— Наша песня, — прошептал он и ещё крепче обнял меня.

Мы покачивались под музыку, пока вокруг смеялись, болтали и шумели. И вот так, в объятиях любимого мужчины, моё сердце было наполнено до краёв.

Я как раз думала, насколько идеально всё складывается в этот момент, как вдруг музыка оборвалась.

— Извините, — послышался голос Дениса Хаксли. Он стоял на небольшой сцене с микрофоном в руке. — Хотел поздравить Викторию и весь город с потрясающим фестивалем.

Он покачивался, слова звучали смазано.

— Но есть кое-что, что вы все должны знать, — он икнул. — Или услышать. Ну, то есть…

Он неуклюже начал ковыряться в телефоне, и каждое движение громко отдавалось через динамики. Потом поднёс его к микрофону.

Я нахмурилась, услышав голос Ноа. Внутри всё похолодело.

Я так рад, что ты попросила меня быть твоим фальшивым парнем.

А я рада, что ты согласился.

Удивительно, что всё это началось просто потому, что ты не хотела идти одна на свадьбу своей сестры.

Пришлось брать с собой фальшивого парня на свадьбу к бывшему мужу.

Если тебе нужно, чтобы я был твоим фальшивым парнем, мужем, кем угодно, я сделаю это без колебаний.

Это были мы. Я и Ноа. Разговор, который он воспроизвёл, был личным. Мы вели его наедине, в его квартире. И его смонтировали. В таком виде всё звучало безумно. Будто мы какие-то подростки, затеявшие сложную, глупую шутку.

Когда по залу прокатился коллективный вздох, Денис расплылся в зловещей ухмылке.

Несколько человек обернулись и уставились на меня. Голова закружилась, а мир рассыпался на куски. Я звучала жалко. Я звучала как лгунья.

Сердце бешено колотилось, перед глазами поплыли пятна.

Рядом возникла Элис и её встревоженное лицо только усилило панику.

К горлу подкатила тошнота, по телу хлынула волна стыда. Виктория — жалкая старая дева, которой пришлось тащить фальшивого парня на свадьбу сестры. Жалкая одинокая женщина, чей муж изменял ей направо и налево со всеми в Бостоне.

Все те чувства, которые я так долго глушила и, казалось, наконец-то научилась контролировать, вырвались наружу с новой силой. Ноги подогнулись, и на секунду я была уверена, что просто рухну на пол.

Но Ноа крепко схватил меня за руку, удержал, сам выглядя так же потрясённым и сбитым с толку.

— Пойдём отсюда, — тихо сказал он и бережно потянул меня за собой.

Я позволила ему вывести меня. Все взгляды были прикованы к нам, все рты — раскрыты.

Когда мы подошли к двери, я увидела их. Мою семью.

Мама и папа стояли с перекрещенными на груди руками, а лицо Александры было пунцовым от ярости.

— Ты притащила фальшивого кавалера на мою свадьбу? — прошипела она.

Ноа сделал шаг вперёд, заслоняя меня собой.

— Позволь объяснить...

— Ты такая жалкая, — выплюнула она. — Вбей себе в голову: он выбрал меня. И я жду от него ребёнка.

С этими словами она схватила Грэма под руку и вышла за дверь. Родители последовали за ней, мать выглядела совершенно убитой стыдом.

У меня подогнулись колени, но Ноа подхватил меня прежде, чем я упала. Я мечтала провалиться сквозь землю. Я была жалкой. Полным провалом. Как я вообще могла вообразить, что наконец-то заслужила уважение? Что могу хотя бы немного собой гордиться? Господи, я была позором.

— Вик. Поговори со мной, — прошептал Ноа, обнимая меня, пряча от чужих взглядов.

— Я хочу домой, — сказала я тихо. — Одна.