Сердце Белого бога

Глава 16

Арена.

Жуткий и чужой мир, где мы ничего не можем обрести, но можем потерять самое ценное — жизнь. Тёмный, лишённый надежды мир, где даже боги бессильны защитить нас от уготованной участи.

Я бросила взгляд на то место, где несколько дней назад сидел Тоб.

За решёткой на полу пролегла полоса света и тени.

«Тоб… Что они с тобой сделали? Почему ты до сих пор не вернулся?» — снова и снова спрашивал во мне человек.

«Просто верь в него…» — ответила я. Он справится.

Я на мгновение замерла, после, бессильно выдохнув, продолжила мерить камеру шагами. Вдруг тяжелое эхо разорвало отвратительную тишину.

У дверей камеры появился Тоб. Прислонив руку к груди и исказив лицо гримасой боли, он опустился на пол.

— Волновалась за меня? — с болезненной улыбкой спросил он.

Я тут же приблизилась и осторожно коснулась его ладони лбом.

— Я тоже рад тебя видеть, — виновато пробормотал Тоб, опустив голову. — Прости, что не пришёл. У моего противника были железные кулаки. Ничего не мог с этим поделать. Два сломанных ребра и гематома размером с куриное яйцо приковали меня к больничной койке на все эти дни.

«Ты пришёл. Разве это не главное?»

Меж бровей Тоба пролегла глубокая складка. На его бледном лице тревожно блеснули глаза.

— Ко мне приходил Верзила, — тихо сказал он. — Вместо финального боя Арена предлагает мне пожизненный контракт без права выхода на свободу.

Я отстранилась, настороженно наблюдая за его реакцией.

— Что такое? Хочешь узнать, какой ответ я дал?

Я молчала, охваченная дурным предчувствием.

— Разве это не очевидно? Я разорвал этот контракт на мелкие клочки!

Глухой рык вырвался из моего горла, отражая ярость человека внутри меня.

— Неужели ты думаешь, что я мог подписать этот чёртов контракт и остаться узником Арены до конца своих дней⁈ — вспылил Тоб и тут же скривился от боли, хватаясь за ребра.

Едва переводя дыхание, он постарался успокоиться. Его голос стал слабым и дрожащим:

— Этого ты мне желаешь?

Мой взгляд говорил о другом: В противном случае Верзила исполнит свой долг.

— Хватит так на меня смотреть! — вспыхнул Тоб, избегая моего взгляда. — Последнее, что я сделаю, — это останусь здесь, на Арене! Ты не сможешь меня удержать. Никто не сможет! Я приму этот бой и сделаю всё, чтобы выжить.

Я прижала уши и раскрыла пасть, но прежде чем дать волю гневу, он продолжил:

— Ты не понимаешь…

Его голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась тяжесть.

— Всё это время я жил воспоминаниями о прошлом. Четыре долгих года они поддерживали меня, даря надежду. Я верил, что однажды покину этот враждебный мир. Я приду к морю и буду долго смотреть, как сверкающие волны набегают на берег. Они так стремятся вырваться на песок, словно хотят раз и навсегда покинуть своё место в море…

Тоб замолчал, но в его глазах вспыхнула искра.

— Я просижу на берегу всю ночь, чтобы увидеть не серую пустоту каменных стен, а как мрак растворяется в первых пламенных лучах восходящего солнца. И только тогда я смогу увидеть её…

Его голос дрогнул, но не от страха — от тепла воспоминания.

— Не во сне, а наяву я увижу её красивое лицо с тонкими чертами, её большие чёрные глаза и мягкую улыбку. Услышу её голос… Голос, которому одному по силам воскресить мою душу.

Глаза Тоба загорелись радостью, а сердце, казалось, билось с удвоенной силой.

— И всё, что меня от этого отделяет — это один бой!