Сердце Белого бога

Глава 19

Помню, как меня катили по гулким коридорам Арены, как рябило в глазах от света потолочных ламп. Помню Верзилу, который шел рядом. В его глазах было сочувствие, на руках — кровь и песок. Это навело на мысль, что именно он вынес меня с арены.

Достигнув операционного блока, он передал меня в руки врачей, которые тут же мне что-то вкололи. Перед глазами мелькнул переносной столик с хирургическими инструментами, и уже в следующий миг передо мной развернулась пугающая темнота. Я больше не видела крови и не ощущала боли. Не слышала я и искаженного тревогой голоса Верзилы…

Докторам удалось вырвать меня из лап смерти — когда ты приносишь Арене приличные деньги, помереть тебе не дадут, и клинок из груди вытащат, и зашьют как надо. Однако часть меня все же умерла в тот день. Я стала темным и молчаливым отражением себя, которое словно издалека смотрело на этот мир, оставаясь равнодушным ко всему, что его окружало.

— Жалкое зрелище, — сказал ведущий, и, в отвращении поведя губами, щелкнул зажигалкой. — Сможешь привести ее в норму?

— В зоопарк ее надо, а не на арену, — спокойно сказал Верзила. — Свое она уже отработала.

— В зоопарк⁈ — усмехнулся ведущий, выдувая из носа сигаретный дым. — На притравочную станцию или в музей под стекло. У этих ребят хотя бы есть деньги заплатить за ценный иномирный экземпляр.

Верзила промолчал.

— Рогатый со своими больными ногами, эта не в кондиции… Игры на носу, а мне высоких гостей развлекать нечем.

Снова молчание.

— Что скажешь?

— Лучше на арене смерть, чем в притравочную станцию, — прямо сказал Верзила.

— Так и сделаем, — кивнул ведущий, и, затушив сигару о каменный выступ, направился прочь.

— Мне жаль, — сказал, уходя, Верзила.

Когда пришло время для новой битвы, я вышла на арену.

На нагретом солнцем песке раскачивался огромных размеров рогоносец. Его тело, покрытое толстой шкурой, словно щитом, страдало от боли и аномальной жары. Страшные наросты окаймляли стопы его ног, причиняя нестерпимую боль.

Его большая голова склонилась под тяжестью рогов. Костистые наросты поменьше защищали его плечи и спину, они потемнели и перекосились, словно прогнившие пни. Его взгляд померк, а на светло-серых щеках пролегли темные разводы от слез.

Он плакал, плакал беззвучно.

Странно и страшно было видеть его таким. Он был исчезающей тенью тех свирепых красавцев, которых я помнила. С холодными, черными как сама бездна глазами, и длинными острыми рогами, венчающими их головы, они гуляли по просторам Сатаи — далекой и невероятно прекрасной планеты.

Рогоносец замер, уставившись на меня.

Я всмотрелась в его тусклый взгляд. Нас объединила одна никому не понятная пустота в душе. У нас больше не было цели, не было желания биться за свою жизнь. Каждый был готов подчиниться судьбе и поставить последнюю точку.

Однако в каждом из нас еще были силы для удара. Хоть и очень мало.

Я склонила голову и закрыла глаза.

Нет, я не боялась. Сердце билось ровно, потому что не было страха.

Я чувствовала его дыхание. Чувствовала, как приходят в напряжение мышцы, переставляя покрытые наростами подошвы ног и разворачивая ко мне его тело. И только тогда открыла глаза, когда поняла, что своим дыханием он поднимает в воздух песчаные облака пыли, не причиняющие мне никакого вреда.

Он стоял передо мной с опущенной головой.

«Радиххх», — прозвучал в моей голове его низкий голос.

Я хотела было сказать «прости… я не понимаю», но вовремя спохватилась.

«Что значат твои слова?» — спросила я мысленно, широко распахнутыми глазами глядя на рогоносца.

«Радиххх, — повторил он, неуклюже приподнимая голову. — Звать Радиххх».

«Тенера, — машинально ответила я, и чуть подавшись вперед, произнесла уже более уверенно: — Мое имя Тенера».

«Устать, — сказал он, бросая на меня беспомощный взгляд. — Хотеть спать».

«Понимаю. Я понимаю тебя, Радиххх», — ответила я.

«Место плохой. Тянуть к земле».

Все так. Гравитация на Сатае была ниже, чем здесь, на Земле. На родной планете я могла легко лазать по скалам, преодолевая в прыжке многие метры. Здесь на мои лапы словно навесили гири. Что уж говорить про такого гиганта, как он.

«Еда плохой».

Я улыбнулась, вспоминая островки редкой растительности, которая пробивалась меж камней во время правления миролюбивой Рете. Рогоносцы любили эту траву. Их голова заканчивалась своеобразным клювом, который мог перемалывать куда более грубые стебли.

«Звери плохой. Убивать не потому, что слабый. Хотеть убивать».

Голова разрывалась от оглушительного скрипа его голоса, но я не шевелилась, боясь оборвать это ощущение единства.

«Хотеть спать».

«Скоро, Радиххх. Скоро. Они ждут», — сказала я, бросая взгляд на решетку, за которой в темноте блестели лезвия мечей.

Понимая, что схватки между нами не будет, ведущий натравил на нас заключенных. Натужно заскрипел механизм, разом открывая ворота, поднимая решетки, и с четырех сторон на арену хлынули заключенные. Подстрекаемые словами ведущего, они бежали на нас, крича и размахивая мечами. В следующее мгновение арена пришла в движение. Радиххх направил свои рога туда, где было наибольшее скопление людей, и, выдувая пар из ноздрей, пошел в лобовую атаку. Часть заключенных он поднял на рога, остальных пропустил под собой, и они замертво упали под его ногами. С криками ужаса заключенные шарахнулись к воротам, которые к этому моменту были уже наглухо закрыты.

Я стояла в самом центре наполненной кровью арены и не могла оторвать взгляда от Радиххха.

Он был красив и беспощаден в своем последнем танце со смертью.

Болезненный удар по ногам заставил рогоносца резко уйти влево и врезаться в стену. Послышался мощный выламывающий взрыв, после которого арену накрыло облаком мраморной пыли.

Наступила гробовая тишина. Когда пыль улеглась, я увидела тела заключенных, над которыми возвышался Радиххх. С обломанными рогами и ободранным боком, он едва держался на ногах. Из ноздрей хлестала кровь.

«Тенера… — из последних сил сказал Радиххх, — Хотеть спать. Спать страшно. Нуждаться проводник».

Мне понадобились считанные секунды на то, чтобы решиться.

«Да, Радиххх. Да! — со слезами на глазах пообещала я. — Я стану твоим проводником».

«Мой путь закончиться. Радиххх уходить спокойным».

Радиххх медленно вдохнул воздух и тяжело выдохнул. В следующее мгновение свет в его глазах померк, рогоносец рухнул на песок. А я… я едва устояла на лапах, когда в мое тело горячей волной вторгся дух Радиххха.