Сердце Белого бога

Глава 28

Предписания семейного доктора Виктор воспринял буквально, и в следующие несколько дней Селин действительно была избавлена от малейших эмоциональных перегрузок. Работы по строительству моего вольера были перенесены на неопределенный срок, шумных собак поселили за высокой оградой в самом дальнем углу поместья, а меня надолго закрыли в старом вольере.

Дни текли уныло и однообразно. Без моей Светлой леди мир медленно терял свое очарование, становился скудным, серым и бессмысленным. Мне ничего не хотелось, и меня ничего не интересовало.

Изредка из клубка запутанных запахов мой нос улавливал цветочный аромат Селин. И тогда скованное усталостью и грустью сознание быстро пробуждалось. Я вскидывала голову и, в надежде увидеть знакомый светлый силуэт, напряженно вглядывалась в утренний полумрак. Боясь повредить тишину своим дыханием, я прислушивалась к звуку ее шагов, который исчезал, когда Селин усаживалась в микроавтобус. Автоматическая дверь закрывалась, и белый монстр неспешно катил по аллее, поблескивая среди густорастущих зеленых кипарисов своим белоснежным боком.

И снова тень столетней усталости накрывала мое сознание, я молча опускала голову на скрещенные лапы и закрывала глаза.

Однажды утром возле моего вольера внезапно появились две фигуры. Первая — управитель поместья Георг. Вторая, более бодрая, с гладковыбритым сияющим на солнце лицом, был дрессировщик, вооруженный не менее сияющей миской с мясной обрезью.

— Очень плохо, — пробормотал Георг, внимательно рассматривая меня.

Набравшись храбрости, он нагнулся, просунул руку сквозь прутья решетки и смахнул сухой лист с моей головы.

Отсутствие какой-либо реакции заметно встревожило Георга.

— Очень плохо, — повторил он.

— Я перепробовал все, — бодрым голосом заговорил дрессировщик. — Я давал ей лучшие сорта мяса. От свинины до оленины. Даже сердцем оленя кормил. Она ничего не стала есть…

— Вам следовало сообщить мне сразу, как только проблема была обнаружена.

— Не хотел беспокоить вас по пустякам.

— Она — не пустяк, — грозно сдвинув брови, сказал Георг. — Вам отлично известно, что она — любимица Селин, и к ней должно быть особое отношение.

— Но…

— Никаких «но», — невозмутимо ответил Георг. — Отдайте мне ключи, миску и идите заниматься делами.

Едва мы остались одни, Георг отворил дверь, прошел вглубь вольера и просто сел рядом со мной. Какое-то время он молча смотрел на меня, словно решая, что со мной делать. Миска с едой все еще оставалась в его руках.

Прочистив горло, он тихим, располагающим голосом заговорил:

— Ты ведь любишь Селин?

Заметив, как при слове «Селин» мои уши повернулись в его сторону, Георг несколько приободрился и продолжил:

— Сегодня все утро Селин придумывала тебе имя. И… признаться, я был удивлен ее изобретательностью…

Он загадочно улыбнулся и замолчал. Я медленно подняла голову и посмотрела на управителя в упор, требуя продолжать. Я желала знать имя, которое подарила мне моя Светлая леди.

— Ни на одном варианте Маленькая мисс так и не остановилась. Однако она не стала унывать и, в надежде отыскать нужное имя, взялась пересматривать любимые мультфильмы.

Он посмотрел на мелкорубленные кусочки, обрамленные белым жирком, и, все же решив расстаться с миской, поставил ее на пол, потом снова взглянул на меня.

— Напрасно ты объявила голодовку. Когда Маленькая мисс тебя увидит, она очень расстроится. А расстраиваться ей нельзя.

Своими словами Георг вложил в меня надежду на скорую встречу с Селин. Вот только… Я подняла полные тревоги глаза на Георга. Я не хотела огорчать Селин. Я хотела сделать ее счастливой. Но как?.. Как это сделать?

Вместо ответа Георг придвинул миску с мясной обрезью к самому моему носу.

Я неуклюже поднялась и, едва удерживая свое тело на дрожащих от слабости лапах, под благодарным взглядом Георга, стала глотать мясо, даже не чувствуя его вкуса.

— Вот умница, — довольно усмехнулся Георг, потом забрал начисто вылизанную миску и, простившись со мной, как со старым другом, вернулся в дом.

Утро нового дня подарило мне долгожданную встречу с Селин.

Когда я вошла в светлую, купающуюся в зелени комнату, то застала мою Светлую леди за её любимым занятием. Она залезла на стул-стремянку и, подняв руки над головой, протирала гладкие сердцевидные листья сингониума так бережно и в то же время так тщательно, что они начинали светиться.

При виде меня глаза Селин засияли, как звезды на ночном небе, а губы расплылись в очаровательной улыбке. Охваченная радостью, она спустилась со стремянки и заключила меня в свои объятия.

— Я так долго не видела тебя и очень, очень соскучилась! — воскликнула Селин, любовно прижимаясь ко мне щекой.

Если меня спросят, как пахнет свобода, то я, не задумываясь, отвечу, что она пахнет дыханием цветов, украшенных улыбкой и дневным светом. Однако в мягком и теплом аромате Селин проскальзывали и робкие ноты уже поникших цветов, и они мне не нравились. Они пугали меня, потому что их источником была болезнь, которая жила и развивалась в теле Селин.

Я оглянулась на застывшего в дверях Георга.

Ещё минуту назад он казался мне мрачным и молчаливым, но теперь черты его лица смягчились. Из-под бровей на нас смотрели мудрые глаза, и в этих глазах была нескрываемая радость. А ещё в них было чувство вины — Георг, лучше, чем кто-либо, понимал, как нужна мне Селин, и видел, что Селин нуждается во мне. Однако он слишком долго тянул, испытывая неуверенность и предпочитая оставлять свои догадки при себе. Давно пора было рассказать всё Виктору и позволить нам с Селин проводить время вместе.

Георг прошел вглубь комнаты, опустился в большое удобное кресло и, приняв заинтересованный вид, стал просматривать сводки новостей.

Уложив меня на кровать, Селин взяла пульт и включила странную штуковину на стене. Не представлявший угрозы до этого черный экран вспыхнул, ударяя по глазам ярким светом, заиграли динамики, обрушиваясь на меня горстями странных звуков, от которых всё внутри сжалось в тугой, полный напряжения ком. Мысль об опасности затмила мой разум, и, ничего не видя, я ринулась к экрану, желая избавиться от него как можно быстрее. Что-то внутри него хрустнуло, что-то с треском разорвалось. Враг был повержен. Вот только…

Испугавшись за Селин, Георг бросился к ней.

Я одарила недоумевающим взглядом Георга. Потом всмотрелась в испуганные глаза Селин, которая маленьким комочком свернулась за спиной управителя. Мой приступ агрессии напугал её⁈ Нужно было что-то срочно придумать, пока Георг не пришёл в себя и не приказал мне держаться подальше от моей Светлой леди. Взгляд зацепился за Vinni. Я схватила с полки всезнающего ассистента, осторожно опустила его в складки покрывала и отошла.

— Что это значит? — первой нарушила тишину Селин.

— Не могу знать, — тут же отозвался Георг. — Однако, если Маленькая мисс позволит мне сделать предположение…

Тут Георг замолчал, словно это мгновение понадобилось ему, чтобы собраться с мыслями и придать своему голосу уверенности:

— Смею предположить, что ей понравились уроки мадам Софи, — и тут же добавил: — Понравились гораздо больше, чем просмотр мультфильмов.

Выглянув из-за плеча Георга, Селин уставилась на меня широко раскрытыми глазами:

— Но я больше не буду получать образование.

«Не будешь получать образование…» — медленно, словно боясь ошибиться в значении каждого слова, повторил голос в моей голове и тут же воскликнул: — Но это невозможно!

Отсутствие знаний сделает тебя слабой. Ты будешь неспособна исполнить отведённую тебе роль в человеческой стае. Ты станешь не нужна своей стае. И тогда… она избавится от тебя.

Мысли мои единым порывом улетели на родную планету.

Молодняк в стае всегда пользовался особым расположением Мудрейшей. Она могла простить им абсолютно всё, но только не слабость. За слабость они платили жизнью.

Могла ли я пожелать такой участи своей Светлой леди? Тысячу раз — нет!

В этот момент я приняла важное решение — я решила возглавить нашу с Селин стаю и, подобно Мудрейшей, взять на себя заботу о подрастающем поколении. Мысль эта, как любят говорить люди, не имеющие души зверя, пришлась мне по душе. Вот только…

«Где Мудрейшая Софи, которая любит делиться своими знаниями с Селин?» — тут же подсказала Тенера, и я ухватилась за эту возможность.

Медленно обогнув Георга, я осторожно, и в то же время очень крепко ухватила Селин за полуприлегающий рукав бежевого свитера и потянула её к выходу.

— Что мне делать, Георг? — растерялась на мгновение Селин.

— Думаю, у нас только один вариант — идти за ней.

Заставив Селин следовать за мной, мы по безлюдному коридору прошли прямо в класс мадам Софи, которой, к моему огорчению, не оказалось на месте. Однако меня это не остановило. Усадив Селин на её привычное место, я запрыгнула на стул мадам и бросила тяжёлый взгляд на Георга, который красноречивее слов говорил:

«Вызови Мудрейшую Софи и как можно скорее!»