Случайная свадьба. Одна зима до любви

Глава 10

Перед плывущим взором мелькнуло красное. Затем белое. И сквозь щель в стекле ветер принес требовательное:

— Руку! Живее!

Я растерянно поморгала мокрыми ресницами: попробуй тут быть живее, когда сама при смерти.

Локоть, обтянутый серебристой тканью (рубашку ректор успел сменить), ожесточенно сбивал стекла с рамы, увеличивая зазор. На тонком шелке проступали красные пятна, но тэр Вольган не замечал неудобств. Оно и понятно: снаружи властвовал лютый холод, обмораживая до внутренностей.

— Дайте руку, — велел строго маг, протягивая пальцы к моему носу. — Я вытащу, доверьтесь.

Не уверена, что даже хрупкое, истощенное хворью тело протиснется сквозь окошко. И осколки на раме не внушали оптимизма. Но других вариантов не было. Из последних сил я протянула кулачок вперед и вложила в грубую обмороженную пятерню.

Невыносимо резкий порыв выбросил меня из склизкого подземелья на ближайший сугроб. Зубы застучали от холода, и я издала жалобное «у-у-у».

— Где болит?

— Хнолли… п-присосались… — выдавила, сотрясаясь в истеричной дрожи.

Белые хлопья сыпались сверху в лицо, укрепляя связь с бодрящей реальностью. В обморок нельзя, нельзя… Там темно и страшно. Там смерть.

А тут — колючий взгляд ректора. Блуждает по обмякшему телу, разыскивая присосавшихся паразитов.

На затылке нашел сразу, а вот под подол платья заглянуть решился только через секунд десять… Последним Вольган оторвал слизняка от лопатки, изрядно поругав шнуровку спереди и непродуваемую шерсть нарядов для сироток.

Для неловкости в ослабевшем теле не осталось места. Я покорно терпела ледяные прикосновения пальцев, покрытых инеем. Лишь вздрагивала от боли, когда очередная чмокающая пакость покидала насест.

— Следы останутся. Синяки от присосок, — бурчал ректор, заматывая меня в красный плащ, точно ковер скатывал на городском рынке.

Через минуту снаружи торчал только нос. И два нервно моргающих глаза.

— Влад, порвется сейчас! Я один не удержу, закрепить надо бы, — прокряхтел полный магистр за спиной тэра Вольгана.

Рядом размахивал рыжей косой младший маг, но от него толку было немного.

— Терпите, Башелор. Мне нужна еще минута. Две, — процедил ректор, пронзая меня напряженным взглядом.

Что он в испуганном лице разыскивал?

Брови его хмурились, сдвигались к переносице обвиняющей линией. Верно. Ректор же велел уходить и ждать нового сезона… Может, появятся места… Но я ж не нарочно спряталась в подземном хранилище?

Да и куда уходить? Туда? Я растерянно глянула на заслон, лоснящийся крепкой магией. За ним дымило, взрывалось, грохотало. В Пьяналавре шла битва.

— Как вы здесь оказались? — сипло допрашивал Вольган, возвращая внимание к себе.

— Сторожевой… принял за… по паразитам… и закрыл… — шептала сбивчиво, ошалело разглядывая спасителя. — Ск-казал… вестовой огонек… а я н-не умею…

Ректор растирал меня огромными лапищами через плащ, не давая замерзнуть. Резкие, точные прикосновения умело прогоняли гадостное ощущение от недавней липкости.

— Вестовой огонек не умеете, я тьму с пальцев — только так? — язвительно фыркнул он.

— Она сама… с п-пальцев… я говорила утром… п-прожигаю…

— Уж прожгли, так прожгли, — Вольган бросил тревожный взгляд на разбитое окошко. — Вы хоть понимаете… понимаете, сколько зачерпнули? Вот этими невинными «приютскими» пальчиками?

Он грубо растер «эти пальчики» между ладоней и попытался согреть жарким выдохом.

Ногти были чернее угля. Не от холода вовсе… От тьмы, что недавно хлестала с ладоней. По буграм костяшек тянулись темные вены… Полупрозрачные, но все еще ноющие от боли.

— С самого дна, демоны вас прибери! — ругался тэр, подгребая меня к себе. Рывком выдернул из сугроба, прижал «сверток» к груди и поднялся с колен сам. Проорал куда-то вдаль: — Бланко прибыл? Успел?

— Здесь он, у выхода. В последний миг под заслон втиснулся, — ответили гулко с той стороны.

— Если бы хнолли не вытянули излишки, вас бы накрыло с макушкой… А после — разорвало! В лучшем случае… — укоризненно шипел ректор, быстро шагая в сторону крыльца. — Кто ж вот так сразу, без подготовки, с самого дна черпает⁈ Весь дар призывает?

Сказать паразитам спасибо? Ну уж нет… Еще час, и они опустошили бы меня до смерти.

— Я н-не знаю… как д-дар работает…

— Сами себя отравили, — хрипел ректор в небо, ловя хмурым лицом мокрый снег. Моих сбивчивых оправданий он не слушал и не слышал. — Дали ему право управлять, хозяйничать в чистом теле. А ему только позволь…

— Я п-просто… защищалась… — я заерзала в плаще, отчаянно всхлипывая. — А потом д-дурно стало. Очень.

— Да, да. Знаю. Я научу вас, как правильно. Научу, тише. Если выстоим… Тэйн, прими тэйру и помоги со списками. Я на щиты, — договорил тэр Вольган кому-то рядом с собой. — Башелор едва держит.

— Герцог прислал меня помочь с защитой академии, — неуверенно пробормотал рябой парень с идеальной выправкой.

— Мы оба знаем, зачем на самом деле он тебя прислал, — процедил ректор. — Найди обеих… убедись, что целы… и эту вот прихвати. Не потеряй!

— Понял, — отрывисто кивнул боевой маг и принял меня с рук на руки. В мое лицо с неуместным любопытством уставились светло-карие глаза. — А вы у нас кто будете?

— Лара… Я из Вандарфа…

Вспомнилось, что чемоданчик мой многострадальный остался в подземелье. Вместе с бумагами от настоятельницы и запасным бельем.

— Я тоже. Из Вандарфа, — хмыкнул парень и легко подкинул меня на руках. — Драные рогатые… Устроили нам туманную засаду на мосту, отрезали от Пьяни… Мы все портальные камни растратили, чтобы переброситься на места!

Он внес меня в академическое фойе, набитое перепуганными студентами, и потащил в крыло, из которого тянуло запахами горячей еды и бодрящего грома.

— Так, прилягте тут, Лара из Вандарфа, мне нужно найти принцессу и ее неллу, — Бланко опустил меня на свободный край дивана. — Это… последний приказ моего генерала.

По просторному холлу, обставленному столами и диванами, блуждала паника. Как приставучая зараза, она перебрасывалась с одной кучки людей на другую. В жужжании голосов все ярче слышались нервные нотки. Из углов прилетало: «Демоны, демоны… Рогатые вошли в столицу! Туман расползается! Южные ворота разрушены!»

Студентки в домашних халатах жались друг к другу на лавке у стены. Напротив обмахивались папками девушки в меховых мантиях, от их сапог на полу оставались лужицы. Юные тэры сбились в кучку в дальнем углу и строили теории о тактике, выбранной генералом.

Мимо человеческих ног с жалобным хрюканьем бродил грумль, роняя слюни и разыскивая хозяйку. За ним волочился длинный магический поводок.

— Вот ты где, Грю! — красивая тэйра с растрепанными черными косами резко нагнулась и поймала мерцающий конец веревки. — Я же велела ждать под лавкой, несносное ты создание!

Подхватив упитанное складчатое тельце под мышку, девушка поволокла питомца в другой конец зала.

Общая тревожность делала атмосферу невыносимой, звенящей, как напитанный энергетическими разрядами воздух. Что там за заслоном? Живы ли люди в Пьяни, добрались ли рогатые до академического холма? Не прорвут ли щиты?

Сколько мы так сидели — одной Сато ведомо. От чужих выдохов и копошащихся под диванами хельмов в холле стало жарко. Я выпуталась из красного плаща, пропитанного терпким, пряным ароматом мужчины, и уселась ровнее.

Приняв меня за какую-то ценную особу, которую нельзя потерять, веснушчатый боевой маг из Вандарфа периодически подходил к диванчику. Убеждался, что я на месте. Кидал встревоженный взгляд на черные «обмороженные» пальцы и возвращался с чашкой наваристого бульона.

Я выпила уже три, всякий раз с благодарностью улыбаясь Бланко и чувствуя щекотную вину в районе ребер. Парень неверно истолковал приказ ректора. «Не потеряй» — не значит «позаботься». «Не потеряй» значит «сохрани в целости, чтобы я смог потом прибить эту настырную девчонку».

Но капля случайной, непрошеной заботы была очень приятна.

Иногда Бланко присаживался рядом и монотонно бормотал в переговорник на шее. Докладывал обстановку тэрам на той стороне. Вслушивался в короткие, резкие ответы. Бусина под серым мундиром поблескивала, а лицо парня темнело.

Наконец он подскочил и, насквозь прорезав корпусом зал, быстро направился к девушке с непослушным грумлем. Что-то сообщил ей негромко, низко опустив голову… Из-за коротких рыжеватых вихров едва нос просматривался. А мне больше нечем было заняться, кроме как за ним наблюдать.

Тэйра вскрикнула, точно в нее кинжал вонзили, и заметалась по холлу. Она вопила что-то о портальных камнях, о заслоне, который надо поднять… и плевать она хотела на демонов и безопасность…

— Мне нужно к Габу! Пустите! Пустите меня! — орала требовательно, вырываясь из рук Бланко. — Мне надо в Грейнхолл!

— Тише, принцесса. Туда не попасть, я уже проверял. Камней нет, заслон закреплен на славу, всю ночь продержится, — бубнил боец, в одиночку отволакивая упирающуюся девушку к стене близ моего дивана.

Черноволосая тэйра тяжело дышала, молотила по его плечам кулаками, сверкала зелеными глазищами. И плакала. Горько плакала.

— Вы останетесь здесь, под защитой ректора. Таков последний приказ генерала. И Владыка его только что подтвердил.

— Последний… уууу… Гаааб… Нет, нет, я должна… — хрипела она, заламывая руки. — Пусти… Пусти, Тэйн, я… Оу…

Растеряв всю свою аристократическую стать, девушка обмякла и повисла на парне. За ее хрупкой спиной появилась мощная фигура ректора, пальцы тэра Вольгана дымились и источали голубой туман. Остаточная магия… Чем он ее огрел? Это вообще законно, усыплять студенток?

— Вы не имеете… права… — пробулькала девушка, с трудом шевеля набухшим языком. — Я напишу Гар… Гар…

— Ммм… Тэйра Галлея, уверен, утром мы договоримся. Зельеварительные эксперименты над магистрами так-то тоже запрещены, — вкрадчиво прошептал тэр Вольган и перевел взгляд на Бланко. — Отнеси ее в мой кабинет и закрой от чужих глаз. Вторую нашел?

— Нет. Тэйра Эмма не вернулась с прогулки, — побледнев до полного исчезновения веснушек, сообщил боевой маг. — А генерал… совсем плох…

— Мне сообщили. Известия препаршивые, — коротко кивнул ректор. — Уведи… унеси принцессу. Не нужно ей все это видеть.

Взгляд Вольгана шлепнулся на меня, сжавшуюся на углу диванчика. Узнал. Задержался на мокрых волосах, серыми патлами завесивших глаза, и с усилием перепрыгнул на красный плащ.

— Возьмите. Я уже согрелась, вам нужнее, — прошептала, осторожно подталкивая теплый сверток к мужчине.

— Оставьте пока у себя. И не смейте потеряться… Мы еще не договорили, тэйра Как-Вас-Там.

— Лара, — напомнила магу. — Так-Меня-Там.

— Хмм… Лара. Сиротка из приюта. С утраченным растром.

— А кто эта девушка с косами? — спросила осторожно, уводя тему подальше от моего именного растра.

Острые, неприкрытые эмоции тэйры проникли в меня и успели ранить, сделав неравнодушной. Чужое горе ощущалось, как свое. Я совсем недавно так же плакала, не стыдясь слез, когда отец…

— Это принцесса Грейнская, сестра генерала сатарской армии. Точно-точно, не удивляйтесь, — фыркнул тэр Вольган. — Ее документы я проверил.

— И вы ее отрубили? В смысле… усыпили? — таращилась на него в ужасе.

Грейны — Владыки Сатара, хранители Садов Судьбоносной… У ректора будут очень большие неприятности, когда девушка очнется.

— Будем считать еще одной ошибкой этого дня, — дернул поджатыми губами и огрел меня крайне двусмысленным взглядом. — Не выношу дамских истерик. Они мешают сосредоточиться. Времена нынче темные… а на мне — вся демонова академия.

За его могучими плечами послышалось «Герцог… герцог ранен… отравлен…», и ректор болезненно скривился.

— Да откуда они все узнают? — прошипел яростно и растрепал подобие серебряной косы, собранной явно второпях, чтобы волосы не лезли в лицо.

— Герцог Грейнский ранен? — переспросила я шепотом.

— Отравлен керрактским ядом. Велика вероятность… что герцог Грейнский… что Габ… убит, — мрачно выдавил тэр и, дернув плечами, подозвал к себе высокого младшего мага в форме с золотой эмблемой. — Прогони всех через арку и сверься со списками. Я должен знать, сколько моих студентов осталось с той стороны.

— Будет сделано, мой тэр.

— Раненых и обессилевших к целителю сразу. Опроси… кто кого видел, кто куда шел… Может, удастся узнать, где потерялась архова Эмма Барнс. Я должен отчитаться Владыке.

Мучимый магренью и силовым откатом, ректор растер лицо. Развернулся, сделал шаг прочь… В последний миг вскользь дотронулся ладонью до моего подрагивающего плеча.

Вроде и случайное прикосновение, но кожу прошибло согревающим разрядом. И стало как-то полегче… Паника, подступавшая к рубежам, свернулась в послушный клубок. И ректор ушел совсем.

На том конце зала кто-то с руганью шлепнулся на пол, поскользнувшись… видимо, на слюнях.

Знакомая веревка мелькнула под ногами. Я свесилась с дивана и ухватилась за кончик, подтащила упирающуюся тушку к себе и заглянула в растерянную складчатую мордочку, увенчанную кристаллическими наростами. Бедняга грумль опять потерял хозяйку.

— Усыпили твою принцессу. Временно. Посиди пока тут, — предложила существу. Намотала поводок на кулак и ласково пошлепала малыша по толстому заду, заставляя сесть. — Вот так… Грю. Не будем разгонять панику. И заливать холл скользкими слюнями тоже не будем.

Сквозь гул в ушах я услышала, как маг с рыжей косой оповестил студентов о проверке целительской аркой. Золотистую рамку с артефактом установили в центре зала. Рядом встал сухенький, скрюченный, изрядно облысевший магистр, а чуть поодаль — веснушчатый Бланко.

На рябом воине не было лица… Теперь я понимала, что значит это выражение. Глаза Тэйна были пусты, серые тени улеглись под глазами, а мысли были где-то далеко. Видимо, с отравленным генералом.

Парень отрешенно глядел в папку и по очереди подзывал студентов. Если тэр или тэйра не откликались сразу, он запускал по залу голосящую искру… Бледная вспышка пролетала над лавками и диванами, уговаривая «Аранку Роузенблум» или «Нэва Фишела» срочно подойти на проверку резерва и читку ауры.

Младший маг проводил их через арку, лысоватый магистр внимательно считывал показания и фиксировал на листе. Бланко делал отметку в списке и вызывал следующего. А проверенный адепт направлялся или в спальное крыло, или в целительское.

Через час холл почти опустел. Добрые две трети учеников перекочевали в соседние корпуса. Одни со вздохами облегчения отправились в мягкие кровати. Другие хмуро побрели на восстанавливающие процедуры.

По разговорам магистров я поняла, что демонам дали отпор. Пьяналавра выстояла, столица окружена экранами, бойцы сатарской армии отлавливают в городе заплутавших рогатых. Нам, защищенным заслоном, до рассвета ничего не грозит.

Наконец в зале не осталось никого, кроме меня, толстозадого грумля и ректорского плаща. Ах да, еще в центре золотилась арка, вокруг которой переминались преподаватели. Старший тэр загасил проверочный артефакт и захлопнул папку.

— Ну? Все?

— Восьми не досчитались, магистр Шимани, — отрапортовал Бланко лысоватому мужичку. — Двое гостят у родни в Вандарфе, один отбыл на соревнования в драконятню Сандера, две тэйры задержались в придворном комплексе после вчерашнего спектакля… Судьба троих неизвестна. Все они уходили прогуляться по Пьяналавре.

— Что по целительской части? — заунывно пробубнил сухой тэр, растягивая звуки.

— Сильное истощение у пятнадцати адептов с боевого и стихийного, они помогали ставить заслон. Еще восьми тэйрам показаны успокоительные снадобья на фоне нервного перенапряжения, — отозвался высокий маг с косой. — У трех младших от паники пережало искру, назначена глубокая магдиагностика.

— А это кто у нас будет? — взгляд строгого тэра упал на меня. — Там, на диванчике?

— Это Лара. Из Вандарфа, — хмыкнул Бланко и подманил меня пальцем. — Оставьте слюнявую пакость под лавкой и пройдите через арку, тэйра.

— Мне не нужно, я тут…

Мимо проходила? Сократила путь через подземный склад, обсыпанный присосками-паразитами?

— Ректор велел проверить всех в холле, — строго напомнил тот, что с рыжей косой.

Он, видимо, был важным занудой. И красноречиво морщился, когда ему начинали перечить.

— В списках меня нет.

Хотя я бы очень хотела в них быть…

— Зато в холле вы есть, — отбил зануда и активировал арку. — Шустрее, тэйра, мы вымотаны, как храмовые грумли. Встаньте под рамку, вот сюда.

Я послушно всунулась под сверкающий артефакт, настроенный на неведомые диагностические чары.

— И-имя? — уныло переспросил тот, что Шимани.

— Лара Хоул. Я…

— Из Вандарфа, милочка, мы уже слышали.

— Из приюта Монтилье, тэр. Я прибыла утром, чтобы…

— Интере-е-есная картина вырисовывается, — мычал магистр, щурясь на рамку. Он что-то быстро записывал в папке, не глядя на лист. — Хмм… Ого, и даже вот так? Ясненько. Ясненько. Из приюта Монтилье, говорите?

— Угум… — покивала, настороженно косясь на арку. А ну как она меня сейчас за демона примет?

— Что думаете, Лаэр, о пикантной нестыковочке? Видите отметину, да?

— Я предпочитаю не думать на такие темы. По мне, так пусть тэр Вольган голову ломает, — проворчал зануда с рыжей косой. — Наше дело доложить.

— Надо показать Владу, — покивал магистр, передавая папку Лаэру. — Он разберется.

Я едва успела подхватить смотанный ректорский плащ с дивана и всучить поводок с грумлем Бланко, как меня под локоток потащили знакомой лестницей вверх. Как нашкодившую каффу, видит Судьбоносная!

И хоть бы кто объяснил, в чем я провинилась и где пикантная нестыковочка… Нет же, младший маг важно молчал. Чеканил шаг, задирая подбородок до небес. Будто главного паразита обезвредил и несет тэру Вольгану в зубах. Отправить бы его самого в подвал, такого умницу!

Я могла бы вырваться из неприятного захвата и сбежать… но куда? Дальше заслон, а за ним — демоны. И сатарская ночь, напитанная дымом сражений.

Ученицы в холле рассказывали про красный туман и рога. Догадываюсь, какие картинки придут ко мне в кошмарах. Знать бы еще, где заночевать.

Как леди Хоулденвей, хозяйка Хоулден-Холла, превратилась в бродяжку без крова?

Слава богиням, ректора в кабинете не оказалось. Магическая надпись появилась, а магический мужчина — нет.

Что настораживало — на его столе лежал мой чемоданчик. Бесстыдно распахнутый и усыпанный непристойными кружевами.