Стажерка в наказание, или Академия Безликих

Глава 13. Варвара

Я старалась не думать о том, что моя мама стала жертвой преступления. Но и не забывала, какой властью обладал род Аверардус. Отец мог все замять. А тьма, от которой они с бабушкой держали меня подальше, это тот самый Александр Брароуз. Однако теперь я во многом засомневалась. Отец нашел бы иной способ спасти меня. Чисто из принципа. Если бы Александр Брароуз представлял для меня опасность.

— Нам нужно найти Тихого Морока, — тихо сказала я, отводя глаза от Дамиана.

Я чувствовала себя голой под его пытливым взглядом. Он разбирал меня по частям. Заглядывал в самую душу, а я не привыкла кого-то впускать в себя. Даже Кристиан не знал моих тайн.

— Разобьемся? — предложила магистру.

— Хорошая идея избавиться от меня, — улыбнулся он уголком рта. — Я обещал твоему отцу приглядеть за тобой. Так что не надейся добраться до Брароуза. Мы встретимся с ним после заката, как и договорились.

Каким бы бездарным ни был Дамиан, а провести его оказалось не так-то просто.

Я с глухой тоской посмотрела на лодку у причала. Она почти не качалась. Погода была тихая, спокойная, теплая. Солнце изредка пряталось за облаками, но тут же выглядывало и поливало нас жаром.

— Будет дождь, — вздохнула я и пальцами стерла испарину со лба.

— Поговорим о погоде? — усмехнулся Дамиан.

— У тебя другие предложения? Ловить Тихого Морока сачком для бабочек нецелесообразно. По академии он вряд ли разгуливает. Вредить тоже не станет. Это его выдаст. Нам остается либо искать того, кто освободил его. Либо ждать его здесь.

— Почему здесь?

— Портал Габеллы в сердце озера. Злосчастное место Эрниса. Его всегда сюда тянуло.

— А что, если он в плену нашего тайного воришки? — предположил Дамиан.

— Тогда будем ждать следующего шага этого воришки.

— Варвара Элияровна, ты натренировала меня одолеть Тихого Морока. И после всего собираешься сидеть здесь и таращиться на озеро?

— У меня синяк под глазом, шишка на лбу и жутко болит челюсть. В академии меня сейчас ненавидит не только библиотекарша, но еще Кристиан и твоя блондинка. Пока я в твоем теле, я шагу в академию не сделаю.

Дамиан засмеялся, заставив меня хмуро посмотреть на него.

— Кажется, у Варвары Элияровны пропало желание становиться преподавателем в Академии Безликих.

— Я еще думаю над этим. Взвешиваю все преимущества и недостатки. — Я подобрала плоский камешек, запустила его «блинчиком» в воду и тяжко вздохнула. — Мы столько дней вместе. Ты добрался до самого сокровенного, а я о тебе почти ничего не знаю.

— Моя жизнь намного скучнее твоей. Как я уже говорил, мой отец мирянин, мама — наполовину мирянка, наполовину златородная. Она окончила три курса Академии Безликих и поняла, что у нее совсем нет интереса к магии, — грустно улыбнулся Дамиан. — Вернувшись в город, она поступила в обычный колледж, познакомилась с моим отцом и увязла в мирской рутине. У меня нет ни братьев, ни сестер. Но когда во мне пробудилась частичка магии, мама настояла на том, чтобы я сам выбирал, чего хочу. В пятнадцать я, как и все другие дети магов, получил приглашение на день открытых дверей в АЗМ.

— И тебе понравилось? В АЗМ?

— Я был в шоке. Одно дело, когда у тебя старый дед силой мысли кубики сахара в чай бросает, и совсем другое — оказаться в эпицентре магии. Я был впечатлен. Представил, как избавлюсь от серой, однообразной жизни, вредных училок в школе, тупых споров с ребятами во дворе, суеты и спешки в холодном каменном городе, и понял, что хочу остаться здесь — в мире магии.

— А твой отец? Он не препятствовал?

— Он всегда побаивался моей мамы, — засмеялся Дамиан с ностальгией. — Она не злоупотребляла даром, но не давала ему забыть, какой силой обладает его тесть. В общем, в августе я прошел собеседование, и меня зачислили на первый курс в АЗМ.

— Без вступительного экзамена? — удивилась я.

— Мой дед когда-то занимал хорошую должность в АЗМ. Пока не влюбился в мирянку. Всех привилегий он лишился, но старые связи остались. Он надеялся, что я разовью дар и стану почетным членом Лиги.

— Наверное, он сильно огорчился, когда тебя перевели в Академию Безликих?

— Он до этого не дожил. — Улыбка сошла с его лица, взгляд потускнел. — Дед умер через год.

— Извини. Соболезную.

— Да все нормально. Наверное, это даже к лучшему, что он не увидел моего фиаско.

— Ты стал магистром, Дамиан. Он бы гордился тобой.

— Иногда мне кажется, что мне все легко достается только благодаря его связям.

— Кассандрос Рейнфрид, — вспомнила я знакомое мне имя.

Дамиан озадаченно взглянул на меня.

— Ты его знала?

— Я читала его труды. Твой дедушка был очень умным.

— Они не все опубликованы. Он писал даже после своего исключения. Хочешь почитать? Все его дневники у меня.

— Да, — кивнула я с улыбкой. — Я бы хотела их почитать. Но не сейчас. — Я увидела Кристиана, шагающего в сторону студенческого общежития.

Заметив нас, он нахмурился, отвернулся и ускорил шаг. А мне стало стыдно и обидно одновременно.

— Не обращай на него внимания, — сказал Дамиан. — Если он умный, одумается и вернет тебя.

— Он думает, что его поцеловал ты, а до сих пор не подал жалобу.

— Ты же сказала, он не такой.

— Я просто хотела тебя успокоить, — ответила я.

— Ну спасибо, Варвара Элияровна. Теперь я буду озираться, ожидая трудовой комиссии с дальнейшим иском в суд. — Заметив мою сосредоточенность, Дамиан поинтересовался: — Тебя это тревожит?

— Я не понимаю, почему он так себя ведет. Может, он влюблен в тебя?

— Очень смешно. — Магистр посмотрел Кристиану вслед. — Может, де Аркур догадывается о чем-то? Проследим за ним?

Я закатила глаза, цокнув языком.

— Это наиглупейшая затея из всех, что я когда-либо слышала. После всего, что было, давай мы с тобой еще и на слежке попадемся!

— Да мне скучно тут сидеть.

— Мы можем убить время написанием моего отчета по практике.

Дамиан откинулся на спину, грохнувшись на песок:

— Хотя нет, здесь довольно весело!

Весело тут, может, и не было. Но покоя, столь остро мне необходимого, хватало.

Мы с Дамианом до самого вечера болтали ни о чем. Он шутил, заставляя меня смеяться. Я рассказывала о детстве, лишь наполовину связанном со всем мирским. Он — о хитростях, к которым прибегал, чтобы сдавать экзамены.

День пролетел незаметно. И мы продолжали бы его коротать, если бы за нами не послали растерянного первокурсника.

— Магистр, — обратился он ко мне, — профессор Аверардус велел передать, что ожидает вас и Варвару Элияровну в холле администрации.

Солнце уже почти ушло за горизонт. Земли касались последние лучи. Приближалась моя очная встреча с Александром Брароузом. И от накатившего волнения у меня живот свело спазмами.

— Да, мы уже идем, — через силу ответила я мальчишке.

Скорее всего, его смущало не мое выдавливание из себя простой человеческой речи, а мой внешний вид. Даже в помятом костюме Дамиан Рейнфрид всегда выглядел модно, ухоженно и привлекательно. А я, гладко выбритая, причесанная и в выглаженной рубашке, будоражила у окружающих домыслы, откуда у меня эти синяки и шишки.

— У тебя все? — спросил магистр, вынудив парня перевести взгляд.

— А? Да-да, — закивал он. — Все. До свидания!

Развернувшись, он быстро зашагал в кампус, а нам предстоял путь в другую сторону.

— Расслабься, Варвара Элияровна. Я же рядом.

— Тоже мне — способ успокоить меня, — усмехнулась я, подбирая себя с песка.

Отряхнулась, тоскливо посмотрела на здание академии и сделала первый шаг. Понимание того, что с минуты на минуту я могу вернуться в свое тело, подстегивало, придавало уверенности, но в то же время я признавала, что начала привыкать к телу Дамиана. Возможно, когда-то я даже стану скучать по этим сумасшедшим дням. Вряд ли в моей жизни случатся события краше.

В руках отца было два свитка, моток соломенной веревки, свечи, ступка и заклинательный порошок. Маскироваться он и не подумал. Все равно в академии почти никого не было. В коридоре и вовсе, кроме него, только два стража из тюремного конвоя.

— Ну и где Брароуз? — спросила я, решив не тянуть, и взяла у отца половину атрибутов. Дамиану достались остатки.

— Там. — Отец кивнул за свою спину — на дверь кабинета. — Разговаривает с Колианом.

— Наедине? — поразилась я этой беспечностью.

Как можно оставить студента, пусть и выпускника, в обществе опасного преступника?! Без охраны?! Без приставов?!

Не успел отец ответить, как Колиан вышел из кабинета. Увидев всех нас, замер и нахмурился.

— О чем вы разговаривали?! — требовательно спросила я. — Он просил тебя что-то сделать?!

— Нет, — мотнул он головой. — Мы говорили о моих родителях, о том, как дяде жаль, что нам приходится стыдиться его… А в чем дело? — Он перевел взгляд на отца.

— Ни в чем, — по-доброму улыбнулся тот. — Ты свободен, Колиан. Беги в общежитие.

Он не просто не побежал, а вообще не сразу сдвинулся с места, с недоверием глядя на всех нас и вещи в наших руках.

— Ладно. До свидания. — Кивнув, развернулся, сунул руки в карманы своей спортивной куртки и пошел по коридору на выход.

— Варварушка, держи себя в руках, — попросил меня отец, открывая дверь. — Иначе магистру Рейнфриду посчастливится попрактиковаться на магии немоты. Разумология гласит, что ее можно применять, если кто-то препятствует проведению важного светлого ритуала.

Я вошла в кабинет последней.

Брароуз стоял у окна и смотрел куда-то вдаль. Его руки и ноги были в кандалах на цепи, костюм испачкан после работы. Освещаемый желтым светом свечей, он выглядел как-то болезненно, устало. Хотя я не исключала, что так и было. Человек, утративший надежду на свободу, не мог светиться от радости. Правда, на его губах блуждала едва заметная улыбка. Глоток свободы ему все-таки удалось испить.

— Спасибо тебе, Элияр, — обратился он к отцу своим холодным медленным голосом и обернулся. Его глаза обвели всех нас и задержались на мне. — Наверное, я последний, с кем ты хотела бы иметь дело.

— Я вообще не хотела иметь с вами дел, — честно призналась я. — Выбора нет.

Он секунду помолчал. Чуть склонил голову набок и произнес:

— Тогда не будем терять время. Мне завтра двери красить. Хочу выспаться.

Отец быстро освободил стол, скидав с него горы бумаг и канцелярии, развернул на нем свитки, установил свечи, высыпал порошок в ступку и протянул нам с Дамианом по игле.

— Капля крови каждого, — объяснил он.

— Ненавижу такие ритуалы, — проворчал Дамиан, укалывая подушечку пальца. — Как будто душу дьяволу продаю.

— По сути, почти так и есть, — не удержалась я от комментария.

Мы оросили порошок нашей кровью, и отец передал ступку Брароузу. Взял веревку и велел нам с Дамианом сесть на пол спинами друг к другу.

— Пап, ты уверен, что без этого не обойтись? — шепнула я ему, косясь на увлекшегося делом Брароуза. — Ты с останешься с ним один на один.

— За дверью стражники, Варенька, — ответил он, обходя нас по кругу и обматывая веревкой. — Александр Брароуз преступник, а не самоубийца.

Тяжело вздохнув, я прикрыла глаза и почувствовала, как Дамиан пальцами коснулся моей руки.

— Все будет хорошо, златородная. Выйдешь отсюда в своем теле.

— Очень на это надеюсь, — пробормотала я и, услышав пугающий хрипящий шепот, коварно заползающий в уши, крепко сжала пальцы Дамиана.

Брароуз начал обряд, стремительно лишая меня не только мыслей, но и сознания.