Стажерка в наказание, или Академия Безликих

Глава 1. Варвара

Я слишком поздно заметила парящую в воздухе капельку, означающую мокрый пол. Когда уже поскользнулась и, размахивая руками, мысленно обрисовала, как живописно распластаюсь посреди перехода в административную часть здания. Прямо на глазах у десятков адептов. И как после такого феноменального падения представляться им гордой выпускницей Академии Защитной Магии, прибывшей сюда на практику и планирующей тут задержаться лет на …цать?

— Ну и для кого, скажите-ка на милость, я навешал тут предупреждений?!

Я бы с радостью побеседовала с этим достопочтенным пожилым уборщиком, но была чуточку занята, прохлаждаясь в объятиях поймавшего меня у самого пола незнакомца.

Разжмурившись всеми частями тела, я посмотрела в шоколадные глаза-агаты и растерянно улыбнулась. Не каждый день приземляешься к ногам обаятельных мужчин, не обделенных галантностью.

— Спасибо. Вы спасли мою репутацию.

— Нет, — ответил низкий, но текучий и даже слегка бархатный голос, — свою. Как преподаватель я обязан подавать пример своим студентам.

Он кивнул на разбредающихся учащихся, но его заинтересованный взгляд скользнул вниз — на прижатые к моей груди тетради. Губы в окружении несвойственной преподавателям щетине изогнулись в кривой полуулыбке, и его руки ослабли, вывалив меня из теплых объятий.

— А-а-ах! — взвизгнула я, но этому обладателю красивых глаз, чарующего голоса и по моде небрежной стрижки уже было не до меня.

Прозвенел звонок, и он хлопнул в ладоши, разгоняя любопытных юнцов по аудиториям.

— Маленькую капельку никто не замечал, — проворчал уборщик, отжимая тряпку. — Большая, видите ли, всем мешала. А средняя как будто для красоты висит. — Он взмахнул шваброй, воспроизводя в воздухе целую дюжину капель, чтобы наверняка все видели опасность.

Кое-как собрав себя, я встала, гордо выпрямилась и сдула упавшие на лицо волосы. Прическу жалко. Бабушка так старалась.

— А вы прямо джентльмен! — фыркнула я горе-преподавателю, недоуменным взглядом пройдясь по его помятому костюму. Он был больше похож на мажористого выпускника, нежели на учителя. — Не увидели открытого декольте и решили, зачем зря напрягаться? Между прочим, — я демонстративно опустила тетради, показывая ему, что я вовсе не доска, — у меня все при мне.

Вздернув бровь, он шевельнул губами, беззвучно насмехаясь надо мной. Для пущей убедительности я чуть выгнула спину и, задрав нос, зашагала дальше. На этот раз обойдя не только мокрый участок, но и этот высокий, широкоплечий столб.

А ведь меня предупреждали, что в Академии Безликих я столкнусь не только с трудными студентами, но и с преподавателями, давно распрощавшимися с манерами. Этикет здесь был не в тренде.

— Добрый день! — поприветствовала я взъерошенную секретаршу, увязшую в кипах бумаг. — Я к профессору Аверардусу. По направлению из АЗМ.

Запыхавшаяся женщина обеими руками поймала прыгающие письма и прижала их к столу. Дежурно улыбнувшись мне, часто покивала на дверь:

— П-проходите. Он вас ждет…

— А не подскажите, где тут зеркало? Хотелось бы немного освежиться перед встречей с профессором.

Не отрывая ладоней от стола, она локтем указала на другую дверь.

— Т-там…

Там — это в небольшой комнатушке, где моль давно обжилась в старом женском пальто, зверски завоевывая территории, судя по дырам от «бомбежки», и плесневела коллекция обедов.

Одной рукой прижимая к себе тетради, я посмотрела в запыленное зеркало, обрамленное облезлой рамкой. Тяжко вздохнув, убрала за ухо выбившуюся из «ракушки» прядочку и, дабы поднять себе настроение, пробормотала:

— Свет мой, зеркальце, скажи, да всю правду доложи: я ль на свете всех милей из могущественных фей?

Зеркальная поверхность вмиг пошла рябью, отвечая мне каким-то рэперским гавканьем:

— Ты прекрасна — спору ноль. Если выпить алкоголь! Ну а если прямо: ты заноза, дама! Йо!

Я ошалело шагнула назад. Похоже, безликие совсем стыд потеряли — так изгаляться над магическими атрибутами! Надо будет отметить в дневнике наблюдений. Пригодится для отчета по практике.

Секретарша продолжала прыгать вокруг стола и ловить письма, срочность которых истекала, и те норовили вернуться к отправителям. Осторожно обойдя эту буйную женщину, я постучалась в директорскую дверь и с позволения вошла.

Профессор Аверардус стоял перед массивным дубовым столом, не отличающимся порядком от того, что творилось в его приемной, и активно жестикулировал, разговаривая с кем-то сидящим в кресле с высокой спинкой.

— О, Варвара Элияровна! — Всплеснул он руками, подзывая меня, чтобы представить моему наставнику. — Мы как раз о вас говорили!

Я обошла кресло, медленно повернулась и увидела сидящего в нем грубияна с шоколадными глазами. Его взгляд вновь упал на мою грудь, к которой я еще крепче прижала тетради.

— Кхм-кхм, — дала ему понять, что мое лицо несколько выше.

— Варварушка, это магистр Рейнфрид, — представил его профессор, а тот даже не удосужился оторваться от кресла. — Преподаватель картографии и магической минералогии. Вы же, милая моя, интересуетесь древними артефактами, заклинаниями и магической археологией. Значит, вам будет крайне интересно и, безусловно, полезно принять участие в экскурсии, на которую с минуты на минуту отправятся наши талантливые третьекурсники в сопровождении магистра Рейнфрида.

Вид этого магистра без слов говорил, что он впервые слышит об этой экскурсии. Что ж, если быть краткой, профессор Аверардус умел удивлять и выдумывать сложности для того, от кого хотел избавиться. Сейчас его целью была я. Никто в этом мире так не желал моего возвращения в Академию Защитной Магии, как профессор Аверардус.

— Какие заманчивые перспективы, — выдавила я из себя подобие улыбки и положила на стол свое направление. — Даже не знаю, как вас благодарить, профессор.

Он взмахнул двумя пальцами, и из-под свитков вылезло потрепанное перо. Обмакнув свой кончик в чернила, оставило на бумажке закорючку и вернулось в свое укромное гнездышко.

— Поздравляю, Варвара Элияровна! — Профессор обеими руками пожал мои пальцы. — Вы приняты на практику в Академию Безликих. Надеюсь, вам у нас понравится. Особенно под чутким руководством магистра Рейнфрида.

Тот не поленился даже встать и кивнуть мне с кривой улыбкой, больше обнажающей его необъяснимую неприязнь ко мне, нежели дружелюбие.

— Не буду вас задерживать! — Профессор указал нам на дверь и переключился на изучение первого попавшего под руку свитка. Без очков ему было невдомек, что страница перевернута вверх ногами.

— Прошу прощения, — обратился к нему магистр, — не напомните, что за экскурсия сегодня у третьекурсников?

— Так это ж… — растерялся профессор, глазами ища ответ в захламленном кабинете.

Вдруг что-то громыхнуло, и казалось, пол слегка содрогнулся. Но на лицах мужчин я не увидела и тени удивления. Похоже, неудачные опыты, способные сотрясти стены академии, здесь были в порядке вещей.

Профессор глянул на косо повисшую от тряски на стене картину пещеры и придумал:

— По подземному городу-лабиринту у Холма Грез. Вот вы такой молодой, магистр, а памяти совсем нет, — засмеялся он, несерьезно погрозив тому пальцем.

— Какое чудное место, — шире улыбнулся Рейнфрид, сверкнув острием белоснежных зубов, — для первого рабочего дня.

— Не переживайте, Варвара Элияровна у нас смелая девушка. Ей не страшны неразгаданные древние тайны, опасной паутиной которых опутаны катакомбы. Правда же, Варварушка?

Глядя на меня, профессор ждал моего отказа, но я была настроена решительно. Видела цель, не видела преград. Кроме того, у меня был личный интерес к этим пещерам.

— Правда же, — кивнула уверенно.

Улыбка профессора угасла. Тяжко вздохнув, он сказал магистру:

— Дамиан, подождите Варвару в приемной. Дам ей пару напутствующих советов.

Вальяжно обойдя меня, Рейнфрид, имя которому, как мне стало известно, Дамиан, покинул кабинет, оставив в воздухе шлейф своего ментолового одеколона.

Снова взяв меня за руку, профессор сжал ее и уже с теплотой произнес:

— Варенька, ну зачем тебе эта дыра? Наша академия пропадает. Мы — свидетели ее заката. АЗМ предлагает тебе хорошую должность. Получишь магистерскую, защитишь докторскую, будешь обучать магов из лучших семейств златородных.

— Здесь училась моя мама. Мне не довелось занять место на студенческой скамье, значит, я попытаю удачу в качестве преподавателя. И попрошу не ставить мне палки в колеса. Я прекрасно поняла, почему моим наставником назначен этот Дамиан Рейнфрид. Но он не справится с задачей и не отобьет у меня желание остаться здесь.

— Вижу, тебя не переспорить, — прискорбно добавил он.

— Все будет хорошо, — улыбнулась я и поцеловала его в щеку. — Вечером поделюсь впечатлениями.

Высвободив свою руку, я отправилась к ожидающему меня магистру. С ним предстояло не только познакомиться, но и как-то сработаться. Ведь от него зависело, чем закончится моя практика.

— Варенька, — окликнул меня профессор, едва я взялась за дверную ручку, — будь осторожна.

— Хорошо, папа.

Дамиан стоял в сторонке и, посмеиваясь, наблюдал за тем, как выдохшаяся секретарша сачком для бабочек ловит летающие по приемной конверты.

— Во дает!

— Смотрю, чужие неприятности доставляют вам массу удовольствия, магистр, — тонко подметила я, прикрывая дверь кабинета за своей спиной. — Это у вас комплексы, тянущиеся из глубокого детства? Или хроническое хамство?

Я носком туфли прижала к полу пытающийся юркнуть под юбку промеж моих ног конверт и надавила на него, пока он не издал жалобный писк.

— А у вас, кровожадность в крови? Или зверской расправе над письмами учат в академии для златородных? — иронично парировал он, коснувшись меня оценивающим взглядом.

— Ох, так вы из этих, завистников.

Я отпустила конверт, и тот послушно потопал к столу, перебирая уголками одного края, словно маленькими ножками. Прижала к груди тетради и удостоила магистра своим вниманием. Он снова посмотрел гораздо ниже моего лица.

— Да сколько можно?! — Я притопнула ногой от злости. — Я напишу на вас жалобу, если перестанете глазеть на мои… тетрадки!

— Сдались мне твоитетрадки, — нагло перешел он на «ты». — Впрочем, там всего лишьтетрадочки. Но по своему педагогическому опыту скажу, что если потрудиться, то можно наверстать объемы. Глядишь, и в папочки посчастливится их укомплектовать. Для поддержания, так сказать, порядка и формы.

— С моимитетрадкамивсе в порядке! — ощетинилась я. — А вам не мешало бы уделить внимание своей склонности к… носителям определенной информации. Небольшое психическое отклонение налицо.

— Не льсти себе, златородная, в твоих черновиках нет никакой определенной информации. Это же так — наброски.

— Откуда тебе знать, безликий, — в ответ перешла я на «ты», — как выглядят эти наброски? Они вообще еще никем не тронуты!

— Значит, я буду первым, — сверкнул он белозубой ухмылкой.

Я набрала воздуха в легкие, но его бесцеремонность начисто лишила меня умения орудовать словами.

Мы оба поняли, что в приемной слишком тихо, и огляделись. Все конверты зависли в воздухе, таращась на нас сургучовыми печатями. Очки секретарши сползли на кончик ее носа. А застывшие в дверях первокурсницы уронили челюсти принесенных сюда черепов.

Да уж, главное — не опозориться в первый день!

— Я пишу статьи об академии, — поспешила оправдаться я. — Магистр Рейнфрид любезно предложил мне изучить их и…

— …отрецензировать, — подобрал он подходящее слово, выговаривая его с особым наслаждением.

— Да, — через силу кивнула я. — Это так мило с вашей стороны, магистр.

Он склонился ко мне, вновь овеяв меня ментолом, и шепнул:

— Я на твое направление смотрел, дура. Ну и кто у нас теперь с комплексами? — издевательски усмехнувшись, он направился к дверям, в которых первокурсницы расступились в разные стороны.

Я медленно опустила взгляд и увидела, что мое направление действительно покоится поверх тетрадей. Он прав, я та еще дура.

— Это не меняет того, что ты грубиян, — ответила я, догнав его в коридоре. — Ты же уронил меня на пол.

— Ты так говоришь, как будто я еще и надругался над тобой. Скажи спасибо, что смягчил твое приземление.

— Я уже говорила. До того, как ты…

— Магистр Рейнфрид! — Из пролета выпорхнула губастая блондинка с весьма объемнымитетрадями, едва скрывающими своикорешкивпапочках. На ее фоне у меня и правданаброски.

Я мотнула головой, отгоняя от себя эти мысли. Сколько можно зацикливаться на том, чего по сути не было.

— Амура, — улыбнулся Дамиан, ладонью коснувшись ее поясницы и воззрившись по сторонам, — прекрасно выглядишь.

— Вы не забыли о завтрашнем вечере? — промурлыкала она, накручивая прядь волос на палец и игриво прикусывая губу.

— Разве я могу о таком забыть? Ты иди на занятие. Что у вас сейчас? — заметно занервничал он.

— Да ерунда! — Отмахнулась она, сморщив нос. — Сопромагмат. Готовимся к экзамену.

— Как сопромагмат может быть ерундой? — возмутилась я, вклинившись в их выходящий за рамки приличия разговор.

— А ты, собственно, кто? — спросила она, смерив меня взглядом и лопнув пузырь жвачки.

— Это новая практикантка… — попытался представить меня Дамиан, но я его поправила:

— Стажерка! Я планирую остаться в академии после прохождения практики и занять должность преподавателя по… — и тут я прикусила язык.

Если мне отдадут часы по картографии и магической минералогии, то Дамиан попросту останется без работы! Получается, мой отец, который здесь директор и тот самый профессор Аверардус, подал вакансию Рейнфрида, решив его уволить? Неприязнь Дамиана ко мне становилась прозрачнее. Вот почему мое направление так его взбесило и не давало покоя.

— Сначала успешно пройдите практику, Варвара Элияровна, — сказал он как-то угрожающе, что ли, или предупреждающе.

— Элияровна? — ахнула блондинка. — Вы дочь профессора Аверардуса?

— Что? — нахмурился Дамиан, пристально посмотрев на меня. — Дочь?

Ну все, теперь он решит, что его тепленькое местечко отстегнется мне не из-за моего красного диплома, а по блату.

— Или я ошиблась? — задумалась блондинка. Если, конечно, ей было, чем думать.

— Да, дочь, — ответила я как можно невозмутительнее. — Вас это беспокоит, магистр?

Беспокоит?! Да он был готов меня испепелить своим взглядом!

— Отнюдь нет. А вас? — напер он.

— Никоим образом.

— Тогда мы с вами обязательно сработаемся. — Он слегка шлепнул блондинку по заднице, направляя в сторону нужной аудитории. — Итак, у нас с вами намечается экскурсия в подземелье. Вы уверены, что ваше платьице и туфельки вас не стеснят?

— Я не привыкла одеваться, как рабочий завода. — Глазами обвела его костюм. — Даже если приходится заниматься раскопками. Магия требует прилежности, аккуратности и уважения.

— Вы кое о чем забыли, Варвара Элияровна, — понизил он голос. — Вы не у себя в академии. Безликие относятся к магии с предельной взаимностью. Как она к нам, так и мы к ней.

Я едва не задохнулась от всколыхнувшегося во мне протеста. Да как он смеет так говорить о магии?!

— Идемте. Чем раньше начнем, тем быстрее вернемся.

— Вам лишь бы не работать, — проворчала я, следуя вместе с ним дальше по коридору. — Боитесь перетрудиться, задержавшись пару часов на экскурсии ради того, чтобы дать адептам побольше знаний?

— Нет, не хочу подцепить проклятие Тихого Морока. У меня на него аллергия, — сострил он.

Я постаралась удержать прежний тон:

— Насколько мне известно, расселина Тихого Морока уже лет двести как замурована и укреплена печатью.

— Ты про ржавый замок? — опять начал он мне тыкать.

— Ржавчина на нем — исключительно упущение безликих. У вас же всюду бардак.

Перед моим лицом замаячили капельки. Притормозив, я обошла мокрый участок и услышала язвительное от Дамиана:

— Так ты здесь, чтобы навести порядок?

— И за этим тоже. — Я остановилась перед стендом, на котором плавало расписание. Отыскала глазами третий курс и ткнула пальцем в нужную строчку. Но не успела ее поймать. Завизжав и кавычками прикрыв свою буковку «ф», она спряталась за толстыми, грозными строчками чужого расписания. — Кажется, у них картография в шестнадцатой аудитории.

— Ну да, — хмыкнул Дамиан, сунув руки в карманы брюк.

— Стой. Раз ты здесь, значит… — Я всплеснула руками: — То есть адепты сейчас находятся в аудитории одни?! Без надзора?! Они же могут себе навредить!

— По-твоему, безликие что, стадо баранов? — Рейнфрид изогнул бровь. — Не суди о нас, отталкиваясь лишь от знаний о вас.

На вид ему было лет двадцать пять, и если он уже к этому возрасту умудрился стать магистром, то был не так уж глуп. Отец как-то рассказывал, что в его педагогическом составе есть один толковый преподаватель, которому просто не хватает взбучки, чтобы выбить из него лень. Может, он говорил о Дамиане? И приставил меня к нему в качестве наказания?

— Прекрати задирать нос, златородная, — посоветовал он мне. — А то как знать, вдруг замка в пещере давно нет и Тихий Морок ждет свою нежную, сладкую энергию чистоты. — Подмигнув, он взял курс на шестнадцатую аудиторию: — Подбирайтетрадкии не отставай!