Стажерка в наказание, или Академия Безликих

Глава 14. Дамиан

Одно мгновенье, пролетевшее стрелой, и я уже продирал глаза в собственном теле. Крупное и грузное, оно даже по внутренним ощущениям отличалось от маленького, хрупкого, но не беззащитного кокона, в котором я теснился последние дни. Мне сразу стало ясно, что впереди меня ждет обилие белка в еде и побольше спорта. Не сказать, что златородная обезобразила меня, но еще бы неделя — и от моего атлетического телосложения остались бы только фотографии и воспоминания.

Пошевелив руками, я обнаружил, что веревкой мы с Варварой Элияровной больше не связаны.

В горле жутко першило. Перед глазами клубился туман, поэтому я действовал почти наощупь. Дополз до стола и спиной прижался к его толстой ножке. Протяжно выдохнул, фокусируя зрение на профессоре Аверардусе, выхаживающем дочь.

Стакан дергался в ее ослабшей руке, расплескивая воду. Пила она с горем пополам. Даже сидеть толком не могла, опершись на отца.

Надо признать, у Тихого Морока эта магия сработала куда лучше. Безболезненно и без побочных эффектов. А то, как ею воспользовался Брароуз, меня пока не радовало.

— Если бы Варя не сопротивлялась… — начал оправдываться он, отряхивая руки от порошка и звеня цепью кандалов.

Профессор одним косым взглядом заставил его умолкнуть и бросил грубым басом в дверь:

— Увести заключенного!

Не знаю, поблагодарил ли он его, или сделает это позже, но я не мог отпустить Брароуза молчком. Кое-как поднялся на ноги и, одной рукой опираясь на стол, протянул ему ладонь для пожатия.

— Спасибо, — произнеся это, даже заколебался. Успел отвыкнуть от собственного голоса.

С недоверием глянув на мою руку, Брароуз все же пожал ее своими шершавыми пальцами.

— Пейте больше жидкости. С ней выходит все дурное, — посоветовал он и, часто перебирая ногами, поплелся на выход, где его уже ждал конвой.

Я перевел взгляд на Варвару Элияровну. Прижимаясь к отцу и подрагивая, она не поднимала глаз. То ли не хотела меня видеть, то ли боялась, то ли смущалась. Я так и не раскусил ее. Это на первый взгляд казалось, что она простая. Ничего подобного! Натура у Варвары Элияровны сложная и тяжелая. Хотя я тайно признавался себе, что неплохо провел с ней время. По крайней мере, она стала моим самым незабываемым приключением.

— Магистр, попейте воды, — кивнул мне профессор, указывая на графин. Не успел я дотянуться, как он добавил: — Я же могу на вас рассчитывать? Это останется между нами?

Пить из этого графина внезапно перехотелось. Для полного счастья не хватало только магии забвения, а потом сиди гадай — откуда морда побитая.

— А вы боитесь, что я напишу статью в студенческой газете? — в ответ спросил я. — Как по вине третьекурсников стал жертвой проклятия Тихого Морока? Что он расхаживает где-то на территории академии, а меня спас темный маг? За кого вы меня принимаете, профессор? Я, может, и не примерный преподаватель, но я не баран.

— Я знаю одно, магистр, вам нельзя доверять.

— Пап… — слабо отозвалась Варвара Элияровна.

— Не думал, что я разочаруюсь в вас, — ответил я. — Я всегда относился к вам с уважением, профессор. Но сейчас вы вынуждаете меня объявить вам войну…

— Перестаньте, — попросила златородная, отодвигаясь от отца.

— Варенька, он меня оскорбляет!

— Пап, ты первый начал, — вдруг вступилась она за меня, поднимаясь на непослушные ноги. — Лучше займись Брароузом. Реши, как ему рот закрыть. А мы с магистром сами с собой разберемся.

— Ты за себя отвечай. С ним у нас отдельный разговор, — начал жестикулировать он со стаканом в руке. — Сядь на место. Отдохни. Я схожу в подвал, где разместили темных магов, и мы продолжим этот разговор.

Он отставил стакан, поднялся со стула и вышел за дверь, напрасно рассчитывая, что буду его тут ждать.

Наконец Варвара Элияровна робко взглянула на меня и, покраснев, отвернулась. Даже было как-то непривычно видеть ее в таком образе. Но можно было понять. Она запомнила мое тело во всех красках, прикипела к нему, почти приросла. Конечно, ее волновало, что теперь это самое тело, ставшее чуть ли не родным, принадлежало его дерзкому хозяину.

— Ты… — первым заговорил я, — правда собираешься его тут ждать?

— Я неважно себя чувствую, — пробормотала она, опуская лицо и нервно поправляя волосы. — Не рискну идти домой одна.

Я почесал в затылке. С другими девчонками всегда было проще, легче.

— Хочешь, я провожу тебя? — предложил я и тут же зажевал щеку, испугавшись ее отказа, но еще больше — собственной реакции.

Я вдруг понял, что мне будет паршиво получить этот проклятый отказ.

Она опять мельком посмотрела на меня и улыбнулась:

— Если нас снова увидит твоя блондинка, не представляю, какая следующая часть твоего тела пострадает.

Я улыбнулся в ответ. Лед тронулся. Для меня это было важно.

— Ну-у-у… блондинке придется смириться, что между нами все кончено.

Варвара Элияровна широко распахнула глаза, распрощавшись даже с тенью улыбки.

— Я не о нас с тобой, — поспешил я объясниться. — Я о нас с ней… Черт… Почему я вообще придумал нас с тобой? Слушай, давай просто это забудем. Если ты согласна, я провожу тебя. Если нет, могу посидеть тут с тобой до возвращения твоего отца.

— Зачем тебе это? — прямо спросила она, вбивая мои ноги в пол.

Буквально издевалась надо мной. Как будто мне легко давался этот тупой разговор! Я в жизни так не волновался, как сейчас.

— Мы сблизились за последние дни. Я чувствую какую-то ответственность, — признался как на духу. — Но ты не обязана общаться со мной из жалости или из чувства долга. Я не привык навязываться и отойду, если мешаю.

Она опять улыбнулась, одергивая спортивную кофточку.

— Нет, ты мне не мешаешь. К тому же ты обещал показать мне дневники своего дедушки.

— Да, — покивал я. — Мы можем завтра полистать их, или послезавтра, когда сама захочешь…

— Сейчас хочу, — заявила она, окончательно лишая меня уверенности.

Я звучно сглотнул. На дворе ночь, а Варвара Элияровна согласна идти со мной в мою комнату, чтобы почитать старые записки. Либо она рехнулась, либо я ее испортил.

— Что, ты женат? — хихикнула она.

— Нет.

— А почему замолчал?

— Не ожидал такого напора от тебя.

— Я назойлива, да? — запаниковала она, но наш разговор прервал влетевший в кабинет профессора Аверардус.

Размахивая руками и тяжело дыша, он схватил графин, сделал глоток прямо с горлышка и с ужасом доложил:

— Он сбежал! Брароуз сбежал!

Наши с Варварой Элияровной взгляды встретились. Мы негласно обменялись одним и тем же мнением и рванули на выход.

— Куда?! — спохватился Аверардус. — Я распорядился, чтобы обыскали всю округу! Вам лучше побыть здесь — в безопасном месте.

— Здесь нет безопасных мест! — заявила златородная. — По округе разгуливают Тихий Морок и опасный преступник! Только трус сейчас залезет под стол и будет зубами вгрызаться в ножку.

Боевой дух в ней взял верх над слабостью. От утомленной Варвары Элияровны не осталось и тени. Она даже забавно сжимала кулаки, шагая по коридору, на пол которого падал свет зажигающихся на улице фонарей.

Зазвенел звонок. Раздался тяжелый частый топот. Когда мы вышли из здания, по двору уже бегали конвоиры с собаками и преподаватели с факелами. Разбуженные жуткими новостями, они выскочили на улицу прямо в ночных пижамах и халатах.

— Профессор Аверардус, скажите, что все будет хорошо! — накинулись женщины на нашего директора.

— Ходят слухи, что кто-то вскрыл расселину Тихого Морока.

— Это правда?

— Дамы, дамы, успокойтесь! Причин для паники нет! — настаивал он, хотя тревога была прописана на его лице, а это уже нагоняло на женщин страх.

Его окружили, поэтому нам с Варварой Элияровной удалось улизнуть.

— Перед ритуалом Брароуз встречался со своим племянником, — бубнила златородная, шагая в сторону мужского корпуса общежития. — Колиан наверняка что-то знает.

— А если нет? — предположил я, не отставая.

— А если да? Предлагаешь вычеркнуть его из списка подозреваемых?

— Просто я думаю, Брароузу помог тот же человек, что подставил третьекурсников и выпустил Тихого Морока.

— Он мог проболтаться в разговоре с Колианом. Не хочешь трясти своего студента, можешь остаться здесь.

— Я лишь хочу, чтобы ты не… переусердствовала.

Цокнув языком, она ускорила шаг и вскоре уже ворвалась в холл общежития.

— Магистр Рейнфрид! — кинулась ко мне трясущаяся от ужаса вахтерша. — Скажите, это правда? Правда, что сбежал один из темных магов? Эх, не зря не нравилась мне идея привлекать их к работам в пещерах!

— Тише-тише! — я обнял ее за плечи и усадил на диван. — Работы там были сложные, опасные, не студентов же туда посылать. Профессор все сделал правильно. А преступника скоро поймают. Собаки уже нашли его след.

Она хлюпнула носом.

— Вы пришли нас охранять? Мальчишки как с ума посходили. Кое-как в комнаты загнала. Им же интересно, что там произошло.

— Надеюсь, все в своих кроватках?

— Вроде да, — неуверенно ответила она и высморкалась в платок.

— А Колиан Брароуз у вас в какой комнате? — вмешалась Варвара Элияровна, нервно дергая ногой.

— А… Э… В тридцать четвертой… Нет, в тридцать седьмой… Точно, в тридцать седьмой. Я же сама его недавно переселила…

Мы со златородной кинулись к лестнице, но уже на первой ступеньке я притормозил.

— Можно спросить, почему вы его переселили?

— Так они же это… с тем красивым мальчиком… Кристианом де Аркуром подружились. Попросили разрешения на переезд. Они же выпускники. Скоро разъедутся. Ну я и не стала препятствовать. А что, не надо было? — испугалась она. — Вы уж простите меня. Только профессору Аверардусу не рассказывайте, пожалуйста…

— Все в порядке, — улыбнулся я ей и поспешил за несущейся вверх златородной.

Она так торопилась, словно догоняла свою мечту.

— Ты не говорила мне, что твой родственник Колиан Брароуз дружок твоего бывшего, — фыркнул я, когда мы поднялись на третий этаж.

— Для меня это такая же новость, как и для тебя. Мы не роднились с Брароузами, я же говорила. Я до недавнего времени Колиана даже в глаза не видела.

Повертев головой, она отыскала номер «37» и без стука толкнула дверь.

— Варвара Элияровна, где же твои манеры? — усмехнулся я, входя за ней в комнату. — Или так сильно соскучилась по де Аркуру?

Разбуженный Колиан потер глаза и потянулся на подушке, морщась и урча.

— Магистр Рейнфрид? — прохрипел сонно.

Увидев златородную, решил не вылезать из-под одеяла, наоборот, натянув его до подбородка.

Я щелкнул выключателем, залив комнатушку желтым светом лампочки.

— О чем ты разговаривал с Александром Брароузом?! — сходу потребовала ответа Варвара Элияровна, топнув ногой и скрестив руки на груди.

Меня же этот пацан уже не интересовал. Куда занимательнее выглядела пустая ничуть не помятая вторая кровать, наполовину опустошенный шкаф с распахнутыми дверцами, усыпанные вырванными из каких-то книг страницами стол и пол. Отсюда явно сбегали впопыхах. Причем не через дверь. Об этом свидетельствовало открытое окно и перекинутая через подоконник веревка, одним концом привязанная в радиаторной батарее.

Я пересек комнату, пока Колиан что-то невнятно мямлил и выглянул на улицу. Окно выходило на задний дворик, где располагались хозпостройки. Здесь была только одна калитка, ведущая в березовую чащу, а дальше — тропой к озеру.

— Отстань от него, — сказал я златородной, заставив ее прекратить допрос.

— Он просто спросил, хороший ли у меня сосед по комнате… — наконец закончил свой ответ Колиан. — И передал ему привет. Сказал, хотел бы с ним познакомиться… Я решил, что это вполне безобидное послание…

Варвара Элияровна резко обернулась, увидела пустующую кровать и перевела взгляд на шкаф, стол, пол. Шестеренки в ее голове завертелись в нужном направлении.

Опустившись, она стала собирать листы, разглядывать и дышать все чаще, чаще, чаще.

— Дамиан… Это страницы из дневников Габеллы. Откуда они у тебя?! — опять набросилась она на Колиана. — Ты знал о хранилище? Ты их украл?

— О каком хранилище? — не понял он, посмотрев на меня в поисках защиты.

— Ты мог его открыть, потому что принадлежишь к роду Габеллы!

— Да я понятия не имею, о чем вы! В нашей семье ходили легенды о Габелле, но она посмертно была признана темной, и мы никогда не обсуждали ее больше, чем дядю. Разве не род Аверардус взял шефство над охраной тайников рода? Мои родители лишь вздохнули с облегчением, что не им досталась эта участь. Так что не надо приписывать мне то, к чему я имею отношение только как дальний-предальний потомок старшей сестры Габеллы, еще при ее жизни ставшей Брароуз по мужу.

Парень явно не лгал. Он сам стал пешкой.

Перестав мучить его, Варвара Элияровна переключилась на стол, продолжая перебирать страницы с записями, рисунками, картами. Найдя среди них фотографию, она на секунду замерла.

— Что там? — Я подошел к ней и увидел молодую улыбающуюся пару с младенцем на руках матери.

— Это мама Кристиана… и Александр Брароуз.

Я пригляделся. Да, это несомненно был молодой Брароуз.

— Кристиан — его сын, — отрывисто вздохнула златородная, выронив фотографию. — Теперь все ясно. Нет у него изъяна! — сорвалась она почти на рев. — Он силен, как и его отец! Он всех обманул. Проник сюда, освободил Тихого Морока и…

— Я знаю, куда они отправились, — сказал я и пальцем ткнул в карту. — На Озеро Слез. Де Аркур сделал то, чего не успел сделать Брароуз, довел дело Габеллы до конца. Они там, я уверен. И де Аркур, и Брароуз, и дух Эрниса. Они собираются открыть портал.

Широко распахнув глаза, Варвара Элияровна внимательно посмотрела на меня и произнесла:

— Тогда чего мы ждем?