Стажерка в наказание, или Академия Безликих

Глава 7. Варвара

Академия Безликих во всем отличалась от Академии Защитной Магии. Даже утренней суетой, царящей в коридорах.

Туда-сюда сновали мантии — серые, коричневые, синие, красные — в зависимости от курса. В АЗМ мантии были только серебристые и золотистые. Ну и белые — у преподавателей.

Адепты кучковались: одни что-то бурно обсуждали, другие слушали музыку, третьи травили анекдоты, а кто-то играл в какую-то настольную игру, расположившись прямо на полу. В АЗМ развлечения на переменах были непозволительны. Адепты либо готовились к следующей лекции, либо занимались в библиотеке.

В общем, атмосфера здесь была совсем иной, и я не могла сказать, что это плохо. Академия будто дышала. Довольными лицами, веселым смехом, приятной возней и обычной беспечностью. Никто никуда не торопился, не был сосредоточен на важном задании. Студенты просто радовались новому дню и своей молодости.

Устав торчать в коридоре и мозолить томным девушкам глаза, я решила подождать Дамиана в более интересном для себя месте. У окна, из которого было прекрасно видно улыбающегося Кристиана, четко выделяющегося на фоне своих однокурсников. Высокий, статный, привлекательный спортсмен. Его модно топорщившиеся волосы отливали золотом в свете утреннего солнца. Голубизна глаз становилась ярче, когда он поднимал лицо. Улыбка сияла ослепительной белизной красивых зубов. Этот парень был идеален. Иногда мне казалось, что даже для меня, хотя те единицы, кто знал о нашем романе, твердили, что мы прекрасно смотримся вместе и очень подходим друг другу.

Он, словно почувствовав на себе чужое внимание, поднял лицо и выискал меня взглядом в окне. Будто укутал меня в теплый, мягкий плед. Стало так хорошо, что улыбка сама прописалась на моем лице, а ладонь поднялась помахать ему.

Смутившись, Кристиан нахмурился и оглянулся, ища того, кого мог так романтично приветствовать его преподаватель. Увидев неподалеку грудастую блондинку, он облегченно выдохнул и, поправив лямки рюкзака на плече, продолжил болтать с парнями. А та самая польщенная вниманием магистра Рейнфрида кукла в прыжке замахала мне обеими руками.

— Амура, — раздался голос отца у меня за спиной. — Не представляю, за что ей выдавать диплом?

Я обернулась и проследила за его взглядом, устремленным в окно.

— Привет, папа.

Он боязливо огляделся убедиться, не услышал ли кто-нибудь, как я к нему обратилась. Но мы никого не интересовали, все были заняты своими делами.

— Я узнал, что в заключении сейчас находится двадцать два темных мага. Четверо из них обладают знаниями, как нам помочь, — как можно тише доложил он, все еще озираясь. — Попробую выпросить рабочих для ремонта подземного города. Надавлю на руководство, чтобы выдали их из числа заключенных.

— А так можно?

— Их часто привлекают к принудительным работам. И они соглашаются. Ведь это шанс быстрее исправиться в глазах Лиги и получить долгожданную свободу. Теперь надо решить, как мы убедим одного из них помочь нам и сдержать это в тайне. За спасибо они палец о палец не ударят.

— Что-нибудь придумаем. К их приезду надо еще успеть запечатать расселину Тихого Морока. Мы не можем впустить туда людей, пока он снова не будет заперт.

— Но вы же уже работаете над этим? — с надеждой поинтересовался отец.

— Магистр Рейнфрид как раз выясняет, где ключ…

— Только это оказалось куда сложнее, чем мы планировали! — К нам присоединился запыхавшийся Дамиан. С беспокойством, какое присуще моему лицу с момента появления в Академии Безликих, он посмотрел на моего отца, потом на меня и сообщил: — Ключа в хранилище нет.

— Мы это предполагали, — ответила я. — Ты узнал, кто последним посещал музей?

— Да никто его не посещал с самой осени. А в комнату, где хранился наш заветный ключ, никто не входил со дня последней инвентаризации.

— И когда она была? Кто ее проводил?

Мой отец нервно качнулся с пятки на носок, потупившись в пол.

— Я возглавлял комиссию по инвентаризации, когда мы передавали подотчетность новому хранителю, — ответил он. — Ключ был на месте. Я лично закрывал дверь.

— Ничего не понимаю. — Я потрясла головой. — Тогда как он мог исчезнуть? Хранилище ограбили?

— Следов взлома нет. Мы ту дверь кое-как открыли. Я немного твоей магии использовал. Ты же не будешь против?

Мне совсем не нравилось, что Дамиан распоряжается моим даром, но сейчас его инициатива была вполне уместной.

— Кажется, я готов согласиться со своей дочерью, — прискорбно произнес мой отец. — Это уже не похоже на обычное баловство. Кто-то применил магию. Сильную. Которой безликие не обладают. Вероятно, мы с вами столкнулись с могущественным врагом. Он где-то здесь. И его планы известны только ему одному.

Мы дружно посмотрели по сторонам, роняя свои подозрения на каждого, будь то сопливый первокурсник, уборщик или суетливая преподавательница гаданий, рассыпавшая колоду карт.

— Что предлагаете делать? — вздохнул Дамиан.

— Смотреть в оба, — ответила я.

— У меня есть другая идея. Договориться с Тихим Мороком. Он меняет нас местами обратно, а мы взамен его освобождаем.

— Надеюсь, у вас на почве стресса мозги перемешались, магистр. Представляете, сколько бед натворит этот призрак?

— Зато на их фоне никто не заметит нашей. Тем более кое-кто уже в курсе, что Тихий Морок почти на свободе. И я не уверен, что она будет держать язык за зубами.

Мы с отцом переглянулись, спохватившись, что библиотекарь, по совместительству отвечающая за сохранность музейных экспонатов, уже наверняка бьет тревогу. Не медля ни секунды рванули к несчастной женщине.

— Где эта ваша библиотека? — спрашивала я уже на бегу.

— Там! — задыхаясь, ответил отец и показал рукой в нужном направлении.

У кафедры выдачи никого не было. Я перегнулась проверить, не упала ли перепуганная старушка в обморок.

— Ее здесь нет, — оповестил нас Дамиан. — Я запер ее в хранилище.

— Вы что сделали? — переспросил отец.

— А что мне оставалось? Она собиралась объявлять ЧП в академии. Уже за свистком потянулась. Не понимаю, зачем библиотекарю свисток? Это был риторический вопрос.

Отдышавшись, отец обдул себя попавшим под руку журналом и выступил с инициативой успокоить ту, кого студенты прозвали Мадам Ведьмой.

— Занимайтесь своими делами. Я сам все улажу.

— Она в вашем полном распоряжении. Не благодарите, — хищно улыбнулся ему Дамиан, сверкнув блеском в моих больших глазах.

— Что вы с ней сделали? — напрягся отец.

— Приковал к тумбе заклинанием обездвиживания.

— Ох, магистр! — тот всплеснул руками, поспешив освободить пленницу, а я обратила внимание на стеллажи.

Сюда отправляли много списанной литературы, считая ее устаревшей и никчемной в мире современной магии. Я часто слышала от преподавателей, что нам не нужно знать одно или другое, потому что в наше время оно не актуально. В библиотеках АЗМ было сложно найти даже старые рецептурники, ведь фонд обновлялся дважды в год. К тому же руководство считало, что канцелярия — удел безликих. Нам попросту не забивали голову отжившими свое разделами магии.

Я прошла вглубь библиотеки, погруженной в мягкий свет витражного окна, выискивая хоть что-то, способное нам помочь. Мне очень не хотелось, чтобы отец связывался с темными магами. Достаточно тайн вокруг смерти моей мамы, о которых я толком ничего не знала. Терзалась от неизвестности после того, как однажды подслушала обрывок разговора, в котором бабушка заявила отцу: «Ты же не хочешь, чтобы Варюшка закончила, как ее мать? Значит, держи ее подальше от тьмы…» Мне было шесть. Я легко испугалась, но также легко переключилась на новые впечатления. Кажется, отец тогда подарил мне канарейку. Подкупил.

— Сейчас не самое подходящее время искать себе любовный романчик на вечер.

Дамиан оставался в своем репертуаре.

Я отыскала тома, посвященные магии подселения духа и реинкарнации, и радостно улыбнулась. Хоть что-то хорошее в этой утопающей академии.

— Держи! — Подала один талмуд Дамиану, а второй взяла себе. — Изучай.

— Да уж. Лучше бы это был любовный романчик.

Я села на ступеньки лестницы, ведущей на второй этаж этой книжной сокровищницы. Здесь было лучшее освещение. Недолго думая, Дамиан присоединился ко мне. Всем своим видом демонстрируя, что ему скучно, он все же открыл книгу и даже забегал глазами по страницам.

— Умер, не успев вернуть дух в свое тело… — начал бормотать он после целых пяти минут молчания. — Ошибся с заклинанием и подсадил свой дух в дерево…

— А историй со счастливым концом там нет? — поинтересовалась я, не выдержав этого нагнетания.

— Есть история с обменом тел. — Дамиан подсел поближе ко мне, показывая раскрытые страницы. — Основателем магии является некий темный маг граф Бийленхольд.

— Это я и так знала.

— Не сомневаюсь, — хмыкнул Дамиан. — А то, что первый эксперимент был проведен на его собственных детях? — Он ткнул пальцем в строчку.

— О, нет! — ахнула я.

— Что?

— Мои ногти! Ты что, их грыз?

— Я не грызу ногти. Поломал его, когда застегивал джинсы. Как вообще можно ходить с такими когтями?

— Это не когти, кретин! Это маникюр!

Он взглянул на меня, выгнув бровь, и я поймала себя на мысли, что все меньше и меньше узнаю в своем теле себя. Эти новые повадки, взгляд, манеры, говор. Они были чужими, и мне все больше и больше хотелось придушить магистра.

— Надо же, Варвара Элияровна умеет ругаться. Считай, это тебе за пробор.

Требовать бережливости к моему телу от парня, привыкшего жить одним днем, было бесполезно. Куда сознательнее потратить время на решение более насущной проблемы, которая решит все остальные.

Мы опять уронили взгляды в книгу.

— Он поменял телами своего сына и дочь, — прокомментировала я прочитанное.

— Но так и не сумел вернуть их на свои места. Они всю жизнь прожили в чужих телах, — подытожил Дамиан еще одну невеселую историю.

— Листай дальше.

— Зачем? Ясно же, что это конец. Мы состаримся в этих телах. Самое время определиться с условиями…

Я отняла у него книгу и перелистнула страницу. Дамиан засмеялся, толкнув меня плечом:

— Да ладно тебе, златородная. Решим мы это.

Прозвенел звонок, и мне пришлось захлопнуть книгу. Надо было спешить на лекцию.

— Замок не забудь, — напомнила я Дамиану, отправившись в шестнадцатую аудиторию, где нас уже ждал поток выпускников.

На носу был экзамен, но эти ребята были увлечены предстоящим балом, бурно обсуждая наряды, музыку и танцы. Они ни на секунду не задумывались, что к балу допускаются только получившие диплом. Словно он уже был у них на руках.

Я громко положила талмуды на кафедру, заставив их затихнуть и повернуть головы.

Накручивающая на палец волосы Амура подмигнула мне и отправила воздушный поцелуй. А Кристиан улыбнулся вошедшему за мной Дамиану.

— Меня пугает твой кавалер, — шепнул он.

— А меня тошнит от твоей зазнобы, — ответила я, пытаясь настроиться на лекцию в столь напряженной атмосфере. — Доброе утро, будущие коллеги! — поприветствовала я группу, получив в ответ удивление на вытянувшихся лицах. — Открывайте тетради. Начнем повторение материала.

Адепты недоуменно переглянулись, молча разводя руками и как бы спрашивая друг у друга, что происходит.

— Ну ты и загнула, — усмехнулся Дамиан и вышел вперед, привлекая к себе всеобщее внимание. — Привет всем! Меня зовут Варвара. Я практикантка магистра Рейнфрида…

— Так это вы златородная дочка Аверардуса? — спросил кто-то из парней.

Следовало ожидать, что Амура оповестит всех однокурсников обо мне.

Дамиан прошел вглубь ряда, кулаком уперся в парту и процедил этому любопытному студенту:

— А у тебя какие-то вопросы ко мне, Колиан?

— А… Эм… — растерялся он, убирая локти со спинки скамейки. — Откуда вы меня знаете?

— От твоего дяди. Брароуз, если не ошибаюсь?

Его фамилия резанула по моим ушам. Брароузы были мамиными дальними родственниками. Но мы с ними близко не общались, и этого парня я не знала даже в лицо. Зато отлично помнила его дядю — Александра Брароуза. Из именного каталога заключенных темных магов.

— Да, — взволнованно ответил этот Колиан. Явно тоже слышал обо мне.

— Зарубите себе на носу, — обратился Дамиан ко всем, — после академии мир магии уже не будет к вам так лоялен, как ваши преподаватели. Вам делают поблажки, спускают с рук промахи, закрывают глаза на неудачи. Там, где идет вечная борьба добра со злом, ничего не прощается. Так что доставайте тетради и грызите гранит науки.

Выпускники лениво зашуршали рюкзаками. Конечно, Дамиан вел себя не так, как это сделала бы я, но эффект удался. Студенты забубнили лекции. А у нас появилось время продолжить изучение древних письмен.

С трудом отведя взгляд от Колиана, я села на стул, открыла книгу и попыталась сосредоточиться, но то и дело посматривала на Кристиана, который с теплом следил за тем, как мое тело расхаживает по аудитории. Он тоже соскучился. Хотел поговорить, уединиться, обнять меня, в конце концов.

Оторвав уголок от страницы тетради, он быстро начеркал маленькую записку смял и, когда Дамиан проходил мимо него, сунул ему в руку. Реакция того, увы, была непредсказуемой. Резко развернувшись, он сжал кулак и с хрустом въехал прямо Кристиану в нос.

Я подскочила с места, в ужасе ахнув. Парни тоже повздрагивали. Девушки завизжали.

Откинувшись на соседа по парте, Кристиан зажал нос ладонью, а Дамиан, тряся рукой, пригрозил:

— Еще раз тронешь меня…

— Варвара Элияровна! — рявкнула я, тем самым напоминая магистру, что он в моем теле. — Можно вас на минуту? — Я кивнула на дверь.

Осмотревшись, Дамиан поправил свитер и зашагал на выход, а я подбежала к Кристиану.

— Сильно больно? Дай-ка посмотрю.

Он прошелся по мне хмурым взглядом и прогудел:

— Нос разбит.

— Отведите его медпункт! — велела я парням, незаметно подобрав оброненную записку. Проводила их до выхода и, выйдя следом, прикрыла дверь.

Как только студенты скрылись за поворотом, я прочитала: «Я скучал. Встретимся на пляже после уроков?» Аж слезы навернулись. Он пригласил меня на свидание, а я его ударила.

Зарычав, я развернулась к Дамиану, плечом подпирающего стену.

— Что ты наделал?!

— Это вышло случайно. Тело у меня женское, но инстинкты-то остались мужскими.

— Он всего лишь написал тебе записку!

— Нет, тебе! — разозлился магистр. — Пусть этот любитель златородных барышень держится от меня подальше.

— Но он же не знает, что ты — не я!

— И что мне теперь, броситься к нему на шею?

Я схватилась за голову и отошла от Дамиана. Так безопаснее для него.

— Поцелуй любви, — вдруг сказал он.

— Ты о чем?

— Всем известна истина, что любое темное проклятие разрушит поцелуй любви…

Как же я сразу не догадалась?!

Ходили легенды, что поцелуй любви даже излечивал темных магов. Конечно, если чувства были взаимными, а этих предателей мало кто любил, и еще меньше любили кого-то они сами. Так что подтвержденные факты нигде не зарегистрированы. Лишь слухи, но сейчас я была готова поверить и в них.

— Хоть какая-то от тебя польза! — выдохнула я облегченно.

Мы будем спасены. Одним поцелуем. Отцу не придется вступать в тайный сговор с темными магами, а Тихий Морок не получит свободу.

— Вряд ли от этого есть польза, — проговорил Дамиан как-то нехотя. — Ведь я не собираюсь целоваться с твоим блондинчиком.

— Хорошо, — согласилась я, в отличие от магистра не струсив перед трудностями. — Тогда я поцелую твою Амуру.

Он почесал в затылке, криво улыбнувшись:

— Тут такое дело, златородная… Я не люблю ее.