Свадебное агентство в наследство

Глава 53

Поцелуй длится всего мгновение, но мне кажется, будто время застыло. Я отпрыгиваю, как ошпаренная фея, прижимая пальцы к губам, на которых еще пылает жар его прикосновения – сладкий, как мед солнечных лугов, и терпкий, как вино из запретных садов фей.

– Ты… ты… – Я не могу подобрать слов.

Дариус ухмыляется, довольный собой:

– Что? Ты же согласилась.

– В щечку!

– А я передумал.

Хочется его убить. Или поцеловать снова. Или и то и другое сразу, пока небо не рухнуло нам на головы. Но времени на раздумья нет – в коридоре раздается громкое «Мяу!», и Гавиус начинает бить хвостом по полу, словно барабанщик на поле битвы.

– Он требует начинать, – переводит Юди.

– Хорошо-хорошо! – Я отряхиваюсь от нахлынувших эмоций, будто смахивая с платья пыльцу волшебных цветов, и хлопаю в ладоши. – Лулу, Бри, все готово?

– Готово! – Из-за угла выскакивает Лулу, размахивая букетом невесты из мышей.

– Лулу! Это ужасно! По-живодерски! – ужасаюсь я.

– Они живые! Мы их потом отпустим. Правда-правда. Вы же сами просили креативить.

– Не до такой степени. Отпусти бедных мышей.

Лулу поникает:

– А я так старалась для нашей Шерхи. Ладно, тогда сделаю из яблок. Насажу их на шпажки, вставлю в форму, накручу…

– Давай-давай. – Я хлопаю разошедшуюся Лулу по плечу. – Только никаких живых существ.

Бри поправляет гирлянды из летучих мышей во дворе.

– Представляешь, согласились по плевой цене. Говорят, что еще готовы заплатить за первый ряд в этом представлении, – гордо заявляет подруга.

Я быстро осматриваю импровизированную свадебную площадку – беседку, украшенную серебряными лентами и живыми цветами, которые то распускаются, то снова сжимаются в бутоны. В центре высокий столик для свадебного регистратора – эльфа, которого мы срочно вызвали и оторвали от обеда нектаром.

Так как свадьба у нас экстренная и мы не знали, когда кот к нам нагрянет и придет ли вообще, оркестр пришлось заказывать из сверчков.

– Отлично. Тогда начинаем.

Именно поэтому я сейчас делаю знак главному из них, и сад заполняется стрекотом свадебного марша.

Медлить нельзя. В любую секунду нашу церемонию могут сорвать.

Шерхи, увитая фатой, тонкой, как паутина лунного света, осторожно подползает к алтарю. Гавиус шествует рядом, высоко подняв хвост, словно знамя темного владыки.

Когда они подходят к алтарю, эльф отбрасывает белоснежные волосы за плечи, открывает книгу и начинает:

– Дорогие гости, мы собрались здесь, чтобы соединить узами Свет и Тьму…

– Безобразие! – Леди Мрак вплывает на задний двор. – Меня пригласили, но время не уточнили. Замучилась ждать в тени свою свадьбу, а тут, оказывается, животинки женятся. Канцлер знает?

Я стискиваю кулаки.

– Не животинки, а многоуважаемые фамильяры, – говорю я и делаю знак замолчавшему эльфу продолжать.

– Силами, данными мне…

– Не так быстро. – Леди Мрак снова перебивает свадебного регистратора и кидает на землю шар.

Он со звуком разбитого стекла раскалывается, и из него волнами хлещет тьма, густая, как деготь, и холодная, как зимнее озеро.

Леди Мрак сетует:

– Из-за вас пришлось пожертвовать половиной моего несовершенствования.

Я вопросительно смотрю на Дариуса. Он напряженно поясняет:

– На Небесах – совершенствование, а в Преисподней – несовершенствование.

Оу.

– И чем это нам грозит?

– Думаю, неприятными гостями.

Я поворачиваюсь к распорядителю и нашей парочке Света и Тьмы:

– Продолжайте!

Эльф нервно кивает, стирает пот со лба, что блестит как роса, и начинает тараторить:

– Согласна ли невеста, Шерхана Авдоториада, вступить в брак с котом Преисподней, Гавиусом Шоридиусом III?

– Ш-да! – соглашается Шерхи.

Ничего себе у молодых полные имена! Закачаешься.

– А вы, жених, Гавиус…

– Нет! – Сначала церемонию прерывает голос канцлера, громовой, как удар гонга, а потом уже и он сам выходит из темных клубов дыма, пахнущих серой и подгоревшим чувством собственного величия.

Кот лениво облизывается.

– Мяу.

Я пытливо смотрю на Юди:

– Жених сказал да? Переведи!

– Он поприветствовал хозяина, – расстроенно поясняет Юди.

Если сейчас Гавиус струсит и уйдет от алтаря, церемонии конец. Воздух словно наполняется пеплом из извергающегося вулкана. От канцлера так и несет угрозой и древней магией, старой, как сами миры.