Теорема любви для непокорной Звезды (СИ)

Глава 6. Радости и гадости

— Миррали! Миррали, мы опаздываем!

Громкий стук в дверь и совсем не вежливый ор поднимает меня с кровати. Веду по комнате осоловелым взглядом, не сразу понимая, где я нахожусь. И почему Кара проснулась раньше меня. И почему я вообще сплю отдельно.

Только через несколько тупительных моментов я осознаю, что за дверьми не Кара. Да и я не в Пацифаль, где и делила спальню с двумя подругами.

Не скажу, что реальность обрушивается на меня ледяным потоком. Нет. Мне просто немного грустно, что вчерашний день не оказался сном. Странно, всего за сутки пребывания в Драгрис я успела чуточку смириться с ситуацией. Впрочем, ничего удивительного. И отец, и братья всегда говорили мне, что главный талант королевских персон — умение приспосабливаться к изменениям обстоятельств. И самое главное, чтобы эти самые изменения сыграли тебе на руку. Вот и мне надо так сделать. Обратить ситуацию в мою пользу.

Сонно потягиваясь, я надеваю халат и направляюсь к двери. И уже через секунду оказываюсь снесенной влетевшей в спальню Айрис.

— А ну быстро собирайся. Сейчас на завтрак, потом на вводную лекцию по теологической доктрине Демастата.

Драконица как-то очень резво оббегает периметр, даже умудряется проверить ванную, которая здесь находится в отдельной комнатушке.

— Порядок, можешь умыться.

— Э-э-э, ты думаешь кто-то мог проникнуть в закрытую спальню и спрятаться у меня в ванной? — ошарашенно интересуюсь я.

— С нашими ополоумевшими от близости Искры парнями я ничему не удивлюсь, — хмыкает Айрис и кивком поторапливает меня провести утренние процедуры. — Поэтому в спальне, по возможности, компанию тебе буду составлять я. Вне ее к нам будет присоединяться Дейдар.

— Ого, — наигранно восхищаюсь я. Ополаскиваю лицо и выглядываю в спальню. — Обязанности быть моей нянькой сбагрили на вас?

— Миррали, ты же знаешь, у господина ректора много дел помимо сопровождения драгоценной Искры, — ехидно изогнув бровь, отвечает драконица.

— Конечно-конечно, — вспыхнув от смущения, я приступаю к чистке зубов.

Требовать от Итана постоянно присутствия рядом сама по себе бредовая идея. Он не обязан держать меня за ручку и везде водить, как маленькую. Но в противовес доводам разума в груди разгорается легкая обида и тоска. Мне с ним спокойно. И хочется вернуть это чувство.

Мои размышления прерывает стук в дверь.

— Ты кого-то ждешь? — настороженно интересуется Айрис и, не дожидаясь моего ответа, выглядывает наружу. — Тут коробка какая-то!

— Это Итан! — промыв рот, кричу я. — В смысле он книги обещал прислать.

Вчера, когда ректор довел меня до спальни, он довольно сухо попрощался со мной и попросил ознакомиться с теорией по магпотокам. Практикой мы должны будем заняться со дня на день.

В голову лезут всякие непотребные мысли, а потому я резко встряхиваюсь, выгоняя этот горячечный бред. Энергия Аштара, которая разливается по Драгрис, как-то странно воздействует на меня. И это пугает. Тяжело контролировать себя, тяжело сохранять хладнокровие и ясность ума. Особенно в присутствии Итана.

— Что-то легкая коробка для книг, — тем не менее пыхтя, произносит Айрис и ставит ношу на стол.

Завязываю волосы в хвост и подхожу ближе. В этот момент дверь снова распахивается, являя сонное лицо Дейдара. Сердце пропускает удар, когда я узнаю в этом выражении его сестру. Лери тоже любительница поспать и с утра выглядит точь-в-точь, как ее братец.

— Не спалось? — ехидно уточняю я, не глядя раскрывая коробку и опуская в нее руку.

— Время моего эффективного существования не совпадает с вашим, птички ранние. Я дитя ночи, так-то, — фыркает альва и тут же осекается. — Мирра, все в порядке?

— Не-а, — растерянно тяну я, боясь заглянуть в коробку.

Потому что там не книги! Вот ни разу не книги!

Под рукой отчетливо ощущается прохладная чешуя. Кончики пальцев покалывает, будто меня грозовыми разрядами кусает. В панике гляжу на Айрис и слова вымолвить не могу. Не хочу смотреть в коробку. Не хочу знать, отозвался ли очередной фракис на мою силу.

— Да что там такое?! — в удивленном голосе драконицы слышатся нотки раздражения.

Она делает шаг ближе и уже собирается сунуть любопытную мордочку в коробку, как ее опережает Дар. Оттесняет Айрис и сам достает яйцо. Я судорожно выдыхаю, понимая, что фракис не проклюнулся. Черная чешуя с золотистыми прожилками абсолютно безжизненна.

— Аштар нам помоги, они действительно не собираются оставлять тебя в покое, — ошарашенно выдыхает Айрис.

— А ты думала будет по-другому? — мрачно интересуется Дар, пристально разглядывая фракис. — Судя по окрасу, это постарался наследничек нашего третьего генерала, главы казначейства. Максимус Ферг. Видимо решил утереть нос Дереку, не зря же их отцы вечно собачатся.

— Я могу вернуть фракис? — в досаде прикрываю глаза и тру переносицу. Мало проблем, так меня еще и в войну между двумя высшими родами пытаются втянуть.

— Ты ж его коснулась? — хмыкает Дар.

— Ну да.

— Вот и прячь его к остальным, — альва с усилием всовывает яйцо мне в руки. — И никому ни слова. Максимус и сам поймет, что его попытка не удалась. А я скажу Итану. Пора делать внушение. Иначе тебя яйцами закидают.

— А может так лучше? — подает голос Айрис и, поймав мой удивленный взгляд, продолжает: — Что? Вдруг Аммиталь действительно не твой истинный? Пускай парни несут фракисы, какой-нибудь да проклюнется.

— И вызовет междоусобную войну в Демастате, — качает головой Дар. — Нет, Айрис. Пока парни к ней фракисы подкатывают, Аммиталь их по углам придушит. Это надо пресекать уже сейчас.

Пока эти двое обсуждают планы действий, я опускаюсь на колени у кровати и вытягиваю подушку с остальными яйцами. Ловлю потрясенный взгляд Айрис и спешу оправдаться:

— А что такого? У нас в Алерате это одна из главных традиций! — несу первую пришедшую в голову чушь.

Уж лучше все спихнуть на загадочные альвийские обычаи, чем проявить неуважение. Айрис к этому похоже очень чувствительна. Краем глаза отмечаю, как Дар скрывает улыбку, прикрыв рот ладонью. Да и вообще, выглядит так, будто с трудом сдерживает смех.

— Вы храните яйца под кроватями? — недоверчиво интересуется драконица.

— Нет, мы храним там самые дорогие сердцу вещи, — с чувством отвечаю я, стараясь, чтобы предательская улыбка не прорвалась наружу. Я должна быть серьезной!

— Хм, — задумчиво тянет Айрис. Бросает косой взгляд на Дара, который со щенячьей преданностью в глазах поспешно кивает, подтверждая мой бред: — Хотя, знаешь, очень удобно. Наверное, я тоже приобщусь к этой вашей традиции.

— Будешь хранить под кроватью свои бесконечные талмуды и конспекты? — поддевает её Дар. — Боюсь, тогда тебе понадобится стремянка, чтобы забраться в постель.

— Попрошу Дерека подкинуть меня телекинезом! — огрызается Айрис, а я замечаю, как алые глаза Дара вспыхивают раздражением.

Та-а-ак, это уже что-то интересное. Присматриваюсь к альве, который вмиг теряет желание подкалывать драконицу. Да и Айрис замолкает. И в этой неловкой тишине особенно звонко звучит голос Лейлы:

— Ой, а это фракисы, да? А почему их так много? У императора сразу три яйца?!

Замираем все трое. Если взгляд Айрис, гуляющий от меня к Дару, излучает беспокойство и растерянность, то вот в глазах альва скачут демонические искры. Дар с трудом сдерживается, чтобы не рассмеяться. В который раз за сегодняшнее утро.

— Нет, милая, у Его Величества…, — запинаюсь, понимая, что всё, что я сейчас могу сказать — двусмысленная дичь. Прокашливаюсь и решаю зайти с другой стороны: — Лейла, это сувенир, — приподнимаю яйцо и даже перебрасываю его из руки в руку, дабы показывать его малую ценность. — У меня на родине принято делать копии дорогих сердцу вещей.

— А зачем? — интересуется девочка, а ее глаза вспыхивают неподдельным интересом.

— Чтобы уберечь настоящий подарок от кражи или повреждений, — приходит мне на помощь Дар.

Айрис же смотрит на нас с откровенным скепсисом. Могу биться об заклад, в ее умненькой головке уже возникли вопросы к придуманной мной традиции хранения сокровищ под кроватью.

— У вас очень удобные обычаи, — тут же подтверждает мои мысли драконица.

— Ты хотела сказать эффективные, — поправляет ее Дар и, подойдя ближе к Айрис, вытаскивает из ее сумки пару перчаток. — Держи.

Перебрасывает их мне. Я еле успеваю их перехватить и с недоумением смотрю на альва.

— Это изолирующие перчатки для работы в Питомнике. Всегда носи их вне комнаты, — поясняет он и, бросив многозначительный взгляд на Лейлу, дополняет: — Обезопасишь себя от поклонников.

— Ага, — киваю в ответ.

Кладу яйцо на стол и поспешно натягиваю перчатки. Лейла, молчаливо разглядывающая фракис, подается к нему вперед и чуть не носом утыкается в его чешуйчатую поверхность.

— Лейла! — в испуге вскрикиваю я, отмечая, что остальные тоже дернулись к ней.

— А из чего эти копии сделаны? — как ни в чем ни бывало поворачивается к нам девочка.

— Чешуйки вылупившихся фракисов, — тут же отвечает Айрис. — Я как раз ходила их собирать в Питомник.

— Да-а-а? — подозрительно сощуривается Лейла, окидывая нас очень уж похожим на дядюшкин взгляд. — А не врете ли вы мне, господа, взрослые?

— Что-о-о? — в наигранной обиде восклицаю я, моля всех шестерых богов, чтобы моего опыта жизни при дворе хватило убедить малышку в искренности моего негодования. — Лейла, детка, эта традиция священа для Алерата. Подделки должны быть сделаны из того же материала, что и оригинал!

— Правда? — девчушка улыбается от уха до уха и тут выдает то, чего я никак не ожидала: — А ты расскажешь мне еще о ваших обычаях? Тетка Агация задала нам рассказ по культуре Алерата, а в книжках одна скука! Мне с ними никогда первое место в рейтинге не занять.

Она натурально куксится, выпячивает нижнюю губу, будто вот-вот расплачется. Делает все, чтобы показать, как для нее важно это первое место. И я покупаюсь. Порывисто обнимаю малышку, вполне искренне заверяя:

— Конечно, я помогу тебе. Даже не сомневайся!

— Круто! — Лейла восклицает так, будто и не было в ней печали. Стоящий за ее спиной Дар закатывает глаза, а я понимаю, что меня обвели вокруг пальца: — Тогда я завтра к тебе загляну завтра? С утра? Напишем рассказ вместе?

Лейла, крутанувшись в моих объятиях, отбегает к двери, будто боится, что я передумаю.

— У нее завтра с утра лекции, — сложив руки на груди, отвечает за меня Айрис. Причем смотрит на малышку так, чтобы та сразу поняла — драконице ее финты нипочем. — И послезавтра тоже.

— Тогда вечером! Завтра! — отмахивается Лейла и вылетает из спальни.

Не успеваю я и рта открыть, чтобы уточнить у ребят что это вообще было, как снаружи доносится громкий «Ой!» и какая-то возня. Дверь снова распахивается, являя нам хмурого Итана, который за воротник держит надувшуюся Лейлу. В другой руке ректора обнаруживаются уже знакомые мне изолирующие перчатки.

— Что она уже натворила? — устало спрашивает Итан, бросая многозначительный взгляд на мои руки.

— Это не я! — тут же начинает отпираться мелкая. Выворачивается в руках дяди и, состроив бровки домиком, тараторит: — Это ей Дар дал. Я только попросила помощи с домашней работой. А еще у них тут подделки на фракисы, представляешь, дядя? А можно мне такой же? Фелика позеленеет от злости! Ни у кого из девочек фракиса нет, а у меня будет!

— Какие подделки? — Итан из всего щебета племянницы вычленяет самое главное.

Обводит комнату мрачным взглядом и, пересчитав количество яйц, вдыхает и протяжно выдыхает. Будто собирает все хладнокровие, на какое способен.

— Кто? — тихо уточняет он у Дара.

В его голосе звучат такие нотки, что и я, и Лейла с Айрис — мы все неосознанно втягиваем голову в плечи.

— Максимус Ферг, но не ручаюсь, — спокойно отвечает альва.

Итан снова с шумом втягивает воздух, мой взгляд сам собой прикипает к нервно бьющейся венке на его шее. Понимая, что краснею, поспешно отвожу глаза, делая вид что просто разглядываю образ ректора. Хотя ничего нового в черном кителе, брюках и белой рубашке не нахожу. А надо! Мне надо отвлечься от Итана. Иначе мысли сами собой начинают переходить запретную грань, где мне становится интересно, а как господин ректор целуется?

Шестеро, что со мной?!

— Так, вы трое, — Итан пригвождает меня и Айрис тяжелым взглядом. Мягко подталкивает к нам Лейлу: — Марш на завтрак. Затем на лекции. Больше никуда. Лейла, тетка Агация ждет тебя в столовой. Айрис, побудь сегодня с Миррали. Я сообщу твоим преподавателям. После занятий в комнату. Ни с кем не разговаривать, ни у кого ничего не брать. Даже если это невинная бумажка. Ясно?

В янтарных глазах ректора бушует огонь. И мне становится обидно, потому что я-то ни в чем не виновата. Он обещал мне учебники, их-то я в коробке и ждала.

— Дар, собери парней в демонстрационной, — сквозь зубы выдыхает Итан, разворачиваясь к выходу. Кладет принесенные перчатки на стол и бросает через плечо: — Носить только вне комнаты, иначе заряд артефакта истощится слишком быстро. И по закону подлости в самый неподходящий момент.

— Я ее уже предупредил, — ворчит альва, шагая следом за ректором.

— И про то, что перчатки не панацея тоже? — я впервые слышу, чтобы Итан буквально рычал. — Что они могут не сработать с ней?

— Ой, уймитесь, господин ректор, — взмахивает руками Дар, уже переступая порог. — С нашей Искрой всё будет в порядке.

Ответа Итана я не слышу. А очень хотелось бы. А еще хотелось бы выбежать следом и высказать все, что я думаю об этом заносчивом типе. Это надо же так — ни слова не сказать, а меня виноватой выставить!

— У вашего ректора какое-то раздвоение личности? — спрашиваю я и надеюсь, что мой голос звучит достаточно равнодушно.

Устраиваю фракисы на подушке и присаживаюсь перед кроватью, чтобы запихать их на уже привычное место.

— Почему? — приподняв бровь, переспрашивает Айрис.

— Вчера он был сама любезность, сегодня — эталон суровости и строгости.

— А, привыкай, — отмахивается драконица и, приобняв внимательно слушающую наш разговор Лейлу, направляет малышку к выходу. — Сегодня Итан как раз-таки обычный. А вчера его твое прибытие, видимо, из колеи выбило.

— Неправда! — возмущается Лейла. — Дядя не строгий, дядя справедливый, — она заглядывает мне в глаза, когда я равняюсь с ними. — Он иногда только ругается, но он хороший. Честно-честно!

Айрис, хохотнув, открывает дверь и выглядывает в коридор. Проверяет обстановку. Убедившись, что мне не грозит очередной яйцедаритель, взмахом ладони приглашает последовать за ней.

— Я верю, что твой дядя самый лучший, просто немного обескуражена его сегодняшним хмурым видом, — мягко улыбаюсь Лейле.

Мы выходим в коридор и провожаемые взглядами снующих туда-сюда студенток идем за Айрис. Драконица, как заправский разведчик, проверяет свободен ли путь и только потом зовет нас дальше. Не скажу, что меня радует такая манера путешествия, но выбора, как я понимаю, сейчас нет.

— Дядя хмурится, потому что в академии слишком много змей, — доверительно шепчет мне Лейла. — Я правда не понимаю, откуда они взялись. В Питомнике мы их не держим. С пустошей наползли?

— Наверно, — грустно улыбаюсь девочке и машинально поглаживаю ее по голове.

Лейла, наивная и добрая малышка, еще не понимает, о каких змеях говорит Итан.

— Но ты не переживай, — продолжает щебетать малышка, пока мы продолжаем наш путь до столовой. — Дядя у меня сильный, он всех змей переловит!

Ловлю на себе вопросительный взгляд Айрис, и взмахом ладони успокаиваю драконицу. Та останавливается у открытых настежь высоких дверей. Из помещения за ними доносится разноголосый гомон, сопровождаемый вспышками хохота. А еще оттуда пахнет выпечкой, что очень радует мой невовремя заурчавший желудок.

— Мы пришли, — напутствует меня Айрис. — Ничего не бойся, не волнуйся, держись меня и все будет в порядке.

— Ты так говоришь, будто мы в военный поход выдвигаемся, — нервно хихикнув, отвечаю я.

Но сделав шаг вперед и зайдя в просторный зал столовой я понимаю, что недалека от истины. Ведь первая, с кем я сталкиваюсь взглядом, оказывается Далила. И почему-то мне кажется, она тут главная гадюка.

— Искра снизошла до трапезы в кругу простых смертных? — в установившейся тишине голос Далилы звучит особенно издевательски.

Часть студенток, а в столовой оказываются только девушки, поддерживают ее глумливыми хохотками. Кто-то же отводит глаза, а кто-то смотрит на меня с жалостью.

Никак не отвечая, я веду безучастным взглядом по сторонам. Мне надо выиграть время, хотя бы несколько мгновений, чтобы собраться с мыслями. Судя по разноцветной форме, здесь присутствуют ученицы всех курсов. Отдельный, шестой стол, занят девочками разных возрастов. Они все одеты в форменные платья, как и у Лейлы. Во главе этой «младшей группы» обнаруживается несколько женщин из низших драконов чем-то похожих на ту самую тетку Агацию, которая вчера бегала за малышкой. Саму наставницу я нахожу отходящей от общего стола с выставленными блюдами.

Слышу судорожный вздох Айрис за спиной. Лейла жмется к моей ноге, будто ищет у меня защиты. И это удивительным образом воодушевляет меня. Я не буду кроткой Миррали. Я дам отпор. Но сделаю это в своем стиле.

— Доброе утро, — начинаю я с максимальной доброжелательностью. Внутри вспыхивает злорадное удовлетворение, когда змеиные глаза Далилы чуть из орбит не выпрыгивают от удивления. — Меня зовут Миррали Ди-Амориас. И совершенно неважно кто я, потому что в отличии от моей подруги, — делаю кивок в сторону Далилы, которая моментально покрывается красными пятнами, — Я не разделяю людей на простых смертных и элиту. До недавнего времени мне не было известно о проклятии, нависшем над вашим народом. Но я сделаю все от меня зависящее, чтобы снять его.

Внимательно считываю реакцию публики. Я сделала упреждающий удар, назвав Далилу подругой. Таким образом продемонстрировала, что не имею злого умысла к ней. Её же саму выставила в нелучшем свете. Ведь какой надо быть тварью, чтобы подставлять друга?

И судя по шепоткам в зале, моя цель достигнута. По крайней мере слушают меня теперь с большим интересом, и никто не позволяет себе ехидных ухмылочек.

— Да зачем тебе это, принцесса? — летит насмешливое со стороны компании Далилы.

— Просто потому, что я знаю, каково это — хотеть жить, — не задумавшись ни на секунду, отвечаю я. Вспоминаю слова Дара и понимаю, что мне близка их боль. — Запертая во мне магия проклятых драконов медленно убивала меня. И только оказавшись в Демастате я почувствовала облегчение. Не буду говорить высокопарных слов, раздавать обещаний. Я этого не умею и мне это претит. Всё, что могу сказать — я постараюсь. А вам уже самим решать — принимать меня или нет.

Бесконечно долгое мгновение в столовой висит потрясенное молчание. Почему именно потрясенное я понимаю по лицам присутствующих. Большая часть тех, кто занимал колеблющуюся сторону, сейчас смотрят на меня с ошеломлением в глазах. Но по мере того, как эта эмоция уступает место уважению, по столовой прокатываются редкие хлопки.

Они не переходят в громогласные овации, но и пренебрежения в глазах окружающих я больше не вижу.

— Молодец, — шепчет мне в спину Айрис. — Смогла обыграть Далилу. Только не расслабляйся. Идем за стол.

Как ни странно, больше меня никто ни о чем не спрашивает. Почти все возвращаются к прерванному завтраку и беседам. Лейла, последний раз прижавшись к моей ладони, убегает за стол к остальным девочкам. И подружки встречают ее восторженными криками и расспросами.

— Она точно станет самым популярным ребенком в Детинце, — хмыкает Айрис, провожая ее улыбкой.

— С ее характером — это было неизбежно, — пожимаю плечами.

— Откуда ты знаешь? — драконица, подведя меня к столу первого курса, внимательно смотрит мне в глаза.

Пока усаживаюсь в нескольких метрах от группки студенток, успеваю задуматься. А действительно откуда? Откуда у меня такая уверенность, ведь Лейлу я знаю не больше суток.

— Просто чувствую.

— Хорошая интуиция, подруга, — тихое шипение из-за спины драконицы заставляет Айрис вздрогнуть, а волосы на моем загривке встать дыбом. — Пускай она и впредь помогает тебе выборе близких друзей.

Далила стоит практически вплотную к нам. За ее спиной я вижу тех самых журналисток, которые вчера активно конспектировали происходящий у моей комнаты бедлам. Переглянувшись, две эти «крысы» пера подают фаворитке мятый лист.

— Вот, — тычет в меня Далила, заставляя взять протянутый лист. — Раз уж мы с тобой подруги, ознакомься. Набросок завтрашней статьи.

Еще не до конца понимая, что происходит, опускаю глаза. И впиваюсь в ровные строчки. Надо отдать должное, подчерк у этих сплетниц идеальный. А вот к тексту у меня большие претензии. Хотя бы потому, что сердце с каждым прочитанным словом, взрывается негодованием и неверием.

— Что там? — тихо спрашивает Айрис, стараясь влезть между мной и Далилой.

Но фаворитка и не думает отодвигаться.

— Владыка Алерата покинул свой пост, — по-змеиному шипя, произносит Далила. — Объявил дочь бастардом, рожденным его женой от демона. Дочь, которая предала родной народ и сбежала в демоническую империю. А еще…, — ее голос понижается до заговорщицких ноток, — еще ходят слухи, что Миррали никакая не Искра. А банальная фракисовая шлюха. Берет у всех и никому ничего не обещает.

— Ах ты с…., — в возмущении шипит Айрис и даже дергает рукой, будто хочет отвесить фаворитке оплеуху.

— Стой, — останавливаю подругу, хватая ту за запястье. Вокруг нас снова устанавливается кокон тишины, а окружающие студентки разве что друг на друга не лезут, чтобы расслышать наш разговор. — Не опускайся до уровня подзаборных сплетниц.

— Мы может и сплетницы, — великодушно соглашается Далила. — Но ты же должна понимать, что в каждом слухе есть доля правды. Вот и сама решай, какая из этих новостей — правда.

Она самодовольно вздергивает подбородок и, махнув своим приспешницам, гордо проходит мимо.

— Альвы Света уже не так святы, правда, милая? — цедит она напоследок, демонстративно задевая мое плечо.

А я остаюсь стоять, ошеломленно сжимая листок в руках. Далила только что сама признала, что вторая часть новости — бред. Не только для меня, но и для подслушивающих ушек. Но удар от этого еще болезненнее. Рожденная альвой Света, я росла в святой уверенности, что мы хорошие. Мы априори несем тепло, свет… Любовь…

А то, что сделал отец далеко от этих понятий. Он отказался от меня…

— Миррали, не бери в голову. Далила мастерица плести интриги и придумывать сказки. Мне кажется, именно за эти заслуги ее император и терпит. Ну это помимо, — Айрис запинается. Я поднимаю на нее пустой взгляд и отмечаю, что драконица густо краснеет. — Ну ты поняла, да?

Заторможенно киваю, потому что мои мысли сейчас совсем в другом месте. В Летнем Дворце Алерата. Рядом с отцом. Зачем он так со мной? Я что правда бастард? Но из нас троих я похожа на отца больше моих братьев. Внешностью и Вендал и Серандил пошли в мать, альву Ночи. Меня же всегда называли маленькой копией Владыки.

И я бастард?

Чувствую, как начинают дрожать губы, а потому резко беру себя в руки. Не здесь. Нельзя мне давать слабину на глазах публики.

— Мирра? — настороженно заглядывает мне в лицо Айрис. — Ты что правда ей поверила?

— Нет, конечно, нет, — с легкой улыбкой отвечаю я, оглядываясь и с удовлетворением отмечая, что до меня больше никому нет дела. Не получив заявленного скандала, остальные девчонки возвращаются к своей болтовне. — Мы кушать будем?

— А ты хочешь?

— Честно? Аппетита нет.

— Это плохо, — искренне печалится Айрис. — Может всё-таки хоть немного поешь?

— Нет, — твердо говорю я, для себя понимая, что мне нужно поговорить с Итаном. — Айрис, мы можем пойти на лекции? И по пути как-нибудь случайно пересечься с ректором?

С секунду драконица непонимающе смотрит на меня, а затем широко улыбается:

— Я знаю, где его сейчас искать! Молодец, мне эта идея давно в голову приходила, но от меня отмахивались, как от мухи. А вот к тебе лорд Райнхарт должен прислушаться.

Айрис решительно направляется к выходу. Я едва успеваю за ней и, уже пересекая порог, оборачиваюсь, чтобы махнуть рукой Лейле. Малышка смотрит мне вслед с неподдельной тоской, и мне на миг хочется остаться рядом с ней.

Но если за маленькой егозой присмотрят наставницы, то вот целеустремленно прущую вперед Айрис надо остановить мне. Хотя бы потому, что я не понимаю, на что она намекала.

— Айрис, что ты имела в виду?

Догоняю драконицу уже в конце коридора, который плавно переходит в открытую анфиладу, обрамляющую просторный зал под прозрачным куполом.

— Да пора закрывать этот кружок самодеятельности. Лорд Райнхарт хотел как лучше, когда позволил девочкам создать академическую газету. А в итоге она превратилась в рассадник слухов и травли.

— А-а-а, — тяну я, не отводя взгляда от подруги. Краем глаза замечаю какое-то сборище в зале, но сейчас все мое внимание направленно на драконицу. — То есть мне надо пожаловаться Итану?

— Ну да, — твердо кивает Айрис и тут же смущается. — А ты не поэтому его ищешь?

— Нет, — с мягкой улыбкой отвечаю я. — Это не мои методы. Мне просто надо поговорить с Итаном. Дело в том, что часть статьи про моего отца может быть правдой. Горькой для меня, но все же правдой.

— А, ой!

— Ага, — с грустью киваю я.

Айрис ничего не говорит, берет меня за ладонь и участливо пожимает. Под кожей драконицы мелькает янтарный огонек, и внезапно я ощущаю прилив тепла. Будто меня обняли. В сердце вспыхивает благодарность за такую молчаливую поддержку со стороны Айрис.

И какие же все-таки удивительные эти проклятые драконы. Наши враги, разрушители мира и судеб… Но и среди них есть те, кто готов прийти на помощь, когда тебе плохо.

А мне плохо. Чем дольше я не получаю ответов на мои вопросы, тем больше обида на отца переплавляется в гнев. В злость. А там и до ненависти недалеко. А я не хочу ненавидеть того, кто воспитал меня.

— Пойдем? — пристально глядя в мои глаза, уточняет Айрис. — Парни вон там.

Она взмахом руки указывает на сборище по центру зала.

Сглотнув, я киваю. Может быть сейчас мне удастся получить хоть часть ответов на вопросы, которые мучили меня с детства? Кто я — я знала всегда. Альва Света с заблокированными магическими каналами. Может быть, весь секрет в моих родителях?