Теорема любви для непокорной Звезды (СИ)

Глава 9. Многодетная мать

Четыре дня. Четыре дня мне удавалось избегать Миррали. Наблюдать за ней со стороны и не подвергать опасности. Лорд Грайдер не зря ест свою подпитку, он прекрасно понял, что меня тянет к принцессе. Его подозрения сквозят во всем — во вскользь брошенных фразах, в поступках, в контроле обучения Миррали.

Нельзя, чтобы Аммиталь узнал о конкурентах. Нельзя, чтобы принцесса хоть немного заинтересовалась кем-то другим. Ее магия должна принимать только императора, ведь Аммиталь единственный из нас может хоть какое-то время выдерживать мощь Светоча. А значит единственный, кто поддержит Миррали во время ритуала.

Я все это знаю, а потому держусь от принцессы в стороне. Держался. До сегодняшнего дня. Не выдержал и даже предлог придумал, чтобы прийти. Появилась у меня идея, как использовать ее рисунки, а что в итоге?

В итоге я стою в спальне принцессы и держу в руках проклюнувшийся фракис. Мой фракис.

Еле сдерживая гнев, бросаю взгляд на танцующую вокруг нас Лейлу. Паразитка умудрилась выкрасть яйцо из семейной молельни.

— Я так и думала, дядя! Так и думала! — торжествующе вопит мелочь.

А я вот осознать не могу, что мне с этим знанием теперь делать.

Смотрю на растерянную Миррали, щеки которой покрывает румянец смущения. Принцесса закусывает губу, а мне в грудь бьет теплом, от которого сердце щемит. Она слишком манит, слишком нереальная для меня. Мне нельзя испытывать к ней тех чувств, которые против всяких доводов разума заполняют мое сознание.

— Ой, — тихо шепчет Мирра, когда яйцо в наших руках окончательно осыпается бриллиантовыми чешуйками. — Это всё-таки он?

Опускаю взгляд на застенчиво смотрящего на нас золотистого дракончика. Янтарные глаза у него точь-в-точь, как у меня. А вот взгляд… Я будто на Миррали смотрю. Та же кротость, за которой прячется непокорный огонь.

— Р-рау! — протяжно зевает малыш и кокетливо стряхивает с мордочки остатки бриллиантовой крошки.

А меня осеняет!

— По-моему это она, — бормочу я, приглядываясь к фракису.

Дракончик в ответ только глаза закатывает, мол, вы сомневались?

— Девочка? Фракис-девочка?! — возбужденно вскрикивает Лейла и суется к нам.

И тут же с криком отшатывается, потому что новорожденной крошке явно не нравится посягательство на ее территорию.

— Лейла, не лезь. Ей надо привыкнуть и понять, кто несет угрозу, а кто нет.

— Это редкость? — прокашлявшись, уточняет Миррали. — Женский пол у фракисов?

Глаз на меня не поднимает, и я понимаю почему. Тоже ощущаю некую неловкость и не знаю, как себя сейчас вести. Ведь, если фракис проклюнулся… Значит Миррали моя истинная? В душе от этой мысли все переворачивается. Я не смею надеяться на такое счастье!

— Редкость, — кивнув, отвечаю просевшим от волнения голосом. — Как и ты, Миррали.

Принцесса наконец-то вскидывает глаза, и я утопаю в солнечном свете, настолько они сейчас светятся. Улыбка сама собой растягивает губы, ставлю чешуйки на хвосте моей фракис, что выгляжу сейчас как идиот. Возможно, влюбленный. Но все портит странное шуршание и писк, доносящийся из-под кровати.

— Миррали, что ты имела в виду, когда сказала, что это всё-таки он? — тихо уточняю я.

Но ответ на мой вопрос является сам собой. К нашим ногам черным ядром вылетает маленький антрацитовый дракончик. Причем делает это так, будто не особо и хотел выползать из убежища. Его явно кто-то выпихнул.

— Ой, — опешив, выдыхает Лейла и с ногами забирается на стул.

— Ой-е-ей, — вскрикивает Миррали, когда следом за дракончиком из-под кровати выползает нечто пушистое, с чешуйчатыми ножками и бараньими рогами на голове.

Крупные крылья украшают спинку необычного фракиса, а в глазках-пуговках читается такое воинственное выражение, что мне самому хочется залезть повыше. А то и мне прилетит от этих рогов.

Когда следом за этим двумя появляется четвертый фракис, оказывающийся милым лисенком с рожками и крылышками, я уже ничему не удивляюсь. Удивлятор сломался.

— Дядя, а разве такое возможно? — шокировано смотрит на меня Лейла.

Мы вдвоем наблюдаем, как фракисы подбираются к Миррале, а золотой дракончик на ее руках забавно фырчит и пытается их спугнуть.

— Итан? — испуганно тянет принцесса, ища во мне поддержку.

Гляжу в ее глаза и отчетливо понимаю — растерянность мне непозволительна. Девочка ждет от меня помощи. Поэтому оставлю шок на потом, в первую очередь сейчас важна сама Миррали.

— Как ты себя чувствуешь? — окончательно взяв себя в руки, я быстро подхожу к принцессе.

Ссаживаю с ее рук мою фракису, которая недовольно фыркает, но тут же смирнеет, стоит мне только взглянуть на золотистую мелочь. Деловито складывает лапки на груди и выжидающе смотрит на нас с принцессой. Остальные фракисы хоть и следят за мной с подозрением в глазах, но влезать не спешат. Уже хорошо. Малыши признали во мне главного.

От это мысли хочется закатить глаза. Камалисс, дожил, переживаю, справлюсь ли с фракисами!

Не дожидаясь ответа принцессы, ощупываю ее руки, пробегаюсь невесомыми касаниями вдоль предплечья к шее и прикладываю пальцы к ее вискам. Смотрю прямо в ее испуганные глаза. Чувствую, как дрожит ее тело в моих руках и от этого мой контроль трещит по швам. Внутри ворочается что-то давным-давно забытое. Животное. Опасное. То, что твердит — она твоя, забери, спрячь. Сглатываю и увожу взгляд, потому что читаю испуг в глазах принцессы. Я не хочу быть его причиной.

— Я-а-а, — ошарашенно тянет Миррали, покорно позволяя мне ее осмотреть.

И это снова бьет в самое сердце. Она никому не показывает своей слабости или беспомощности. Позволяет это себе только в моем присутствии. Настолько доверяет? Зря, девочка, я сейчас сам себе не доверяю.

— Что ты почувствовала, когда коснулась фракиса? — задаю наводящий вопрос, а сам отступаю.

Ее магические каналы в порядке. Полностью перестроились под магию Аштара. Видимо проклевывание яиц дало необходимый импульс и теперь Миррали готова выполнить ритуал.

Только вот я этого не хочу.

— Мне было щекотно, — отвечает Миррали, снова закусывая губу.

Это противозаконное действие, оно выводит меня из равновесия. Поспешно отхожу к Лейле и встаю за стулом, опустив руки на спинку. Негодница тут же вжимает голову в плечи, но с ней я разберусь позже. Сначала надо позаботиться о Мирре.

— Что-то еще? — уточняю я, следя за тем, как фракисы подбираются к хозяйке и пытаются забраться к ней на руки.

— Потоки магии, — задумавшись, произносит Миррали. — Ощущение тепла, солнца и…

— И?

— Счастья, эйфории…, — мямлит принцесса, густо краснея.

Ухмыляюсь, потому что прекрасно понимаю, с чего такая реакция. Возбуждение. Я его тоже ощутил, принцесса.

Прячась от зрительного контакта, Миррали приседает и сгребает довольно пищащих малышей в объятия. Черный дракончик умудряется цапнуть рогатого пушистика и тут же отвернуться с самым надменным видом. Понятно, этот точно вышел из яйца Аммиталя. Снобизм и высокомерие, видимо, передается через магическую связь.

Замираю, осознав весь масштаб трагедии. Император наверняка уже в курсе, что его фракис вылупился! И если с паршивцами Дереком и Максимусом я еще справлюсь, то вот удержать Аммиталя подальше от Миррали у меня не получится.

Мне нужно время! Отсрочка, которая позволит убедиться, что для принцессы ритуал безопасен. Что все пройдет по плану. Хотя с Миррали ничего не идет по плану, взять хотя бы этот фракисовый выводок!

— Итан? — принцесса склоняет голову и встревоженно смотрит на меня. — Все плохо? Так не должно было быть?

Ловлю на себе заинтересованный взгляд Лейлы и понимаю, что не смогу врать Мирре.

— Я не знаю, принцесса, — честно признаюсь я.

Тут же ловлю испуг в солнечных глазах. Фракисы на ее руках, да и золотая драконица тут же предостерегающе шипят, стараясь защитить хозяйку от неведомой угрозы.

— Не волнуйся, я разберусь, — заверяю Мирру и с удовлетворением отмечаю, что она мне верит. Успокаивается и, прерывисто выдохнув, посылает мне робкую улыбку.

Это просто невыносимо. Я за эту улыбку кого-угодно уничтожить готов! Даже императора!

— И что нам теперь делать? — поняв, что гроза миновала, спрашивает Лейла.

— Нам?

Выразительно выгибаю бровь, глядя на племянницу сверху вниз.

— Ну в смысле, вам? — тут же начинает юлить она. — Теперь же Миррали должна будет выбрать себе мужа? Да?

— Нет, — качаю головой, хотя мысль хорошая.

— А можно я тогда заберу себе одного фракиса? — продолжает трещать Лейла. Соскакивает со стула и подходит к принцессе. — Вот лисенок. Хорошенький такой!

Она протягивает руку к зверьку, и я не успеваю ее одернуть. Ну право же, Лейле ли не знать, как агрессивны новорожденные фракисы. Но лис и не думает огрызаться, благосклонно принимает ласку племяшки.

— Вот видишь, я ему нравлюсь! — самодовольно заявляет Лейла.

А я теряю терпение. Лимит ее вседозволенности закончился еще на моменте похищения моего фракиса.

— Лейла, отойди от принцессы, — строго говорю я, сам поражаясь той стали, что звучит в моем голосе.

Но с племяшкой только так и надо. Только так она начинает понимать, что время игр закончилось.

— Итан, зачем ты так? — огорченно произносит Миррали, провожая Лейлу печальным взглядом. — Я не против, пускай играет.

— Дело не в этом, — отрезаю я, доставая почтовик из внутреннего кармана камзола. Набираю сообщение Дару, чтобы пришел за Лейлой. — Будь у тебя один фракис — без проблем, играйтесь сколько хотите. Но сейчас их четыре, и я не знаю, на каком уровне твоя с ними магическая связка. Лейла может случайно перекинуть на себя кого-то из малышей.

Услышав это, малышка тут же прячется за мою спину и бросает на меня испуганные взгляды. То-то же.

— Сейчас Лейлу заберет Дар, а мы с тобой поговорим.

Беру племянницу за руку и подхожу к двери. Как раз в тот момент, когда в нее деликатно постукивают. Хорошо, что мой помощник околачивается неподалеку. Я даже знаю в какой из комнат, но предпочитаю не вмешиваться. Не раз говорил Дару, что пока проклятие не снято и законы не изменены, ему с Айрис ничего не светит. Но парень взрослый, сам за себя решает.

— Отведи в Детинец, — приоткрыв дверь, выталкиваю Лейлу в руки слегка растрепанного Дейдара. — Передай Агации, чтобы глаз с нее спускала, я приду позже.

— Понял, — ошеломленно произносит альва, хватая егозу за плечо. — Итан, а…

— И пускай Айрис зайдет к Миррали минут через двадцать. Принцессе нужна компания на ночь.

Не даю Дару и слова сказать, закрываю дверь. Меня трясет. И от поднимающегося из глубины души раздражения за переполох, устроенный племяшкой. И от волнения за Миррали, которую сейчас надо прикрыть от Аммиталя. Он наверняка же на пути в Драгрис.

— Итан?

Тихий голос принцессы заставляет меня вздрогнуть и стремительно развернуться. Успеваю заметить, как расширяются ее глаза по мере моего приближения. Но плевать, я должен быстро проинструктировать Миррали и пойти в святилище. Надеюсь, у Лираники есть ответы на мои вопросы.

— Присядь, — мягко предлагаю я, подводя принцессу к кровати.

Золотая драконица тут же спрыгивает на пол и семенит к хозяйке. Остальные фракисы затевают свару, пытаясь вытолкнуть друг друга из объятий Миррали.

— Всё плохо? — сокрушается принцесса.

— С чего ты решила?

Присаживаюсь на корточки у ее колен и внимательно всматриваюсь в лицо девочки. Безумно красивая: чистая нежная кожа, тонкие черты лица и эти оленьи глаза, которые сейчас как-то странно блестят. У меня дыхание перехватывает каждый раз, когда смотрю на нее. Как увидел первый раз в священном гроте Илларии, на свадьбе ее подруги — так и насмотреться не могу. И какая она всё-таки еще юная, совсем невинная. Но не моя. Чувствую, как внутри бьется драконья ипостась, утверждающая обратное. Не спорю, моя тяга к ней может быть обусловлена не только Искрой в ее крови. Но мои чувства ничто перед ее ролью в судьбе Демастата.

— Ты хмурый, — вскидывает глаза Миррали и, будто сама не осознавая своих действий, тянется рукой к моему лбу.

Нежно касается кожи, а меня словно разрядами прошибает. От затылка к паху. Опускаю голову, чтобы ненароком не бросится на Миррали. Даже челюсть стискиваю, пытаясь усмирить бурю внутри. А принцесса продолжает как ни в чем ни бывало:

— У тебя всегда морщинка появляется, когда ты зол или раздражен. Значит сейчас все идет не та-а-ак.

Последнее слово она тянет, будто пьяная. Вглядываюсь в ее глаза и понимаю, что меня насторожило. Малышка действительно опьянена. Зрачки расширены, на щеках румянец. Не обращая внимания на воюющих питомцев, она подается ко мне. Фракисы, недовольно шипя, сползают на кровать и принимаются гоняться друг за другом.

— Миррали, у тебя магическая передозировка, — говорю я, всерьез начиная беспокоиться о ее состоянии. — Ты обмениваешься сразу с четырьмя фракисами, один из которых императорский.

— И? — хихикает принцесса, спускаясь ко мне. Встает на колени и, снова закусив губу, пялится на меня. — Это же хорошо? Много энергии, больше сил для завершения ритуала.

Протягивает руку и касается воротничка моей рубашки. Перехватываю ладошку и под смех Миррали резко разворачиваю ее к себе спиной. Прижимаю к груди, обездвиживаю. Конечно, можно было бы просто отойти в сторону, поговорить на расстоянии. Но… Камалисс, можно мне немножечко персонального счастья? Миррали завтра о своем поведении и не вспомнит, а я урву себе минуты эйфории.

— Твои каналы полностью настроились на магию Аштара, — произношу, склонившись к уху принцессы.

Ловлю сладкую дрожь ее тела и еле сдерживаюсь, чтобы не впиться губами в шею Миррали. Борюсь с желанием провести дорожку из поцелуев до сладкого рта и выпить ее неровное дыхание. Картинка настолько яркая, что я ловлю себя в миллиметре от шеи Миррали. Похоже я переоценил свою выдержку.

Перевожу взгляд на затихших фракисов и сталкиваюсь с осуждающим взглядом золотистой драконицы. Ее янтарные глаза будто говорят мне: «Ну не при детях же!».

Действительно. С трудом беру себя в руки и разжимаю объятия. Но отодвинуться от Миррали — выше моих сил. Так и сидим: она ко мне спиной, между моих широко расставленных ног.

Отвожу руки назад и откидываюсь. Так легче. Дракон доволен близостью к принцессе, перестает рвать ментальные оковы. А я хоть немного прихожу в себя.

— Но сейчас в тебе слишком много магии, — откашлявшись, произношу я. — По привычке ты только берешь ее, а нужно еще и отдавать фракисам. Будь зверек один, это все произошло бы само собой. Но у тебя их четыре, нужно учиться делить.

— Ты поможешь? Можно я тебе отдам избыток? — Миррали стремительно разворачивается и, поддавшись вперед, нависает надо мной. Ее руки ложатся рядом с моими, а я отклоняюсь еще больше.

Не ожидал, что в спокойной принцессе столько огня и смелости. Да я в жизни в такой ситуации не оказывался, чтобы девушка зажимала меня на полу!

— Миррали, стой, — качаю головой и выровнявшись, пытаюсь отодвинуть принцессу.

Но какой там, она еще больше жмется ко мне.

— Итан, мне страшно, — признается она. — Меня качает на эмоциях. Я не могу понять, какое из чувств верное. Знаю только, что если не сделаю, меня сожжет.

— Что не сделаешь?

— Это?

Вопрос еще висит в воздухе, когда малышка робко целует меня. Прикосновение такое невинное, будто луч солнца оставил след на моих губах. Но этого достаточно, чтобы плотину моей выдержки прорвало. Хватаю девчушку за плечи и, завалив на спину, впиваюсь в ее губы. К Аштару всё, она слишком сладкая. Не могу отказаться, мне нужно ее целовать, нужно касаться, гладить. Нужно присвоить окончательно.

Миррали, будто не веря тому, что происходит, сначала не отвечает. Но спустя секунду активно включается в поцелуй, позволяет проникнуть языком в рот. И это окончательно выключает здравый рассудок. Она сама этого хочет! Я ей нужен!

Под тихий стон впиваюсь пальцами в ее бедра, веду рукой под форменную юбку. Принцесса не сопротивляется, напротив, сама лихорадочно зарывается в мои волосы, гладит шею. А затем и вовсе требовательно тянет камзол с плеч.

На секунду отрываюсь от ее губ, и даже эта секунда кажется пыткой. Я никогда никого в жизни так не хотел, как Миррали. Ее глаза горят лихорадочным огнем, магические каналы под кожей вспыхивают золотистыми искрами. Это невероятно красиво.

— Мирра-а-а, — на выдохе произношу я, снова склоняясь над ней.

И получаю мощный удар в скулу. Голова качается в сторону, сознание взрывается ворохом искр вперемешку с ослепляющей болью. Не успеваю прийти в себя, как новый удар приходится снизу, в живот. Заваливаюсь на бок, не понимая, что происходит. В голове все еще плывет, картинка перед глазами не фокусируется.

— Что вы делаете?!

Сквозь вату в ушах слышу визг Миррали и это отрезвляет лучше ледяного душа. Вскакиваю на ноги, и осматриваюсь в поисках источника неведомой угрозы.

Да так и застываю с открытым ртом, потому что принцесса на пару с золотой драконицей гоняет по комнате фракисы. Малыши с громким криками носятся от хозяйки, а пушистый рогатыш залезает на шкаф, откуда уже примеряется прыгнуть на меня.

Так вот кто меня в голову приложил. Засранец!

— А ну стоять! — рявкаю, отпуская свою силу.

По спальне прокатывается волна магии принуждения. Фракисы моментально замирают, жмутся к полу и тихонько скулят. Возможно перегнул, но не время миндальничать. Зверьки хоть и действовали из благих побуждений, защищая хозяйку, но должны понимать, кто тут главный.

— Итан, — шепчет Миррали, привлекая мое внимание.

Бледная, с погасшими глазами, он тянет ко мне руку и начинает заваливаться. Бросаюсь к ней, ощущая как не до конца погасшее возбуждение переплавляется в дикий страх. Моя сила ударила по принцессе, ведь она сейчас напрямую связана с фракисами.

— Тихо-тихо!

Подхватываю ее на руки и отношу к кровати. Ни один фракис и не думает возмущаться, молча ползут следом, забираясь на постель к хозяйке.

— Прости, Миррали, — шепчу я и не могу и слова больше вымолвить.

Горло спазмом сводит. Я совершил ошибку, позволил чувствам выйти из-под контроля. Чуть не обесчестил малышку. А потом еще и катком силы приложил.

— Всё в порядке, — слабо улыбается Миррали и даже делает попытку приподняться.

— Лежи, — прижимаю ее за плечо, с тревогой вглядываясь в лицо принцессы.

Стук в дверь напоминает мне о том, что у меня еще есть дела. А еще есть возможность оставить принцессу в покое и подумать.

— Господин ректор? — спрашивает Айрис, заглядывая в комнату.

Ее официальное обращение сигнализирует о том, что в коридоре есть еще кто-то.

— Заходи, — бросаю короткое и, поднявшись от кровати Миррали, напоследок сжимаю ее ладонь. — Мы поговорим позже, сейчас тебе надо отдохнуть.

Замечаю в глазах принцессы горечь и разочарование. Но ничего с собой поделать не могу. Мне надо привести мысли в порядок, найти ответы на вопросы. И унять бурю, что сносит все грани разумного в моей душе.

— Четыре фракиса, Айрис, — проходя мимо застывшей девушки, произношу я. — Объясни Мирре, как работает обмен магией.

— Как скажешь, Итан.

Что мне нравится в Айрис — так это ее чуткое понимание того, когда можно задавать вопросы, а когда надо просто выполнять приказ. Поэтому-то она староста выпускного курса.

Не оборачиваясь, покидаю спальню Миррали, чувствуя обиженный взгляд, которые прожигает мою спину. Или мне это чудится?

Но едва оказываюсь в коридоре, как все мысли о принцессе отходят на второй план. На подоконниках, как птички на ветке, сидят Дерек Расмус и Максимус Ферг. Видимо что-то в моем лице заставляет студентов нервно сглотнуть и переглянуться.

Довольно оскаливаюсь и киваю парням, чтобы следовали за мной.

— Что ж, подкатыватели фракисов, допрыгались. Теперь вместе будем разгребать последствия вашей инициативы.