Заноза

13

Влада сидела в комнате, не выходя; Вадим вернулся только под вечер.

Она сидела на полу, ждала его.

Вадим. Чего бледная такая? Не ела, что ли?

Влада. Нет.

Вадим. В холодильнике полно еды.

Влада. Не хочу.

Ну неудивительно. После ТАКОГО.

Влада. Твой дом такой огромный...

Вадим. На улице охрана. Никто тебя не тронет. Никто не знает, что ты здесь. Пойдём...

Смотрела на него, сжимаясь.

Влада. А ты? Тронешь?

Вадим. Расслабься.

Звучит глупо.

Вадим. Я — не трону.

Спустились на первый этаж; прошли в столовую, Вадим выставил из холодильника роллы и фрукты.

Вадим. Приятного аппетита.

И оставил её одну...

А ей не хочется быть одной! Но и попросить она не может... Кто она ему?

После ужина Влада вышла в гостиную, Вадим сидел на диване, закинув голову назад.

Услышав шаги, сел прямо, смотря ей в глаза.

Вадим. Какой ты можешь быть другой...

Влада. Какой?

Вадим. Послушной... Даже страшно.

Влада. Ты что-то узнал?

Вадим. Нет. У ментов пока ничего нету. Тебя, кстати, ищут.

Влада. Я хочу всё знать.

Вадим. Рано ещё. Улики собирают. Опрашивают. Ну, в общем, менты работают. Есть у меня там свой человек. Будет держать в курсе.

И вышел из комнаты...

Вадим пришёл под утро. Влада рыдала, накрывшись одеялом с головой.

Дёрнул за одеяло — но она держала края изнутри.

Вадим. Кошмары?

Влада. Извини.

Сел на пол, спиной к кровати, закинул голову назад — положил на матрас.

Вадим. Я не знаю что сказать... Но тебе надо выспаться. Завтра — трудный день...

Утро.

Вадим разбудил Влада.

Вадим. Одевайся.

Поставил на пол у кровати бумажный пакет. Внутри — чёрная одежда, разная.

Вадим. Выбери что нравится.

Она поняла: они поедут на похороны...

Сели в чёрный лимузин с тонированными окнами. Влада была напряжена и бледна.

Вадим положил свою руку поверх её руки. Она не отреагировала...

На кладбище было много народу, мужчины в чёрных костюмах и пальто — и лица все незнакомые. Это люди Вадима — оцепили живым кругом место захоронения — чтобы чужаки не пришли.

Влада и Вадим прошли сквозь кольцо. Большая вырытая могила и два закрытых гроба.

Вадим. Братья в одном.

У неё ноги подкашивались, он взял её под руку.

Влада плакала, но тихо.

Вова передал Вадиму красные гвоздики, Влада взяла, не соображая, бросила на гробы. И как в тумане...

Закопали...

Вадим держал её за талию...

Он рядом...

Кто бы мог подумать, что именно он...

Вернулись в лимузин. Она и благодарна, и восхищена, и подавлена горем.

Водитель вышел; Вадим заблокировал двери.

Вадим. Хочешь что-то сказать?

Она сняла пальто, села на него, глаза в глаза. Он сидел ровно, положив ладони на сидение.

Вадим. Не надо.

Влада. Надо. Я хочу.

Вадим. Ты не трезва. В горе. И благодарна мне. Но ТАК меня благодарить меня не надо.

Поцеловала его, но он не ответил.

Вадим. Я не буду трахать тебя. Ты не в себе.

Она почувствовала себя униженной, рыпнулась, но он удержал её на себе; глаза в глаза.

Вадим. Я очень хочу. Но не сейчас. Ты чувствуешь себя обязанной. Когда пройдёт это чувство, и ты захочешь... у нас всё будет.

Влада села рядом, замолчала, погрузилась в себя. Снова её унизил... Ну как он так умеет? Действиями — помочь, словом — обидеть...