Бывшая жена дракона. Целительница-попаданка (СИ)

Глава 29

– Я вернулась на родину предков, владыка. Тут я дома, тут я не второй сорт. Я больше не женщина, которую стыдно принять в род, – не дрожу и смотрю властителю Драполиса прямо лицо. – В принципе драконьи рода не интересны мне. А с Марко мы говорили, и я отказала ему.

Глаза владыки вспыхивают гневом, но я стою скалой и не собираюсь отступать. Мне в наследство от Лу досталось слишком много, чтобы вот так взять и променять все на сомнительное положение любовницы красавчика дракона.

– Ты так любила Шафара? – владыка поражен, но снова делает какие-то странные выводы.

Я вздыхаю и натянуто улыбаюсь. “Он не оплачивал снятие метки”, – мелькает тревожная мысль.

– Шафар обманул меня. Но мы отходим от темы. Главное сейчас спасти жизнь генерала. И я клянусь, что сделаю для этого все, что в моих силах. И взамен я жду от вас услуги.

Знаю, что ступаю на тонкий лед, но мой голос льется уверенно и спокойно.

Владыка вскидывает бровь.

– А ты остра на язык, молодая леди, – он больше не обращается ко мне на “вы”, сразу обозначая границы и… свое реальное отношение к наглой девчонке.

– Мой бывший муж, Юс Шафар, хочет жениться на мне повторно, по обычаям темных варваров. Это странно, и я прошу вас надавить на него, пусть оставит меня в покое.

Владыка щурится, по лицу вижу, что информацию я дала важную. Вон как вздрогнули его ноздри, как у хищника, учуявшего кровь.

Он склоняется ко мне и сквозь раздражение вдруг пробивается искра уважения.

– Как бы там ни было, ты умная девочка, Луиза Айши, – говорит он тихо, но очень четко. Слышен каждый слог. – Молодец, что предупредила и я, если спасешь Марко, огражу тебя от бывшего мужа.

Это жестко, но справедливо. И я киваю, принимая, что моя безопасность исключительно на моих плечах. Чтобы получить награду, нужно справиться с работой на отлично.

– Идет опасная игра и твой бывший муж может попасть в жернова. Избегай его. А Марко, раз упустил тебя, пусть потрудится. Возможно, ему удастся уговорить тебя пойти на уступки.

И владыка самоуверенно улыбается, кривовато так и немного пошло. Я вспыхиваю, понимая, какой смысл он закладывает в свои слова. Самодовольный дракон уверен, что его племянник легко соблазнит упрямую целительницу, не так ли?

Я прерывисто дышу от волнения, ставки высоки, а Шраус все еще не прибыл. Да и Марко пока белый и пушистый, в стазисе, а как придет в себя… что будет?

Вероятность его смерти я даже не допускаю. Вытащим.

Но женщина во мне негодует и я, все-таки не сдержавшись, спрашиваю:

– Вы столько говорите о детях, но если бы они родились, вы бы забрали их?

Владыка вскидывает голову и отвечает с неотвратимостью, от которой сдавливает сердце:

– Дети принадлежат роду Авир. Ты можешь оставаться рядом с ними, но жить и воспитывать их будет наша семья в Драполисе.

Я коротко усмехаюсь, а владыка смотрит остро, нехорошо.

– То что я предлагаю – благо. Просто ты этого не понимаешь.

Да, да, бывший муж тоже убежден, что каждая женщина только и мечтает, что о смазливом драконе и золотой клетке, в которой он ее запрет.

– Мы расположимся в Сегоне, – владыка переходит на светский тон. – Как прибудет Олаф, сообщи нам. В случае какой-нибудь проблемы я выпишу хирурга из Драполиса, хотя лучше Шрауса никого нет.

Владыка переводит погрустневший взгляд на Марко, а я чувствую волну. Олаф Шраус – лучший, а если согласится работать в моей больнице, это станет настоящей победой.

Проводив владыку, я не могу найти покоя. Мечусь по дому, а затем, схватив пальто, решаю отправиться в больницу. Там неуютно, ветер гуляет по пустынным залам, но я прокручиваю в голове строки из письма приемного отца Лу.

Да, после двадцати восьми целительская сила и правда достигла пика, я это сама ощущаю. Но лорд Айши говорил о секретах, о том, что лишь наследник крови Реванс способен взять больницу под полное управление.

Кутаюсь в пальто и поднимаю шерстяной шарф до самых глаз. Больница выглядит такой осиротелой благодаря стараниям подонка Шафара.

Я брожу по залам и этажам, пытаясь понять, о чем писал отец.

Пол под ногами подрагивает и я догадываюсь, что это работают кристаллы. Надеюсь, тряска прекратится со временем, так как она будет сильно мешать при работе.

Я обследую каждую комнату, каждый закуток, прикидывая в уме, где что мы разместим в будущем.

Вот только где достать деньги…

Лишь любовь к делу, к медицине, не дает опустить руки. Отчего-то верю, что налажу работу в больнице – завезу оборудование, соберу персонал, обеспечу лечебницу лекарствами и всем необходимым.

Погрузившись в размышления, я прохожу по небольшому коридору и оказываюсь перед деревянной дверью. Толкаю створку и захожу в комнату, бывшую когда-то кабинетом.

Здесь сохранился массивный дубовый стол и шкафы у стен. А над камином – несгораемый сейф.

Придвигаю к камину стул и взбираюсь на него.

Сейф старинный, тяжелый. В центре дверцы круглое колесико из потускневшей бронзы. А в самом центре колесика – углубление, в котором сияет большой желтый камень.

Металл вокруг камня исцарапан — кто-то долго возился, пытаясь выцарапать его.

Шафар, догадываюсь я.

Кладу ладонь на камень. Он теплый и слегка пульсирует. Но ничего не происходит.

Хмурюсь. Что же дальше?

В бумагах было несметное количество кодов, но про этот сейф — ни слова.

Хотя…

Достаю из кармана шпильку и колю палец. Алая капля медленно стекает вниз. Камень вспыхивает, а колесико начинает вращаться.

Щелкает. Один оборот. Второй. Третий. И дверца сейфа медленно отворяется.

Боги, да тут десятки толстых книг в потрепанных кожаных переплетах.

Протягиваю руку, но останавливаюсь. Нет, сейчас опасно. Пусть полежат еще денек-другой.

Захлопываю дверцу. Она закрывается с тихим щелчком. Дергаю на всякий случай. Заперто. Фух.

Кое-как под вой ветра пробираюсь к дому и застаю у ворот стряпчего. Круглые очки залеплены снегом и он их нервно протирает, на голове меховая шапка.

Вспоминаю имя этого доброго господина – Эйрол.

– Господин Эйрол, почему вы мерзнете у ворот? – спрашиваю и бью ладонью по волчьей морде.

– Ваша… экономка… наотре… отказалась меня впускать, – у бедного стряпчего зуб на зуб не попадает и я еле разбираю слова.

– Простите, господин Эйрол, это какое-то недоразумение.

Но я понимаю Нэнси, после последних драконьих визитов, она уже на воду дует.

Нэнси открывает ворота и я тащу стряпчего за собой на буксире, чтобы отогреть у огня и напоить горячим чаем.

Через некоторое время мы сидим в креслах у очага и сконфуженная экономка расставляет на низком столике тарелки с закусками. Господин Эйрол пьет чай мелкими глотками и явно начинает оттаивать.

– Я решил приехать лично, поскольку дело важное, – он отставляет чашку. – Дом Айши в Драполисе стоит запертый и я подумал, возможно, вы бы хотели продать его.

Дом Айши, конечно! Я совсем забыла про него, одурманенная меткой.

– Вы можете заняться продажей дома? – с надеждой спрашиваю я. – Меня обратно за Стену не пустят.

– Конечно, я займусь этим. Думаю, вы сможете получить неплохую сумму за особняк с садом.

– Я буду вам безмерно благодарна.

– А ваши вещи, которые остались в родительском доме… эм, может быть, вы хотите, чтобы их переслали вам сюда?

– Это возможно? – я в том доме не жила, так как очнулась прямо на свадьбе, но воспоминания Лу сохранились.

Я помню сундучок с книжками, тетрадями, разными мелкими безделушками.

– Конечно, возможно. Мой коллега в Драполисе всем займется.

– Надеюсь, не господин Сократис? – резковато спрашиваю я.

– Нет, нет, миледи. Это надежный человек, мой деловой партнер.

– Мне нужны документы и книги из дома родителей, а также все, что находится в моей комнате. Особенно деревянный расписной сундучок с серебряным замочком.

Я задумываюсь на секунду, а затем спрашиваю:

– Скажите, что вам известно о смерти моих родителей? Иногда мне кажется, что их убили.

– Нет, нет. Они погибли от вируса, – качает головой Эйрол.

– Но в драконьих городах не бывает эпидемий. Это так странно, – настаиваю я.

– Видите ли, миледи. Дело в том, что ваши родители отправились в приют на границе.

– Приют?

– Да, там к несчастью свирепствовала эпидемия… – он трет лоб рукой и выглядит очень расстроенным. – Мне жаль, миледи, но просто обстоятельства сложились крайне неудачно.

– Но что родители делали в приюте? – не понимаю я.

– Ваш отец писал мне, что разыскивает одну девочку. Ей сейчас должно быть лет пять или шесть.

– Девочку? Я не понимаю…

– Я сам не знаю, что это за ребенок и зачем он понадобился вашему приемному отцу. Приют перевели сюда… в соседнее королевство… а вот ваши родители заразились.

– Девочка жива? – выдыхаю я.

– Да, миледи. И я могу дать вам адрес приюта. Думаю, малышка все еще там. Ее зовут Эль.

Гостиная плывет. Внизу живота вдруг колет тупой, фантомной болью, будто тело помнит то, чего не помню я.