Бывшая жена дракона. Целительница-попаданка (СИ)

Глава 45

Олаф Шраус перевез драконов, погруженных в стазис, в больницу. Солдаты успели покрасить стены специальной краской без запаха. Мебель была расставлена, оставалось подключить оборудование к кристаллам.

Удерживая под мышкой книгу с инструкциями, я спешу по аллее. Снег уютно сыпет, покрывая землю белым покрывалом.

Оглядываюсь в надежде найти мою Эль, которую не застала дома. Хотела поцеловать малышку и сказать, что мама скоро вернется.

Боги, девочка впитывает любовь как губка и отдает в ответ еще больше. Я уже скучаю по ней. Но они, скорее всего, гуляют с Нэнси. Неужели моей непоседе удалось вытащить экономку в холодный сад?

Я дохожу до самых ворот, когда слышу мелодичный смех Эль из-за сосен. Не удержавшись, улыбаюсь и направляюсь на ее голос.

– Мисс Эль, ваша тетя будет очень недовольна, – возмущается Нэнси, подразумевая Кати.

И я прячусь за сосной, чтобы сделать непоседе сюрприз. Уверена, она заждалась меня и специально капризничает, чтобы Нэнси позвала маму. Выглядываю. Но то, что вижу, заставляет застыть соляным столбом.

Эль сидит на широком плече своего отца. Он придерживает ее огромной ручищей очень бережно. И там же возвышается роскошный снеговик, которому не забыли добавить и нос-морковку, и руки-веточки.

Но я впиваюсь взглядом в счастливую мордашку Эль. Она заливается смехом и отец слегка подбрасывает ее на плече, вызывая новый всплеск детского восторга.

– Снеговик же не растает? – спрашивает Эль.

– Мы будем его обновлять, – отвечает Марко.

Его ребенок, похоже, забавляет. Застрявший в глуши генерал решил изобразить доброго деда Мороза, что ли?

Так хочется ворваться к ним и забрать Эль, но так я привлеку ненужное внимание. Марко в моем поведении курицы-наседки сразу заподозрит подвох.

Вцепляюсь пальцами в шершавую кору дерева. Ладони мерзнут и я напоминаю себе, что меня ждут драконы, нуждающиеся в спасении.

Между тем Нэнси поворачивает ко мне голову и я делаю страшные глаза, жестикулирую, чтобы хватала ребенка и несла в дом.

Марко отец Эль, но он опасен настолько, что в любой момент может потерять контроль. Кто знает, что может ему померещиться? Я заметила, как он временами прикрывает глаза рукой и будто отмахивается от чего-то, таящегося по углам.

– Иди сюда, солнышко, пора ужинать и потом спать, – Нэнси протягивает руки и Марко отдает ей недовольную Эль.

Она такая крохотная рядом с ним.

– Хочу к маме, – хнычет Эль.

И мне приходится сделать новое усилие, чтобы не вырваться туда, к ним. Нэнси косится в мою сторону и я киваю: уноси девочку.

Профиль Марко очень четкий, хищный. Он вдруг поворачивает голову и глядит на меня. Видеть не видит, я успеваю скрыться за деревом, но все равно щурится, вглядываясь.

Когда они уходят, я разворачиваюсь и продолжаю путь. На сердце скребут кошки, не стану лукавить.

Боги, я запуталась. Но разве можно открыть Марко правду об Эль? Он винит меня в уничтожении метки, да и не знаю я наверняка, что у него было с той принцесской? Лгал ли владыка? Или просто искажал правду.

Невозможно предугадать, что сделают Авиры, когда узнают о наследнице.

В больнице суета. Шраус отдает короткие распоряжения Кати. Его темные брови сошлись на переносице, образуя глубокую складку. Девушка же внимательно внимает хирургу и смотрит на него влюбленными глазами. А ведь Нэнси ее предупреждала, что дракон может сломать и не заметить.

Не могу поверить, что этот мрачный мужчина бросил у алтаря невесту.

Тем временем молодой парень, – я вижу его впервые – стерилизует столы и инструменты. Шраус тщательно моет и сушит руки.

Кивнув им, я немедленно иду к оборудованию. Дефибриллятор, подключенный к питаемой кристаллами больнице, сможет дать намного более мощный разряд. Раскрыв книгу, перепроверяю коды и узлы силы.

Вскоре все подсоединено, даже лампы сейчас сияют ярче и будто делают предметы четче.

– Заносите первого раненого, – голос Шрауса звучит низко, сосредоточенно.

Впервые я приглядываюсь к нему, как к мужчине. Он и правда красив. Типично драконья привлекательность, но отмеченная печатью тяжелой жизни. Впрочем, Шраус не пил с тех пор, как спрыгнул с той телеги.

Вдруг думается, что он тоже не совсем в порядке. Если шел в бой с инквизиторами, его резерв тоже могли зацепить.

Что там о нем говорил мой мерзейший бывший муж? Дракон его заспиртовался. Такого просто не может быть, а Шафар привычно изрыгает гадости.

Нет, нет, тут что-то не так.

Молодого барабанщика кладут на стол и мы втроем погружаемся в тяжелую, напряженную работу. Кати ассистирует хирургу, а я вывожу проекцию резерва и слежу за стазисом.

Боги, эта ночь бесконечна. Мы спасаем каждого, кто попал к нам на стол. Больница вибрирует под действием кристаллов, помогая исцелять и возвращать к жизни.

Новенький, которого Шраус представляет, как медбрата Шона, развозит больных по палатам на каталках. Я слежу за их состоянием, проверяю жизненные силы. Стазис, конечно же, будет уходить постепенно.

– Я останусь дежурить, – тихо произносит Шраус. – А вы идите к дочке, Айши.

– Целитель Шраус…

Вспоминаю, что он герцог и запинаюсь. Сам Олаф не раскрывает свое прошлое, предпочитая прикидываться грубоватым военным доктором.

– Да? – спрашивает он устало.

– Вы бы остались в Ревансе?

– Останусь, помогу вам встать на ноги и все тут наладить. Дождусь инквизиторов, но потом уеду.

Шраус замолкает ненадолго, косится в сторону. Его зеленые глаза заволакивает темной тенью.

– Такой, как я, обреченный и проклятый, тут не нужен, Айши, – тянет он равнодушно, но по глазам понимаю – не подпустит, не даст покопаться в своем резерве.

Я качаю головой, тяжело вздыхая. Упертые драконы. Только вот взгляд Олафа в этот момент действительно жесткий и звериный. Он будет оберегать свои тайны любой ценой.

Шраус тут же отворачивается, чтобы прикрикнуть на Шона.

– Осторожно, болван!