Бывшая жена дракона. Целительница-попаданка (СИ)

Глава 47

– Да, да, я поняла, что могу мечтать только о роли наложницы, – отвечаю, вздохнув, но, думаю, генерал прекрасно чувствует мою иронию.

Его взгляд становится мрачным и я опять вздыхаю, для порядка. Чтобы Марко точно уверился, как я страшно “страдаю”.

– Смешно тебе? – он сощурился. – А мне не было смешно, когда метка исчезла, оставив шрам.

– Я не уничтожала метку, – спокойно замечаю я, но уже без улыбки.

– Мы ведь собирались пожениться, Лу, – продолжает Марко, но в его голосе нет эмоций. Только сухая констатация факта.

Значит, владыка все-таки солгал…

Но Марко в этот момент холоден, как чертов айсберг. Его взгляд режет сталью, на губах змеится циничная улыбка.

– А сейчас я могу предложить только место наложницы, Лу. На то время, что я останусь в Ревансе. Если родишь, владыка Валенсий обеспечит тебя до конца жизни. В Драполис тебя не вернут, но в Диких землях развернешься. Ты ведь мечтала о власти, о деньгах… – он щелкает пальцами, перечисляя.

Марко не смотрит на меня и кажется, что окончательно потерял интерес к предательнице.

– Я думала, ты понял…

– Я понял, что тебе лучше держаться от меня подальше, Лу. Поэтому даже на постели больше не настаиваю.

Он вскидывает на меня штормовые глаза. И лишь напряженная челюсть выдает, что Марко нелегко дается этот разговор.

– Решил уехать помирать на дальние границы, так? – горько усмехаюсь я.

В этот момент я ненавижу Валенсия и всех высокородных предателей, которые сломали этого сильного дракона.

– Я не собираюсь с тобой обсуждать свои решения, – жестко отвечает Марко.

Повисает мучительное и неловкое молчание. Я осознаю, что у меня есть всего несколько минут, чтобы повлиять на этого упрямца.

– А ты не думал, что твои враги этого и добивались, Марко? – я вскидываю подбородок.

Снова провоцирую его, не представляя, во что моя игра выльется в итоге.

– О чем ты? – между его темных бровей пролегает складка.

– Благородно скрыться и сгинуть на войне, какая прелесть. Предатели этого и ждут, именно на такой эффект они и рассчитывали. Давай, генерал Авир. Пей, губи себя, лелей свою боль, пока недруги празднуют победу.

Я подхожу к нему совсем близко и склоняюсь, заглядывая в лицо.

– Что ты плетешь, женщина? – цедит он.

– Правду.

Да, Марко, злись. Тебе полезно.

– Ты не вернешь своих людей. Думай о тех, кто выжил. Выжил благодаря тебе.

Генерал вдруг распрямляется как пружина. Встает с кресла настолько быстро, что я не успеваю отбежать.

– Не лезь, Лу, – шипит он мне в лицо.

Обхватив жесткими пальцами мои бока, нависает, вдавливает меня в свое, словно окаменевшее, тело. Мое бедное сердце трепещет, но я не прерываю зрительный контакт. Увы, я имею власть лишь над зверем, Марко-человек для меня потемки.

Хватка генерала слабеет, становится неожиданно нежной. И я прикрываю глаза, стараясь пережить его бурю.

– Ты мое персональное проклятие, – тихо произносит он мне на ухо. Его голос опасно хриплый и не сулит добра. – Я думал, ты ушла навсегда. Но ты вернулась другой, и снова меня травишь, птичка.

Боги, он заметил перемену. Но пока просто не сложил два плюс два.

– Ты согласен на терапию? – спрашиваю я, поднимая к нему глаза.

Выражение моего лица в этот момент предельно профессиональное. Марко вопросительно приподнимает бровь.

– Эта твоя телесная терапия плохо закончится, Лу, – предупреждает он.

– Терапия закончится твоим выздоровлением, Марко, – парирую я и отстраняюсь.

Он выпускает меня из своих объятий, но продолжает пожирать взглядом. Ощущаю, как загораются уши, хотя быстро беру себя в руки. За моими плечами десять лет работы в реанимации. Удивить меня трудно.

Даже Марко Авиру, хоть он и безумно привлекательный мужик.

– Тогда готовься, генерал. Ночные прогулки меняем на утренние. Ванны с травами обязательны. И, конечно же, массаж.

Лицо Марко искажает гримаса, взгляд становится тяжелым.

– Ты издеваешься?

– И еще социальная активность. Танцы, например…

– Не испытывай мое терпение, Лу, – рычит он.

– Я принесу сбор, и ты примешь ванну, а потом…

– А потом ты доиграешься.

Я улыбаюсь и покидаю комнату генерала, чтобы подобрать расслабляющие травы и соли. Но в холле меня перехватывает Нэнси.

– С нами связывался ваш стряпчий, господин Эйрол. У него важные новости, – Нэнси передает мне переговорный аппарат.

Эйрол звонит снова буквально через пять минут.

– Что-то случилось? – спрашиваю встревоженно.

– Нет, нет, я просто с новостями, – быстро отвечает стряпчий. – Леди Айши, я подал заявку в суд. Ситуация изменилась и лорд Шафар в опале. Я специально выждал несколько дней, чтобы убедиться. Его положение ухудшилось и теперь, помимо обвинений во взятках, его объявили виновным в государственной измене.

– Куда влез Шафар? – удивляюсь я.

– Он возглавлял заговор против владыки Валенсия. Сняты несколько человек из высоких армейских чинов, все обвиняются в том, что послали Десятый легион и инквизиторов на смерть.

Я не верю своим ушам. Валенсий и правда расследовал дело, но… Шафар единолично возглавил настолько крупный заговор? Странно.

– Так что теперь мы можем спокойно обвинить лорда Шафара в том, что он поставил вам метку. Его можно будет судить уже по законам нашего королевства.

– Это прекрасная новость, господин Эйрол, – я прижимаю руку к груди.

– И это не все. Я связался с одним знакомым в Драполисе и он выяснил, кто оплатил вашу операцию снятия метки.

Господин Эйрол говорит спокойно, а я напрягаюсь, вытягиваясь струной. Отчего-то становится тревожно, потому что ту операцию оплачивал не Марко.

Но кто тогда?

– Не томите, господин Эйрол, – произношу тихо.