Бывшая жена дракона. Целительница-попаданка (СИ)

Глава 43

Я чувствую себя так, будто сижу на проснувшемся вулкане. Жар генерала опаляет кожу, и хочется одновременно сбежать и остаться.

Это самое странное и пугающее в нашей с Марко ситуации. Он совершенно чужой мне человек, но в этот момент я ощущаю его близость предельно ярко. Каждый вдох. Каждый удар сердца. Каждое движение мышц под кожей.

Уткнувшись в его горячую шею, вдыхаю мужской запах. Не в состоянии отстраниться, хотя разум кричит, что надо.

Ощущаю, как он успокаивается подо мной – каменные мышцы расслабляются, дыхание становится не таким рваным. Зверь внутри генерала затихает, отпускает хватку.

В этот миг мы как одно целое, сплетенное нитями истинности.

Это неправильно. Я врач. Я не должна поддаваться магии момента.

Все-таки поднимаю голову и встречаюсь с его острым взглядом. А он просто задумчиво рассматривает меня. Изучает. Взгляд скользит по лицу – от глаз к губам, к шее, где пульсирует жилка.

– Тебе лучше, как я погляжу, – произношу и пытаюсь соскочить с него.

Но Марко крепко держит меня за талию, прижимая к себе невозможно тесно. В его глазах появляются живые огни, которые тут же сменяются сталью.

– Истинность обоюдоострый меч, птичка, – тянет он.

– Главное, что она помогает тебе как лекарство, – замечаю я строго, стараясь не думать о том, как близко наши лица.

– Вот и снова ты сидишь на мне, – он хмыкает, и в уголках губ появляется усмешка. Хищная. Довольная.

Дурак…

– Марко, я целитель.

– Целитель, который сидит у меня на коленях, – перебивает он насмешливо. – Очень профессионально.

Хочу начать спорить, но вдруг понимаю, что этот дракон просто подкалывает меня. Стукаю его ладонью по плечу и соскакиваю.

– Лекарства все-таки пей, хотя бы перед сном. И если вдруг почувствуешь приступ.

Марко фыркает.

– Эти настойки ерунда.

– На самом деле помочь себе можешь лишь ты сам, – произношу спокойно.

Но он лишь хмыкает в ответ. Лицо его становится вновь жестким, оценивающим. Проскользнувшее было тепло сменяется его привычной колючей холодностью.

– И все же, Лу. Один вопрос так и остался незакрытым, – он проводит ладонью вниз по лицу, понемногу приходя в себя.

Мы оба понимает, что повязаны, но предпочитаем не произносит этого вслух.

– Какой вопрос? – изображаю удивление.

– Вопрос с ребенком, – отвечает он невозмутимо.

Я на секунду пугаюсь, подумав, что он знает об Эль. Но потом понимаю – нет, он снова со старым предложением.

Останавливаюсь перед ним и складываю руки на груди.

– Так хочешь получить наследство деда? – приподнимаю брови.

Да, провоцирую его, но Марко надо вывести из его мрачных мыслей.

Он коротко и зло смеется.

– Считаешь меня таким мелочным?

– Марко, твой дядя уже объяснил мне мою роль и я не согласна.

– А на какую роль ты рассчитывала, после того, что сделала? – он наклоняется вперед.

Боги, если я начну ему объяснять, что провернул Юс, дракон снова взорвется. Нужно подвести его к правде плавно.

– Все могло быть не тем, чем казалось, – отвечаю я.

– Я не знаю, что со мной будет, – с нажимом произносит Марко. – У дяди нет сыновей, а моя кровь сильная. Сыновья от истинной усилят род…

– Я тебе не племенная кобыла, Марко.

Он резко встает, а я вбираю в легкие воздух и продолжаю:

– И ты не племенной жеребец.

– Не притворяйся идиоткой, Лу…

– А тебе нельзя так резко вставать. И пить нельзя.

Он морщится, прикладывает ладонь к глазам, качает головой:

– Вопрос наследников не снят.

– Любопытно. И как же ты меня заставишь?

– Я не собираюсь заставлять, – отвечает он просто. – Ты сама придешь.

Его самоуверенность раздражает меня, но в тоже время – это хороший знак. Значит, пациент не так плох.

– А если я соглашусь, то что дальше? – спрашиваю, делая к нему несколько шагов.

Задираю голову, чтобы смотреть в глаза высоченному генералу – разница в росте ощущается особенно остро, когда стою к нему так близко.

– Дальше – наследники, – чеканит он.

– И как ты себе это представляешь? – продолжаю я, играя с огнем и прекрасно это осознавая. – Секс по контракту? Как тебе такое, а? Пропишем, сколько раз, в каких позах.

Он щурится, ухмыляется – опасно, хищно – но я вижу, как учащается его дыхание.

– Не дразни меня, Лу. Я могу вообразить очень много поз, фантазия у меня богатая.

– Для зачатия хватит одной-двух, – я дергаю плечом.

– Можешь развить эту тему, – он склоняет голову, изучая меня взглядом, полным откровенного интереса.

– Ты согласен на позы по договору?

– Конечно, нет, – рявкает он.

– Тогда закончим этот разговор раз и навсегда, – чеканю в ответ.

А он просто подходит близко, склоняется и обхватывает руками мою талию. Прикосновение обжигает даже через ткань. Марко притягивает меня к себе настойчиво и требовательно.

– Но ты готова согласиться? – он приподнимает бровь, в его голосе звучит вызов.

Я прохожу по очень тонкому льду. В попытках раззадорить его, нельзя перейти черту и то, что я задумала, очень опасно. Безумно опасно.

– Я дам тебе шанс на одну попытку, – усмехаюсь ему в лицо, поднимая голову и встречаясь с его взглядом. – Прямо сейчас.

Драконья древняя энергия овевает меня. Она горячая, тяжелая, давящая. Если я перегнула палку, то нас обоих сметет этой силой.

Вскидываю глаза на генерала, не отступая. Чувствую, как учащается его дыхание, как напрягаются мышцы.

На лице Марко мелькает гнев, и он хватает меня за подбородок.

Я не успеваю вскрикнуть, когда твердые губы накидываются на мой рот. Поцелуй жесткий, требовательный, почти грубый. Я впускаю его язык, горячий и властный, но сама не отвечаю.

Его вкус пьянит. Виски, мужчина, опасность… Взрывоопасный коктейль. Но я не двигаюсь. Даже тогда, когда Марко грубо распахивает мою блузку на груди.

Он тяжело дышит, окидывая взглядом открывшиеся полушария груди в тонком белье.

А я позволяю ему смотреть. Сердце бьется скачками. Как ты поступишь, Марко? Возьмешь мое тело, как вещь?

– Ты ведьма, Лу, – цедит он и делает несколько шагов назад.

С облегчением выдыхаю, поняв, что он не намерен продолжать. Я надеялась на это. Почти верила, что он не растопчет меня, не уничтожит.

– Сейчас понимаешь, почему вся затея с наследником неудачная? – спрашиваю я тихо, поправляя разорванную блузку дрожащими руками.

– Иди уже, – он указывает мне на дверь.

– Я вернусь и продолжу тебя лечить, – обещаю ему.

– Я тебя к себе больше не подпущу…

– Ох, какой стеснительный, – заявляю я.

А лицо генерала выражает такое бешенство, что остается только подхватить юбки и выскользнуть за дверь.