Фальшивая истинная для Злого Ёкая

Глава 21

Ами

Новый день начался с прощаний.

Солнце только-только поднялось над вершинами гор, окутывая храмовые сады золотистым сиянием. Воздух был чист и прохладен. Я стояла, прижавшись спиной к груди Азарея, его руки надёжным кольцом лежали на моей талии.

“Этот сильный красивый ёкай… теперь мой муж”, — думала я. И мне казалось, что я могу оторваться от земли от счастья.

Мы смотрели на дорогу, что открывалась за храмовой обителью и вела во внешний мир. Лина и Шиарей выехали некоторое время назад – чтобы воссоединиться с детьми, и заодно подготовить нашу с ней матушку к будущему знакомству с Азареем.

А мы с мужем пока что ожидали прибытия наших Оками, которые унесут нас в нашу новую жизнь.

Повернув голову, я встретилась взглядом с Безупречным Айроном. Он стоял в паре шагов от нас. На его лице застыло привычное выражение скучающего превосходства, но в глубине чёрных глаз, мне чудилась искорка чего-то… что можно было принять за удовлетворение.

Характер у Айрона был не из лёгких. Взять хотя бы то, как он обращался с Юми, но… Но всё же он во всём пошёл нам навстречу. Сегодня меня переполняла радость и хотелось ею поделиться.

— Великий жрец Айрон, — обратилась я с улыбкой, — благодарю за то, что вы приняли нас в вашем храме. И за прекрасную церемонию и угощения. Всё было чудесно.

Азарей, не выпуская меня из объятий, хмыкнул:

— Да, жрец. Ты поступил мудро.

Айрон тяжело вздохнул, закатив глаза. И видно удержал какой-то желчный ответ, уже готовый сорваться у него с кончика языка. И вместо этого произнёс другие слова:

— А я, пожалуй, тоже поблагодарю вас… за то, что вы не разнесли мне главный алтарь. Ограничились лишь… гм… незначительной реконструкцией флигеля.

— Мрар! — раздалось вдруг совсем рядом.

Воздух затрепетал, и с громким, довольным мурчанием на траву грациозно спрыгнул господин Миуки. Его серебристая шёрстка переливалась в лучах солнца, а жёлтые глаза сияли самодовольством.

— Главное, что угощения на свадьбе были отменные. Однако, быстро кончились. Скорей бы новая свадьба. — шевельнув ушами, Миуки начал умываться, помогая себе лапкой.

Безупречный Айрон смотрел на божество с подозрительным прищуром, будто не ждал от него ничего хорошего.

— Кстати, Божественный Миуки… — медленно начал он, — а ты не забыл то, что обещал мне?

— Я? Забыл? — господин Миуки возмущённо распушился. — Я никогда не забываю обещанного! Мрар!

Он сделал изящное движение лапкой, и в воздухе, с лёгким хлопком, появилась книга. Она была толстой, в переплёте из тёмной кожи, на которой таинственно поблёскивали золотые буквы на незнакомом языке.

Айрон быстрым движением подхватил её. Его аристократичные пальцы с благоговением провели по корешку.

— Наконец-то! — и он поддел кончиком пальца плотно сомкнутые страницы, чтобы открыть её… но ничего не вышло. Книга не поддавалась.

— Она не открывается, — голос жреца зазвенел возмущением. Он уставился на Миуки.

— Разве? — невозмутимо промурлыкало божество, принимаясь вылизывать другую лапку. — Попробуй ещё раз. Может, просто заело.

— Думаешь, я настолько наивен? Ты заметил у меня щёлкающий хвост или я дал тебе ещё какой-то повод?! — голос жреца теперь исходил едким холодом. — Книга. Запечатана. Магией!

— Ну, если и не открывается… значит, время ещё не пришло, — философски заметил Миуки. — Всему своё время, жрец. Пророческие книги — они такие капризные.

Айрон сжал книгу так, что костяшки его пальцев побелели.

— Мы договаривались…

— О книге. Ну так вот она! — ткнул лапкой в сторону фолианта Миуки. — Мрар! Всё как было оговорено. Я не виноват, что ты не можешь с ней… договориться. Тренируй навыки общения, Великий Жрец! И, если хочешь знать моё мнение… хвост бы тебе не помешал. Быть может, Мироздание вознаградит хвостами твоих дальних потомков. Если они будут достаточно мудры. Муррр…

Видя, как лицо жреца белеет от еле сдерживаемого гнева, Миуки грациозно потянулся.

— Ох, а мне пора! Мрар, важные божественные дела, знаете ли… Котяток надо проведать, подкрепиться чем-то вкусным, чтобы благоденствовал мой божественный желудок… И поздравляю вас ещё раз, котлетка Ами и хвостатый ёкай Азарей. Буду ждать от вас вестей о рождении котяток!.. — и серебристое божество бесследно растворилось в утреннем воздухе.

Я не смогла сдержать хихикания. Зрелище было поистине забавным — всемогущий Безупречный жрец, стоящий с таким видом, будто его внаглую ограбили.

Азарей рассмеялся открыто, его грудь вздрогнула у меня за спиной.

— Что ж, оказывается, существует в бесконечном множестве миров создание, что способно провести тебя, жрец, — прокомментировал он с нескрываемым удовольствием. — Приятно видеть.

Айрон явно собирался ответить что-то в своём высокомерном стиле, но тут по безоблачному небу пронеслась ослепительно-белая молния. И прямо перед и воротами, ударившись о землю мощными лапами, приземлились два грозовых волка.

Их шерсть переливалась оттенками грозового неба, а глаза полыхали внутренним огнём.

— Оками! — радостно воскликнула я. Азарей разжал объятия, и я подбежала к волчице. Я обняла её за мощную шею, уткнулась лицом в прохладную, искрящуюся шерсть.

Оками ответила тихим, глубоким ворчанием и нежно ткнулась носом мне в ладонь, требуя ласки.

— И вы что… поедете от меня на… этом?! — вдруг раздался за моей спиной голос Безупречного Айрона.

Я обернулась.

Он смотрел на волков так, будто это были не величественные небесные звери, а стая бродячих псов.

— Вам не надоело позорить Обитель Безупречных?! — закатил глаза жрец, — Что обо мне скажут? Давайте вы поумерите пыл в уничтожении моей репутации! От меня и… на этом?! Притормозим с буйством грома и молний. Пока вы рядом с моим храмом — всё сделаем, как подобает цивилизованным существам. А потом вы можете хоть на собаках, хоть на верблюдах…

Он щёлкнул пальцами.

И из-за угла главного здания храма появилась Юмина… И она вела в поводу коня. Такого крупного и изящного и такой глубокой чёрной масти – с которой могли сравниться разве что глаза Безупречного. Грива чудесного жеребца лоснилась, солнечный свет отражался от неё словно от зеркальной глади. Взгляд животного заставлял заподозрить незаурядный ум. А ещё мне вдруг представилось, что конь этот сам может закатить глаза, на манер Безупречного жреца.

Словом, конь мне понравился так сильно, что моё зародившееся было возмущение реакцией жреца на Оками – вмиг позабылись.

— Ох, — с моих губ сорвался восхищённый вздох. Азарей отпустил меня, и я шагнула навстречу великолепному зверю. — Какой он красивый!

Юмина с лёгким, почтительным поклоном протянула поводья, которые я приняла. Азарей тем временем обошёл животное вокруг, осматривая его оценивающим взглядом воина. Конь стоял неподвижно, лишь слегка поворачивая уши в сторону моего ёкая.

— Что ж, — наконец, произнёс Азарей, и его голосе прозвучало неподдельное одобрение, — неожиданно. Признаю, твой вкус и знание лошадей на высоте, жрец. В жилах этого скакуна течёт кровь небесных ветров. Он достоин нести мою мианессу.

Айрон хмыкнул:

— Хоть в чём-то мы сошлись, ёкай, — сухо заметил он. — Считайте это… свадебным подарком.

Повернувшись к волкам, мой муж щёлкнул хвостом как плетью. И оба наших зверя в ответ тряхнули головами, развернулись и, оттолкнувшись от земли, могучими прыжками взмыли в небо, исчезнув из вида за считанные секунды.

Затем мой муж ловко, одним движением, вскочил на спину вороного коня. Тот лишь слегка переступил с ноги на ногу, приняв всадника. Наклонившись, Азарей протянул мне руку.

— Ами.

Я положила свою ладонь в его сильную, тёплую руку. И в тот же миг хвост мужа обвил мою талию. Азарей легко поднял меня и усадил перед собой в седло так, чтобы я удобно прижалась спиной к его груди.

— Хорошего пути, — шепнула Юми.

Ещё раз попрощавшись с жрецом и послушницей, мы с мужем выехали за ворота храма и направились к моему родному городу. Там Лина уже должна была подготовить матушку к встрече.

Хотя я очень волновалась, как отреагирует матушка, но знакомство прошло мирно.

Что и говорить — после того как одна её дочь нашла своё счастье с могущественным ёкаем, появление второго такого же зятя уже не вызывало у моей доброй матушки ни шока, ни ужаса. Лишь безмерное облегчение и тихую радость за меня.

Ну… разве что мама неизменно перестаралась с кушаньями.

Закатила по поводу знакомства с Азареем такой пир — что за неделю не съешь. Тут и подпалёный лосось, и жареный карп, и рисовые пирожки с разной начинкой и каштановое пюре… чего только не было! А стоило кому-то из сидящих за столом сделать глоток из чашки с ароматным жасминовым чаем, как мама тут же стремилась наполнить её снова, суетясь и хлопоча.

Мы с Линой еле уговорили её усесться поудобнее, выдохнуть и просто насладиться вечером в кругу семьи. И с этого момента над столом порхали уже не мамины руки — а вальяжно и грациозно изгибались два мощных хвоста — алый Азарея и угольно-чёрный Шиарея.

Братья, казалось, даже немного соревновались в ловкости, то и дело подхватывая хвостами то пиалу, то вазочку с фруктами, поднося их каждый своей супруге. Это было одновременно величественно и мило. Мы с Линой то и дело переглядывались и незаметно посмеивались от смущения.

После плотного ужина — Шиарей пошёл показывать моему мужу барьер вокруг города, Лина укладывала своих детей спать, а мама ей помогала. Я же сходила на конюшню проверить Кимчи… Такое имя я дала нашему вороному коню красавцу.

И что было особенно замечательно, он, похоже, уже подружился с белой лошадкой по имени Моти. По крайней мере, постоянно заглядывал к ней в стойло. Сама Моти (жрец подарил её Лине на их с Шиареем свадьбу) пока ещё воротила нос, но мне мерещилось, что это она ради приличия. Потому что… ну как такой красивый лоснящийся конь может не нравиться?

А может… может позже и жеребятки пойдут?

С такими приятными мыслями я вернулась на крыльцо.

И теперь наблюдала, как вечер опускается на родной городок.

Воздух был тёплым, напоённым ароматом скошенной травы и дымком из печных труб. Солнечные лучи закатного солнца играли в стёклах окон ратуши вдали.

Всё было мирно, тихо и так знакомо.

Но теперь я ощущала домом совсем иное место — то, где парят острова.

“Если бы мне кто-то поведал о моём будущем ещё год назад, я бы ни за что не поверила”, — подумала я. И в душе снова вспыхнула горячая благодарность господину Миуки. Какой бы ухабистой ни была дорога, она привела меня сюда, к этому моменту безмятежного счастья.

Только тёплых объятий не хватает, чтобы сделать момент окончательно идеальным.

Кстати… интересно, где сейчас мой муж?

И будто в ответ на этот мысленный вопрос в душе тихонько тренькнула струна. А затем мягко потянула. Я ещё не привыкла к этой связи душ, но уже знала — она подсказывает, как исполнить моё желание и заполучить объятия от моего ёкая.

И я решила не отказываться. Тихонько выскользнула с крыльца и пошла, следуя внутреннему чувству.

Пройдя по каменной тропинке мимо цветущих кустов жасмина, свернула к саду. И увидела там моего мужа и Шиарея.

Она стояли у самого края сада, откуда открывался вид на долину и на мерцающий в сумерках полог защитного барьера, что охранял наши земли.

Братья разговаривали с серьёзными даже суровыми лицами, но в их позах не было и намёка на былую вражду — лишь спокойная безмятежность.

— Ты можешь спорить сколько угодно, но результат отрицать не можешь, — говорил Шиарей, покачивая чёрным хвостом. — Теперь в части регионов ёкаев уже не считают исчадиями бездны. Относятся с уважением, даже с интересом. К тому же мы отстраиваем новый город — масштаб ты и сам уже мог оценить. И при объединённых усилиях он буквально растёт на глазах. Я считаю, ёкаям нужно активнее внедряться в мир людей. Строить мосты, а не стены.

Азарей стоял, скрестив руки на могучей груди. Его алый хвост насмешливо пощёлкивал раздвоенными кончиками.

— Люди слабы. Это они должны “внедряться” и “строить мосты”. А не мы.

— Именно потому, что они слабы, люди ищут и находят новые пути, — парировал Шиарей. — Я же показывал тебе сталь, что выписал из столицы человеческого королевства. Она не уступает нашей, а в чём-то даже превосходит. Они изучают новые методы очистки руды, создают удивительные механизмы. Это сила иного рода, брат.

Лицо Азарея оставалось бесстрастным, даже чуть скучающим. Он бросил взгляд на закатное небо.

— Всё это, конечно, прекрасно, — снисходительно протянул он. — Но мне, пожалуй, больше по душе жить в своём дворце. Там… ну, скажем так, полы значительно чище.

Шиарей фыркнул, и его чёрный хвост с громким щелчком ударил по воздуху.

— Ну да, конечно. Если не считать кровавых луж, потому что твои слуги каждый месяц устраивают потасовки и рвут друг друга в клочья за места поближе к трону.

— Это было давно. Парочка показательных порок и… В общем сейчас они уже не рискуют устраивать подобные представления.

— Что-то слабо верится, — покачал головой Шиарей.

— Ну, так приезжай и посмотришь сам, — хвост моего мужа совершил плавный, как будто приглашающий жест. — Кстати, те острова, что числились за тобой, так и остаются твоими. Всё содержится в порядке.

— Острова? — раздался удивлённый, мелодичный голос позади меня.

Я обернулась и увидела Лину, которая подошла, привлечённая разговором.

Улыбнувшись, я взяла сестру за руку.

— Ох, Лина… Ты же не видела Йомнар! Там… там острова парят в небе. Прямо в облаках! И дворцы из белого камня, и грозовые волки…

Глаза Лины загорелись таким ярким, живым огнём, что, казалось, они могли разогнать подступающие сумерки. Она устремила этот восторженный взгляд на своего мужа.

Глядя на Лину, Шиарей с преувеличенной скорбью вздохнул, будто принимая неизбежное. А потом они с Азареем подошли к нам. Отпустив руку Лины, я тут же скользнула в объятия мужа, а Шиарей обнял Лину.

— Если ты хочешь…. — начал он.

— Хочу! — тут же заявила сестра.

— Тогда обязательно навестим Йомнар. Когда будет время…

Азарей негромко хмыкнул и шепнул мне на ухо:

— Думаю, брату стоит приготовиться к тому, что его жена потребует переезда.

Я тихо засмеялась. Да уж, сестре точно понравится Йомнар. Но зная Лину — я могла сказать, что она ни за что не оставит родной мир и строящийся город. Хотя навещать меня станет часто. Как и я её! А может даже… она найдёт среди грозовых волков своего оками? Тогда мы могли бы кататься туда-обратно сколько душе угодно.