Фальшивая истинная для Злого Ёкая

Глава 8

Ами

Холод.

Словно ледяные иглы под кожей.

Дрожь пробирает до костей.

Я будто тонула в чёрной воде, не в силах пошевелить ни пальцем. И вдруг ощутила отголосок тепла… Неясного, далёкого, как отблеск солнца на зимнем льду.

Оно коснулось губ. Сначала лёгкое, почти невесомое прикосновение, затем – настойчивое, живое. Горячее дыхание смешалось с моим. Чужие губы — твёрдые и уверенные — терзали мои.

И холод отступал, оттесняемый волной тепла, разливающейся изнутри. Это тепло было жизнью. Спасением. Я тянулась к нему, хотела больше, чтобы оно заполнило всю ледяную пустоту внутри.

Мои руки, казалось, сами нашли твёрдые плечи — пальцы вцепились в ткань… Но тут тепло начало ускользать. Губы отстранились.

Паника сжала горло ледяным кольцом.

– Подожди! – хриплый крик вырвался из груди, и я резко села на кровати, распахнув глаза. Сердце колотилось, как пойманная птица.

Меня окружал полумрак спальни.

В первую секунду я хотела позвать сестру Лину… но почти сразу сообразила — Лины тут нет. Я ошиблась… Я сейчас не в своей комнате. И это не мой дом. И даже не мой мир.

Слабый свет, пробивался сквозь щели между тяжёлых, тёмных штор. Воздух пах цветочными благовониями. Я сидела в огромной кровати. Одеяло с вышитыми драконами сползло до пояса. На мне – тонкое ночное кимоно из кремового шёлка.

Я коснулась пальцами своего горла. Ни жжения, ни холода внутри. Только слабость во всём теле и странная пустота вместо недавнего сна.

Я помнила всё — совет Миуки, наглых ёкаек, и как выпила отравленный напиток, и как противоядие не сработало… Но всё же меня спасли. Да уж, всё пошло не по плану… Однако в итоге всё хорошо. Я изменила ход событий, описанных в книге. Предотвратила падение атана Азарея в беспросветное злое безумие. А значит, ещё дальше отступила от плохой концовки!

Облегчение тёплой волной омыло душу.

– Слава богам… – прошептала я вслух

– Благодарить ты должна не богов, человечка, – раздался в комнате низкий, шипящий голос. Он заставил меня вздрогнуть! Я резко повернула голову на звук.

От стены, сливавшейся с тенями, отделился высокий силуэт.

Сейир. Его серебристо-белые волосы были убраны в хвост, зелёные глаза с вертикальными зрачками светились, как у ночного хищника. Ниже талии мощный змеиный хвост, покрытый переливчатой чешуёй, бесшумно скользил по полу.

Генерал приблизился к кровати. В руке он держал стакан изумрудно-зеленого стекла с какой-то жидкостью.

– Пей, – приказал он, протягивая его. Голос был ровным, но в глазах читалось странное напряжение, – это всего лишь вода, человечка Ами. Тебе нужно много пить…

Приняв стакан, я жадно сделала несколько больших глотков. Прохладная влага омыла пересохшее горло, принося облегчение. Затем я отставила стакан на столик у кровати. И встретилась с пристальным взглядом имуги.

– Тебе очень повезло, человечка Ами, – сказал он, укладывая массивные кольца своего хвоста на край кровати рядом со мной. – Ты была на волосок от смерти. Яд был редким и сильным. Тебе дал противоядие лично атан. Он… приложил немало усилий… Но скажи… ты знала, что в кубке яд?

Ох…

Я замерла. Проницательные зелёные глаза, казалось, видят меня насквозь. Какой ответ будет безопаснее?

“Лучше всего — полуправда”, — решила я.

– Я… что-то заподозрила, – выдохнула, отводя взгляд к складкам одеяла.

– Как? – шипение стало чуть громче.

– Интуиция лекаря, – пожала я плечами. – Что-то показалось не в порядке. Не только с кубком, но и с поведением девушек. Особенно той… с синими рожками. Она была слишком нервной, слишком настойчивой. Но я не могла быть точно уверена, и… – я запнулась.

– И решила выпить яд ссссама?! – Сейир резко выпрямился, его зрачки сузились в тонкие вертикальные щёлочки. Он выглядел искренне сердитым, даже возмущённым – Это было крайне безрассудно!

– Я заранее приняла противоядие. Белоцвет! Я же травница. Я знала, что делаю.

– Оно тебе не помогло, – отрезал имуги, его шипение стало резче. – Этот яд был создан специально против высших ёкаев, его действие коварно. Белоцвет лишь замедлил его, но не остановил. Без прямого вмешательства атана…

– Но ведь всё хорошо закончилось, — примирительно улыбнулась я.

Сейир замер, глядя на меня.

Его зелёные глаза изучали моё лицо с непонятным выражением. Гнев сменился на что-то более сложное – недоумение? А может даже… благодарность?

– То, что ты сссделала… – он начал медленно, и вдруг кончик его хвоста, лежавший на кровати, ожил. Он плавно скользнул под одеяло и почти нежно, обвил мою лодыжку, затем поднялся выше, к голени. Прохладная чешуя скользила по коже, вызывая мурашки, – …было безрассудно. Но очень, очень ссссмело. – Кольца хвоста продолжали накручиваться, теперь уже охватывая икры, мягко, но неотвратимо.

— Хм… — Я нервно заёрзала, дёрнула ногой, но это не помогло.

– Ты знаешь, человечка Ами, что яд доставил атану бы лишь сильную боль и ослабление, но для меня… – он сделал паузу, и его голос понизился, – для меня он был бы сссмертелен. Служанки признались под… давлением. Что они собирались сказать, якобы я вручил им кубок. Обвинение пало бы на меня. Неизбежно. Атан бы меня казнил…

Я замерла, чувствуя, как прохладные кольца сжимаются чуть сильнее. Не больно, но… властно.

Я не была уверена, как на это реагировать.

Чувствовала себя пичужкой, которую обвязывает кольцами удав.

– Я… обязан тебе жизнью, Ами, – прошипел Сейир, наклоняясь ближе. Его лицо было теперь совсем рядом, зелёные глаза горели странным светом. – Это огромный долг. Долг чести. И я… я должен отплатить тебе в равном размере.

– Что вы… – я попыталась отодвинуться, но мощный змеиный хвост мягко, но настойчиво удержал меня на месте. – Нет нужды! Я не хотела… я просто…

– Ты здесь совсем одна, – перебил он, и в его шипении прозвучала какая-то… почти нежность? – Чужачка в мире ёкаев. Без защиты… Но это в прошлом. Отныне я буду тебя беречь, Ами. Я тебя ссссберегу. – Кольца хвоста обвили теперь мою талию, притягивая чуть ближе к генералу. Прохлада чешуи контрастировала с внезапным жаром, который охватил моё лицо. И в особенности щёки.

Нет! Это уже никуда не годилось! Ужас!..

Следующие фразы мы сказали одновременно.

— Господин Сейир, отпустите меня!

— Человечка Ами, ты будешь моей женой…

…

На секунду я подумала, что у меня слуховые галлюцинации. Не мог же он сейчас… позвать меня замуж?!

— …что? — голос раздался шёпотом.

— Ты выйдешь за меня…

Нет, он правда это сказал?! Ещё раньше, чем меня накрыло осознание, я замотала головой:

— Нет! Нет-нет! Я не могу!

Зрачки генерала Сейира расширились, а потом резко сузились. В зелёных глазах мелькнула сложная эмоция, но у меня от неё почему-то похолодело за грудиной.

– Почему? – голос Сейира потерял ту странную мягкость, став более привычным, повелительным, он был… возмущён?! оскорблён? Человечка смела отвергнуть такую милость?

Я просто шумно сглотнула. Слова пока подобрать не удалось.

– Я тебе не нравлюссссь? Или тебя пугает… это? – Сейир кивнул на свой мощный змеиный хвост, обвивающий меня.

– Нет! – поспешно выпалила я. – Нет, ваш хвост… он прекрасный! И вы… вы тоже очень даже… э-м-м… видный мужчина. Правда! Но… – Я замялась, отчаянно ища выход.

– Но? – настойчиво повторил Сейир, его мощный хвост слегка ослабил хватку, давая мне пространство, но не отпуская совсем. Я шумно со свистом выдохнула.

– Но у меня уже есть возлюбленный! М-муж!.. – выпалила я.

Ложь ошпарила щёки жаром. Но что ещё оставалось? Это единственное, что пришло сейчас в голову. Чтобы не давать пространство ухаживаниям. Мне подобное сейчас было совсем не к месту!

Тишина повисла тяжёлым покрывалом.

Я чувствовала, как взгляд имуги буравит меня. Он заговорил медленно и чётко, хотя каждая фраза исходила шелестом змеиного шипения:

– Пока атан не возлёг с тобой, я могу подать запрос на свадьбу. Сейчас твоё положение шатко. Я дам тебе защиту, какую никто не даст в Йонмаре, человечка Ами. А твой брак, заключённый по человеческим обычаям ничего не значит. Я даже не стану убивать твоего бывшего мужа-человека… А захочешь посетить мир людей… что ж, я пойду и на это со временем. После получения первой кладки совместного потомства это будет вполне безопасно и законно…

Я думаю, что сильнее, чем сейчас – мне глаза в принципе уже не округлить.

Ну то есть… ЧТО?!

Человеческая свадьба ничего не значит?..

Первая КЛАДКА потомства?! Это вообще что?!

И наконец – вопреки логике самое яркое впечатление было даже не от "кладки", а от “пока атан с тобой не ВОЗЛЁГ”!!!

Я издала горлом странный сип.

Вот это я попала.

Вот это… перспектива! Я же не… Да с чего они вообще?!

Имуги Сейир, должно быть, истолковал моё потрясённое молчание как серьёзное обдумывание его "шикарного" предложения. Кладки… Наверное, имуги откладывают яйца… поэтому кладки…

На панике мысль скакала.

Но неизменно возвращалась к атану Азарею. К рубиновым с золотыми пятнами глазам…

Нет, ну этих ёкаев-мужчин, конечно, знатно заносит на поворотах! У Лины с Шиареем тоже иногда бывали сложности, но вот вряд ли такие. Надо мне уже что-то делать!

Я решительно кивнула своим мыслям.

– Вот и отлично, ты разумная человечка, – прошипел имуги и обнял меня кольцами хвоста сильнее.

Ох. Он решил, что мой кивок – это согласие на брак?!!!

Лицо генерала оказалось так близко к моему.

И вдруг…

– Что здесь происходит?!! – грозный, знакомый рык прогремел от двери.

Я резко повернулась ко входу.

Атан Азарей…

Вздох облегчения вырвался из моей груди.

В дверном проёме, залитый слабым светом из коридора замер мощный силуэт.

Шаг в комнату, и он обрёл черты и краски… Хотя я и без того узнала правителя Йонмара.

В полумраке он казался ещё выше и массивнее. Чёрное кимоно сливалось с тенями. Я впилась взглядом в лицо высшего ёкая — бледное, с поблёкшими, но всё ещё отчётливо видимыми тёмными зигзагами. Пылающие рубиново-золотые глаза смотрели прямо на меня. Алый хвост хищно изогнулся, щёлкнул кончиками.

На секунду мне показалось, что сейчас случится драка… Хотя с чего бы?! Нет, мне определённо это мерещится!

Сейир неспешно соскользнул с кровати на пол и склонился в неглубоком, но почтительном поклоне. Его хвост аккуратно сложился кольцами рядом.

– Атан, – прошипел он, – я благодарил человечку сообразно оказанной мне услуге.

– Верно, – подозрительно сощурившись, хмыкнул ёкай, – и какова благодарность?

– Я сделал человечке очень хорошее предложение, атан.

Азарей подошёл близко. Имуги выпрямился. Двое мощных мужчин. Их лица – на одном уровне. Просто смотрят друг на друга, но это похоже на молчаливую дуэль.

– Ами… моя человечка, – процедил наконец Азарей, угрожающе изогнув хвост, – и все предложения к ней я желаю слышать первым.

У Сейира дёрнулась верхняя губа. Он явно хотел оскалиться, но не стал этого делать. Дуэль взглядов продолжалась.

...Имуги отвёл взгляд первым.

– Разссссумеется, атан Азарей, – прошипел генерал, – я изложу свои предложения к Ами сначала вам.

– Это будет завтра. А теперь оставь нас, Сейир, – приказал Азарей, не повышая голоса, но в интонации звучала сталь.

Имуги скользнул к двери и вскоре исчез, растворившись в коридоре.

Дверь за ним мягко прикрылась, погружая нас в почти полный мрак, нарушаемый лишь узкими полосками света от штор.

Ёкай медленно приближался к кровати — как зверь. Я чувствовала, как воздух сгущается от его присутствия, от энергии, которая исходила от него – гневной, тревожной, властной.

– Так о чём вы говорили с Сейиром? – его голос был низким, опасным. Азарей остановился прямо у кровати, глядя на меня сверху вниз. Его алый хвост беспокойно ударил по воздуху. – У тебя… алые щёки, человечка.

Я почувствовала, как жар разливается по лицу с новой силой. Он заметил! Мои пальцы нервно теребили край шёлкового одеяла. И почему-то мне показалось, что не нужно сейчас говорить атану о предложении Сейира выйти за него.

– Н-ни о чём важном, – пролепетала я. – Красные потому что… я ещё не до конца поправилась.

– Хмм… – Его рука протянулась к моему лицу, большой палец провёл по моей пылающей щеке. Прикосновение обожгло. – Ты подвергла себя большой опасности, человечка. Все, кто был причастен, уже поплатились.

— …

— Мне не понравилось видеть, как ты умираешь, Ами. Не допускай подобного впредь.

— Постараюсь, — пробормотала я, опять не понимая, как реагировать на такие заявления. Раньше я бы уже ответила что-то дерзкое, но сейчас ощутила странную робость. Должно быть, я и правда ещё не выздоровела…

Азарей опустился рядом со мной на край кровати. Его взгляд был слишком пристальный. И какой-то… жадный?

— Яд был очень сильный, человечка Ами. Тебе нужно принять ещё лекарство.

— Хорошо…

— Ты готова?

— Д-да? — я растерянно моргнула.

Оглянулась по сторонам. И не видела ничего похожего на лекарственные настойки. А в следующий миг Азарей вдруг приблизился, его рука скользнула мне на затылок… он наклонился и накрыл мои губы своими…

Его губы были твёрдыми и горячими. И прижимались к моим с властной настойчивостью. Всё внутри сжалось от вспышки страха и… от чего-то ещё. Незнакомого, тревожного, но щекочущего нутро.

Я замерла, парализованная противоречием: инстинкт кричал "беги!", но тело, будто преданное, откликалось на этот жар.

Язык атана коснулся моей нижней губы. Это было… странно. Приятно? Да, пожалуй. И удивительно – ведь будто и правда каждая точка соприкосновения его губ с моими отгоняла остатки слабости, наполняя живительным теплом.

И ту же вспомнился отголосок сна. Когда жар чужого поцелуя отгонял холод.

А затем в голове мелькнуло воспоминание, как муж моей сестры — тоже высший хвостатый ёкай — целовал её, когда она болела, говоря, что это лучшее лекарство.

Тогда зря я сейчас цепенею? Значит — это и правда лекарство! Просто такое необычное — из мира ёкаев.

Ну да, это естественно. Зачем бы ещё высшему ёкаю меня целовать!

Хм… а тогда… всё ли я делаю правильно?

Мысль встрепенулась в уме. И я упёрлась ладонью в мощную грудь Азарея, прерывая поцелуй. Он отстранился, рубиновые глаза смотрели на меня с лёгким раздражением.

Дыхание мужчины было тяжёлым, жаром касалось моего лица.

– Эм-м… – я сглотнула, голос звучал сиплым шёпотом, – а я правильно сейчас всё делаю?

Тёмная бровь Азарея поползла вверх.

— О чём ты? — хрипло выдохнул он.

— Ну… Принимаю лекарство? – уточнила я, чувствуя, как жар заливает щёки. – Как это надо делать… правильно?

Атан замер. Его глаза сузились, изучая моё лицо. Потом низкий хриплый смешок вырвался из его груди. Большой палец провёл по моей нижней губе, заставив её дрогнуть.

– Расслабь губы, – приказал он тихо, но так, что мурашки побежали по спине. – Совсем. Не сжимай.

Я послушно разжала губы, стараясь дышать ровно.

Он снова приблизился. Его поцелуй на этот раз был медленным, исследующим. Не нежным, а скорее… контролирующим. Его губы мягко скользили по моим, заставляя их чуть приоткрыться шире. Потом он оторвался, всего на мгновение. Его дыхание смешалось с моим.

– Теперь… – его голос был хриплым шёпотом у моего рта, – коснись языком… моего языка.

Сердце колотилось где-то в горле. Я робко потянулась к атану, почти невесомо, кончиком языка коснулась его. Горячего. Он издал низкое рычание, и его язык ответил – влажный, сильный, уверенно скользнувший между моих губ. Азарей снова поцеловал меня, уже глубже, и на этот раз я не сопротивлялась, стараясь "принимать лекарство правильно": расслабила губы, позволила его языку исследовать, сама неуверенно отвечая на его движения.

И вскоре это стало… оглушительно.

Жар разливался по всему телу, голова кружилась, мысли путались. И да — я отчётливо ощущала странный прилив сил, бодрости, будто и правда целебный эликсир вливался в меня с каждым прикосновением атана.

– Да… – он отрывался лишь на миг, его голос звучал глухо, одобрительно. – У тебя хорошо получается… принимать лекарство, человечка.

Его руки, до этого просто державшие меня, обхватили талию крепче, притягивая так, что я оказалась почти у него на коленях. Тело Азарея было твёрдым и невероятно горячим даже через слои ткани.

Поцелуй стал глубже, требовательнее. Его пальцы захватили мои волосы, слегка запрокидывая мне голову.

Я тонула в этом вихре ощущений – его вкус (дым, специи, что-то неуловимо дикое), его запах, всепоглощающая сила объятий. Мои руки сами собой обвили его шею, пальцы запутались в чёрных как смоль волосах у его виска. Мне нравилось. Нравилось так, что это пугало. Это было сильнее меня.

Он перевернул нас, мягко уложив меня на спину среди шёлковых подушек. Его вес придавил меня, но не тяжело – скорее, надёжно. Хвост обвил талию.

Его губы не отпускали мои, поцелуй превратился в нечто большее – властное, всепоглощающее завоевание. Одна его рука скользнула под моё ночное кимоно, его шершавая ладонь обожгла кожу на боку. Жар внутри стал невыносимым, дрожь пробежала по всему телу – но уже не от холода или страха, а от чего-то незнакомого, мощного, пульсирующего где-то глубоко внизу живота.

"Лекарство", – промелькнула запоздалая мысль сквозь туман.

Но это уже не было похоже на лечение. Это было похоже на… на огонь. На бурю. На что-то, что грозило поглотить целиком.

Я вдруг почувствовала возбуждение атана — твёрдое и требовательное, через слои одежды. Страх вновь пробился сквозь наслаждение. Я уже не просто "принимала лекарство". Я была на грани чего-то необратимого.

Его губы сползли к моей шее, оставляя горячие, влажные поцелуи.

Зубы слегка задели кожу, вызывая волну мурашек. Его рука на боку двинулась выше, к рёбрам, к краю тонкой ткани, прикрывавшей грудь.

– Атан… – мой голос прозвучал хрипло. Я снова упёрлась ладонями в его грудь, на этот раз с настоящим усилием. – Я… я кажется… уже здорова.

Он замер.

Его губы всё ещё прижаты к моей шее, дыхание горячее и прерывистое.

Ёкай поднял голову. Его глаза, рубиновые с безумно пляшущими золотыми искрами (их кажется стало больше?), смотрели на меня сквозь полумрак. В них бушевала буря. Азарей тяжело дышал, его мощная грудь вздымалась под чёрным шёлком кимоно.

Молчание повисло густое, напряжённое, как тетива лука перед выстрелом.