Хрустящие булочки от попаданки

Глава 29

Пятнадцать минут на выпечку хлеба – это просто невероятно, удушающе мало! Да там пятнадцать минут понадобится только на то, чтобы тесто подошло!

Если бы мне дали полчаса, я бы прекрасно успела, но пятнадцать минут?!

Кинула уничтожающий взгляд на Рейвенна. Он стоял с непроницаемым выражением лица, но уголок его рта подрагивал в неприкрыто издевательской усмешке.

Взять бы сейчас что-нибудь и залепить в твою аристократическую рожу!

Ладно. Ладно. Ничего. Есть способы ускорить подъём теста! Я их отлично знаю.

– Вы принимаете это условие, госпожа Лави? – обеспокоенно спросил Леопольд, опасливо поглядывая на Орландо, – Если нет, то я буду вынужден вас дисквалифицировать и аннулировать вашу заявку на лицензию. Мы и так пошли вам на уступки, приняв во внимание авторитет Его Сиятельства.

– Его Сиятельству давно никто не давал в зубы… – тихо, но отчётливо прорычал Эрнест. Его кулаки дрожали от негодования: он явно очень хотел пустить их в дело, но явно с трудом удерживал себя от этого поступка.

Судя по тому, как обеспокоенно он посматривал на меня, он боялся как-то навредить мне.

Заметив это, я нашла в себе силы благодарно кивнуть ему. Вот, что значит настоящий друг!

И решительно повернулась к комиссии.

– Я принимаю условия герцога Рейвенна! – отчеканила я, взглянув прямо в глаза Орландо, – Во всём, что касается хлебопечения, для меня нет ничего невыполнимого. Пятнадцати минут мне вполне хватит, а я продемонстрирую вам своё умение хорошо работать даже в самых тяжёлых обстоятельствах!

Клянусь, я услышала, как зубы Орландо скрипнули. Взглядом, которым он меня наградил, можно было убивать на месте.

Я послала ему самую лучезарную улыбку, на которую только была способна в этот момент.

Хорошо, что юбка на моём платье достигает пола, и под ней не заметно, как дрожат у меня коленки.

“Ну всё, Наталья Павловна!” – строго одёрнула я сама себя, – “Хватит малодушничать. Пора приступать к делу.”

И то правильно. А с пятнадцатью минутами… что-нибудь придумаю.

Леопольд озадаченно кашлянул и неуверенно пробормотал:

– Ну что же… хорошо… мне нравится ваш боевой настрой…

– И мне, – поддакнул Казимир. Он смотрел на меня с нескрываемым злорадством, – я очень хочу посмотреть, как вы будете проходить это испытание! Конечно, на вашем месте с такой плёвой задачей я бы справился и за десять минут, но всегда интересно посмотреть на опыт других!

Позубоскалить решил, значит. Ну ничего, мы сейчас посмотрим, кто кого!

Я демонстративно проигнорировала этот выпад, вышла на середину так, чтобы меня было хорошо видно, и громко обратилась к Леопольду:

– Господин Бирюк… в смысле, Бирек. Мне понадобятся такие ингредиенты, как: цельнозерновая мука, сухие дрожжи, сахар, щепотка соли, а также семена кунжута, льна и подсолнечника.

– Вы её слышали, Бирек, – властно припечатал непререкаемый голос Орландо, – немедленно дайте госпоже Лави всё, что ей нужно.

Я даже не посмотрела на него.

Леопольд сглотнул – так громко, что это прозвучало на весь зал, и, явно пытаясь говорить уверенно, обратился к Казимиру:

– Предоставьте, пожалуйста, всё, что нужно, господин Грубер!

Казимир поджал губы, но противиться приказу герцога не посмел.

– Непременно, – процедил он, стараясь не смотреть на меня, – но у меня нет посыльных, чтобы они принесли всё прямо сейчас…

– Это не проблема, – насмешливо протянул Орландо. Он уселся на стул, как король – на трон, небрежно закинул ногу на ногу и явно приготовился наслаждаться спектаклем, – у вас тут стоит, как минимум, ещё два бездельника, которым нечего делать. Вот их и отправьте!

Члены комиссии, которые всё это время молча взирали на происходящее, позеленели от такого обращения, но возражать Рейвенну побоялись.

Казимир сухо сказал им что-то, и они исчезли за дверью. Рейвенн красноречиво кивнул мне, мол, будь благодарна.

Мне оставалось только молча кипеть от ярости. Низкий ему поклон, блин, за то, что настроил ещё пару членов комиссии против меня! А ещё уж больно неприятно было ощущать себя невольной актрисой в его спектакле!

Ладно. Ещё посмотрим, кто в финале потешаться будет. Не буду тратить время на пустопорожнюю ругань!

Поэтому я никак не отреагировала на его поступок, а обратилась к оборотню

– Эрнест, – одними губами пробормотала я, – ты готов помочь мне, если что?

– Ещё спрашиваешь, – усмехнулся оборотень, – только скажи, когда и с чем. Хочешь, начищу рыло этому…

– Обойдёмся без этого! – поспешно перебила я его, хотя сама мысль мне очень понравилась. Громко спросила Леопольда:

– Вы же не будете возражать, если господин Грейхаунд выступит моим помощником?

Бирюк побагровел и посмотрел на Орландо. Тот небрежно кивнул, пусть, мол.

Отлично!

Пока ингредиенты мне ещё не принесли, я метнулась к плите и поставила греться воду. Она была мне нужна не горячая, но тёплая, чтобы не убить дрожжевые клетки.

Мерного стакана под рукой не было, и я воспользовалась большой глиняной кружкой. На глаз в ней было как раз где-то около полулитра – то, что нужно! Параллельно я разожгла печь.

Казимир следил за каждым моим движением. Я ожидала, что он прикопается к тому, что я начала греть воду до старта испытания, но, видимо, он посчитал это несущественным.

Тем временем, подоспели ингредиенты. Их аккуратно разложили на моём рабочем столе; я окинула их быстрым взглядом.

Обиднее всего было то, что дрожжи нарисовались, словно по щелчку пальца. Вчерашнее их отсутствие явно намекало на какой-то сговор против меня, и я была почти уверена, что знаю его зачинщика.

А ещё… как только они умудрились сделать настоящие сухие дрожжи без использования технологий? Хотя о чем я говорю, у них тут оборотни бегают… и с дрожжами явно как-то справились.

Я коротко выдохнула, затянула потуже волосы и сказала:

– Я готова!

– Отлично, госпожа Лави, – потёр руками Бирюк, – можете приступать!

Он щёлкнул пальцами, и вдруг в воздухе над нашими головами повис полупрозрачный циферблат. Его секундная стрелка немедленно пришла в движение и с лёгким тиканьем принялась отсчитывать секунды.

Я схватила сито и принялась быстро просеивать муку в специальную миску. Туда же добавила дрожжи, сахар, соль и аккуратно смешала всё венчиком; порционно добавила воду, не переставая мешать – сначала тем же венчиком, а потом и руками.

Они слегка дрожали, а тиканье стрелки здорово действовало на нервы.

– Как мы видим, госпожа Лави решила приготовить самый простецкий хлеб, – вдруг презрительно сказал Казимир, – семена, мука, вода… конечно, это разумный выбор в её ситуации, но после её бахвальств я ожидал чего-то совершенно поразительного!

Вот гад! Нарочно сбивает и смущает! Просто постараюсь не обращать внимания, просто постараюсь не обращать внимания…

– Если спросите меня… – эта скотина и не думал униматься! – то я бы на месте госпожи Лави…

– Так подойди и встань на её место, – прорычал Эрнест, и Казимир немедленно умолк.

– Если ещё раз попробуешь отвлечь Милену, – процедил Грейхаунд, – я тебя в узел скручу, понял?

Грумер только прохрипел в ответ что-то невнятное, но замолчал.

Спасибо, Эрнест!

Я мельком взглянула на часы. Чёрт! Пять минут из пятнадцати уже прошли, а я даже толком не вымесила тесто!

Стиснув зубы, я перевернула миску на посыпанную мукой столешницу и принялась обминать его. Это было необходимо, чтобы хлеб получился воздушным и вкусным!

Тик-так. Тик-так.

Ещё две минуты прошло. Нет, оно не успеет подойти! Мне же ещё его надо выпекать…

И вдруг произошло то, чего не ожидал никто.

Особенно я!