Хрустящие булочки от попаданки

Глава 47

Реклама!

Без рекламы мало, кто узнает, что в Шварцвальде открылась такая замечательная хлебная лавка! Одними булками, пардон за каламбур, сыт не будешь.

Как же быть, как же быть…

Я в смятении заметалась по лавке. Сердце тревожно ёкало, и в глубине души я ругала себя последними словами.

Как, как я могла упустить такую важную деталь? Тем более, мои возможности по рекламе сейчас сильно ограничены. Что-то я не слышала, чтобы тут выпускались газеты, где можно было бы тиснуть объявление. А ещё даже банально нельзя арендовать рекламный щит или хотя бы поставить у дверей промоутера раздавать листовки!

Бам! Я натолкнулась на внезапно выросшую на пути стену и едва не полетела а пол; пока я собирала разбежавшиеся панические мысли в кучку, “стена” взяла меня за локти и властно сказала:

– Успокойся, Милена. Всё в порядке. А что не в порядке, всегда можно починить! Что случилось?

Я отдышалась и подняла глаза. Передо мной стоял Эрнест, крепко держа меня за локти и устремив мне в глаза испытующий взгляд.

– Ре… реклама! – безнадёжно выдохнула я. Оборотень вздёрнул бровь.

– Ре – что?

– …двигатель торговли, – уныло повторила я самое расхожее определение, – я же не рассказала людям о том, что лавка открывается! А так кто ко мне придёт – три с половиной калеки?

– Ладно, я понял, что почти ничего не понял, – вздохнул Эрнест, – но хотя бы уловил суть. Я могу сейчас позвать своих ребят, они будут ловить всех в округе и приводить сюда! Получится отличная… это, как её там… рекалама.

Я живо представила себе стаю волков, которые тащат к лавке истошно вопящих и упирающихся людей, и хмыкнула:

– Что-то получается слишком радикально. Нет уж. Я найду другой способ прорекламироваться!

– Ну давай, – кивнул Грейхаунд и цапнул ещё одну кайзерку. Одним махом откусил половину и аж зажмурился от удовольствия, как сытый кот, – я в тебя верю!

Я проследила за тем, как он отправляет в рот оставшуюся половину. Перевела взгляд на блюдо с кайзерками… и меня осенило!

– Промоакция, – медленно проговорила я, уставившись в пустоту.

Эрнест вопросительно взглянул на меня и приподнял брови.

– Промоакция! – восторженно повторила я, чувствуя, как радостно забилось сердце, – Ну, конечно! Нет ничего лучше старой доброй дегустации! А кайзерок у нас напеклось столько, что мама не горюй!

– Ладно, ладно, Милена, продолжай говорить загадками, – рассмеялся Грейхаунд. Я торжествующе уставилась на него и нравоучительно подняла палец.

– Ты сейчас всё поймёшь! Мне нужен большой лист бумаги, краски и кисточка. Сможешь раздобыть?

– Для тебя – хоть луну с неба, – вдруг неожиданно серьёзно ответил Эрнест, и я невольно задумалась: а для местных оборотней луна имеет такое же значение, как и для мифических земных?

– И попроси своих ребят отыскать Ярика! – быстро попросила я, – Он, конечно, пообещал вернуться, но не сказал точно, когда. А мне он нужен очень срочно!

И добавила, деловито заправив за ухо прядь:

– Пусть открытие лавки и задержится ненамного, зато незаметным оно точно не останется!

Эрнест кивнул и выскочил за дверь.

***

– Зачем вы хотите, чтобы я позорился? – с тоской спросил Ярик, мрачно разглядывая плакат, на котором ещё не высохла краска.

Черныш, вертящийся под ногами, возмущённо мявкнул.

– Это никакой не позор! – с лёгкой обидой сказала я, – Это верный способ привлечь покупателей. Уж поверь, от них сегодня отбоя не будет!

Ярик недоверчиво покосился на меня и шмыгнул носом:

– Ага, что они, булок никогда не ели, что ли…

– Бесплатные булки в тысячу раз вкуснее, – со знанием дела сказала я, – вот увидишь!

Мальчишка переступил с ноги на ногу.

– Если меня кто из друзей увидит, засмеют! – проворчал он, но плакат всё-таки взял. Осторожно, словно боясь, что тот его сейчас укусит.

– Не засмеют! – с уверенностью заявила я, – а если начнут зубоскалить, скажи им, что ты сам просился на такую работу! А тебе ещё за неё и заплатят!

Услышав про оплату, Ярик тут же встрепенулся. Его глаза загорелись.

– Опять серебряный дадите? – с жадностью спросил он. Я быстренько прикинула свои финансы. По ощущениям я уже слышала первые нотки их приближающихся романсов.

– Сделаем так, – деловито сказала я, – чем больше народу ты приведёшь и чем больше они купят, тем больше заплачу! До двадцати человек – пять блаттов, до пятидесяти – один хальмонд, до двухсот – один клауд.

Ярик приосанился и тут же принял боевой вид.

– А если пятьсот приведу – дадите астралит? – прищурился он. Милена ойкнула, а я только улыбнулась:

– Пятьсот – маловато для астралита. Семьсот пятьдесят!

Ярик задумался. Пошевелил губами, поперебирал пальцы и что-то прикинул. Медленно кивнул:

– Согласен.

– Ну и славно! – хлопнула я в ладоши, – Мне нравится твой настрой. По рукам!

А про себя подумала: ну, где он сейчас раздобудем столько народу? Что-то я не уверена, что в Шварвальде в принципе столько человек наберется!

Ярик просиял, схватил плакат в охапку и кинулся на улицу. Черныш, мурча, поскакал за ним. Я пригладила волосы, расправила платье и встала за прилавком.

Меня охватило волнение, но оно было приятным. Сразу вспомнилось, как я открыла маленькую лавочку в своём мире. Правда, тогда возможностей для рекламы было больше: я и шарами вход украсила, и рядом красивый указатель поставила, и придумала акцию: купи булочку, получи в подарок стакан чая или кофе.

День тогда выдался отличный: народ повалил толпой. Благо, тогда был разгар зимы, на улице стояли трескучие морозы, поэтому перспектива выпить горячий напиток оказалась очень привлекательной.

Сейчас же тепло, будет ли так же много охотников до булок?

– Будут! – твёрдо сказала я самой себе. Жизнерадостно улыбнулась и устремила выжидательный взгляд на распахнутую дверь. Вот-вот в ней появятся первые посетители!

И точно. Ярик даже ещё не успел начать зазывать, как на входе кто-то нарисовался. Я набрала воздуха в грудь, чтобы поприветствовать посетителя… и все слова застряли у меня на языке.

– Всё никак не успокоишься, да? – гаденько улыбаясь, промурлыкала Сильвия, заходя в лавку. Следом за ней прошмыгнула Офелия и цепко, как крыска, окинула взглядом помещение.

Ухмыльнулась мне, обнажив мелкие зубы.

– Ну здравствуй ещё раз, Миленочка! – противным высоким голосом протянула она, – На сегодня твоя лавка закрывается. К тебе пришли мы!