Измена. Всё начинается со лжи

Эпилог

– Ну, привет, училка, – Ваня ловит меня в объятья и щекочет, когда выхожу за ворота школы, где начинаю свой первый рабочий год в качестве учителя русского и литературы.

– Держи, – хмыкая на его подколку, вручаю охапку цветов в шуршащих обёртках. – Надеюсь, ты мне букет не покупал? У меня тут целая поляна.

– Покупал, каюсь. Дома в вазе ждёт.

– Мама! – Рита тянет ручки, чтобы обнять меня.

– Привет, мой рыжик, – целую дочку в щёку.

– Мы с папой и тортик купили, – сдаёт она Ваню.

– О-о-о… тортик… это хорошо.

Смотрю на Ваню чуть укоризненно. В отпуске я набрала пару кило, юбка в талии уже в натяг. Это очень непривычно для меня, так как обычно мой вес и объёмы стабильны. Так что я просила Ленского воздержаться от выпечки к завтраку и тортиков по выходным.

Он нередко возвращается домой по пятницам с десертами. Это стало нашей семейной традицией. Кондитерка или мороженое в конце недели. Рита в восторге. Мне тоже нравилось, пока юбка застёгивалась.

– Как первый день? – интересуется мой муж.

– Ох… – повожу плечами и мотаю головой, улыбаясь счастливой улыбкой. – Отлично.

– Чтоб ты так каждый вечер после работы говорила.

– Так… хватит подкалывать, – поддеваю его локтем.

Я хотела взять первый класс, но мне, как перспективному и энергичному педагогу директор подсудобила пятый «В» на классное руководство. Я еле отмахалась от полуторной ставки. Но директор с завучем так таинственно улыбались, что, думаю, будут до финального предлагать мне взять дополнительные занятия.

А мне хочется больше времени проводить с семьёй.

И работать хочется.

Только Рита всё ещё маленькая. Ей только исполнилось четыре. Прошлый год – первый в детском саду, был сложный и весьма болезненный. Простуда шла за простудой. Но этим летом всей семьёй мы съездили на море. Пробыв там полтора месяца, я надеюсь, все зарядились солнцем, витаминами и крепким иммунитетом.

– Хотел предложить прогуляться в парке, но с таким веником будет проблематично, – заявляет Ваня, складывая букеты в багажник.

– Сам ты веник, – бросаю беззлобно.

– Может, завезём домой и на Крестовский на аттракционы, а?

– Кататься-кататься! – прыгает рядом Рита.

Выразительно смотрю на мужа.

– Ну теперь, конечно, только кататься! Без вариантов!

Ваня пожимает плечами, словно это и было так задумано.

– Грузимся и не теряем времени.

Устроиться в школу было моей идеей. Мне всё-таки хотелось начать работать по профессии. Неизвестно, как оно дальше сложится, но попробовать стоило. Когда в университете была практика, я и боялась, и радовалась. И сейчас было волнительно снова входить в школьные двери, но уже как учитель, а не ученица.

Ваня меня поддержал. В его фирме я работала удалённо, почти не появлялась в офисе. Вероятно, и в школе будет не особо разнообразная социальная жизнь, но точно уж не скучная.

В любом случае, я чувствую силы и желание работать. Это главное.

Два с небольшим года с момента нашей «фиктивной» свадьбы пролетели, как один миг. Мне кажется, мы всегда были вместе. А та семейная жизнь с Сашей будто была с какой-то другой Алей, не со мной. Словно кино со стороны посмотрела. Фильм ужасов, если быть точной.

Саша полностью исчез из жизни Риты. И Тамара Владимировна больше меня и моих родных не донимала звонками. С Элиной мы до сих пор общаемся, но редко. По обоюдному согласию Сашу не обсуждаем. Но как-то она упомянула, что с Катериной он расстался и нашёл себе совсем молоденькую девушку, первокурсницу. Конечно, только такой он и может ездить по ушам, строя из себя опытного и знающего мужчину. Я сама такой была когда-то: слепой и наивной. Но это не порок, а просто временной этап, который каждая девушка должна перерасти.

Вот и я смогла. Правда болезненным путём проб и ошибок. Но зато высшие силы послали мне Ваню и нашу чудесную Маргариту. Мне так хорошо, я счастлива, и даже немного страшно, что кто-то отберёт у меня это счастье. Я понимаю, это отголоски прошлого, и работаю над собой.

– Я быстро всё по вазам расставлю и едем, – командую, когда переступаем порог дома.

– Мама, пить хочу.

– Пошли, воды налью.

– Но я сока хочу.

– Соком не напьёшься.

Рита, сложив руки на груди с недовольным видом шурует следом за мной на кухню.

– Сока! Сока! Сока!

Закатываю глаза. Думала, кризис трёх лет мы уже миновали, но, видимо, не до конца.

– Хорошо. Полстакана сока. Полстакана воды.

– Неть! – топает Рита ножкой.

– Тогда только воды, – заходит Ваня на кухню.

– Неть!

– Тогда или стакан воды, или полстакана сока, полстакана воды. Выбирай.

Мне нравится его хитрый подход.

Рита недовольно сопит и, конечно, выбирает вариант, который я изначально предложила.

– Выдыхай, любимая, я беру её на себя, – целуем меня в висок Ваня, когда мы выезжаем в парк.

Конец августа в этом году был тёплым, и эта приятная погода так и держится. Я помню, что в том году начало сентября было дождливым и очень холодным. А в этом на прогулку даже куртка не нужна.

Рита просит покатать её на машинках, карусели, детских американских горках, проплыть на каноэ по извилистой искусственной реке.

Ваня исполняет все капризы дочери. И мои тоже.

– Вишнёвого пива хочешь? – подкатывает ко мне с предложением.

Я пила этот божественный напиток весь отпуск, но сейчас отрицательно мотаю головой.

– А чего так?

– А вдруг тут где-то гуляют мои ученики с родителями, ещё увидят, как их новая училка пивом закидывается!

– А что ж так… раз училка, что сразу – не человек?

– Никаких дурных примеров.

– Да ладно, Аль, встретить тут твоих учеников с родителями шанс невелик.

– Предпочитаю не рисковать.

– Как скажешь. Хот-дог?

– А вечером заполируем тортом?

– Да.

– Ай, давай, – взмахиваю рукой. – Гулять так гулять. А Ритке наггетсы и картошку фри.

Вскоре мы весело жуём неполезный, но такой вкусный фаст фуд.

– Ой, может, ещё один возьмёшь? Чего-то я такая голодная, – виновато смотрю на Ваню.

Я последнее время реально ем, как не в себя.

Но от второго хот-дога я едва осиливаю треть.

– Прости. Доесть не хочешь? – предлагаю.

– Птичкам оставь.

– Ну, птичкам не жалко, главное, чтоб не крыскам.

Смеёмся. И заканчиваем вечер на колесе обозрения. Обсуждаем планы на осенние каникулы. Ваня просит взять меня за свой счёт и мотнуться на неделю с родителями в санаторий. Между ним и моими родными полная идиллия. Мне даже не верится, что когда-то они встретили нас на своём пороге совсем не добрыми словами. Мама так просто им очарована. Про Сашу я её прошу не вспоминать, да нет-нет у неё проскочит вопрос, что там с ним. На что я ей всегда отвечаю: Интересно? Позвони, да узнай.

Естественно, она никому не звонит.

– Я люблю тебя, – шепчет Ваня, обнимая меня и смотря на город с высоты птичьего полёта.

– И я люблю тебя, – шепчу в ответ.

Домой мы привозим себя усталых и сонную Риту.

– Тортик, – бормочет она на руках у Вани.

– Завтра.

– Зубы почистить, – недовольно бурчу я.

– Тоже завтра, – отвечает Иван.

– Так нельзя.

– Ничего не случится за одну ночь.

Натянуто улыбаюсь.

Хотелось бы и мне когда-нибудь достигнуть нужной степени пофигизма, как мой муж. Особенно в отношении ребёнка.

Он по-прежнему часто занят на работе, ещё и в командировки мотается, открывает филиал в Москве и Новосибирске, но каждую свободную минуту старается проводить рядом с нами.

Мы вдвоём укладываем Риту спать, переодевая в пижаму полусонного ребёнка. До конца она не пробуждается.

– Я в душ, – сообщаю, выйдя из детской.

– Я, может быть, присоединюсь?

– Нет-нет, ты чаю поставь. У меня в планах торт. Вот такусенький кусочек, – прищуриваюсь и показываю миллиметровое расстояние большим и указательным пальцем.

– А может, вот такусенький? – передразнивает Ваня, разводя руки широко.

– Иди, – посмеиваясь, я выталкиваю его за дверь спальни.

А сама шурую в душ. Вода приятно смывает усталость. Я наливаю любимую шампунь в ладонь, чтобы помыть волосы и… внезапно меня передёргивает.

Божественный аромат пачули и роз, обычно обожаемый, сегодня кажется отвратительно безобразным.

Подавив рвотный рефлекс, тянусь за другой бутылочкой. Нашариваю детский вариант. Но запах бабл-гама ещё ужаснее.

– Что за… да нет… нет… – отрицательно мотаю головой. – Быть не может. Или может? – веду я сама с собой диалог.

Прошлый раз ведь тоже так было. Меня всё раздражало. Особенно запах стирального порошка. Искала всё без отдушки.

– Нет… – качаю головой. – Я не готова… Я только на работу устроилась. Меня пристрелят.

С трудом промываю волосы лесным бальзамом – густым мылом и вылезаю из душа. Завернувшись в халат подхожу к раковине, выдвигаю свой ящик и там, в глубине, нахожу тест на беременность. Он старый. Я его купила год назад, когда у меня была недельная задержка. А сейчас? Она у меня есть? Когда у меня вообще были «эти дни»?

– Хороший вопрос, – говорю своему отражению.

Я так забегалась с подготовкой к учебному году, класс оформляла ещё, что совсем про них забыла.

– Ну… есть один вариант, – внушаю себе. – И ты его знаешь.

Следующие три минуты смотрю, как вторая полоска на стике становится всё ярче и ярче. Она почти сразу проявилась. Значит, срок уже хороший. Недели четыре, может, пять.

Конечно, я не могу молчать. Я сразу иду к Ване. Другая на моём месте, может быть, сюрприз устроила.

Смеюсь вслух.

Ага… один сюрприз я уже Ване устроила когда-то. Хватит с него.

– Ты чего веселишься? – спрашивает муж, разливающий горячий ароматный чай по белоснежным чашкам.

Достал мою любимые чайные пары, которые я купила в наше прошлое путешествие.

Я протягиваю ладонь, прошу его вложить руку в мою. Ленский отставляет посуду в сторону и даёт мне ладонь.

– Вот, посмотри, – опускаю стик с двумя полосками.

– Что это? – наклоняет голову Ваня.

– Это бомба для моего руководства. Они так радовались молодому специалисту, а молодой специалист по весне свалит в декрет. Без всякого сожаления, – чуть нервно усмехаюсь я.

– Аля… Аля… – улыбка на лице Вани красноречивее любых слов.

Он сгребает меня в объятья, и я прячу счастливое лицо на его груди.

– Я люблю тебя, я очень счастлив.

– Я тоже… – выдыхаю. – Ты хочешь девочку или мальчика? – спрашиваю у мужа.

Его грудь под моей щекой вибрирует от тихого смеха.

– Я просто хочу, – шепчет он, прежде чем наклониться и поцеловать меня.