Измена. Всё начинается со лжи

Глава 9

– Ну что? Кто первый? – Руза, вопросительно приподняв правую бровь, смотрит на меня. – Ты или я?

В её глазах искорки смеха. Наверное, ей тяжело, но внешне она выглядит очень спокойно, а усмешка, с которой она говорит о почти бывшем муже и его двух любовницах, даже не наигранная.

Руза очень красивая, среднего роста с прекрасными ухоженными волосами, которыми я искренне позавидовала. Мои светлые превратились в какую-то паклю из-за стресса, и ничего им не поможет, видимо, кроме профессионального ухода.

На ней дорогая брендовая одежда, и я могу сказать, что выглядит Руза шикарно и стильно. Мы с ней немного из разных миров, но нам удивительно комфортно вместе с первой секунды знакомства.

Встретились мы в кафешке недалеко от Невского проспекта. Заказали уже по второй чашке кофе, пока пили первую, чуть нервно хихикали, обе в шоке от встречи в реальности.

– Знаешь, я никогда по интернету на свидания-то не ходила, не говорят о том, чтобы с девушками там знакомиться, – сказала чуть ранее Рузанна, и я, активно кивая, подтвердила, что сама такая.

– Ну а почему нет? – размешиваю остатки пенки от капучино чайной ложкой. – Я в декрете как-то весь круг общения растеряла. Пока училась, активно общалась с сокурсниками. Подружка в Москве была… есть до сих пор. Иногда я к ней каталась, иногда в Выборге пересекались, а потом куда-то все подевались.

– А я просто уже давно живу без подруг, – отмахнулась Рузанна и тяжело вздохнула. – В какой-то период одной стало проще. Но ведь это не обязательно, что с тобой всю жизнь остаются приятели со школы? Это ведь нормально заводить друзей и в более старшем возрасте?

– У моей мамы лучшая подружка с работы. Они познакомились, когда обеим глубоко за тридцать уже было. Не разлей вода с Анной Никитичной, она и женщина классная, люблю её очень, – заканчиваю я и с сожалением смотрю на дно пустой чашки. – Слушай, почему чай в чайниках продают, а кофе в кофейниках нет?

– Хорошая бизнес-идея, – смекает Рузанна. – Надо кому-нибудь подкинуть.

И мы обе снова хихикаем.

Подходит официант, молодой парень лет двадцати, улыбается нам, интересуясь не определились ли мы с заказом.

– Ой, – Рузанна хватает меню. – Может, вы чего посоветуете? Мы что-то в растерянности.

– В полной, – подтверждаю я, хлопая ресницами. – Только не пиццу, ладно?

Улыбка парня становится ещё шире.

– Давайте посмотрим, что вам может понравится, кроме пиццы.

– Кроме неё, – подчёркиваю интонацией.

Когда официант уходит, Рузанна снова приподнимает бровь.

– По-моему, ты флиртовала.

– Да?

– Вон он красный весь ушёл.

– Нет… да ладно? – наклоняюсь и смотрю парню в след.

Точно! Сзади шея розовая от смущения.

– Я не специально. Это, видимо, потому что я разводиться буду, кнопка флирта активизировалась автоматически.

Вот бы она и на Ваню тогда уж активизировалась. А то рядом с ним я подвисаю и могу лишь что-то бурчать и мычать, теряясь от эмоций и смущения.

– Всё? Ты уже точно решила разводиться?

– Точно, – киваю. – Он новую женщину в дом притащил, так что точно. Да и знаешь, стоило съехать и побыть одной, как будто шоры с глаз спали. Я теперь вспоминаю разные моменты и меня от каких-то корёжит. Всё-таки он жадный, раздражается по малейшему поводу и, если выпьет, то ведёт себя очень грубо.

Передёргиваю плечами, думаю про злосчастный корпоратив. Чувствую, его сегодня ещё раз вспомнить придётся. Более детально даже.

– Ну… пьянство не порок.

– Ага. А высшей благости урок, – откуда-то в памяти всплывает эта строчка.

И мы с Рузой хихикаем.

– Да нет, – отмахивается она. – А образ жизни, я хотела сказать.

Руза постукивает кончиками пальцев по столу и продолжает.

– Значит, ты съехала. Ушла в никуда?

Думаю о Ване. Интересно, это можно назвать в никуда.

– Съехала – это неправильное слово. Муж меня выпер. И вещи в мусорные пакеты сложил. Мои и ребёнка.

– Фу-у-у, как не по-мужски. У вас же ещё и дочь.

– Которая, как он считает, не от него, – киваю, а затем ещё более смущённо добавляю, – что, возможно так и есть.

– Опаньки, – оживляется Руза, – поясни?

– Ну… – достаю я салфетку из держателя, разворачиваю перед собой и начинаю аккуратно разглаживать места сгибов. Надо же чем-то занять руки. – Понимаешь, я теперь не уверена, что Рита от него. То есть я была уверена, что она от него, а теперь нет.

– Не совсем понимаю.

Вдох, выдох, ещё вдох.

– Я вот что подумала. Вдруг в консультации при постановке на учёт со сроками напутали? Так то по документам я Ритку родила на тридцать седьмой неделе. А что если на самом деле родила я её почти на сорок второй? На сорок первой с половинкой, если быть точной. Вес-то у неё большой был, как у переношенных. Девочки как правило поменьше, а она больше четырёх килограмм у меня родилась. Обычно же если засиделся, то крупнее ребёнок, так?

– Извини, я об этом ничего не знаю. У меня нет детей.

Киваю.

– Ну в общем, думаю, что технически я могла её переносить. Ну соответственно и зачать чуть раньше. И не с Сашей, – последнее добавляю едва слышным шёпотом.

– Вот это по-во-рот, – тянет Рузанна. – В твоём случае, это, может даже, и к лучшему. На фиг такого папочку. А кстати, кандидат на роль реального отца у тебя есть?

Покусываю губу чуть нервно.

– Есть…

– Планируешь с ним связываться?

– А чего связываться, – ещё более смущённо и тихо произношу. – Я сейчас у него живу.

Рот Рузанны в шоке приоткрывается. Она накрывает его ладонью и начинает смеяться. Из меня вырывается сдавленное хихиканье. Прекрасно понимаю, как мои откровения звучат со стороны.

– А вот это не просто поворот. Это поворотище! – заключает Рузанна.

– Всё так сложно.

Смех мой уже утих, и давящая на нервы реальность навалилась тяжким грузом на плечи.

– Не знаю, есть ли на свете люди, которые живут без проблем? Разве что в кино?

– Говорят, каждому по силам даётся.

Рузанна зависает на секунду, смотря куда-то в пространство.

– Мои на исходе, честно.

– Мои тоже, – киваю, – но жизнь продолжается?

– А почему вопросительно?

Мы снова улыбаемся друг другу. Официант, наконец, приносит наш заказ. Флиртовать с ним мне уже не хочется, поэтому я ограничиваюсь милой короткой улыбкой. Беру вилку в руки и смотрю в тарелку.

– Давай немного перекусим, а потом, раз уж ты первая заговорила, тебе и рассказывать, как ты оказалась у гипотетического отца своей дочери и каким образом он случайно стал папой.

– Я не уверена, что это так. Не на сто процентов.

Рузанна со смешинками в глазах смотрит на меня.

– А на сколько? На девяносто девять и девять десятых?

После её слов перед глазами проплывают строчки теста ДНК. Там, где написано: «вероятность отцовства «пыньк-пыньк» процентов». Надо бы как-то добыть биоматериал Вани и сделать тест, да? Чтобы точно быть уверенной? Ну и как я его добуду? Зубную щётку стырю? Подкрадусь, пока спит, и срежу прядь волос?

Э-э-э… нет. Тут, наверное, на чистоту придётся с ним разговаривать. А это меня пугает безумно!

Но когда-нибудь придётся.

– Что-то вроде того, – отвечаю на вопрос Рузанны.

А потом мы оказываем должное внимание вкусной еде и красному вину, которое заказали, посовещавшись. Такие жизненные истории лучше обсуждать с бокальчиком успокоительного.

Очень скоро мне приходится перенестись на некоторое время назад. В начало тёплого ноября, в загородный отель, куда сотрудников Сашиной фирмы пригласили вместе с семьями. Я никогда не бывала на подобных мероприятиях, и очень нервничала, как всё пройдёт, что с собой надо взять, как не подвести мужа, не ударить в грязь лицом перед его коллегами. Совершенно без опыта, ни разу в жизни не работавшая девушка, только со студенческой скамьи – вот кем я была. Но Саша уверил меня, что всё пройдёт отлично.

– Возьми какое-нибудь красивое платье для ужина. Удобную одежду для дня. И мне рубашку погладить не забудь, – чмокнул в щёку и куда-то убежал, оставив меня одну паковать дорожную сумку на двоих.

Чуть больше двух лет назад

Загородный клуб, в который мы приехали, был огромным. Располагался он на севере области на берегу одного из многочисленных озёр, усыпавших Карельский перешеек. Когда-то тут прошёл ледник, именно он оставил после себя красивый рельеф местности и тысячу прозрачных водоёмов разного размера.

Я вышла из машины, вдохнула полной грудью свежий хвойный воздух, подняла голову к серому осеннему небу, в котором висела постоянная дымка дождевых облаков. Чувства были приятными и привычными. Местность напоминала окрестности родного Выборга, до которого отсюда было около полутора часов езды.

– Аль, не тормози, – вклинился в мои мысли Саша. – Возьми пакет из багажника.

– Да, сейчас.

– Где здесь администрация? А наши где?

Нашими они были только для Саши. Я же, считай, никого не знала, кроме пары человек, к которым мы минувшим летом ездили на дачу. И очень надеялась, что они здесь будут, потому что среди сотни незнакомых лиц я вот как пить дать буду чувствовать себя неудобно. Мне даже сейчас как-то было не по себе. Я не интроверт, серьёзно, но и от экстраверта во мне не так уж много. Где-то серединка на половинку. Скорее меня пугала неизвестность и необходимость запоминать чужие лица и имена в большом количестве.

– О… Каменев здесь, – указал на машину Саша. – Ну, значит, всё отлично.

Всё отлично, как оказалось позже, это возможность выпить с другом и коллегой до начала основного действия. А пока мы пошли в сторону домика с надписью: «Ресепшн», чтобы получить ключи от номера и заселиться.

Отель, база или гостиничный комплекс, чёрт знает, как его можно было обозвать, состоял из основного здания и коттеджей различного формата. У меня глаза разбежались от обилия вариантов размещения, список которых был представлен на рекламных буклетах на стойке администратора. Дюплексы, триплексы, таун-хаусы, коттеджи на разное количество гостей, де-люксы, сьюты и много других непонятных слов промелькнуло перед глазами.

– А что мы не в домике? – донёсся до меня разочарованный вздох Саши.

Посмотрев его кислое обиженное лицо, я вздохнула. Мне вот было непринципиально, где жить. Спасибо, как говорится, что сюда позвали. Но у Саши, видимо, были какие-то ожидания от отдыха.

– Да, для вас забронирован номер повышенной комфортности в основном здании.

Девушка объяснила, как дойти до корпуса, а Саша, буркнув спасибо, подхватил сумку и бросил:

– Пойдём.

Я посеменила за ним, поблагодарив администратора за нас двоих.

– Номер повышенной комфортности, – протянул недовольно Саша. – Тьфу на них. Улучшенный… Блин. Обычный стандарт со свежим ремонтом.

– Что плохого в ремонте? – заметила я.

– Ничего… ничего хорошего, – обиженно протянул муж. – Все руководители групп и отделов, небось, по отдельным коттеджам расселились. Бухгалтерия, наверняка, тоже себя не обидела. Уж получше номера хапнули. А моль, вроде нас, менеджеров, должна в основном здании в обычных стандартных условиях ютиться.

– Кого-то вообще, возможно, не пригласили, – аккуратно заметила я.

– Кого? Уборщицу? Не… даже Славик здесь. Вон, смотри, в волейбол играет. А Славик наш курьер. Интересно, он тоже в основном здании или за какие-то заслуги люкс получил? Он вообще с главбухом бахается. Она его на пятнадцать лет старше, но это им не мешает.

Я поморщилась от откровений Саши. Время от времени он меня посвящал в офисные сплетни. Рассказывал он, а стыдно было мне. Возможно, это от того, что их его уст новости звучали как-то гадко.

Команда пропустила мяч. Раздались разочарованные крики, потом кто-то бросил:

– На подачу! Не спим!

Я посмотрела на площадку, где его коллеги, те, кто приехал пораньше, рубились в волейбол. Там были в основном мужчины и несколько девушек, чуть постарше меня. Высокий светловолосый блондин шёл к задней линии игровой площадки в зону подачи, вертя в руках мяч.

Будет кручённый, – подумала я.

Блондин повернул голову в сторону, будто почувствовав мой взгляд, и улыбнулся. В груди поселилось странная смесь чувств: теплоты и смущения.

Я быстро отвела взгляд и уставилась на спину Саши, который обогнал меня и шёл вперёд размашистым раздражённым шагом. Нервные окончания продолжало покалывать. Почему-то казалось, что неизвестный блондин так и смотрит мне вслед.

Ты замужем, Аль… ЗА-МУ-ЖЕМ! И не должна зацикливаться на взглядах чужих незнакомых мужчин, пусть даже и заинтересованных! – вещал внутренний голос.

Ну и что? – тут же возразила я самой себе. – Подумаешь, что замужем. Что ж теперь, паранджу надеть и запереться в тёмном подвале, чтоб наверняка? Любой девушке приятны заинтересованные мужские взгляды. Это ж не измена какая-то.

Но внутри я почему-то воспринимала это как измену. Может, оттого, что Саша уже как-то обвинял: «Чего это он на тебя пялится? Почему ты улыбаешься незнакомым мужчинам? Ты моя жена или кто?»

Тогда мне это казалось проявлением любви, что ли. Даже подруга Машка уверила, что ревность – это очень даже правильно. Её собственный парень, мол, тоже ей говорил сильно короткие юбки не надевать, а джинсы «в облипку» выкинуть из гардероба. По мне так дичь какая-то! Но когда нечто подобное прорезалось у Саши, я себя уверила, что это нормально.

Наконец, мы подошли к основному зданию. Номер наш оказался на первом этаже, что тоже вызвало у мужа поток возмущения.

Я мысленно закатила глаза: неужели теперь все выходные буду это выслушивать? В корпусе было всего два этажа. И если на первом, по мнению Саши, было слишком низко, уверена, на втором ему было бы слишком высоко. Он просто был раздражён и изливал это раздражение, как умел, и на того, кто под рукой. То есть на меня.

– Милый, ну не злись. Мы же тут не жить будем. Только ночевать, – обняла его и чмокнула в щёку. – Подумай лучше о вечере. О праздничном ужине. Да мы там можем до середины ночи гулять. Кровать есть и отлично. Главное, что туалет не на этаже, – попыталась пошутить я.

Саша шумно выдохнул, но похлопал меня по ладони, лежащей на его груди.

– Ладно, может, ты и права.

– Конечно, права. – Поднявшись на цыпочки, снова чмокнула его в щёку. – Давай переведём дух после дороги и пойдём осматривать территорию?

– Давай.

Я пошла выгребать вещи из сумки, а Саша развалился на кровати с телефоном. Смотрел короткие ролики и посмеивался над особо смешными. Я повесила на плечики его костюм для вечера и своё платье. Посмотрела, что в закутке между шкафом и ванной есть утюг и гладильная доска. Прекрасно. Можно обработать замятые места.

Отнесла в ванну косметику и утюжок для волос, который пригодится для укладки.

– Иди сюда, – Саша отложил телефон и похлопал по покрывалу, когда я вернулась в комнату.

Веки его были чуть прикрыты, усмешка на губах свидетельствовала о том, что у мужа не просто полежать на уме.

– Саш, я…

– Иди сюда.

Более твёрдо повторил он. И я сдалась. Хотя мне вот прямо сейчас не хотелось заниматься любовью. Я была с дороги, утомлённая утренними сборами и ранним подъёмом. Накануне поездок у меня всегда бессонная ночь. Эта не стала исключением. Сейчас бы я предпочла принять душ и поспать пару часиков. Но Саша, стоило мне приблизиться, схватил меня за талию и повалил на диван.

– Аррр… – зарычал он, покусывая мою шею. – Аля, какая ты сладкая, так бы и съел. Люблю тебя, малыш.

– Я тоже люблю тебя, – погладила его по волосам.

Так… ну что я за жена такая? Раздражаюсь от того, что муж раздражён? Да он же работает много, обеспечивает нас. Вот в ипотеку вписался год назад, тянет на себе весь бюджет. Я ведь только доучилась и пока нигде не работала. Летом пропустила набор в школы, а сейчас, считай посреди учебного года, педагоги не требовались в учебных заведениях поблизости. Ездить куда-то, откровенно говоря, не хотелось. В нашем дворе строилась новая школа, и я думала, что на будущий год пойду туда учителем русского и литературы, ну или началку возьму.

Муж быстро стянул с меня футболку и начал покусывать грудь сквозь нижнее бельё. Взяв меня за запястье, переместил руку себе на ширинку.

– Сожми его, детка.

Чёрт… ну что делать, когда возбуждение на нуле? Коллина Фарелла что ли голым представить? Или Бреда Питта двадцатилетней выдержки?

Я прикусила губу, сделала, как просил муж и зажмурилась, пытаясь сосредоточиться на собственных ощущениях. Самовозбуждение наше всё.

Но когда Саша потянулся к молнии на джинсах, зазвонил его телефон.

– Прости, – быстро поцеловал меня в скулу и схватил валявшуюся на кровати трубку. – Здаров, Кир… ага… приехали. Ну так… я твою тачку видел на парковке. Ахахах… да ты гонишь!

Пока Саша говорил, я надела обратно футболку и села, подтянув колени к груди.

Как говорится: «Галя, у нас отмена». Чему я была, кстати, несказанно рада.

– Так, – закончив разговор, Саша вскочил на ноги, поправил свои штаны, и почесал мочку уха. – Я пойду с Киром выпью, расслаблюсь. Ты там чего хотела? В душ?

– Поспать.

– Ну, поспи. И приходи к нам. Позвонишь, когда соберёшься, я сориентирую, где будем.

– Хорошо.

А дальше Сашу словно ветром сдуло из номера.

Так что я смогла спокойно постоять в горячем душе. Подкрутить регулировку радиаторов на максимум. Из нас двоих Саше вечно было жарко, а мне тотально холодно. И забраться под одеяло, чтобы подремать часок-другой.

Меня резко вырубило. И резко включило обратно.

Кто-то громко смеялся, вернее, ржал в коридоре. Послышался топот и голоса. Кажется, там катили чемодан на колёсиках. Народ активно прибывал на базу.

Сладко потянувшись, я приказала себя встать. Частичка интроверта во мне продолжала убеждать, что остаться в номере – самая здравая идея. Но реальность такова, что это было невозможно.

Так что я облачилась в удобную и тёплую одежду и вышла на улицу, взяв курс на корпус администрации. Ещё по заезду приметила там что-то вроде лобби бара. Хотела взять чай, согреться, а после уже звонить Саше и спрашивать, куда подойти.

В лобби несколько столиков были заняты. Прищурившись, я осмотрелась, за одним узнала людей из команды волейболистов. Игра давно была закончена, и народ отдыхал. Тот незнакомый блондин был среди них. Он о чём-то мило беседовал со своей соседкой.

– Каждый грамм за создателей программ! – зычным голосом на всё помещение провозгласил какой-то бородатый круглолицый мужчина из их компании и опрокинул в себя рюмку чего-то, напоминающего коньяк.

Все рассмеялись, и соседка блондина, хихикая, наклонилась, утыкаясь ему в плечо. Он погладил её по спине.

А я отвернулась, думая, что это точно некультурно так пристально разглядывать людей.