Мама для двойняшек. (не)случайная ошибка

Глава 14

Стоит открыться тому, что я "суррогатная мать" для детей Юдина, моя жизнь уже никогда не станет спокойной.

Я не понимаю таких матерей, которые готовы за пачку денег свою кровь отдать непонятно кому, и никто из моих родственников тоже этого не поймет.

Но если я и могла бы в такой ситуации промолчать, оставив свое мнение при себе, то все они... нет, будет совсем не так. Даже возненавидев Антона за его поведение, никто не сможет легко принять "мою измену" ему в браке и то, что я еще и отдала вторую свою дочь Матвею, а теперь он и Диану хочет забрать.

Не то воспитание, совсем не то. И ведь знать это будут не только родственники, но и друзья, знакомые, а еще соседи, как Катя. Все...

Моя жизнь будет испорчена. Еще хуже, чем сейчас.

– Ловко ты, конечно! Вечно казалось, что ты из дома не выходишь, а на самом деле такое провернуть смогла под носом Антона!

Катя продолжает говорить, эмоции от такой сплетни переполняют ее так, что рот закрывать она и не думает.

Я уже просто не выдерживаю. Зажмуриваю на секунду глаза, а затем резко открываю дверь квартиры, чтобы дать понять соседке, что наш разговор подходит к концу.

– Это какое-то недоразумение. Я не знаю, откуда это фото! – не придумываю ничего лучше, просто так сразу обрубаю нескончаемый поток информации о себе, который слушать вообще не хочу, а затем влетаю в квартиру. – Всё, пока!

– Эй, Лер!

Катя удивляется моей резкости и хочет еще что-то сказать, но не успевает. Я закрываю дверь прямо перед ее носом.

Она стучит по двери, явно не желая заканчивать со сбором сплетен, но я не реагирую.

Внутри всё бурлит и разъедает, словно кислотой. В очередной раз глаза наполняются слезами, а губы дрожат. Ноги не выдерживают, и я оседаю на пол прямо возле двери.

Еще совсем недавно мне казалось, что я одна из самых счастливых женщин на свете, несмотря на все трудности жизни, а теперь... теперь я сижу в прихожей обобранной квартиры. И не просто кем попало, а родным мужем.

А по интернету в это время уже гуляет куча статей о том, что я грязная любовница и разрушила брак Юдина. И это еще у СМИ нет информации, что я официально числюсь, как суррогатная мать. Прямо так и представляю заголовки, что сурмама родитал Юдину не только детей, но и увела его из семьи. Прямо история для первого канала.

Всхлипываю и чувствую, как первая слеза срывается по щеке. После чего тут же ее стираю рукавом и тру глаза, не позволяя себе плакать дальше.

Стук в дверь, наконец, прекращается, и на лестничной клетке становится тихо. Видимо, соседка угомонилась и ушла к себе, на мое счастье и спокойствие.

Я же в этот момент вскакиваю с твердым намерением уехать домой к родителям и Диане, стараясь поменьше сейчас смотреть по сторонам.

От взгляда на тот бедлам, что творится вокруг, мне больно и безумно плохо, но я решаю закрыть пока что на это глаза. После того, что узнала из новостей, оценивать ущерб, так еще с кем-то, нет сил.

Израненное сердце требует увидеть дочь, наплевав на остальное.

Спешу в спальню, минуя разруху, которая царит кругом. Сейчас тут даже нет нормальных сумок, чтобы собрать вещи. Антон в них сложил ценные мелочи и унес раньше, чем я приехала.

Я складываю оставшиеся свои и детские вещи по двум большим пакетам и вызываю такси. Ищу по карманам своих курток, где лежит мелочевка, нужную сумму на поездку, и горько вздыхаю.

Это всё, что у меня есть, и больше ничего.

Запираю квартиру и спускаюсь к такси. Пакеты тяжело нести, но это меня волнует меньше всего.

– Здрасте! – главная сплетница нашего дома, тетя Люба, уже сидит на лавочке перед подъездом со своими подругами.

По одному взгляду ясно, что они уже знают всё, что им нужно. И осуждают, вон каким взглядом провожают.

– Здравствуйте... – охрипшим и тихим голосом отвечаю и тороплюсь к такси.

Но так просто меня не отпускают.

– А куда ты, Лерочка? Не к богатому ли любовнику часом? – эти слова врезаются в спину как очередной нож, пробивая меня насквозь и отравляя мою кровь своим ядом.

Дышать становится тяжело. Лица-то видно не было на фотографии, но такие сплетницы прекрасно знают, как выглядит моя дочь, да и Катя вряд ли удержалась от такой сплетни и наверняка всем уже разболтала обо всем, что здесь случилось ранее.

Она не самая ужасная знакомая, но никакие секреты ей лучше не доверять. Никогда.

А тут вообще такое...

Сперва хочу ответить коротко и нейтрально, а затем просто сесть в машину. Но другая тетка, Лена, кажется, демонстративно шепчет на ухо еще одной их подружке рядом.

Так, что слышно буквально всё.

– То-то Антон в таком бешенстве был! А она еще на него полицию вызвала...

Вот так просто они перевирают настоящие факты, чтобы история была гораздо интереснее, ведь им больше нечего обсасывать, кроме чужих косточек.

Если бы не пакеты, я не выдержала бы и накинулась на злостных сплетниц. Как всё осточертело!

В один миг все оказались против меня из-за Антона и из-за Юдина. Чертовы мерзавцы!

– Никому я не изменяла и никаких богатых любовников у меня нет! И Антон никакой не святоша, это он всю кашу заварил! Но это уже неважно, вам всё равно на это плевать будет, главное что посочнее обмусолить друг с другом. Знаете, что? Попробуйте за своей жизнью последить, а не за чужой! А то возможно что-то действительно важное пропустите так! Вы, теть Люба, лучше бы дочкой-наркоманкой с таким усердством следили бы, а вы, теть Лен, или как вас там, за внучкой, которая все соседние дворы уже обслужила!

Сплетницы не ожидали такой реакции на свою провокацию и не находят, что ответить. Хотя возмущение на их лице написано так явно, что мне становится даже смешно. Вот уж про кого говорят, в собственном глазу бревна не видят.

Впрочем, я и не жду от них какой-то реакции, а загружаю пакеты в багажник и сажусь в такси.

Всю дорогу водитель как-то странно поглядывает на меня в зеркало заднего вида, будто запомнил из статей мою одежду или кудрявые волосы, но не наглеет и ничего не спрашивает.

Меня же уже всю трясет от гнева. Внутри всё клокочет, а сердце болезненно бьется о ребра. Кусаю губы, стараясь дышать ровнее, но всё равно не помогает.

Остается надеяться, что хотя бы мама не устроит расспросы и не сведет меня с ума окончательно. Папа хотя бы на рыбалке сейчас. К встрече с ним я смогу подготовиться.

Когда машина, наконец, останавливается у дома родителей, из-за собственных мыслей я выматываюсь окончательно и с трудом выхожу из салона. Надеюсь, что хотя бы сейчас я смогу передохнуть от череды ужасных новостей, которые отравляют мою жизнь.

Но этим мечтам не суждено сбыться.

Прямо возле дома родителей стоит знакомая машина и уже знакомый Матвей Юдин, от вида которого всё внутри аж сжимается еще сильнее. Мы ведь расстались совсем недавно, и именно здесь я ожидала увидеть его меньше всего.

– Что еще? Мы ведь только расстались, – настороженно спрашиваю я, предчувствуя беду.

Неспроста ведь он приехал именно сюда. В дом, где сейчас находится моя Диана.

– Я приехал, чтобы увидеть дочь. И обсудить контракт.

К горлу подкатывает страх. Почему же он не предупредил о приезде раньше? И ждал ли меня вообще? Может, просто не успел подняться наверх и забрать мою девочку?