Мама для двойняшек. (не)случайная ошибка

Глава 25

С тех пор, как отец вовсю начал раскручивать клубок, который был смотан Антоном и его жадностью, я чувствую себя как за каменной стеной. Сокрушаюсь, что не посвятила родителей в свои проблемы сразу. Думала, что они будут меня осуждать и примут сторону Антона, решив, что это именно я стала инициатором стать суррогатной матерью, но всё оказывается ровно наоборот.

– Да как ты могла подумать, что мы поверим, что ты могла так поступить, Лера? – спрашивает мама и качает головой на следующий день, когда я набираюсь смелости рассказать о своих страхах.

– Переживала, что осуждение соседей скажется на вас. Да ты, мам, и сама видишь, какая шумиха сейчас поднялась в интернете. Меня как только не костерят там.

– Есть и те, кто против Юдина, дорогая, так что о СМИ тебе вообще не стоит переживать. Завтра эта история забудется.

– Ну уж завтра точно нет, – вздыхаю я, наблюдая за тем, как Диана спокойно сидит на коленях у мамы и кушает кашу. Мне же такой трюк никогда не удавался, видимо, у мамы волшебная энергетика.

– Я условно, доченька. Как будет новая сенсация, ваша история с этим Юдиным утихнет. Все забудут.

– Это будет потом, мам. Я же вижу, как родственники терроризируют твой телефон и пытаются дозвониться. Все уже видели новости и теперь хотят знать подробности.

Мама морщится, услышав про родственников, но затем качает головой. В последнее время, чем старше она становится, тем более спокойной и оптимистичной предстает в моих глазах. Раньше она, наоборот, сильно переживала из-за чужих сплетен и того, что о нашей семье подумают.

– Ничего, перебьются, стервятники. Своей личной жизни нет, вот и интересуются чужой.

Мама даже потрясает кулачком в воздухе, намекая, как относится ко всем этим любителям сплетен.

– Надеюсь, что ты права, и вся эта шумиха скоро уляжется, но со связями Юдина… Сомневаюсь я в этом что-то.

Я качаю головой и раздумываю о том, точно ли адвокат отца сумеет вывернуть ситуацию в нашу пользу. Он уверил, конечно, что постарается сделать всё в лучшем виде, да и отец за него поручился, но в последнее время я беспокоюсь об этом всё больше. В конце концов, на кону дети, и удача здесь неуместна.

– Ты посидишь с Дианой, мам? Хочу сходить в ту клинику и самой поговорить с сестрой Антона.

Я никак не могу успокоиться, мне хочется хоть что-то предпринять, ведь неизвестность страшит, так что когда мама соглашается, я быстро одеваюсь и уже было хочу выйти, как в дверь снова барабанит кто-то из соседей.

– Я разберусь, мам, – кричу я ей, чтобы не выходила из кухни, сама же открываю дверь и выскакиваю на лестничную площадку, захлопывая дверь за собой обратно.

– Баба Люда? Какими судьбами? – спрашиваю я у соседки снизу, которая заявилась со своим фирменным брусничным пирогом.

– Да вот, Лерочка, угостить хотела твоих родителей. Мне бруснику родственники привезли с дачи, так что вот, решила и себя побаловать, и отца твоего побаловать, он ведь любит пирог.

– Отца нет, баб Люд, а у мамы аллергия на бруснику, так что угостите других. И еще мама заболела, так что ее лучше не беспокоить. До свидания.

Для пущей убедительности я проворачиваю в двери ключ и уже хочу уйти, как вдруг она решает не церемониться и сразу переходит к делу.

– А это правда, что по телевизору про тебя показывают и говорят? Неужто бизнесмена обхитрила? Не заигрывалась бы ты, девочка.

– Во-первых, я вам не девочка, – резко выпаливаю я, не собираясь терпеть ее нравоучения. – Во-вторых, не ваше это дело. И не лезьте к моей семье, нечего стервятничать.

Я убегаю вниз по лестнице, не собираясь сто лет ждать лифт. Соседка что-то кричит мне вслед, но у меня нет ни времени, ни желания ее слушать, так что я стараюсь особо не заморачиваться.

Перед выходом из подъезда осекаюсь и останавливаюсь, понимая, что там наверняка до сих пор караулят журналисты, но в этот момент внутрь входит отец и останавливает меня.

– Не глупи, дочь. Тебе не стоит появляться в клинике. Мы с адвокатом уже там были и добыли доказательства, которые пригодятся нам в суде.

– Добыли? – выдыхаю я, чувствуя облегчение.

– Да. Сестру Антона, которая подделала документы, уволили, но клиника не успела замести следы. Понимают, что им тоже грозит обвинение в мошенничестве, это ведь их сотрудник провернул у них такое под носом, да еще и используя их логотип и имя.

– А что с Кариной? Мне ее вернут?

– С этим сложнее, но мы подадим иск об установлении материнства. Хмельницкий уверяет, что такие случаи – редкость, но постарается сделать всё, что в его силах.

Выражение лица отца мне не нравится. Категорически.

– В чем дело, пап?

– Он советует пойти на мировую с Юдиным. Установить его отцовство и твое материнство с обоюдного согласия. И договориться о совместное опеке.

С одной стороны, меня радует, что никто уже не отберет у меня Диану, а с другой, я понимаю, что договориться с Юдиным после того, что он думает обо мне, будет практически невозможно. А уж если к нему вернулась жена, то они вовсю вдвоем будут стараться опорочить мое имя и отобрать детей.

– Пап, еще кое-что нужно сделать. Антон подделал какие-то записи, на которых я якобы с ним в доле и сама согласна на суррогатное материнство и хочу выкачать деньги с Юдина.

– Не переживай. Я уже в курсе. Был у меня разговор с этим Юдиным, и телефон твой мои знакомые спецы проверили. Работал настоящий профессионал, это не уровень Антона. В суде эту липу не примут, это подделка, хоть и очень высокого уровня, и мы уже работаем над тем, чтобы определить источник проблем.

Эта новость вызывает у меня облегчение, но мысль о том, что кто-то стоит за спиной Антона и еще хочет мне насолить, навевает на меня тревогу.

– А у Михаила Агафонова есть такие возможности, пап? – делаю я догадку, и судя по тому, как хмурится отец, он обладает такими ресурсами.

– Обладать, обладает, но у семьи Агафоновых давно установились ровные отношения с Юдиным. Поделили сферы влияния и не лезут друг к другу. Да и смысл им вмешиваться в личные дела Юдина и уже тем более Антона? Михаил хоть и его одноклассник, но не тот уровень близости.

Я прикусываю губу и смотрю на отца таким взглядом, что ему сразу становится понятно, что есть кое-что еще.

– Антон встречается с Алиной Агафоновой, пап. Так что он наверняка их будущий зять.

В воздухе повисает догадка, которая была настолько очевидной, что я сокрушаюсь, как не подумала об этом раньше. Антон ведь всегда был трусом, так что не удивлена, что и сейчас прячется за чужой спиной.