Мама для двойняшек. (не)случайная ошибка

Глава 29

Снова чувствовать себя комфортно в обществе друг друга нам с Матвеем удается нескоро. Проходит по меньшей мере месяц, прежде чем мы притираемся и общаемся уже без того напряжения и осторожности, которые были раньше.

Мне было тяжело с ним общаться именно из-за того, что, когда я ему открылась, поверив, что всё будет между нами обоюдно, он ударил меня ножом в спину, решив, что обвинения против меня настоящие.

При этом сейчас я старалась не только идти навстречу, но и встать на сторону Матвея, которому сложно доверять женщинам, особенно после того, как его женой была Жанна, которая бросила его вместе с ребенком. Да еще и предала, переспав с конкурентом.

Кто-то бы сказал, что я полная идиотка, которая пытается влезть в чужую шкуру и оправдать мужчину, но я не могла отбросить тот факт, что мужчина такого уровня, как Матвей, у которого водится много денег и который на слуху, всегда будет привлекать женщин легкого поведения. Им нужны от него именно деньги, и он привык, что вокруг него крутятся именно такие девицы.

Так что и ему довольно сложно перестроиться и смотреть на мир по-другому. И весь этот месяц мы менялись, открывая для себя новый мир.

– Ты уверена, что он не обманет тебя снова, дочка? – спрашивает в один из дней снова мама, которая никак не отпустит прошлую ситуацию.

Я даже немного жалею, что рассказала ей всё в подробностях, так как она переживает за меня больше, чем я сама.

– Ни в чем нельзя быть уверенной, мама, но я не буду закрываться от всего мира и запрещать Матвею видеться с Дианой, тогда мне не видать встреч с Кариной. Ты же понимаешь, что мы оба идем на компромисс и договариваемся о совместной опеке?

– Понимаю, Лера, но не верю, что этот мужчина может измениться. Он же разведен, неспроста эта Жанна его бросила.

– Мам, ты что, снова смотрела передачи, где Жанна меня порочила и вываливала на всю страну мое грязное белье?

Я неверяще смотрю на маму, так как вообще не хотела, чтобы она во всё это слишком сильно вникала.

Мне было стыдно, и я надеялась, что остальные родственники были не так увлечены моей жизнью, как мама. Вот только мои надежды тщетны, и я это прекрасно осознаю. Всем бы только посплетничать да кому-то косточки перемыть.

– Да нет, Лера, как раз-таки не эти видео, а новое, которое вышло только вчера. Ты что, еще не видела?

Мама выглядит не только обескураженно, но и виновато. Отворачивается, надеясь, что я забуду эту тему, но она меня вдруг заинтересовывает.

Сердце начинает стучать громче, и я отчего-то уверена, что дело не в Жанне.

Насколько я знаю, Юдин позаботился о том, чтобы она больше не появилась на телевидении. Уж не знаю, кому он заплатил, но проблем она и правда больше не доставляла.

При этом беспокойство меня, конечно же, не покидает ни на минуту, как бы мама не думала обратное, глядя на мое поведение. Просто я, как мать двух детей, стараюсь сильно не тревожиться и не делать никаких поспешных выводов, а жить размеренно.

Я не слукавила, когда сказала маме, что боюсь, что мне ограничат встречи с Кариной. Несмотря на ее мысли, что я наивная девочка, которую может облапошить любой на раз-два, в этот раз я держу ухо востро и не обольщаюсь, что всё так, как выглядит внешне. Стараюсь смотреть на происходящее трезво.

Единственное, в чем я не призналась бы матери никогда, это в том, что эти встречи вчетвером напоминают мне прогулки полноценной семьей.

На целых два часа я забываю о том, что мы не среднестатистическая семья, которая завела двух детей в полноценном браке, а два совершенно разных человека, которые вообще никогда не должны были столкнуться, если бы не махинации нескольких меркантильных людей.

Несмотря на попытки мамы отговорить меня смотреть новое вышедшее интервью, снова забиваю свою фамилию в интернете и с неприятным удивлением вижу на экране свою бывшую свекровь.

Она с удовольствием смакует подробности моего брака с Антоном, выставляет меня в таком плохом свете, что, не зная, как всё было на самом деле, я бы сама поверила ее словам, настолько она правдоподобно звучит.

– Ей всегда было мало денег, она постоянно тянула финансы с моего сына, заставляла его работать на нескольких работах, даже отправила его чернорабочим на стройку. Мы с мужем устали закрывать ее долги и постоянно скрывались от коллекторов, даже не знали, что ее жадность достигла таких пределов, что она торговала детьми.

Мало того, что бывшая свекровь врет, облагораживая себя и свою семью, перекидывая на меня проблемы, которые они же сами создавали когда-то, так еще и так натурально плачет, что не подкопаться.

В груди моментально вспыхивает ярость, и я даже нерешительно посматриваю на дверь, понимаю, что сегодняшний день снова станет для меня каторгой. Только город забыл обо мне, переключившись на другие новости, так как на две недели отключили горячую воду, так теперь даже незнакомые мне люди снова станут перемывать косточки мне и Матвею.

Я не обольщаюсь, понимаю, что свекровь отправилась на передачу ради гонорара, а никак не ради собственного удовольствия. Конечно, ей в радость порочить мое имя и называть своего сына святым на всю страну, но деньги им сейчас, действительно, нужны, так как Матвея ожидают серьезные суды. Только его семья ошибается, думая, что смогут откупиться от правосудия.

Становится горько и неприятно, что мое имя снова полощут во всех СМИ, но я досматриваю видео до конца, чтобы понимать, о чем вообще там шла речь.

Сжимаю зубы и всё равно собираю Диану на прогулку, так как мы с Матвеем уже обо всем договорились, а затем спускаюсь вниз, где меня уже ждет охрана.

На удивление, в этот раз журналисты не караулят меня возле подъезда, и до центрального парка мы с дочкой едем без проблем.

– Как ты, Лера? Расстроилась? – сразу же обеспокоенно спрашивает у меня Матвей, который так же, видимо, уже увидел это несчастное видео.

Я поджимаю губы и отвожу взгляд. А затем рука Матвея вдруг касается моего подбородка, и он приподнимают мне голову. Заставляет посмотреть ему в глаза.

– Тебе нечего стыдиться, Лера. Это продажным людям нужно опускать взгляды и опасаться смотреть другим в глаза, а тебе делать этого не нужно. Ты ни в чем не виновата, мы оба это знаем. А насчет этой женщины не переживай. Сегодня же все каналы опубликуют опровержение, иначе моя компания их засудит за распространение клеветы.

Матвей выглядит серьезно, и мне становится приятно, что в моей жизни появляется мужчина, который обо мне заботится. За исключением отца, он первый, кто свои интересы не ставит превыше моих.

Единственное, Матвей – не мой мужчина, а просто отец моих детей, но приятнее от этого мне меньше не становится.

Я стараюсь улыбнуться, чтобы мое настроение не передалось детям, а затем раскрываю объятия для Карины, которая катается на детской машинке, затем замечает меня и бежит ко мне со всех ног.

Если Карина первая назвала меня мамой, в то время как Диана стеснялась Матвея и долго смотрела на него с опаской, то спустя месяц обе наши девочки полноценно привыкают к нам и называют родителями, что не может нас обоих не радовать.

Уж не знаю, какие связи подключил Юдин, но у нас на руках уже были свидетельства о рождении, в которых мы оба были прописаны родителями наших дочерей.

Именно этот факт меня успокаивает, свидетельствует о том, что Матвей на этот раз меня не обманывает и, действительно, готов поровну делить со мной как обязанности, так и права.

Конечно, время покажет, как сложатся наши отношения и как мы будем выстраивать наше общение, когда он женится или я выйду повторно замуж, но пока об этом говорить не приходится.

Сейчас мы стараемся больше проводить времени вместе и учимся доверять друг другу, а это процесс не быстрый, но мы оба это понимаем и события не торопим.

Юдин быстро расправляется с журналистами, которые позволили себе выпустить то видео-интервью с моей бывшей свекровью, и в нашей жизни наступает временное затишье.

Я не расслабляюсь и понимаю, что это затишье перед бурей, но ценю каждый миг, понимая, что вся моя жизнь будет состоять из взлетов и падений, и главное – это научиться радоваться каждому дню, который дарит нам жизнь.

Каждому дню, который я провожу в обществе своих любимых дочерей.

Дни проходят за днями, приближается суд над Антоном, а у меня на сердце поселяется тяжесть.

Возникает нехорошее предчувствие, от которого я никак не могу избавиться.

А когда наступает день икс, когда Антона должны осудить на несколько лет за мошенничество, в нашей жизни снова объявляется Жанна. С неприятными для меня новостями.