Мама для двойняшек. (не)случайная ошибка

Глава 31

Пока Матвея нет в городе, я чувствую себя не в своей тарелке. Настолько привыкла, что мы теперь часто вчетвером гуляем, что когда он оставляет мне Карину, с одной стороны, я радуюсь, что мои девочки со мной, а с другой, гулять с ними одной непривычно.

Ощущение, будто не хватает целой конечности, так что дни до приезда я буквально считаю чуть ли не по пять раз на дню.

– Мам, ты лучше отдохни сегодня, в ТРЦ я сама схожу с девочками, – говорю я спустя несколько дней маме, когда у нее с утра болит голова.

Она лежит на диване вся бледная, но всё равно пытается встать и возразить мне. Переживает за меня сильнее, чем чувствует недомогание.

– Папу хотя бы попроси, доченька, – стонет мама, когда проигрывает битву против своей мигрени.

– Так папа уехал за какими-то деталями на машину в СТО, будет нескоро, а к вечеру в ТРЦ столько народу соберется, что не протолкнуться. Так что мы лучше сейчас. Хочу девочкам присмотреть комбинезончики на зиму, а то уже холодает, а у них нет ничего.

Карина с Дианой безропотно стоят передо мной, пока я застегиваю на них курточки, а мама посматривает в коридор, словно боится потерять нас троих из поля зрения.

– А может, дома останетесь? Ты же говорила, что Матвей завтра прилетает. С ним вместе и сходите.

– На завтра у нас другие планы, – слегка смущенно говорю я и опускаю взгляд, чувствуя, как лицо покрывается краской смущения.

– Ладно уж, иди, Лерунь, но звони мне каждые полчаса. Я буду переживать.

Мама вздыхает, понимая, что меня не остановить, и я киваю, соглашаясь держать с ней связь. Ее опасения мне понятны, ведь Антона посадили, и теперь его мать ходит по всему городу и всем знакомым и не очень рассказывает, какая я дрянь, что спуталась с богачом и посадила мужа в тюрьму, чтобы просто избавиться от него. Якобы обвинила его в преступлениях, которых он не совершал.

Мне нет никакого дела до ее обвинений, но мама беспокоится, что эта ненормальная нападет меня, подгадав удобный момент. Я же осознаю, что бояться на постоянной основе невозможно. Так недалеко и до дистресса, а затем и до депрессии и агорафобии.

Да и детки до определенного возраста слишком сильно привязаны к матери и могут неосознанно перенимать мою тревогу. А им такие треволнения ни к чему.

Матвей оставил нам охрану, так что нервничала я меньше, а вот дети радуются походу по ТРЦ, реагируют на всё яркое и цепляющее глаз.

Им не по душе сидеть в душной квартире, а уж Карине тем более, ведь она привыкла, что в коттедже отца может всегда выйти на улицу, где может вдоволь порезвиться.

Я немного с горечью думаю о том, что Диана и Карина – две родные сестрички-близняшки, а жизнь у них была такая разная. Невольно задумываюсь о том, что если так будет дальше продолжаться, что Карина живет в шикарном доме с отцом, а Диана ютится со мной с моими родителями, в будущем между девочками возникнут недопонимания и размолвки.

Конечно, в первую очередь им нужна родительская любовь, но блага и удобства никто не отменял.

Накупив детям теплых вещей, я уже было хочу возвращаться домой и позвонить водителю, как вдруг ко мне подходит один из охранников. Новенький, кажется.

– Валерия Дмитриевна, – говорит он, а взглядом стреляет куда-то в бок. – Выход через сектор Б. Мы переставили машину.

– Да? Ну ладно. Тогда идемте, дети уже устали и хотят спать.

Мне отчего-то становится немного тревожно, я оглядываюсь по сторонам, но ничего подозрительного не замечаю. Стараюсь не нагнетать обстановку и не накручивать себя. Напоминаю себе, что мы находимся в очень людном месте, где никто не рискнет на нас напасть.

– Валерия Дмитриевна, вы простите, ничего личного, – вдруг снова заговаривает охранник, Илья, кажется, а затем резко хватает меня за предплечье и отбрасывает в сторону, когда мы оказываемся у выхода.

Я лечу на пол, ударяюсь головой о стекло, но успеваю в последний момент подставить руки, чтобы не разбить себе лоб.

Охранника ТРЦ нет на месте, и Илья беспрепятственно хватает двух моих девочек и несется на выход. Карина с Дианой находятся в панике и начинают жалобно кричать, протягивая в мою сторону руки, но куда им тягаться с такой детиной.

В моей голове проносится тысяча мыслей, начиная от того, что мама была права, а теперь я виновата в том, что моих детей похищают, заканчивая тем, что я пытаюсь понять, кому нужно это похищение и зачем.

Я подрываюсь с места, не чувствуя ни боли, ни толком своего тела, и бегу за мужчиной, на ходу спотыкаясь и едва не падая снова. Даже кричать не могу от шока, словно мне напрочь отшибло голос.

Сердце колотится с бешеной силой, ладони потеют всего за пару секунд, но когда я уже выбегаю на улицу и в панике оглядываюсь по сторонам, чтобы понять, куда направился этот предатель Илья, как вдруг справа замечаю черный фургон, из которого выбегают мужчины с автоматами и профессионально обезвреживают Илью, высвобождая из его хватки моих детей.

Карина с Дианой сразу же неуклюже бегут ко мне. Диана добегает первая, прижимаясь ко мне своим дрожащим тельцем, а вот Карина спотыкается и падает, отчего плачет на всю улицу и смотрит на меня обиженным взглядом.

Я тут же подбегаю и целую ее личико, стирая соленые слезы, прижимаю также к себе и шепчу, как сильно я их обоих люблю.

– Лера, ты в порядке? – вдруг слышу заполошный встревоженный голос Матвея, а затем нас всех троих сгребают в охапку, словно мы оказываемся в тисках медведя.

– А ты… Как ты… Ты же должен завтра… – бормочу я, чувствуя, как меня до сих пор колотит, что я и двух предложений связать не могу.

– Хотел сделать моим девочкам сюрприз, а он, как оказалось, ждал меня.

Когда волнение укладывается, я прищуриваюсь и посматриваю на уезжающий фургон с бойцами. Не верится, что всё это было случайно.

– Начальник СБ проявил вольность и самолично принял решение поймать Илью на горячем. Они еще с утра узнали, что он предатель, который работал на Жанну и Михаила, но решили не увольнять его. Хотели закрыть по статье. Если бы я знал, что мой подчиненный подвергнет вас опасности, уволил бы его к чертям еще вчера!

Матвей Юдин последнее цедит сквозь зубы, а я вот наоборот качаю головой.

– Не увольняй. Наоборот, здорово, что правда вскроется. Михаил тоже получит срок, а остальные побоятся уже с нами связываться.

Доля истины в моих словах есть, но об этом мы узнаем позже. Сейчас же мы оба наслаждаемся тем, что мы снова вчетвером вместе.

– Па-па, – снова смущенно произносит Диана и первой обнимает его за шею.

Карина же прижимается ко мне, наслаждаясь тем, что в моих объятиях теперь находится одна. Этот день и пережитый стресс становится переломным в наших отношениях с Матвеем.

Он больше не переживает о прошлом и смотрит прямо в будущее, полностью начиная мне доверять. Предлагает жить вместе, а я не отказываюсь. Мне нужен надежный муж, а моим детям любящий отец. И все эти качества я нахожу в Матвее Юдине.