Мама для двойняшек. (не)случайная ошибка

Глава 17

Лена открывает дверь в детскую, и Матвей первый проходит дальше. Я же бросаю взгляд на личико Дианы, чтобы проверить, в порядке ли она и готова ли к встрече со своей сестрой.

Малышка прижалась ко мне, так как не знает здешнее место и людей, но всё равно любопытство превышает страх, и она сама отводит взгляд вперед, в комнату.

– Не бойся, монстров там нет, – улыбаюсь дочери, чтобы внушить ей еще больше уверенности.

Диана улыбается мне в ответ, но наши улыбки меркнут одновременно, когда Лена вдруг решает вмешаться:

– Диана, тебя там такой сюрприз ждет! Ты же любишь сюрпризы?

Няня делает шаг ближе и воркует с моей дочерью, словно со своей.

Будь она той, кого я выбрала сама, не думала бы так, но зная, как эта на самом деле ядовитая змея хочет себе Юдина в мужья, меня мгновенно раздражает ее воркование.

Да и Диане оно не нравится, будто бы она тоже легко может змей от нормальных людей различать, хотя совсем крошка.

– В твоей помощи сейчас нет необходимости, я справлюсь с двумя малышками сама, – поднимаю подбородок выше и говорю твердо, чтобы показать, что возражений принимать не собираюсь.

Но Лена реагирует совсем не так, как положено работнице.

– Не думаю, что ты сможешь, учитывая то, что Карину решила продать, – цедит она ядовито, прожигая меня взглядом, словно она хозяйка в этом доме и даже забывает о том, что дверь в детскую не закрылась до конца.

Смех Карины оттуда не стихает, но нежный к дочери голос Юдина – да. Неужели он прислушался?

– Для простой работницы у тебя слишком длинный язык. Я всё-таки гость твоего начальника.

Стараюсь держаться достойно, но с каждой секундой это становится всё сложнее.

Особенно когда Лена снова решает залезть своим носом туда, куда ей совсем нельзя.

– Или заключенная.

Ее голос холодеет. Она явно серьезно воспринимает меня соперницей, как это было с Алиной за дурака Антона, и пытается показать мне мое место.

– Матвей Давидович лично выбрал меня из десятков других кандидаток, думаю, я уж точно ему нравлюсь больше тебя.

Она моментально выводит меня из себя окончательно.

– С ним делай, что хочешь, но к моим детям не приближайся для этого, поняла?!

Повышенный тон сам вырывается из горла, взглядом остро полосую ее, как ножом, а руками обнимаю Диану крепче, защищая.

– Думай про меня что угодно, но я своих девочек больше никому в обиду не дам и не позволю ими пользоваться ради попытки в койку побогаче прыгнуть!

Из обнаглевшей няни, возомнившей себя хозяйкой здесь, Лена превращается в ошалевшую дурочку.

Такого уверенного выпада она не ожидала и лишь хлопает густыми ресницами.

А я не жду ее ответа дальше, просто обхожу и наконец захожу в детскую комнату. Когда няня разворачивается и пытается так же зайти, прямо перед ее уже не шокированным, а перекошенным от злости лицом я закрываю дверь и запираю изнутри.

Внутри меня всё кипит. Как же она выбесила! Разворачиваюсь и хочу высказать всё, что я думаю о такой помощнице Матвею. Но стоит нам встретиться взглядами, как я аж дар речи теряю.

Как и в прошлый раз, Юдин сидит на ковре, а рядом с ним Карина сталкивает две машинки аварией. Но удивляет не это.

Мужчина внезапно осматривает меня с ног до головы с одобрением и ухмылкой. Вот такого я вообще не ожидала.

Он точно всё слышал и... оценил мой ответ, хотя я говорила о его богатой койке?

Теперь уже становится неловко. Начинают гореть уши.

– А вот и задержавшиеся гости. Готова, Карин? – благо, Матвей уводит всё свое внимание обратно на Карину, будто ничего и не было.

– Дя!

Когда девочка бросает машинки и поднимает заинтересованный взгляд на меня, про недоразумение с няней я вообще забываю. Она больше не важна. А вот встреча моих дочерей – да.

Делаю несколько шагов ближе и сама опускаюсь на ковер вместе с Дианой.

– Привет, Карин, это Диана... – в горле тут же пересыхает от волнения, но не обращаю на это внимания, представляю девочек друг другу. – Диана, это Карина.

Несколько минут девочки во все глаза смотрят друг на друга. Карина – сидя рядом со своим отцом и машинками, а Диана – уже стоя на ножках и держась за меня.

– Я! – удивляется Карина и так же сама поднимается на ножки, будто и рост хочет сравнить.

– Я? – а вот Диана в таком шоке, что едва слышно бормочет.

Девочки очень похожи друг на друга, если смотреть на них впервые. И так как они себя видели только в зеркале и еще не так часто, как могли бы, отличительных черт явно пока не заметили тоже.

Они даже делают шаги друг к другу, чтобы потрогать "свое отражение" и сравнить.

И от этого просится сама собой широкая улыбка. А на душе моментально становится тепло. И явно не только у меня.

– Можно и так сказать. Вы сестры, малышки, – Матвей придвигается чуть ближе к девочкам и на детский манер пытается объяснить ситуацию. – Злой колдун разлучил вас в детстве. Но папа это исправил.

– Па-па!

Но вот Диана загружается информацией точно так же, как это было в машине.

– Па-па... – она пробует слово, смотря на незнакомого дядю, и явно не понимает еще, что вообще по этому поводу чувствует.

В то время, как у меня сердце с ума сходит от такой встречи всех вместе. Я, девочки и их родной отец...

Голова идет кругом, но решаю хотя бы девочкам помочь быстрее разобраться.

– Может, хотите вместе поиграть?

– Дя! – Карина тут же оживает. – Игать!

Она сразу топает обратно к машинкам и поднимает их. Одна из них достается Диане, вот только она не привыкла играть в машинки и не сразу придумывает, что с ней делать. Но тут уже помогает Матвей.

– Покажи всю свою коллекцию игрушек, Карин.

– Па-дем, – как главарь банды, Карина уверенно зовет за собой и даже хватает Диану за ручку.

Вскоре они совсем рядом начинают играть самыми разными игрушками. Конечно, очень хочется присоединиться, но даю им время узнать друг друга лучше.

Тем более, Матвей вдруг решает поговорить со мной, и то, что я слышу, заставляет меня снова смутиться.

– Давай перейдем полностью на "ты", раз будем сейчас жить вместе. Девочкам нужны оба родителя. Конечно, совсем не обязательно, чтобы мы были парой, но мне кажется, такая официальная форма общения между взрослыми будет казаться им очень холодной. А я не хочу, чтобы у них сформировалось неправильное представление о семье.

Юдин просто предлагает перейти на более дружелюбное общение. Но то, как он это сформулировал, почему-то заставляет сердце заволноваться.

Будто бы всё уже кончилось, и я уже могу быть мамой девочек полноценно. И эти его слова "парой быть не обязательно", словно бы Юдин на мгновение о таком всё же задумался... боже!

– Но ведь нас еще ждет тест ДНК и суд, чтобы... – выбрасываю лишнее из головы и напоминаю о главном, но даже договорить не успеваю.

– Да, ждет, это обязательно, но... только что я услышал, с каким чувством ты пресекла наглость Лены, и сомнений стало меньше. А в сочетании со словами моей бывшей жены их вообще быть не должно, – Юдин делится откровением.

– Что? Почему? – удивляюсь и спрашиваю на автомате, даже не ожидая, что тема продолжится.

Но пока девочки уже что-то увлеченно бубнят на своем детском и продолжают играть, Юдин дает еще больше шокирующей информации.

– Прежде чем уйти, Жанна сказала, что на самом деле врала о желании иметь ребенка. Она хотела сделать нашу семью крепче, но не была готова получить статус "мать", поэтому... она посодействовала тому, чтобы ЭКО произошло только между нами с тобой. Она хотела быть не больше, чем просто няней, чтобы ощущать себя всё такой же молодой. Но вскоре даже так жить ей стало в тягость.

Голос Матвея становится тяжелее, эта тема ему неприятна, но он сразу объясняется.

– Я не хотел в это верить, но Жанна никогда не загоралась таким огнем, как ты, стоило тебе увидеть детей, особенно Карину. И она никогда бы даже не подумала их защитить, как ты сейчас. Скорее, просто бы Лене в волосы вцепилась из-за меня.

Теперь помимо ушей горит всё лицо, а сердце в груди бьется так, что дышать трудно.

– Конечно, ты можешь притворяться, но... как я уже сказал, если докажешь, что, действительно, достойная мать, то я позволю тебе быть с ними. Ты будешь именно мамой, а не няней, как Лена.

– Мне жаль, что у вас с ней всё так вышло... – я даже не знаю, что еще сказать, кроме этого, поэтому замолкаю вскоре, переваривая ситуацию.

Теперь прекрасно понимаю, почему Юдину сложно поверить в мои слова. Но он явно хочет пойти мне навстречу, пересиливает себя ради детей.

Не хочет, чтобы у девочек была лишь няня, которая, может, и полезна, чтобы справляться с шебутной Кариной, но у которой интересы не отличаются от его прошлой жены. Хочет быть лишь его женщиной, а девочки для нее – лишь инструмент.

Внезапно осознаю, что Матвей Юдин, действительно, совсем не такой плохой, как я думала ранее.

– Тогда, чтобы лучше доказать... можно сразу как-то мне одной заниматься малышками? Лена, она... – набираюсь смелости попросить.

– Да, я всё понимаю, не объясняй, – Матвей снова усмехается как-то горько, но при этом всё же решает оставить Лену со мной. – Но она всё равно останется, чтобы помогать тебе при трудностях. Если справишься, то она просто будет ждать в сторонке. Всё-таки ты не всё о Карине знаешь, а новая няня и подавно не сумеет ничем помочь.

Его объяснение звучит логично. Я остаюсь довольной и киваю, ведь Юдин разрешил если что отгонять эту змею подальше.

Повисает тишина, но не неприятная. Мы спокойно наблюдаем, как девочки уже явно стали лучшими подружками, хотя прошло где-то пол часа.

– Могу же я сама приготовить сегодня ужин для девочек и... для нас? – это кажется мне не сложным, но хорошим шагом к лояльным отношениям.

Но Юдин вдруг удивляется так, будто бы никогда не ел домашней еды.

– Обычно этим повар занимается, это же много сил отнимает – и следить за девочками, и готовить.

Ну конечно же у него есть повар, он богатый мужчина. Но я всё равно решаю настоять на своем.

– Меня воспитывали так, что я даже представить не могу, чтобы не мама готовила ребенку... да и нужно же тебе убедиться, что я смогу хорошо кормить Карину и Диану, если это понадобится.

И убедить его мне удается.

– Понял. Хорошо.

У меня выходит и поболтать с девочками, и поиграть с ними. Потом я быстро готовлю ужин, пока уже Матвей решает отдельно познакомиться получше с Дианой и привыкнуть к роли отца двоих детей.

Когда мы ужинаем, успеваю удивиться аппетиту Карины и ее отца. Даже улыбку сдержать не могу. Давно я не видела, чтобы кому-то так нравилась моя еда, кроме Дианы.

Что Антон, что свекровь всегда находили, к чему придраться, а тут богатый мужчина, который где угодно может поужинать, вместе с моей второй дочерью за обе щеки всё с тарелки уплетают.

После ужина девочки ещё немного играют, а затем мы вместе их купаем, это оказывается так же легче вдвоем. Я помогаю мыться, а потом передаю малышек по очереди Матвею, он кутает их в полотенца.

Помощь Лены оказывается ненужной, и она даже не мельтешит рядом, возможно, по приказу после своего небольшого выступления. Не спрашиваю об этом.

Сама укладываю спать девочек. Они вымотались и засыпают быстро.

– Хороший день был, – говорит Матвей, когда мы оказываемся у моей спальни, до которой он вдруг меня провожает. – Спокойной ночи.

– Да, спокойной ночи.

Прощаться немного неловко.

К счастью, комната с детьми у меня оказывается смежная, так что я не отказываюсь от нее, хотя привыкла спать с Дианой в одной спальне.

Уже засыпая под одеялом, задумываюсь. Неужели всё складывается совсем не так плохо, как я себе напредставляла?

Надеюсь, завтра будет также здорово. Не случится чего-то плохого.