Марианна 2. Любимая двойная попаданка

Глава 23 С чистого листа

Арс Айверс, граф Арсарван ер Толибо

— Дракон? — переспросила ведьма и рассмеялась. — О нет, мне нужен не дракон. Эту чешуйчатую тварь можете оставить себе.

— Ты не получишь ее, — ответил граф.

Он чувствовал тепло жемчужины даже через экранирующий кожаный мешочек, в котором она лежала. Не желая потерять бесценный артефакт, он носил его на шее у груди. Втайне ото всех проверял по пять раз на дню и с облегчением выдыхал, когда находил.

Ведьма не должна была почуять артефакт. Экранка никогда не давала сбоев, но…

Впервые встретившись с Машей, как Видящая, Даяна могла предвидеть, что Пропащая подарит ему жемчужину. Она наверняка увидела это в их будущем и ждала их возвращения вовсе не из-за скорлупы.

Теперь Арс понимал: ведьма увидела свой шанс на долго и счастливо, но была из тех, кто всегда имел запасной план. Прокололась она только с Арибеллой.

— О чем она? — тихо спросила Мари у него.

Но ответила ей Даяна. Арсарван же пытался просчитать варианты. Видел краем глаза, что Эльнюс не справлялся с русалками. Маг явно не хотел убивать их: целители никогда не забирают жизнь без вынужденной необходимости, а достать их магией не получалось. Морские девы топили его, чем лишали возможности просто собраться.

Однако помочь ему сейчас Арс не мог. Он крепко держал свою единственную драгоценность, сам смысл его жизни. Боялся выпустить из пальцев хоть на миг и лишиться того светлого, что появилось в его беспросветной темноте.

Ради Маши он был готов пожертвовать чужими жизнями. Даже своей, если придется, но…

Граф не мог отдать ведьме жемчужину. Хотел бы, ведь это так просто — отдать и уйти. Его сердце твердило об этом. Его душа рвалась в клочья, вынуждая выменять Машину жизнь на ничтожный кругляш. Но разумом он понимал: на этом все и закончится.

Он навсегда потеряет Машу. У него не будет ни драконов, ни графства, ни прииска, ни Бергамота, ни верной команды, ни нового друга, который все же решил побороться за свою жизнь с морскими девами.

Не останется вообще ничего, стоит ему добровольно передать «Сферу жизни» ведьме.

Даяна жила слишком давно. Она наверняка знала, как использовать этот артефакт, украденный из храма Древних несколько веков назад. Тогда сфер было около двадцати. Все они хранились в защищенном магией сундуке, который открывался единственным в своем роде ключом-артефактом — «Часами прошлого».

Сначала эти артефакты считались утерянными, а затем и вовсе прославились как несуществующие. В борьбе за них полегли не тысячи — десятки тысяч, и эта гонка продолжалась до сих пор, стоило потрепанной карте попасться кому-то на глаза.

Она словно призрак появлялась то тут, то там.

К Арсу фрагменты этой карты попали случайно. Но он отдал ее Арибелле вместе со своим кораблем, тем самым поставив крест на своих морских приключениях. Мог бы оставить себе, но обещал своей команде привести их к легендарным Сиальским островам.

Что же, вместо него это сделали Арибелла и ее муж — герцог Рейнар ар Риграф.

Случайная встреча в море со своей старой командой разбередила его воспоминания. Граф с интересом слушал рассказ Эрни об их приключениях на пути к Сиальским островам. Именно интендант «Морского Дьявола» рассказал Арсу об уникальной находке и о том, что они с этой находкой сделали.

Арсарван был согласен с их решением оставить сундук на островах: эти сферы никогда не должны были найтись. Вывести их в мир — значит устроить нескончаемые войны за силу и власть. Мир просто расколется и погибнет, но…

На шее графа висел кожаный мешочек, а в нем лежала именно «Сфера жизни», найденная и подаренная Машей. Такая же, какой ее описывали и рисовали в древних манускриптах и современных трудах. Она мягко светилась в его руках, стоило подержать ее подольше, но прикасаться к ней лишний раз Арс боялся.

Если надавить чуть сильнее, сфера должна была лопнуть и обрушить на весь мир свою силу. Тот, в чьих руках раскрывался артефакт, мог вернуться к истоку своей жизни с теми знаниями и умениями, что имелись у него на текущий момент.

Любой, владеющий «Сферой жизни», мог кардинально изменить свою судьбу. Один раз. Проблема же в том, что одна измененная нить на полотне судеб неизбежно потянет за собой все остальные.

Если ведьма вернется к истоку своей жизни, Арсарван и Мари могли даже не родиться, не говоря уже о встрече. Разве мог граф так рисковать?

Кем он был раньше и кем стал? Жизнь проносилась перед глазами в обратном порядке. Граф ер Толибо, капитан пиратского корабля Арс Айверс и немой мальчишка-сирота Арсарван.

Он не боялся умереть. Его жизнь не стоила ни монетки. Но он до одури, до безумия боялся потерять Машу. Он сжимал ее плечо до боли, его душа кричала и рвалась. Онемевшие пальцы впились в нежную кожу…

И поймали лишь воздух.

Красный дракон, сидящий на руках у Мари, приземлился на скалистый берег и закричал от обиды. Потому что матери его гнезда рядом с ним больше не было. Маша просто исчезла в клоке черного дыма.

— Арсарван! — ее голос был полон страха и отчаяния.

Граф не помнил себя, налегая на дверь таверны. В ход шло все: он бездумно тратил все флаконы, вставленные в пояс, и все же со всем отчаянием понимал, что не способен противостоять силе ведьмы.

Пока их не было, защита острова окрепла в разы.

— Отойди! — рявкнул до нитки мокрый Эльнюс.

Вода с него буквально стекала. Золотое свечение оплетало руки до кистей и сформированными сферами летело в стены, но растекалось по защитному полю.

Еще через миг они сражались уже втроем. Бергамот в считаные секунды добрался до берега, прежде увеличившись до необъятных размеров. Магу и Арсу пришлось посторониться, чтобы кот их не затоптал.

Лапой сорвав крышу с таверны, демон достал из дома хохочущую ведьму и раззявил клыкастую пасть, собираясь сожрать старуху.

Но вдруг его глаза закатились, а лапы ослабли. На каменный берег он повалился замертво, с грохотом погребая под собой часть таверны.

Ведьма растворилась в черном вихре.

Арс не хотел верить своим глазам. Бергамот действительно умер, обескуражив последним выдохом. Однако это могло произойти лишь в одном случае: если их с Машей связь оборвалась, что для демона с последней жизнью означало смерть.

Душа Мари исчезла из этого мира. Графу больше не за кого было бороться.

— Арсарван! — раздался самый ненавистный ему голос.

Повисшая на одной петле дверь сорвалась и упала.

На пороге разрушенной таверны стояла Маша. Но вот черты ее лица поплыли, и в Машиной одежде оказалась Татия.

Ведьма успела провести обратный ритуал по обмену душами. Вот зачем она похитила Машу.

Графу оставалось лишь надеяться и верить, что Мари при этом действительно выжила.

— Арсарван! — жена повторно окликнула его и бросилась к нему.

Но подойти ближе, чем на пять шагов, ей не дал красный дракон. Он спрыгнул с рук графа, зашипел и выплюнул струйку огня, а затем расправил маленькие крылья так, словно хотел закрыть ими Арса.

Подхватив хвостатого, граф бездумно почесал храбреца за ушком.

— Это кто? — спросил Эльнюс, шумно дыша.

Целитель сжимал кулаки. После схватки с русалками он казался потерянным.

— Это дракон? — спохватилась Татия и сделала шаг назад. — Прикажи ему, чтобы он не шипел на меня!

Арсарван покачал головой, глядя на ненавистную супругу. Несколько секунд назад его сердце окончательно очерствело. Все, чего ему хотелось, — это сжечь остров вместе с ведьмой, русалками и Татией.

— Проверь, матросы живы? — попросил он целителя, с трудом выталкивая из себя слова.

Маг сделал судорожный вдох.

— Нет, — ответил он. — Здесь даже ведьмы нет. Уползла змея, чтобы не добили.

Всего на миг граф прикрыл веки, переживая гибель тех, кого знал не так давно, но за кого лично нес ответственность. В его душе бушевала буря, уничтожающая его изнутри.

Повернувшись к жене спиной, он глухо бросил:

— Тогда уходим.

— Арсарван! — окликнула Татия возмущенно. — Ты куда? Немедленно доставь меня к брату! Ты обязан…

Арс остановился. Обернувшись, он бросил на девушку ледяной взгляд. Она явно хотела сказать что-то еще, но испугалась.

На этот раз граф молчать не стал:

— Если хочешь и дальше волочить свою жалкую жизнь, не попадайся мне больше на глаза. Ты никто, пустышка с огромным самомнением и самолюбием. Если ты сдохнешь сегодня здесь, все, включая твоего брата, с облегчением выдохнут.

Татия еще долго кричала им вслед. Бросала ругательства и угрожала братом, прыгая на берегу. Даже пыталась войти в воду, чтобы догнать лодку вплавь, но отказалась от этой идеи, заметив вторую лодку. Только и с греблей у нее ничего не сложилось. Не иначе как от отчаяния она утопила весло.

— Это ведь та, о ком я думаю? Мы правда оставим ее здесь? — осторожно поинтересовался Эльнюс, неловко оглядываясь.

— Это не имеет значения, — отозвался Арс и перехватил веревочную лестницу, спущенную по правому борту «Морского Ангела». — Лучше подумай, что бы ты хотел изменить, если бы мог вернуться на год назад.

— Год назад? Мы серьезно сейчас говорим об этом? Бергамот и три матроса погибли, где-то по миру ходит безумная ведьма, у нас двадцать драконов без матери гнезда, а Мари…

Арсарван ничего не ответил. Забравшись на борт, прошел мимо обеспокоенного Лико и молча встал к штурвалу. Метка на его ладони тут же активировалась. Дождавшись, пока матросы поднимут якорь, граф дал полный ход.

— Год назад я бы уже ничего не мог изменить, — раздался голос Эльнюса позади.

Обернувшись, Арс увидел целителя. Он привязывался к мачте, готовясь к переходу.

Дракон во внутреннем кармане плаща тревожно попискивал.

— Я тогда уже отбывал наказание императора. Но я бы хотел знать, что мне есть куда вернуться. Что меня где-то очень ждут и что я кому-то нужен.

Капитан «Морского Ангела» снова промолчал. Воспользовавшись артефактом, он открыл воронку для перехода. Корабль закрутило и выплюнуло через несколько минут там, где снова шел снег.

Ничего не имело значения. Сейчас Арсарван видел перед собой только одну цель. Чтобы вернуть Мари, он был готов на все.

— Арс, поговори со мной, — попросил целитель, едва судно сбавило ход и он смог отлепиться от мачты.

— Мы поживем у орков какое-то время, — сообщил граф сдержанно и приказал бросать якорь.

Лодки спустили на воду. Растревоженные матросы молчали и не задавали вопросов даже тогда, когда капитан приказал забрать с корабля все, что можно. На берегу их встречали уже знакомые орки. В поселении вся команда оказалась через четверть часа.

Когда они добрались до центральной площади, навстречу им вышел великий вождь. Попросив Эльнюса проводить матросов в дом, где хранителя уже ждали драконы, Арс отдал целителю красного малыша, а сам направился к главе орочьего клана.

Великий вождь без приветствий пригласил его к себе. Без тех же приветствий Арсарван задал главный вопрос, мучивший его с того самого момента, как они покинули остров ведьмы.

— Человек может научиться открывать порталы, как орки?

— Мочь научиться всему, если есть желание и упорство, — ответил орк, внимательно рассматривая гостя.

По всем законам мироздания создавать порталы без артефакта могли лишь те, в ком жила хоть искра магии. Но старый орк не упомянул об этом. Потому что искра была нужна не всем. Это дар рождался вместе с существами, а магию можно было черпать прямо из воздуха, а точнее, из Матери-земли.

Щедрая Мать-земля не только забирала, но и отдавала, уравновешивая магический баланс.

— Куда хотеть отправиться странствующий призрак? — поинтересовался вождь, подталкивая провалившегося в свои мысли пирата к продолжению беседы.

— Туда, куда могут ходить только орки и демоны, — произнес Арсарван, вспоминая хвастовство Бергамота. — Меня интересует другой мир. Тот, откуда родом моя жена.

Великий вождь тепло улыбнулся, обнажая изломанные клыки. Он знал, что странствующий призрак еще вернется, как знал и о том, почему мудрый дракон прозвал его именно так.

Только орки и демоны обладали знаниями, которые позволяли открывать порталы в другие миры. Демонам для этого приходилось спускаться в Преисподнюю, а оркам было достаточно просто быть. Они делали это так же легко, как дышали.

Но это они — дети Матери-земли, связанные с ней кровью и душой. Человеку, не умеющему чувствовать магические потоки, даже с наставником придется непросто.

— Теперь ты догадываться, почему мудрый дракон назвать тебя странствующий призрак? — лукаво прищурился великий вождь и подбросил в очаг больше хвороста. — Смотреть на огонь, дитя море. Огонь забрать черный мысли.

Бросив взгляд на пламя, Арсарван провалился в темноту.