Марианна 2. Любимая двойная попаданка

Глава 25 Актер без постановки

В холле университета на втором этаже было не протолкнуться. Мы пробирались к лестнице с проворностью пчел, учуявших сладкий нектар.

— Если твой Мурзик еще раз нагадит мне в тапки!.. — угрожающе предупредила я.

— Он больше не будет, честное слово! Я провела с ним разъяснительную беседу, — ответила Машка и обозначила на груди крест.

Этот жест демонстрировал клятву, но я давно убедилась в том, что подруге верить нельзя. Да что там подруге? Практически сестре. Мы были вместе столько, сколько я себя помнила. И ровно столько же она страдала неразделенной любовью ко всему ползающему, мяукающему, шипящему и гавкающему.

Нашу съемную квартиру недалеко от универа она быстро превратила в зоопарк. Причем на то время, когда нас проведывала квартирная хозяйка, мне весь этот зоопарк приходилось выгуливать в полном составе.

— Слушай, Аньк, а пойдем в кино, а? Только домой забежим, переоденемся.

— Опять эти твои сопливые мелодрамы? — застонала я, протискиваясь среди ребят с третьего курса.

— Нет, сегодня ты выбираешь, что мы будем смотреть, — заявила она оптимистично. — Ой, а это кто? У нас театральная постановка, что ли, намечается? А почему я не в курсе?

Проследив за взглядом сестры, я тоже увидела темноволосого парня в необычной одежде. Он среди белого дня нацепил на себя черный камзол, расшитый серебряным узором, рубашку и высокие сапоги, скрывающие брюки до самого колена. Из-под камзола выглядывала перевязь для меча.

— М-м-м… По-моему, он смотрит на нас, — заметила Машка и прибавила ходу. — Нужно срочно узнать у него, в какой постановке он участвует. Может, главная женская роль там еще свободна.

— Не надейся, — рассмеялась я, пытаясь сбавить шаг.

Но Машка, если видела цель, всегда перла вперед без разбора. Вот и сейчас она притащила нас обеих к лестнице.

Студенты рассматривали парня как экспонат в музее. Особо одаренные отпускали шуточки, а я…

Чем ближе мы подходили, тем сильнее я понимала, что он смотрел не на нас. В смысле не нас с Машкой, хотя обычно все смотрели именно на нее. Но не на этот раз.

Мужчина? Парень? Он выглядел не старше тридцати и смотрел прямиком на меня, не отпуская мой взгляд ни на секунду.

Мягкая, чуть волнующая улыбка коснулась его губ.

Меня будто посетило дежавю. Я смутилась. Под этим взглядом сердце решило сойти с ума. Пульс стучал в ушах, а во рту стало сухо, так я разволновалась. Пыталась вспомнить, видела ли его раньше среди студентов, аспирантов или преподавателей, но разум работать отказывался.

Так мы и стояли друг напротив друга молча, пока он не заговорил первым.

— Здравствуй, Маша, — произнес он негромко, но я услышала его в этом шуме.

Мое сердце сделало кульбит, а Машка…

— А меня тоже Маша зовут, представляете? Вообще у Марианны два имени. Она и Маша, и Анна. Повезло, правда? А вы? Что-то я не помню вас. Вы с какого курса?

Оторвать от него взгляд было невозможно. Я сама ни за что не разорвала бы эту странную незримую связь. Чувствовала себя загипнотизированной, но ровно до тех пор, пока он не посмотрел на Машку.

— Вы ведь сестры, не так ли? — спросил он, изучая ее.

Я знала, что будет дальше. Таких знакомств мы пережили немало, и всегда все шло по одному и тому же сценарию. Машка находила себе нового парня, я никак не вписывалась в его компанию и обычно таскалась за ними бесхозным хвостиком.

— Да, — удивилась подруга и покраснела. — Мы уже знакомились? Извини, я не могу вспомнить.

— Мари много рассказывала о вас, — ответил незнакомец и вдруг подал мне руку раскрытой ладонью вверх. — Мы немного поговорим наедине, если вы не против. Мы давно не виделись, и нам есть что обсудить.

Вскинув голову, я так и замерла перед ним, словно перед удавом. Так и не дождавшись от меня никаких действий, парень сам взял меня за руку и повел вглубь холла, подальше от лестницы. Когда я обернулась, Машка стояла с открытым ртом.

— Вы… наверное… — замямлила я, окончательно растерявшись.

Я точно не была знакома с ним раньше. Но меня не покидало ощущение, что мы уже виделись. Что я видела взгляд этих карих глаз.

— Перепутал? Нет, Мари. — Он улыбнулся и вдруг со странной нежностью коснулся ладонью моей щеки.

Я до последнего не верила, что парень меня поцелует. Я будто находилась во сне, в сладком сновидении, которое, как и все предыдущие, должно было вот-вот оборваться.

Но нет. Веки закрылись непроизвольно. Его дыхание смешалось с моим, а меня словно молнией пронзило. Электрический разряд прошил все мое тело по позвоночнику и волной фейерверка разорвался в затылке.

Каждую клеточку занимал жар. Я пылала в его сильных руках, в его объятиях, что становились только крепче. От его жадных поцелуев кружилась голова. Я не помнила себя и лишь на миг распахнула веки, чтобы убедиться, что все это действительно происходит со мной.

Но едва не отшатнулась.

Он не дал. Удерживал крепко, а в его глазах мерцала голубая дымка. Она расползалась по радужкам, по белкам, пока не заполнила все. Эта дымка словно втянула меня в себя и…

Перед глазами проносился целый калейдоскоп из фрагментов, ярких вспышек и короткометражек. Я была там, в каждом из них. Я видела себя его глазами. Я видела огромного кота, маленьких драконов, орков и нашу ночь любви. Я видела ведьму, себя с Машкиным лицом, наш танец, разговоры в темноте ночи. Я видела так много всего, что забывала дышать.

Я видела свое признание. И его признание, стрелой залетевшее в сердце. Это было даже больше, чем дежавю.

Меня повело от головокружения, но образы не заканчивались. Касания, взгляды, пикировки, флирт. Его чувства ко мне, что сжигали грудь, и его бесконечная боль, когда ведьма снова поменяла нас с Татией местами. Прошлое смешивалось с настоящим и с тем, что уже никогда не произойдет, потому что он изменил свое прошлое.

В его прошлом больше не было брака с Машкой-Татией. В своем настоящем он целый год ждал меня.

Чувствовала себя Алисой в стране чудес. Я сошла с ума. Я просто сошла с ума.

— Молодые люди, я бы попросил вас лобызаться за стенами университета! — рявкнул декан нашего факультета, проходя мимо.

С трудом оторвавшись от губ Арсарвана, я пошатнулась, но он удержал. Ошарашена, раздавлена. Да я была в ужасе от того, что увидела. И как я могла это увидеть⁈

А он продолжал смотреть на меня все с той же мягкой улыбкой и непередаваемой нежностью. Но кое-что изменилось. Арс побледнел, отчего его губы казались очерченными белым карандашом.

— Сколько ты тренировался, чтобы показать мне все это? — прошептала я хрипло и надсадно закашлялась.

— Полгода, — признался граф, вновь привлекая меня к себе. — А всего с нашей последней встречи для меня прошло полтора года. Это было худшее время в моей жизни, Мари.

— Орки так сильно зверствовали? — прошептала я.

— Нет. — Он снова улыбнулся, и на его щеке выступила ямочка. — Просто я все это время не видел тебя и не мог тебя даже обнять.

Мне никак не удавалось проглотить тот ком, что стоял в горле. Да, теперь я знала обо всем, что происходило с Арсом с моего первого появления в его жизни. Да, я только что прожила все его чувства ко мне и точно знала, какой безумной, невероятной, невозможной любовью он обладал все это время.

Если бы потребовалось, он в самом деле свернул бы горы ради меня. Но он сделал гораздо больше. Он повернул время вспять и научился ходить сквозь миры, чтобы не только забрать меня в Приалию, но и время от времени возвращать к родным.

Он знал, как дорога мне моя семья.

И все же я испытала его чувства ко мне. Видела, как признавалась ему в любви, но не ощущала ее в себе. Симпатия, искра страсти, желание, буря, но не любовь. Его полюбила другая Мари, а на меня свалился огромный пласт информации, которую мне еще следовало переварить.

— В моем мире существует поверье о влюбленных. Я обещал тебе о нем рассказать, — произнес граф, чуть крепче сжимая меня, словно чувствовал, что мне хочется сбежать. — В нем говорится о том, что две созвучные души всегда найдут друг друга. Я тебя нашел, Мари, и уже никогда не отпущу.

Покачав головой, я подхватила с пола сумку. Была ли я готова в одночасье изменить всю свою жизнь? Встреча с Арсарваном, его мысли и планы казались мне полным безумием.

— Пойдем-ка для начала раздобудем тебе нормальную одежду, — предложила я.

Забрав у меня сумку, Арс вдруг переплел наши пальцы, а я…

Я увидела стоящую все на том же месте Машку. Ее глаза были широко распахнуты, а рот открыт от удивления. И вот как ей объяснить, что только что произошло?

Никак. Нам обоим: мне и Арсарвану — требовалось время на подготовку.

— Маш, мы прогуляемся немного, ладно? Ты не жди меня сегодня, хорошо? — попросила я, когда мы проходили мимо сестры.

— Аня! Немедленно объясни мне, кто это! Ты никуда не пойдешь, пока…

— Маш, все нормально, правда. Это Арсений, мы познакомились с ним некоторое время назад. Общались по переписке и… Он решил сделать мне сюрприз. Приехал, — сочиняла я на ходу. — Я обязательно познакомлю вас позже, а сейчас нам нужно побыть вдвоем.

Улыбнувшись, я начала спускаться по лестнице, утаскивая Арса за собой. План был прост: нам следовало разжиться нормальной одеждой и обувью, снять номер в гостинице минимум на сутки и…

Я не знала, что «и». Голова все еще шла кругом от хоровода мыслей.

— У вас здесь есть скупщики? Я взял с собой немного золота. — Сунув руку в карман, граф продемонстрировал мне горсть цепей.

— Найдем. Думаю, как лом примут, — ответила я, чувствуя себя не в своей тарелке.

Но кое-что прояснить все же требовалось.

— Я правильно понимаю, что сейчас тебе не нужно разводиться с Татией? И Алданский как проблема не существует, верно? И дети из приюта — они все еще у себя, правильно?

— Правильно. — Арс лукаво улыбнулся. — Но через пару недель нам предстоит короткое путешествие к оркам. Я уже построил крепость, где смогут жить драконы и сироты. Ты же не против, что мы заберем всех к себе?

К себе. Боже, дай мне сил расставить все по своим местам.

Отмолчаться не получалось, а потому я кивнула. В конце концов, я не видела ничего плохого в детях, даже если часть из них были драконами, но как же сильно это меняло мою жизнь.

Мне требовалось время, чтобы разобраться. В первую очередь в себе.

— Но пять процентов от доходов твоего прииска мои! — выпалила я, пока не передумала.

Глянув на меня, Арсарван громко расхохотался. И пообещал отдать все, что мне только приглянется. Но в первую очередь свое сердце.