На факультет к оборотням

Глава 14 Виктор

Глупая, истеричная, упрямая ведьма!

Я ухожу далеко вперед от беловолосой мегеры с огромным баулом за спиной, и просто неподражаемой способностью спорить. Бесит неимоверно! В кои-то веки решил помочь просто так, от души – и на тебе!

«Не надо мне твоих подачек!»

Наказание какое-то по имени Сантарра Майр!

– Если не затормозишь, нарушишь указ Фолла о максимально допустимом расстоянии, – посмеивается сбоку догнавший меня Димитр, и я недовольно зыркаю на брата, показывая, что мне не до шуток. – Кажется, тебя снова вывела ведьма? Да у нее талант…

– Если скудоумие считать талантом – то, определенно, она им обладает!

Вик тормозит меня за плечо, заставляя остановиться, и смотрит в глаза. Я тяжело дышу, но не от быстрого темпа или усталости – а от бешенства, что клокочет в груди.

– Вик, в чем дело?

Я поднимаю взгляд, стараясь понять его вопрос, но получается не очень.

– В каком смысле?

– В прямом, братец! Какого черта ты так бесишься? Майр, конечно, умеет потрепать нервы – но вот так реагировать на отказ понести ее рюкзак? Ты рехнулся?!

Я медленно кручу головой, понимая, как все это смотрится со стороны, и не до конца веря в происходящее. Действительно, чего так завелся-то? Подумаешь, нравится ведьме показывать себя сильной и независимой – мне-то что?!

– Вижу проблески сознания на лице, – усмехается Димитр, похлопывая меня по плечу, и поспешно продолжает. – Серьезно, Вик. Да, у вас с ведьмой была связь по вине твоей несдержанности, и тебе пришлось изрядно побегать, спасая ее задницу из кучи неприятностей. А еще ты помогал ей с допуском, из-за чего вы много общались… Ну, в вашем понимании слова «общение». Но тебе не кажется, что уже все, хватит?

– Хватит?

– Ну да. Она сдала полосу, и с тех пор прошло две недели – за которые Метка ни разу не дала о себе знать. Вряд ли ведьма неожиданно стала со всем мила и дружелюбна. Так, может, и тебе стоит прекратить вести себя так, словно вас еще что-то связывает?

Мне нужно пару минут, чтобы окончательно осознать его слова и понять – брат прав. И чего я прилип к этой ведьме, если следы моих зубов окончательно сошли с худой шеи, и я больше не обязан по каждому зову нестись к ней? Правда, мне казалось, что мы сдружились за эти пару недель – но нужна ли мне дружба с ведьмой, в которой гонору чуть ли не наравне с моим…

– Итак. Метка спала, ты свободен, и все вернулась на круги своя, – довольно подытоживает Митр, и спокойно продолжает, – так, может, дадим ведьме самой решать свои трудности?.. Вик?!

Я рычу, вдруг чувствуя неладное. Грудь рвет так, словно сейчас происходит нечто непоправимое, и спустя долю секунды я сбрасываю рюкзак с плеч, и срываюсь с места.

– Или нет. – Доносится до меня обреченное от брата, и я ощущаю, что он тоже бежит рядом.

Я не знаю, что происходит. Может, кто-то уже убивает эту блондинку за длинный язык, или она по собственной воле упала без сил под тяжестью своего рюкзака. Но одно осознаю точно – я слишком далеко ушел.

Гораздо дальше, чтобы успеть.

А еще Метка на месте и работает так, словно и не было двух недель перерыва.

Когда я подлетаю к куче собравшихся студентов, и с разбега продираюсь сквозь толпу, то уже понимаю, что произошло. Сантарра свалилась в воду – не ясно, каким образом, потому что тропа вполне под силу даже не оборотню, и я помню, как отметил это, когда проходил ее сам. Но факт остается фактом – и Фолл уже тащит ее промокшее тело на берег, скидывая ее на землю вместе с рюкзаком, словно мешок картошки.

– Майр, ну что за… От вас одни неприятности! – рычит он, когда девушка стягивает лямки рюкзака, и неловко садится, со страхом оглядываясь по сторонам, – что за неуклюжесть!

Я замираю, хоть и хочется подойти к девушке ближе, и внимательно наблюдаю за ее лицом. Потемневшие от воды волосы, и прилипшая одежда делали ее похожей на вымокшего воробья, который по ошибке чувствует себя соколом, и теперь даже снизу вверх глядит на Фолла зло, с жаждой справедливости.

– Я не сама упала! – стукает зубами она, и пытается встать, но потяжелевшая одежда мешается.

– А кто вас уронил, Майр?! Ветер виноват, что ли?

– Меня столкнули! – рявкает девчонка, и я даже вытягиваю шею, чтобы слышать каждое слово, – пнули в ноги, и я потеряла равновесие…

– Пресвятая Луна! Ты что говоришь, ведьма?! Кому ты тут нужна, чтобы сталкивать…

– Ей!

Я веду взглядом за пальцем Сантарры, и утыкаюсь взглядом в вмиг побледневшую Сару. Девушка всего на мгновение теряет дар речи, и выглядит испуганной – но спустя секунду берет себя в руки.

– Чего?! Да я тебя не трогала, ненормальная! Стояла и ждала, когда ты наконец доковыляешь до другого берега… И видела, как ты сама свалилась, не удержавшись за камни!

Убедительно, дорогая. Весьма и весьма… Только вот мне хватило задержки в ту секунду, когда ты еще не нацепила маску, и я верю Майр.

А может, я поверил ей еще в тот момент, когда она только указала на тебя пальцем.

– Ну вот, это больше похоже на правду! – удовлетворенно кивает Фолл, и смотрит на небо, определяя время, – так, давай-ка, не задерживай группу… Быстро переодевайся, и вперед!

Он разворачивается, явно собираясь идти, но упрямый, четкий голос Сантарры бьет по ушам, не желая спускать ситуацию просто так.

– Она. Меня. Скинула. Я не падала сама!!!

Фолл снова поворачивается, на этот раз с искренней неприязнью глядя на ведьму. Я с восхищением наблюдаю за ней – сидя на земле, вся промокшая, в песке и одна против стаи, она все равно долбит свою правду, ничуть не боясь ни Фолла, который явно не верит ей, ни Сару, что уже с ненавистью глядит на девушку, явно задумывая новую пакость.

А ведь я уже предупреждал волчицу… Кажется, следует повторить ей еще раз. Только по-другому.

– Мисс Сантарра Майр, а вы хоть понимаете, что это – клевета?! Вы обвиняете одногруппницу в том, что она собиралась совершить убийство – и думаете, будто это сойдет вам с рук?!

– А то, что одногруппница пыталась совершить убийство – это ничего, да? И пускай сходит ей с рук?

Сантарра смотрит светло-голубым, пронзительным взглядом, а Фолл в ответ сощуривается, и недобро осматривает студентку. Я понимаю, что ни в жизнь он не признает оборотня виновного перед ведьмой – а потому решаю вмешаться.

Быстрым шагом подхожу к блондинке, что с трудом уже поднимается на ноги, и подхватываю ставший просто каменным от впитавшейся воды рюкзак.

– Успокойся, – встаю за ее спиной, вдыхая усилившийся от влаги запах, – она будет наказана. Можешь не сомневаться.

Ведьма чуть вздрагивает, оборачивается, и заглядывает мне в глаза. Впервые за все время без иронии, злости, желания поддеть и принизить – а просто, с надеждой.

Ее светлая бровь взлетает вверх, спрашивая без слов, но я понимаю вопрос, и серьезно, глядя в глаза, киваю.

– Обещаю.

Сантарра кивает, поворачивается к Фоллу, который еще раз повторяет, что вины других в ее косорукости нет. Опускает лицо, словно ей неприятно лгать в глаза, и еще раз качает головой.

– Да.

– Что – да?!

– Да, возможно, я сама виновата.

– Не «возможно», студентка, а стопроцентно это ваша вина! И можно было хотя бы сказать спасибо за то, что я вас вытащил!

О, а вот это он зря…

– Спасибо! – выплевывает Сантарра, и оскорбление от других звучит приятнее, чем эта ее «благодарность». – Я могу переодеться?

– Быстрее, – с неохотой отпускает ее Фолл, и, мазнув взглядом по мне, разворачивается вперед, – господин Съер, покажете потом мисс Майр, куда идти. Думаете, вы не заблудитесь?

– Разумеется, – усмехаюсь я, и тащу рюкзак ведьмы за камни, стряхивая его на землю.

Она проходит следом, с тоской глядя на свою ношу, и неожиданно шмыгает носом, отчего я в панике делаю шаг назад.

– Эй… Ты что, плакать удумала?

– Нет! С чего ты взял? – Сантарра зло сверкает взглядом, и трет лоб, будто размышляет, стоит ли продолжать разговор, – просто во что мне переодеться? Оно ж все промокло…

Мда, об этом я не подумал. Но хвала Луне, я родился в один день с тем. Кто привык думать за нас обоих…

– Эй, вы там не раздетые? – слышится голос Димитра, и Сантарра снова сверкает глазами, – я принес сухие вещи.

– Заходи, Митр.

Брат появляется из-за камня, осматривает нас с ведьмой, и протягивает ей стопку хорошо знакомых мне вещей.

– Вот, тут штаны, носки и свитер. Все большое, но штаны можно подвязать ремнем, и будет нормально. Хотя бы до того момента, пока твои вещи не высохнут…

– Спасибо, – выдыхает ведьма, и я закатываю глаза от такого.

– Митр, ночью точно ожидается снежная буря. Второй раз за день благодарит кого-то…

– Если кто-то помогает просто так, и без подколов, то он заслуживает приятных слов, – задирает нос Сантарра, и тут же зло смотрит в сторону ушедшей группы, – а Фолла я не благодарила. Я его…

– Послала, – кивает Димитр, и ведьма согласно опускает глаза, – Вик, идем отсюда. Санти надо скорее переодеться, а то простынет…

Он подталкивает меня, вынуждая отойти подальше, где нас не слышно, а ведьму не видно. Только я, к своему стыду, думаю совсем о другом – и как только мы остаемся с братом наедине, чуть ли не с нажимом повторяю:

– Санти?

– Эм… Я слышал, что ее подружки так сокращали.

– Я в курсе, но она никому не позволяет так к себе обращаться. Кроме друзей.

Я смотрю на брата, чьи синие глаза расширяются до невероятных размеров, и слышу самый неожиданный вопрос:

– Вик, ты что, ревнуешь?!

– Чего?! Нет!

– А по-моему, да. При чем не просто ревнуешь – тебя бесит просто то, что я могу называть ее так, как тебе не позволено. Слушай, тебе не кажется, что это уже не в какие ворота…

– А тебе не кажется, что это не твое дело?!

Димитр замолкает, оглядывая меня, и тяжело вздыхает. Я повторяю за ним, успокаиваясь, и напоминая, что это – по-прежнему мой брат, и самый близкий человек во всем свете. И что бы он не говорил, это не со зла, а из желания помочь.

– Метка на месте, – спокойно подытоживает Митр, и я растираю грудь, которая, наконец, перестала зудеть и ныть от боли.

– Очевидно, да.

– Но почему? Прошло уже сколько… Почти месяц! Тебе не кажется, что это не просто так?

Я киваю, сомневаясь, нужно ли объяснять брату. Точнее, не так – сможет ли он понять мои объяснения, потому что ему они вряд ли знакомы.

– Вик? Если есть что сказать – говори.

Ну, с другой стороны, больше ни с кем я таким делиться не смогу.

– Это зверь, Митр. – Нехотя признаюсь я, и снова тру грудь ладонью, – ему, кажется, не все равно на блондинку. Не знаю, с какой стати, но с первого дня, как была поставлена Метка, она не дает ему покоя, и отпускать он ее пока не хочет. Я знаю, что ты считаешь, будто это невозможно – но я реально так чувствую, брат. И что с этим делать – не знаю.

Димитр молчит, с минуту размышляя о чем-то. Я нервно лохмачу волосы, осознавая вдруг, что мне важно, что он скажет. Да, я редко прислушиваюсь к кому-то, и всегда на все имею свое мнение – но сейчас все настолько сложно и запутанно, что мне бы пригодился любой совет…

– Знаешь, – Митр вздыхает, и заглядывает за мое плечо, проверяя, до сих пор ли мы одни, – мы ведь оба понимаем, что твой волк не из простых, верно? Как, собственно, и ты.

– Ну… Да.

Это – не то, что я готовился услышать, а потому вызывает еще больший интерес во мне.

– Так вот, я подумал… Да, понятно, что мне это все незнакомо. Но если у тебя с твоим зверем так… То, может, стоит прислушаться к нему?

– В каком смысле?

– В таком, Вик. Ты ведь знаешь, что он не умолкнет. Так почему бы просто не удовлетворить его желание – и раз он хочет эту ведьму, то просто не взять ее…

– Я готова! – выныривает из-за камня Сантарра, и снова пытается взгромоздить рюкзак на плечи, – надеюсь, мы не сильно отстали от группы…

– Не сильно, – успокаивает ее Димитр, пока я медленно прихожу в себя от его слов, – слушай, можно я тебе помогу, а? Он ведь весит больше тебя, кажется…

Я оборачиваюсь как раз вовремя, чтобы заметить, как слегка краснеет ведьма, и с благодарностью отдает Митру свой рюкзак. В панике отворачиваюсь, и даже не пытаюсь понять, отчего меня это так бесит!

А еще очень стараюсь не рассматривать блондинку в собственном свитере, который как-то странно ей шел, и своей широтой придавал женственности и хрупкости ее телу…

– Ну, вперед?

– Идемте.

Мы втроем следуем за группой, и Димитр с Сантаррой заводят весьма милую беседу, в ходе которой брат рассказывает о названии деревьях и травах вокруг, а девушка восхищенно слушает, приводя меня в еще большее бешенство.

А я плетусь позади, и размышляю о словах Митра.

Это не честно по отношению к ведьме. И даже близко не будет похоже на то, о чем обычно мечтают девочки в отношениях. Оборотень может только развлечься с ведьмой, что мы и делаем, пока не придет время обзавестись парой – но от такого союза не рождаются дети, не случается отношений, они просто… Для удовольствия, и не больше.

Но, может, это действительно решение от всех проблем между нами?