На факультет к оборотням

Глава 27 Виктор

После ухода Митра я еще некоторое время стою, обдумывая свое решение.

Братец прав – не явиться к наказанию совсем не лучшая идея, и не то чтобы я особо этого не понимал. Просто как представлю себе Санти, которая пытается хоть что-то выяснить в одиночку – и тут же на ум приходит куча способов, как она влипает в неприятности.

Ну не могу я спокойно вернуться домой, когда она будет бродить там со своим несносным языком и характером, пытаясь еще при этом узнать, не родилась ли случайно оборотнем!

Оборотнем с моей, мать его, Меткой!

– А почему нельзя просто проверить это, обратившись? – раздается совсем рядом чистый, тонкий голосок, и я вздрагиваю, потому что совсем ушел в свои мысли, – тогда не нужно будет ждать каникул, и мы будем точно уверены…

Резко оборачиваюсь, понимая, что Санти не ушла, а почему-то осталась в моей комнате, и теперь неловко переминается с ноги на ногу, явно испытывая неловкость. Мне и самому не сосем привычно – слишком много новостей для одного вечера.

Я скольжу взглядом по открытому вороту ее свитера, где виднеется голая шея. Место, куда я когда-то укусил, не видно, и не понятно, остался ли там еще отпечаток.

Я бы очень хотел посмотреть.

И в то же время боюсь узнать, что Метка все еще там, а это значит…

Что? Что это значит, если выяснится, что укушенная ведьма – и не ведьма вовсе?!

Димитр прав – с одной стороны это многое упростит.

А с другой – запутает еще больше.

Я тру лицо руками, пытаясь пока не думать об этом. Кажется, ведьма (пока еще да!) задала вопрос… Вот на этом и стоит сосредоточиться.

– Не думаю, что у тебя получится, – качаю головой, и Санти тут же обиженно скрещивает руки на груди, – погоди дуться. Это не потому, что ты чего-то не умеешь. Просто первое твое обращение – если это оно – было вызвано угрозой жизни, риском, который просто не оставил твоей сущности выбора. Если бы у тебя не хватило сил на оборот, ты бы погибла.

– Но ведь вы с Митром сейчас запросто меняете ипостась…

– Мы – другое дело. Нас с детства готовили к этому, мы видели и знали, что так будет рано или поздно. А ты даже не веришь в то, что способна на это. У тебя просто не получится – потому что уверенность и сила идут тут на первом месте.

– Ладно. – Санти прикусывает губу, что совершенно не добавляет спокойствия моему воображению, – а если повторить то, что было в лесу? Я имею в виду, угрозу жизни – ведь это, вроде как, сработало…

– Ты совсем того, нет? – вздрагиваю, и тут же отрицательно качаю головой, прогоняя из памяти ее бесчувственный образ в той яме, – рисковать жизнью ради того, что мы итак выясним через пару недель?! Я, конечно, знал, что у тебя с головой проблемы, но…

– Да при чем тут это?! – злится Санти, и раздраженно дергает плечом, – ты и Митр что, меня не подстрахуете? В случае чего, если я все-таки окажусь не оборотнем…

– Санти, Санти, – я качаю головой, и, кажется, ведьма видит в этом жесте снисходительность, потому что еще больше хмурится, – сразу понятно, что ты ничего о нас не знаешь. Какая угроза жизни, если ты будешь твердо знать, что мы тебя страхуем? Кого ты собралась обманывать – собственные инстинкты?

Ведьма тяжело вздыхает, словно ужасно не хочет сдаваться, но не знает, что еще предложить. Мне бы хотелось, чтоб она перестала пытаться себя угробить – но разве эта девушка делает когда-нибудь то, что от нее хотят?

– Может, тогда без страховки? – она слегка приподнимает брови, словно сама напрашивается на разрешение рискнуть собой, – ну выжила же я в той яме как-то… Разве тебе не интересно посмотреть – как?

Нет, это уже ни в какое ворота!

Я зло сжимаю кулаки, и очень стараюсь не схватить ее за плечи – чтобы вытрясти всю дурь, и увидеть хоть проблеск разума в голубых глазах.

– Интересно?! Действительно считаешь, что мне не хватило прошлого раза?! Твою мать, Санти, лучше иди к себе в комнату – пока я самолично не попытался открутить тебе шею, надеясь на обращение…

Блондинка вздрагивает, возмущенно поднимает на меня полыхающий взгляд – и в два прыжка оказывается у двери, хватаясь за ручку.

– Что же ты там такого увидел, Серый, – неожиданно звенящим от злых слез голосом произносит она, заставляя мои мышцы окаменеть, – что тебя так перекашивает от одного воспоминания?!

Она уже собирается выскочить за дверь, когда я в мгновение оказываюсь рядом – и, не рассчитав силы, всем телом с глухим ударом припечатываю ее к двери.

– Ты это о чем, ненормальная? – даже не пытаюсь больше быть помягче, а под ее попытками вырваться еще сильнее надавливаю корпусом, заставляя ее пискнуть и замереть подо мною.

– Пусти!

– Нет уж, сперва скажи, в чем это я не прав, и какие нынче гениальные мысли посетили твою светлую голову?!

Кажется, сарказма в последней фразе было чересчур много, потому что ведьма снова дергается, пытаясь вырваться, но лишь плотнее сцепляя наши тела друг с другом. Я наклоняюсь ниже, пытаясь поймать ее взгляд, и с головой окунаюсь в ее бездну чувств – от злости и решительности до какой-то надломленной, совсем несвойственной неуверенности.

– Ты что, думаешь, мне не понравилось твое тело? – совершенно в ступоре догадываюсь, наконец, я, и озвучиваю эту мысль.

А Санти лишь подтверждает мои слова, мгновенно заливаясь краской, и еще сильнее начиная биться, явно переоценивая свои возможности.

– Чего?! Думай, что говоришь, Серый – с чего вообще ты решил, что меня волнует твое мнение?!

– Волнует, – все еще до конца не пришел в себя от неожиданной догадки, и наклоняюсь ниже, к самым зло стиснутым губам, – иначе бы ты не выглядела сейчас, как воришка, пойманный на месте преступления.

– Да я…

Я успеваю, уже зная, что с ней пока можно только так – ловить момент, и заставать врасплох. Поэтому быстро прижимаюсь к приоткрывшимся губам – и буквально краду полный сладости поцелуй, пока ведьма не пришла в себя.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍А следом получаю звонкую пощечину, и ее стиснутые зубы – поэтому с улыбкой отклоняюсь назад.

– Вот это страсть, милая, – потираю щеку, и чуть наклоняю голову, слизывая с губы солоноватую кровь, – ума не приложу, что будет, окажись мы в одной постели.

– Даже не мечтай, Серый! – шипит ведьма, а у самой так горят губы и щеки, что я как будто чувствую исходящий от них жар. – Лучше думай о том, что будет, если ты еще раз меня тронешь!

– Ну, если ты еще раз меня укусишь – я буду совсем не против…

Санти замирает, буквально прожигая меня напоследок взглядом – а затем дергается, и я отпускаю ее, давая возможность выйти.

– Извращенец! – напоследок бросает ведьма, и выпрыгивает за дверь.

Что, блин?! Снова?!

Я с грохотом ударяю в дверь, выпуская всю злость наружу и думая о том, что мало проучил заразу. Слишком легко мы отбросили старую обиду – потому что появилось нечто серьезней на фоне глупых ссор на обзывательства.

Но это вовсе не значит, что ей теперь можно говорить со мной так, как она посчитает нужным. Кажется, пришло время по-настоящему проучить ведьму – и по моему лицу даже растекается улыбка от предвкушения того, что я собираюсь сделать.