На факультет к оборотням

Глава 46 Виктор

Первое, острое и самое понятное желание – броситься вслед за сбежавшей, поймать и вытрясти из нее всю правду.

Желательно, при ведьме, чтоб у той мозги на место встали. Хотя я уже сомневаюсь, что такое возможно!

Но потом до меня доходит, что мы в чужой стае, а значит, можно действовать по-другому. И в следующую секунду все же прыгаю в окно следом – но направляюсь в другую сторону от запаха.

Да где же…

Мне удается даже без обращения зацепить сторону, куда ушел брат, и через пару минут я уже на главной площади. Митр и Линн стоят у большого здания в стороне, и последняя активно жестикулирует руками – явно показывая крепким оборотням рядом, как и что тут нужно сделать.

Я подбегаю ближе, стараясь издать побольше шума, и парочка быстро замечает меня.

– Вик? Что случилось? – брат сразу по моему лицу понимает, что что-то не так.

– Линн, – обращаюсь быстро к той, кого на самом деле искал, – ты можешь, не задавая вопросов, просто поверить мне и помочь?

Бровь девушки лишь на миг удивленно подлетает, а затем она кивает – и просто ждет дальнейших слов.

– Одна из твоих служанок, та, что приносила нам обед… Она солгала, и следом сбежала из дома. Ее нужно найти.

Если Линн и удивляется, то не показывает виду. Ее спина прямая, подбородок высоко поднят вверх, а губы сжаты в плотную линию – и именно так она разворачивается к трем ожидающим оборотням.

– Найти Лайлу и немедленно доставить ко мне. – Холодно произносит она, и оборотни тут срываются с места. – А теперь объясни, что произошло?

Этот вопрос она уже задает мне, и я быстро обрисовываю ситуацию, опуская момент, зачем же хотел поговорить с Санти.

– Хм… зачем бы ей это? Лайла служит у меня уже два года. Ты точно уверен, что она не могла тебя неправильно понять?

– Абсолютно, – решительно произношу я, и – о чудо! – одна из сестер мне верит.

– Откуда она у тебя взялась? – задает верный вопрос Митр, и Линн морщит лоб.

– Буслай послал ее ко мне. Он нанимал мне всех помощников в доме…

Всех?!

То есть, потенциально дом сейчас наполнен вот такими предателями, а Санти среди них одна?!

Митр, кажется понимает, о чем я думаю, и кивает на выход с площади.

– Идемте в дом, там и договорим. Все равно Лайлу приведут туда…

Я разворачиваюсь, и слышу тяжелый вздох Линн рядом с братом.

– Да, думаю, сейчас уже не до праздника. Что ж, устроим к приезду вашего отца…

Хм, а идея написать отцу с каждым часом мне кажется все правильнее и правильнее. Пусть он строг, резок, груб и нетерпелив – но он опытный и справедливый Вожак. А еще сильный и умный, что нам здесь сильно не повредит в полной каше событий…

В дом я вбегаю, глубоко втягивая носом воздух, и понимая – все в порядке.

Санти в гостиной, куда я не спешу входить сразу, а пропускаю вперед ее сестру. Так безопасней, и так она не сбежит сразу, как меня увидит.

– Линн? Вы уже вернулись?

– Я знаю, что произошло, – девушка садится рядом с сестрой, и обхватывает ее кисть двумя ладонями, – до сих пор не могу поверить, что Лайла могла так поступить!

– А зачем ей врать? – горько усмехается Санти, и замечает нас на входе, – я, пожалуй, пойду.

– Не болтай ерунды! – возмущается Линн, и почти силой заставляет Санти сесть на место, – ладно, я! Но ты-то как могла поверить в подобную чушь, будто Виктор попросил Лайлу о… О чем-то!

Безграничное согласие с сестрой Санти затапливает, и я почти киваю на ее слова. Вот умна! Вот ведь… Уважаю! Но затем мой взгляд падает на Митра, и я замечаю беспокойство на лице брата.

А следом медленно, с каждым словом Линн, до меня доходит…

– На тебе ведь его Метка, Санти! Уж это-то должно тебе о многом говорить!

– На мне… Что? О чем ты?

Твою ма-а-ать…

Учуяла волчица…

Тут же два взгляда – удивленный и осуждающий – упираются в меня. И если брат со своими советами молчит, понимая всю ситуацию, то Линн и не думает помалкивать.

– Ты что, ей не рассказывал?! – ахает она, пока младшая сестра удивленно вертит головой, – и что, Санти не в курсе, что вы связаны?!

– Связаны?! – вторит ведьма, и я закатываю глаза от бессилия.

– Ну, теперь знает, – отвечаю, потому что больше нечего ответить, и вижу, как Митр неслышно присвистывает в сторону, – я сам только недавно все понял!

– Недавно?! Сколько времени Метке? – хмурится Линн, и я понимаю, что вопросы она задает не в бровь, а в глаз.

– Около двух месяцев.

В ее глазах столько восклицательных знаков, что она даже не находится, что сказать. Зато успевает Санти – и тут уже ей никто не мешает вскочить.

– Это… Это тот укус, да?! Ты что, волчара, совсем офанарел?! Ты меня… Пометил?! Как какую-то вещицу?!

– Это была случайность! – клянусь Луной, если она будет так со мной говорить, я точно натворю глупостей, – я не знал, что Метка приживется!

– Ах не зна-ал…

– Ты была ведьмой! Тьфу ты, точнее, мы все так считали! А Метка не держится так долго на не оборотне… Кто ж мог подумать тогда, что ты…

– Санти, он прав. – Тихо шепчет Линн, но ведьму не так-то просто сбить с толку.

Она делает шаг навстречу, и сдувает белую прядь с лица. Стройная, с заостренными от злости чертами, она становится еще красивей – и меня бесит, что я так думаю!

– Почему ты мне ничего не сказал?!

– Вообще-то, я пытался! Просто не было времени…

– Ах, времени… Когда ты понял, что Метка все еще на месте? Уж не тогда ли, когда рассматривал мою шею?

Ее суженные глаза насквозь видят, что это правда. Просто поразительная догадливость, когда не надо!

– Я так и думала, – удовлетворенно кивает она и складывает руки на груди, – времени для того, чтоб сказать, было предостаточно! Ты все еще веришь этому обманщику, Линн?

– На самом деле, да, – вздыхает ее сестра, и Санти приподнимает брови, – тот факт, что он не сказал тебе о Метке, не отменяет ее наличия. Так что, да, Вик говорит правду – он не мог просить ту девушку о том, о чем она намекала.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌Санти сжимает и разжимает кулаки – а я просто жду, что будет дальше.

– Хм. Ты можешь верить – а вот я не буду! – наконец, выдает она, и снова бросает на меня полный злости взгляд.

– Почему, ведьма? – тихо спрашиваю я, внезапно осознавая – силы кончились, – неужели тебе проще поверить в то, что я решил поразвлечься с кем попало, а? Или потому, что ты так привыкла – искать самое паршивое объяснение всех моих поступков? Скажи, Санти.

Девушка чуть-чуть хмурится – но, кажется, готова биться головой об стену до смерти на своем.

– Потому что это в твоем духе, Серый, – бросает она, и это бьет, действительно бьет по самолюбию и гордости, – вспомни, как мы познакомились. Ты ведь тогда и был таким – наглым, самоуверенным. Поставил Метку той, кого даже не знаешь! И не задумался, не спросил – а я хочу этого?!

Да, кажется, этот яд из ее голоса – действительно то, что я слышу. И что я, по ее мнению, заслуживаю.

– Одна встреча, из которой ты сделала весь свой вывод обо мне. – Усмехаюсь, и даже не знаю, как поспорить, поэтому просто отбрасываю назад волосы, – ты ведь даже не знаешь, почему я так поступил… Не разобралась, но повесила клеймо на шею, и что бы я не сделал, сказал и как бы не бился за тебя все остальное время – не допускаешь мысли о том, я другой.

Я говорю спокойно и тихо, а глаза Санти по мере моей речи расширяются, и к концу она даже делает шаг назад.

Так, словно это я ее бью наотмашь фразами.

Хотя я никогда не хотел делать ей по-настоящему больно.

– Один вопрос, ведьма. Задай себе один вопрос – что ты чувствовала, когда та служанка заявила, что я хотел с ней переспать? Не нужно отвечать сейчас, лучше подумай, и реши для себя в конце концов, чего ты хочешь дальше. Я доказывать ничего больше не буду. В конечном счете – теперь я спрашиваю – чего хочешь ты?

Она замирает, а я легко выбегаю за дверь, зная, что больше не могу там находится.

Мне нужны пространство и бег. Земля под лапами, и шум ветра в голове – чтобы от усталости заныли мышцы, а мысли о Санти отошли хоть ненадолго на задний план.

Поможет ли?

Я не знаю, но другого варианта у меня нет.

Легко добегая до скал, я сбрасываю одежду, и перевоплощаюсь, срываясь с места. До глубокой ночи пытаюсь хоть как-то выбросить из головы родное лицо – но не выходит, и злой, отрешенный, уставший, я возвращаюсь в дом.

Затем иду в душ, долго стоя под горячими тугими каплями воды, и пытаясь смыть этот гребаный день. Знаю, что Лайлу так и не нашли – тут нет ее запаха, да и Митр бы сообщил. Это еще больше злит – но не так, как раньше.

Я будто не реагирую, как надо, на эту злость. Словно смотрю на все отрешенно, через призму того, что происходит между мной и ведьмой – мой зверь горюет без ее руки рядом.

Но он, как и я, не готов прогибаться под нее постоянно.

Ни к чему толком не придя, я обматываю полотенце вокруг бедер – и уставшим выхожу из душевой, делая пару шагов в комнату.

А затем замираю от окутавшего запаха, понимая, что его не может здесь быть.

Или…

– Привет, – шепчет в темноте сидящая на моей кровати Санти, – ты… Тебя долго не было.

– Бегал.

Я стою также с одним полотенцем, даже не собираясь пытаться одеться. Она тут? Зачем? Для чего?

Может, она что-то для себя уже решила?

– Я знаю. Я чувствую, что хочу пойти за тобой, когда ты убегаешь далеко. Это… Это тоже из-за Метки?

– Скорее, это твоя волчица. – Говорю правду, сам стараясь просчитать, к чему эти вопросы, – ее тоже тянет ко мне.

– А.

И все?

Твою мать, ведьма, дай мне хоть что-то.

– Почему ты здесь?

Она поднимает взгляд, который отвела, как только я появился в комнате – и теперь откровенно разглядывает мое тело, скользя по плечам, и животу глазами.

– Линн рассказала мне о Метке.

– Хорошо. Я хотел сам, но учитывая твое недоверие ко мне – это лучший вариант.

Санти морщится, а я пожимаю плечами. Да, неприятно – но ведь правда, не так ли?

– Ты не ответила на вопрос.

Ведьма вдыхает, словно очень стараясь собраться с мыслями. Что ее так отвлекает?

– Я пришла поговорить, Вик. О Метке, Лайле, нашем общении и о том, что делать дальше. Мне кажется, пришло время все обсудить.