Надя помнила ужас, который ей довелось испытать после того, как она сбежала из поселения Воргана. Дни, проведенные в лесу в одиночестве, все еще иногда снились ей.
Кошмары были разнообразными. То за ней гнались различные хищники, то она куда-нибудь падала, то ее поедал очередной плотоядный цветок, то заваливало землей насмерть.
По этой причине ей не хотелось, чтобы и другие пережили что-то подобное, ведь она на собственном опыте могла убедиться, насколько внешний мир был опасен.
Сейчас сезон был в разгаре, а значит, в поселениях все еще оставалась заготовленная еда. Но ближе к концу запасы начнут истощаться. При сильном дожде охота могла быть в разы опаснее. Рудые станут избавляться от самых бесполезных, по их мнению, членов, чтобы облегчить свою ношу, ведь чем меньше людей им придется кормить, тем реже нужно будет выходить за пределы стен.
Вместо ответа Надя кивнула.
– Предоставь это мне и ни о чем не волнуйся, – заверил ее Каэрон.
Он отстранился, явно желая направиться к своим людям, чтобы рассказать о миссии.
– Подожди, – остановила его Надя. Каэрон взглянул на нее вопросительно. – Мы не можем забрать всех, – с тяжестью на сердце пояснила она. – Домов мало. Даже если мы поселим в каждом по десять человек, места не хватит.
Это действительно была проблема. Конечно, они могли на скорую руку построить навесы, но скорбных могло оказаться настолько много, что площади поселения не хватит, чтобы разместить всех.
– Мы можем забирать… лишних, – предложила Надя. – Только тех, кого рудые сами захотят передать.
Ей было сложно принять такое решение. Хотелось немедленно вызволить всех, но стоило быть рациональной. Реальность отличалась от фантазий. Поселение не было резиновым, поэтому здесь могло разместиться лишь определенное количество людей.
Впрочем, у них имелось еще одно, так что его тоже можно было использовать.
– Остальные? – уточнил Каэрон.
– Им придется… немного подождать, – ответила Надя, отворачиваясь. На душе было тяжело.
Каэрон подошел и обнял ее, укрывая в своих объятиях.
– Ты все делаешь правильно, – заверил он ее.
Действовать они начали сразу, не откладывая в долгий ящик.
Вначале объявили остальным о своем решении. Надя думала, что кто-нибудь из поселенцев обязательно выскажется против, но этого не произошло. Люди поддержали ее.
Особенно ошеломленными выглядели новички. Каждый из них слушал и не мог поверить в происходящее. Они оглядывались по сторонам и не ощущали себя так, словно попали в какой-то другой мир.
– Тебе лучше не показываться, – высказал Харох, обращаясь к Наде. Она нахмурилась, не понимая, в чем причина таких слов. – Большинство рудых скорбных за людей не считают. Они даже слушать тебя не станут. А если ты настоишь, то упрутся лишь из желания досадить.
– Тогда что ты предлагаешь? – спросила Надя. Она понимала, что Харох был полностью прав. Нужно было исключить все риски.
– Отправлюсь я, Анор и твой муж со своими людьми. – Услышав, как Харох назвал Каэрона, Надя постаралась не подать виду, как взволнованно забилось ее сердце. – Возьмем с собой дичи. С едой дело пойдет гораздо проще.
На этом и порешили. И пусть Наде хотелось самой все проконтролировать, она понимала, что не следовало настаивать.
Первым делом нужно было отыскать ближайшие убежища. Сделать это было не так трудно, все-таки люди предпочитали селиться рядом с рекой. Именно поэтому корабль, после того как все было готово, двинулся вниз по течению.
Надя осталась в поселении.
Первое жилище им удалось найти весьма быстро. Судя по всему, это было убежище новоприбывших. Учитывая, что рудые здесь уже избавились от нескольких людей, был шанс, что в будущем они повторят этот опыт.
Каэрон с Харохом не стали показывать корабль, приземлившись на некотором расстоянии от поселения. После пошли пешком. Каэрон со своими людьми давно уже переоделись в обычную одежду, поэтому почти не отличались от местных.
Добравшись до убежища, они вежливо постучали в ворота. Кажется, это место едва охранялось. Возможно, все дело было в том, что в сезон никто не ждал нападения.
Судя по лицу рудого, появившегося на смотровой площадке, их догадка была верной.
– Кто вы и что вам надо? – спросил он, цепко оглядывая каждого.
Заметив Каэрона и остальных, человек слегка расслабился, явно приняв их за скорбных.
– Лидера зови! – крикнул Харох. – Дело есть, обговорить надо.
В любой другой день рудый мог огрызнуться, сказав, что главе нет дела до каких-то оборванцев, но он давно приметил туши в руках гостей. Именно по этой причине он не стал ничего говорить, молча спустился и потрусил к дому вождя.
Спустя какое-то время ворота открылись. Судя по всему, лидер не посчитал их угрозой, поэтому сразу вышел.
– Что ты хочешь? – прямо спросил он у Хароха, определив его за главного прибывшей группы.
– Мне нужны люди, – Харох так же не собирался расшаркиваться.
Услышав эти слова, лидер нахмурился.
– Какие люди?
– Скорбные. Хочу забрать всех, кто не нужен, – пояснил Харох.
Вождь несколько растерялся. Он не понимал, зачем кому-то мог понадобиться бесполезный довесок.
Конечно, иногда вожаки посещали друг друга и обменивались полезными скорбными, женщинами, например, но этот просил именно тех, кто был бесполезен.
Не так давно он уже выгнал несколько таких, ведь в этом году не удалось заготовить достаточно еды, чтобы в сезон не рисковать на охоте. Пришлось выкручиваться.
На самом деле, сейчас они без проблем могли пережить сезон, но почему бы не облегчить себе жизнь еще немного?
– Это мясо ты принес нам? – спросил вожак, решив выгадать из этой сделки как можно больше.
– Приведи людей, тогда отдам.
– Что мне стоит забрать самому? – хмыкнул лидер.
Он задал этот вопрос лишь из чувства соперничества, не собираясь действительно драться. Зачем, если можно было не только получить мясо, но и избавиться еще от нескольких бесполезных людей?
Харох снял с плеча арбалет и направил на него.
– Попробуй.
Вождь прищурился. Ему не нравились угрозы в свой адрес, но он признавал, что сам их спровоцировал.
– Ты слишком серьезен, – укорил он Хароха. – Однажды это приведет тебя к смерти. Но не сегодня.
После этих слов вождь повернулся к своим людям и приказал:
– Приведи сюда всех, кроме женщин. Хотя старую Дрогу можешь тоже взять.
Рудый, к которому он обратился, поспешил выполнить приказ.
Вскоре возле ворот собралось десятка два скорбных. Как только это произошло, вождь принялся прохаживаться между ними и отбирать. Он оставил всех молодых мужчин и подростков, остальных подтолкнул в сторону Хароха.
Каэрон оглядел людей. Все выглядели изможденными, а на их лицах можно было заметить страх и обреченность. Видимо, они ни на что хорошее уже не надеялись.
– Все? – спросил Харох.
– Остальных не отдам, – хмыкнул рудый и впился взглядом в принесенные туши.
Каэрон едва уловимо махнул рукой, но этого жеста оказалось достаточно, чтобы его люди поняли. Они сразу вышли вперед и сбросили к ногам рудого пойманную дичь.
Только в этот момент тот понял, что странные скорбные как-то подозрительно сильны. Он запоздало напрягся, ожидая какого-то подвоха, но мужчины отошли от него, не тронув.
– Уходим, – решил Харох и развернулся, направившись к лесу.
Скорбные не спешили. Они нерешительно глядели на все еще открытые ворота.
– Что встали? – спросил их глава, жестом давая понять стоявшим позади него людям, чтобы они унесли туши внутрь поселения. – Проваливайте. Теперь вы не имеете к этому месту никакого отношения.
После этих слов он безразлично отвернулся и ушел. Ни один мускул на его лице не дрогнул. Любому было ясно, что его совершенно не беспокоила чужая судьба.
– Идемте, – позвал скорбных Каэрон. Он зорко следил за людьми, опасаясь, что те в момент отчаяния что-то сотворят и погибнут от руки рудого.
– Что с нами будет? – смело спросила пожилая женщина, глядя на Каэрона прямо.
– Ничего, – ответил он ей. – Глава нашего поселения расширяет убежище, поэтому хочет набрать больше людей. Вам выделят место, где вы сможете жить и работать. На этом все.
Услышав его слова, люди переглянулись. Им с трудом верилось, что в этом мире существовал подобный безумец. Но и в то же время человеку перед ними не было смысла врать.
– Что вы там встали? – крикнул от края леса Харох, когда понял, что большая часть группы все еще стояла на месте. – Идемте. Время не ждет.
Скорбные еще раз переглянулись, а потом поспешили за своим новым главой.