Наше темное лето

21

Томас

— Черт, ты такая красивая, — вздохнул я, проводя руками по телу Кинсли, а она впивалась ногтями в мою спину. Я никогда так сильно не хотел чего-то, как трахнуть ее прямо здесь, в воде, но это было бы неправильно. Вместо этого я схватил ее за волосы и потянул, чтобы она посмотрела на меня. — Можешь быть хорошей девочкой и не шуметь? — спросил я, прикоснувшись губами к ее губам. — Мы же не хотим раскрыть наше укрытие, правда? — Я поцеловал ее уже опухшие губы.

Кинсли кивнула, и я улыбнулся, увидев ее покрасневшие щеки. Я провел пальцем по ее мокрому клитору под водой и раздвинул ее ноги своими, прежде чем войти в нее двумя пальцами, растягивая ее. О, черт, она была такая теплая внутри. Мне нужно было сосредоточиться.

— Какая идеальная маленькая киска, — прошептал я ей на ухо, продолжая скользить в ней. — Такая влажная. — Я тоже чуть не застонал, когда она закрыла глаза и потянулась ко мне, впиваясь пальцами в мои мокрые волосы. Я наклонился к ней ближе, захватив ее губы своими, а ее тело задрожало под мной.

— Томас. — Она стонала мое имя, как хвалу, и я застонал, мой член давил на плавки изнутри. Она нежно скакала на моих пальцах, и я не мог отвести от нее глаз. Даже если бы я хотел. К счастью, я никогда бы этого не хотел. Она задыхалась, и я сгладил ее выпавшие волоски с лица.

— Ты кончишь для меня? — прошептал я ей на ухо, ускорив движения пальцами, а другой рукой обхватив ее грудь поверх бикини. Ее единственным ответом был скрипучий звук, смешанный со стоном.

Она шевельнулась в моих руках и оттянула лифчик в сторону, освободив свои скользкие груди, и я от удивления раскрыл губы. Блядь. Я почувствовал, как мой член стал еще тверже, и мне понадобилось все мое самообладание, чтобы сдержать слово. Я сказал, что не буду с ней трахаться, и я это имел в виду. По крайней мере, пока. Я хотел, чтобы она знала, что я хочу ее, всю ее, а не только ее тело.

— О, черт, — пробормотала она, сильнее зажмурив глаза. — Не останавливайся, — прошептала она.

Я позволил улыбке появиться на моих губах, прежде чем наклонить голову, чтобы пососать ее розовый сосок. Она снова застонала, сильнее стиснув мои пальцы, и ее киска сжалась вокруг меня. О, она была близка. Я отпустил ее грудь и вместо этого захватил ее губы, как раз вовремя, чтобы заглушить ее крики, когда она достигла кульминации. Я мог почувствовать ее сладость во рту, когда сосал ее с моих пальцев в инструментальной комнате, и я выпустил стон, продолжая двигаться в ней. Ее тело перестало дрожать, и она открыла глаза, глядя на меня, когда я неохотно вытащил пальцы. Единственное, что я хотел сделать, это снова съесть ее, но вместо этого я прижал ее спиной к столбу своим бедром, позволяя ей почувствовать, что она делает со мной.

— Кинсли? Томас? — кто-то крикнул недалеко от нас, и мы оба замерли. Я понял, что мы оба думали об одном и том же: это может быть ловушка, чтобы выманить нас.

— Раунд закончен. — На этот раз это был голос моего брата.

Я снова посмотрел на Кинсли. Она все еще держала бикини отодвинутым в сторону, ее грудь смотрела на меня, и у меня потекли слюнки. Она смотрела на меня блестящими глазами, и я наклонился и прислонился лбом к ее лбу. Она может стать моей гибелью.

— Мы сдаемся, вы победили! — крикнул Кевин, и на наших губах появилась улыбка. Мне нравилось, что она любила это слово так же, как и я.

— Я же говорил, что мы победим, — прохрипел я, помогая Кинсли поправить бикини, а затем отступил, чтобы дать ей пространство. Это было, пожалуй, самым трудным, что мне приходилось делать, потому что все, чего я хотел, — это она, прижатая к этому столбу.

— На самом деле ты не говорил, — ответила она.

— Говорил. — Она бросила на меня взгляд, прежде чем выплыть из-под пирса.

— Я нашла это место первой, — рассудила она, поворачиваясь назад, и я уже собирался возразить, когда услышал приближающиеся шаги. Мы оба повернулись в сторону дома.

— Вот они, — голос Бракстона донесся до меня прямо перед тем, как я увидел его бегущим сквозь туман.

Я выбрался из воды, и Кинсли сделала то же самое, прежде чем я успел повернуться, чтобы помочь ей. За Бракстоном шли рыжеволосая девушка и блондинка, а сзади я видел, как приближаются мой брат с Кевином и Алией.

— Почему вы, черт возьми, мокрые? — спросил Кевин, остановившись в нескольких метрах от нас. — Не говорите мне, что вы прятались в воде. — Он ухмыльнулся.

Кинсли задрожала рядом со мной, и я обнял ее за талию и притянул ее тело ближе к себе. Я проигнорировал удивленные лица окружающих и неуклюжую попытку Кинсли отстраниться.

— Мы не делали этого. Мы просто вылезли оттуда, когда ты пришел, — ответил я с невозмутимым выражением лица. — Ну, знаешь, ночное купание и все такое, — добавил я, и Кевин показал мне средний палец.

— Ты мог просто ответить «да», придурок.

— А где в этом удовольствие? — спросил я, и Бракстон рассмеялся.

Кинсли с досадой выдохнула, прежде чем выскользнуть из-под моей руки и направиться к дому.

— Они точно целовались, — услышал я, как сказал Бракстон, и бросил на него убийственный взгляд, прежде чем повернуться и последовать за Кинсли.

— А ты куда теперь идешь? — крикнул мне вслед Коннор.

— Переодеться. Мы спрятались, ты нас не нашел, мы выиграли, — ответил я, не оборачиваясь.

Кинсли уже открыла дверь, когда я догнал ее. Я включил свет, который издал странный звук, освещая комнату. Должно быть, я долго его изучал, потому что, когда я обернулся, Кинсли стояла посреди гостиной рядом с кофейным столиком. Я подошел к ней, нахмурив брови, и только когда оказался менее чем в полуметре от нее, заметил, что она держит что-то в руке. Точнее, фотографию, что было странно, потому что Джош убрал все наши фотографии после исчезновения моей мамы.

Прежде чем я успел спросить ее, что она нашла, она повернулась ко мне с обеспокоенным выражением лица и протянула ее мне. Я не спускал с нее глаз, пока брал фотографию. Когда я наконец посмотрел вниз, мои брови сдвинулись. Это была не фотография из моего детства, как я ожидал. На ней даже не было моей матери. Это была фотография, сделанная всего несколько месяцев назад и, вероятно, скачанная из социальных сетей матери Кинсли. Я изучил фотографию в поисках каких-либо подсказок, кроме очевидных. Я хотел понять, почему кто-то выбрал именно ее. Кинсли и ее мать стояли в центре фотографии, а Коннор, я и наш отец — позади них. Это была одна из тех банальных фотографий, которые все родители настаивают на том, чтобы сделать. Единственное отличие заключалось в том, что наши головы, за исключением головы Хелены, были зачеркнуты красным маркером, или, по крайней мере, я надеялся, что это был маркер. Я отложил фотографию и бросился на кухню, вытащив нож из ящика.

— Иди к Коннору, — сказал я Кинсли, поднимаясь по лестнице, но она не обращала внимания. Она была поглощена чем-то другим на столе, и кровь прилила к моим вискам, когда я понял, что она не собирается двигаться.

— Кинсли, иди. Сейчас же. — Она наконец подняла глаза, но ее взгляд был отрешенным.

— Это кровь, Томас. — Она подняла что-то со стола, и я прищурился. Отсюда это выглядело как фотография озера, но я не мог быть уверен. Она выглядела обеспокоенной, и в ее глазах мелькнуло что-то еще, когда она закусила губу.

— Просто иди к Коннору, пожалуйста. И надень это. — Я указал на свою толстовку на диване, когда увидел, как она задрожала, и подождал, пока она выйдет из дома, надев дополнительную одежду, прежде чем включить свет в коридоре второго этажа.

Меня окружала тишина. Единственное, что я не мог определить, было то, была ли это подозрительная или обычная тишина. Сначала я направился к комнате Кинсли, так как именно в нее в последний раз вломились. Я толкнул дверь, и она ударилась о стену. Звук, который она издала, заполнил весь дом, и я крепче сжал рукоятку ножа. Я включил свет и вошел внутрь. Первым делом я пошел проверить окно, но оно было закрыто. Когда я выглянул из него, я замер. На краю леса, над низко висящим туманом, стоял парень, за которым я следовал в лес после вечеринки Бракстона. Я бы узнал эту белую театральную маску, которую он носил под черной толстовкой, где угодно. Именно она привлекла мое внимание в первую очередь.

Я открыл окно и выпрыгнул на крышу. Он не двигался, но я видел, что он смотрит на меня из-за маски. Прыжок с крыши на траву был рискованным, около трех метров, но у меня не было времени обходить. Я бросил нож и прыгнул за ним. Я приземлился на ноги, согнув колени, схватил нож из травы, выдохнув от разочарования, и бросился в лес.

Человек в маске еще мгновение стоял на месте, а потом тоже побежал. Земля под ногами была твердой, и я сжал нож в пальцах, ныряя в лес. Я знал, что держать его во время бега — плохая идея, но заглушил маленький предупреждающий голос в голове. Когда мокрая рубашка стала мешать, я снял ее и, не отрывая глаз от человека впереди, бросил на землю.

Холодный ветер все сильнее обдувал мое тело, когда я углублялся в лес. Человек впереди меня внезапно повернул направо и исчез из виду между густыми деревьями, и я ускорился, но это было бесполезно. Когда я повернул, его нигде не было видно. Всюду, куда я ни смотрел, были только деревья и туман. Я выдохнул в ярости. Кто бы это ни был, он исчез без следа.

⋆⋆⋆

Я потратил добрых полчаса, заглядывая за деревья, но это было бесполезно. Когда я наконец дошел до края леса, дом был залит теплым светом, а Кинсли и Коннор стояли на крыльце.

Увидев меня, они поспешили спуститься по лестнице. Кинсли подошла ко мне первой, и, увидев беспокойство в ее глазах, я вынудил себя улыбнуться.

— Что случилось? Почему ты был в лесу? Мы тебя искали, — выпалила она, бросив обеспокоенный взгляд на деревья за моей спиной.

— Если бы я знал, что для того, чтобы привлечь твое внимание, мне нужно всего лишь на короткое время исчезнуть, я бы сделал это раньше, — ответил я, играя ножом в руке.

— Это не смешно, — сказала она, и я нахмурился.

— Потому что я не шутил. — Уголок моего рта поднялся вверх, и Кинсли отвернулась.

На ней все еще была моя толстовка, на два размера больше ее, и это делало ее одновременно сексуальной и очаровательной. Я хотел притянуть ее к себе и вдохнуть ее сладкий аромат, но Коннор вмешался.

— Ладно, этот разговор очень быстро стал невыносимым. — Он задрожал. — Что случилось? И почему ты полуголый?

— Он только что вышел из леса, а тебя больше всего волнует, почему он полуголый? — прошипела Кинсли, прежде чем снова взглянуть на меня. — Кстати, я показала ему фотографию.

Я кивнул. Хорошо. Лучше, чтобы он знал об этом, и я не был уверен, что сам бы ему рассказал. Часть меня все еще хотела, чтобы он — они — не вмешивались в это.

— На опушке леса кто-то был. — Я оглянулся, прищурив глаза в темноте.

— И ты погнался за ним? — Коннор нахмурился.

Я обошел их и пошел к дому, прежде чем ответить.

— Нет, просто захотелось прогуляться посреди ночи.

— Забавно. Кто это был?

— Надеюсь, ты все еще пьян и не забыл, что значит слово «кто-то». — Я взглянул на брата, он открыл рот, но затем закрыл его.

— Верно.

— Но это был тот же парень, которого я видел после вечеринки Ли, — добавил я. — Та же театральная маска и все такое, — подумал я вслух, и Кинсли обхватила мою руку, останавливая меня.

— В маске? Ты не упомянул, что он был в маске.

— Я...

— Что происходит? — Кевин вышел из парадной двери.

— Все еще здесь? — спросил я. Надежда, что они уйдут, пока я вернусь, исчезла.

— Где-то, — ответил Кевин. — Они пошли искать Саманту и Бракстона. Мы начали еще одну игру в прятки. Она спряталась с Браксом... Это нож у тебя в руке?

Значит, в лесу мог быть любой из них. Мы с Кинсли обменялись взглядами, и этого было достаточно, чтобы я понял, что она думает то же самое.

— Что происходит? — спросил Кевин.

Я вздохнул. Было невозможно думать, когда столько людей задавали вопросы.

— Мы так же ничего не знаем, как и ты, — ответил Коннор, и Кевин повернул взгляд к звездному небу над головой.

— Судя по всему, Томас последовал за кем-то в лес, — сообщила ему Кинсли, стоя рядом со мной и опираясь на перила.

— Э-э, что теперь? — Это был голос Ли, доносившийся из-за наших спин, и мы обернулись, чтобы посмотреть на четверых людей, идущих к нам. Бракстон и Алия шли по обе стороны от рыжеволосой девушки, которую, судя по всему, звали Саманта, а блондинка шла немного позади них.

— С ней все в порядке? — спросила Кинсли в тот же момент, когда я пробормотал:

— Они могли бы хотя бы пойти домой. — Я повернулся к брату, который широко раскрыл глаза.

— Я постараюсь не обижаться на твое высказывание, Роудс, — ответил Бракстон, и я наклонил голову в его сторону.

— Меня это пугает, — пробормотал он через мгновение, гримасничая. — У нее астма, — пояснил он. — И я, возможно, заставил ее задыхаться, когда мы играли. — Он улыбнулся.

— Потому что ты заставил меня бегать как сумасшедшую, — ответила девушка между двумя короткими вдохами, прежде чем воспользоваться ингалятором.

— Томас? — позвал Кевин, поднимая бровь в мою сторону.

Я повернулся к Кинсли, которая все еще стояла рядом со мной, глядя на меня. Я поднял бровь, и она пожала плечами. Я наклонил голову, и она прикусила нижнюю губу, прищурив глаза.

— Они разговаривают? — раздался голос Ли позади меня, но я не обратил на него внимания. Я сосредоточился на Кинсли.

Я не хотел делиться с ними чем-либо, но в этот момент это не казалось мне личным мнением. У меня в руке был нож, и я только что вышел из леса; если я буду вести себя слишком скрытно, это легко станет предметом сплетен по всему городу, а это может все испортить. Мне нужно было ее мнение.

— Или это, или у них обоих просто случился инсульт, — добавила Алия, и Кинсли бросила на нее взгляд.

— Пойдемте внутрь, — сказала она наконец. — Думаю, нам нужно поговорить. — Она поднялась по лестнице и исчезла в доме.