Наше темное лето

29

Кинсли

Как только мы сели в машину Томаса, я получила сообщение. Я достала телефон и посмотрела на экран.

АЛИЯ

Саманта сказала, что вам пришлось уехать. Жаль, что мы пропустили. У Коры проблемы с мамой...

Я

Поговорим позже.

Я повернулась к Томасу, который с подозрительной улыбкой на лице убирал свой телефон.

— И как ты собираешься испортить свидание Коннора? — Я вздохнула.

Он завел двигатель машины.

— Я не знаю, о чем ты говоришь. — Он взглянул на меня, положив правую руку на руль. — Я просто возвращаюсь домой, — добавил он, и я нахмурилась, а потом широко раскрыла глаза.

Я снова взяла телефон, который лежал у меня на коленях, открыла местоположение Коннора и раздраженно выдохнула.

— Он тебя убьет, — сказала я, и Томас отвернулся от меня.

— Думаю, я рискну, — ответил он, включая задний ход.

Я бросила последний взгляд на кирпичное здание, которое начало уменьшаться вдали, прежде чем опуститься на пассажирское сиденье. Было бы глупо думать, что я могла бы помешать Томасу испортить вечер его брату, поэтому вместо этого я отправила Коннору предупреждающее сообщение о нашем внезапном прибытии.

Мы были почти на повороте, ведущем обратно к дому, когда я услышала сзади шум мотоцикла. Я обернулась и увидела, как красный спортивный мотоцикл Бракстона приближается к нам. Он перешел на другую полосу, чтобы обогнать нас, и каким-то образом сделал так, что звук мотоцикла стал еще громче. Он откинул верхнюю часть тела назад и отдал честь, прежде чем оставить нас позади.

— Показушник, — пробормотала я с улыбкой, а Томас фыркнул и направил машину на наземную трассу.

Он припарковался рядом с домом и поспешил по лестнице. Я поспешила за ним, мимо машины Кевина. Я чуть не врезалась в спину Томаса, когда он внезапно остановился в дверном проеме, закрывая весь вид на дом. Я слышала только сдержанные ругательства и звук ткани о ткань. Я оттолкнула руку Томаса и заглянула внутрь.

— О, черт, — пробормотала я с вздохом, сдерживая смех.

Коннор и Кевин стояли перед диваном, пытаясь найти нужные отверстия в своей одежде. Покрасневшее лицо Коннора говорило о многом. Я взглянула на Томаса, который все еще стоял застывшим рядом со мной. Что ж, увидеть своего младшего брата занимающимся сексом было определенно хорошим наказанием за то, что он не позаботился о том, чтобы не испортить им вечер. Его выражение лица изменилось с шокированного на бесстрастное, когда он вошел в дом, направляя меня перед собой уверенными руками.

— Вы не могли постучать? — сердито спросил Коннор, выходя из шока, когда вся его одежда оказалась на месте.

— Коннор, — предупредил Томас неодобрительным тоном, который звучал так, будто я бы не стал этого делать, будь я на твоем месте.

— Ты здесь не босс, Ти, — ответил его брат, снова покраснев. — Я тоже взрослый. — Томас кивнул, а Коннор застонал. — Почему вы не могли постучать?

— Я обычно не стучу в свою собственную дверь. Я использовал ключи. Кроме того, я уверен, что Кинсли отправила тебе сообщение, что мы приедем, — добавил он, обращаясь ко мне, и я сделала ему гримасу.

Конечно, он знал.

— Ты невыносим, — презрительно фыркнул Коннор. — Я никогда не беспокоил тебя, когда ты трахался... — Он прикусил язык.

Наступила тишина, и казалось, что никто из нас даже не дышит. Томас пристально смотрел на брата, а Кевин любовался стеной.

— Хер с ним, — пробурчал Коннор, проходя мимо меня и спеша наверх по лестнице.

— Коннор, — хором окликнули его Томас и Кевин, а затем угрожающе посмотрели друг на друга. На этот раз выражение лица Томаса напоминало то, что мы называем «смертельным взглядом», и я решила присоединиться к Коннору, а не к ним.

— Нам нужно поговорить, — услышала я за спиной голос Томаса, который хрипло произнес эти слова, направляясь к Кевину.

Я поспешила наверх и постучала в дверь Коннора, прежде чем открыть ее. Он лежал на кровати, покрытой белым простынем с маленькими зелеными динозаврами, подходящим к его стенам.

— Прости, я не хотел этого, — сказал он, как только я вошла, садясь на кровать и притягивая к себе большую плюшевую игрушку в виде динозавра.

Я поморщилась, но покачала головой.

— Я не знала, что ты знаешь, но, похоже, стены не звукоизолированы. — Я скривилась.

— Да. — Он закусил нижнюю губу. — Но я не хотел об этом говорить, особенно до того, как ты будешь готова обсудить это. Но Томас может быть таким... — Он закрыл рот, задумавшись.

— Придурком? Идиотом? — я попыталась помочь, и Коннор усмехнулся.

— Да, это лучше, чем то, что я хотел сказать. — Он кивнул, пытаясь сдержать смех.

Между нами наступила пауза, пока я собирала мысли.

— Ты же знаешь, что он тебя любит, да? — Я села на стул рядом с кроватью.

Коннор откинулся назад, закрыл лицо рукой и застонал. Через мгновение он выглянул из-под руки и постучал по матрасу рядом с собой.

— Ты же знаешь, правда? — спросила я снова, когда мы оба уставились в потолок.

— Да, знаю. — Похоже, он хотел сказать что-то еще, но, когда он не продолжил, я повернулась к нему боком. На его тумбочке за его спиной стояла знакомая коробка.

— Это семейные фотографии? — спросила я, и он повернулся, последовав за моим взглядом, и кивнул.

— Хочешь посмотреть? — воскликнул он, и мои глаза заблестели.

Мы сели и прислонились спинами к маленьким динозаврам на стене. Коннор положил коробку на колени, открыл ее и протянул мне несколько фотографий. Между ними выпала бумажка, и мы оба потянулись за ней. Я подождала, пока Коннор развернул ее.

— Так они с самого начала планировали отдать большую комнату Томасу, да? — Он положил бумагу на лист, чтобы я могла ее увидеть. Это был план этажа этого дома с надписью «дом» вверху. Я улыбнулась, когда заметила, что к спальням действительно прикреплены имена.

— Ты знаешь, о чем они говорят? — спросил Коннор, сменив тему, и я подняла глаза от газеты и увидела, что его взгляд прикован к фотографиям в его руках.

Я прикусила внутреннюю сторону щеки.

— Он хочет попросить Кевина об одолжении, — сказала я, и он повернул голову в мою сторону. — Мы нашли статью, о которой говорил Бракстон, — пояснила я. — Но она не очень помогла. Ее написал какой-то Уилбур, и он просто изложил то, что мы и так знали... но в форме журнала о светской жизни.

Коннор поморщился.

— Так что наш лучший шанс — найти остальную часть пропавшего файла.

Коннор прищурился. Я видела, что он беспокоится о парнях, разговаривающих внизу, но я знала, что Томас никогда не будет вмешиваться в его личную жизнь.

— Так Томас хочет, чтобы Кевин поговорил со своим отцом? — спросил он через мгновение, и я сжала губы. — Ну, что-то в этом роде, — ответила я, и он поднял бровь. — Он хочет осмотреть их дом.

Глаза Коннора округлились.

— Кинсли. — Он вздохнул. — Я оставил вас двоих одних на...

— Мы не были одни, и это хорошая идея, Кон. Обычно полицейский, который работает над делом, хранит файл. Такое уже было раньше и...

— Кевин никогда не согласится, — прошипел Коннор. — А если его отец узнает...

— Он не узнает, — заверила я его, и он сжал губы в жесткую линию. — Слушай, кто-то определенно уничтожил остальную часть дела твоей мамы; мы должны его найти.

— Хорошо. Но я пойду с вами. — Он вернулся к фотографиям, и я тихо выдохнула, сделав то же самое

Я пролистала несколько фотографий, пока одна из них не привлекла мое внимание. Молодой человек, которого я узнала как Джоша, улыбался, а девушка рядом с ним, Лиззи, показывала руку в сторону камеры. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что это был кристалл кольца, на который падали лучи солнца.

— Это одна из их фотографий их помолвки? — спросила я, показывая фотографию Коннору.

Он наклонился ближе и кивнул.

— Папа сам нарисовал эскиз для нее. — Он указал на кольцо. — Изумруд был ее любимым кристаллом.

Я внимательно посмотрела на фотографию.

— Они выглядят счастливыми. — Счастливыми-счастливыми. Не так, как он и моя мама пытались быть. И уж точно не так, как это представлял Уилбур Джеймс в своей статье.

— Они были счастливы, — ответил Коннор.

Я снова посмотрела на более молодого и счастливого Джоша, которого я знаю сейчас. У него были зеленые глаза, как у Коннора, но в остальном он был похож на Томаса. Темные волосы, острый подбородок и кривая улыбка. С другой стороны, Коннор был очень похож на их мать. У Лиззи были светлые локоны, розовая кожа и изящная фигура. Я взглянула на мальчика рядом со мной и начала замечать и более мелкие сходства. Например, у них одинаковая форма носа и одинаковые морщинки, когда они смеются, а у Томаса есть ямочки на углах рта, как у Джоша. Я наклонила голову и убрала фотографию, а Коннор протянул мне еще одну стопку и прислонился головой к моему плечу. Мы начали вместе просматривать стопку в тишине.

— А, я это помню. — Он взял слегка размытую фотографию из моей руки. Группа маленьких мальчиков играла на берегу озера. Это был знакомый вид, и я быстро поняла, что фотография, должно быть, была сделана прямо у этого дома. — Моя мама устроила вечеринку в честь 4 июля для меня и Ти, — объяснил Коннор, указывая на младшую версию себя и своего брата.

Коннор бежал к раме фотографии с обеспокоенным выражением лица, а Томас — Томас был в воздухе, сбивая другого мальчика, который, должно быть, преследовал Коннора. На фотографии было еще одно знакомое лицо. Я наклонилась ближе.

— Это Бракстон?

Коннор поднес фотографию ближе к глазам.

— Думаю, да, — ответил он со смехом. Бракстон сидел на земле за Томасом и плакал. — Он был таким милым, — улыбнулся Коннор.

— А кто это? — Я указала на неизвестного мальчика, которого держал Томас.

— Я, честно говоря, не помню, — Коннор пристально посмотрел на мальчика. — Но это моя мама, — добавил он через мгновение, указывая на руки, к которым он бежал.

Лиззи не было на фотографии, но я узнала изумрудное кольцо на ее пальце. Мы продолжили, и хотя было несколько фотографий, происхождение которых Коннор не знал, я узнала гораздо больше о семье Роудс. Там были фотографии дней рождений, первых дней в школе и праздников. Мы даже нашли фотографию Джоша и Лиззи в уродливых рождественских свитерах, но через некоторое время мои глаза начали затуманиваться. Я положила стопку обратно в коробку, закрыла глаза и прислонилась головой к холодной стене. Мы оба молчали некоторое время, пытаясь услышать какой-нибудь шум внизу, но в ответ была только тишина.

— Думаешь, они еще там? — спросил Коннор, и я взглянула на часы на тумбочке. Было почти одиннадцать, а это означало, что мы занимались этим уже более трех часов.

— Не знаю, — я повернулась к двери. Часть меня очень хотела просто выйти и подслушать, но я подавила это желание. — Один из них, наверное, поднимется, — сказала я, и Коннор кивнул.

— Я тоже так думал, — он вздохнул. — Что скажешь? Давай скоротаем время, посмотрим «Американскую семейку»? — Он положил ноутбук на колени, и я придвинулась поближе. — Или «Рапунцель», — добавил он взволнованно, и я усмехнулась.

— Ты же смотрел это уже миллион раз! А как насчет «Скуби-Ду»? — предложила я, и Коннор повернулся ко мне с улыбкой.