(не)верная. Я, мой парень и его брат

14.2

"..I dream of rain.." (Я так мечтаю о дожде)

"..I lift my gaze to empty skies above.." (Я поднимаю свои глаза к небу, но там только пустота)

"..I close my eyes, this rare perfume.." (Закрыв глаза, я вспоминаю её аромат)

"..Is the sweet intoxication of her love.." (Так сладостно пьянеть от её любви)

Чувствую, как слеза срывается с ресниц и медленно стекает по щеке. Десяток раз я слышала эту песню, но сегодня она открылась для меня заново.

"..This desert flower.." (Этот цветок посреди пустыни).

"..No sweet perfume ever tortured me more than this.." (Аромат его, жестокая пытка для меня).

«Это всё не реально...»

"...Sweet desert rose.." (Нежная роза в пустыне).

"..This memory of Eden haunts us all.." (Воспоминание об этом Райском саде будет преследовать меня).

К концу песни моё лицо становится абсолютно мокрым от слёз, они стекают по щекам и капают с подбородка.

«Как я хочу, чтобы он снова увидел... Дождь... Цветы... Огонь... Хочу, чтобы он увидел меня... Это просто несправедливо... Чудовищно... Почему? Почему так?»

Песня звучит в моих ушах на повторе, а слезам, кажется, нет конца. Но с этой горькой солью из меня уходит боль. Моя душа очищается от всего напускного, от шелухи установок и предрассудков. Остаётся только жгучее чувство в груди, стремление в одном направлении, только к нему.

Впервые в жизни меня не терзает мысль, что я очередная игрушка для кого-то, красивая бестолковая кукла. Пути судьбы неисповедимы, нам нужно было пройти через все круги ада, чтобы найти друг друга.

«Будь он успешным спортсменом, колесил бы по миру, купаясь в лучах славы... Как это мерзко и эгоистично, Алина... Значит ему нужно было ослепнуть, чтобы ты стала счастливее? Думаешь твоя любовь станет достойной заменой его полноценной жизни?»

Мне становится плохо от этих эмоциональных качелей с абсолютного мажора в глубокий минор. Закутавшись в махровый халат, я отправляюсь на кухню. Капая корвалол в стакан с водой, я только сейчас понимаю, что музыка так и играет у меня в ушах. Достаю наушники, сажусь за стол и, обхватив чашку двумя ладонями, машинально пью горькое лекарство.

В памяти, вдруг, всплывает недавний разговор с Макаром:

"— Он мне очень нравится... Я не отступлюсь так просто...

— Это потому, что тебя хорошенько отжарили. Пройдёт время, эта волшебная хуета развеется. И ты взвоешь..."

«Боже, он был прав... Он то понимает, что это значит... Жить с болью любимого человека. Каждый день... И не иметь возможности что-то изменить. При этом поддерживать его, не распуская соплей... в отличие от меня...»

Открываю сегодняшнее фото на смартфоне и вижу его счастливое лицо после заплыва.

«Ему не твоя жалость нужна... Не твои слёзы... Если этот человек делает счастливой тебя... Ты найдёшь способ сделать счастливым его...»

С этими мыслями я ложусь в кровать и чувствую, как лекарство постепенно начинает действовать. Беру телефон и набираю Матвею сообщение: "Я люблю тебя". Стираю, набираю вновь. И... опять удаляю.

«Нет... Не так... Не в долбанной смс-ке...»

Кладу телефон на тумбочку, рядом с кроватью, гашу свет и забываюсь тревожным медикаментозным сном.