(не)верная. Я, мой парень и его брат

ГЛАВА 17. МАША

Вкладываю в руку Матвея прохладную запотевшую бутылку воды.

— Я встретила врача. Приём посетителей на сегодня запретили, но состояние Макара стабильное.

Мысленно я уже сотню раз отхлестала себя по щекам за враньё.

«Нехорошо, начинать отношения с обмана, но что поделать...».

— Мы сможем приехать завтра, я возьму машину и заедем вечером.

Матвей открывает бутылку, делает глоток и болезненно морщится.

— Всё нормально? — взволнованно интересуюсь я.

— Как-то плохо пошло, — он стучит кулаком по груди, пытаясь облегчить состояние.

— Это спазм пищевода от стресса, тебе надо немного расслабиться. Давай помогу.

Сажусь рядом и начинаю круговыми движениями мягко поглаживать грудь мужчины. Чувствую, как сильно напряжены его мышцы, он как камень.

— Вряд-ли получится, — он тяжело вздыхает.

— Я до конца дня свободна, проведём время вместе? — всё внутри сжимается от мысли, что он отвергнет моё предложение. Мне так хочется помочь ему, отвлечь от мрачных мыслей.

— Если только ты ещё не устала от нытья старого калеки, — Матвей горько усмехается.

— Можешь ныть сколько угодно... Я люблю нытиков.

— Кажется, я сорвал джекпот! Что будем делать? — его мышцы под моей рукой становятся всё мягче.

— У меня есть одна идея, но для этой затеи нужны плавки.

— Чёрт, я думал они нам не понадобятся, — кажется лёд тронулся, он постепенно начинает расслабляться.

— Ах-ах, очень смешно...

— Что? Я может не хочу плавать. А ты о чём подумала, маленькая пошлячка?

— Давай сейчас ко мне, я возьму свои вещи и на моей машине едем к тебе за плавками.

— У меня нет выбора, я весь твой на сегодня, — он встаёт с места и складывает руки запястьями друг к другу, будто я надеваю на него наручники.

Недолго думая, хватаю его руки и окутываю ими себя, нежно целуя в губы.

— Мммм... Это лучшее успокоительное, что мне когда-либо давали, — довольно мурлычет он, как большой котяра.

— Можно принимать без ограничений... и вреда для здоровья.

— Только, кажется, есть один побочный эффект, — мужчина приподнимает бровь.

— Какой? — кокетливо интересуюсь я, хотя прекрасно знаю, что он скажет.

— Я жёстко подсел, — от этих слов внутри прокатывается волна тепла.

Его ладони находят моё лицо, а губы снова ложатся на твои, даря почти невинный поцелуй, но у меня подкашиваются ноги.

К центральному зоопарку мы подъезжаем в самый разгар дня, солнце палит нещадно и посетителей почти нет.

Открыв пассажирскую дверь, Матвей сразу подозрительно тянет носом.

— Пахнет зверями... Вернее, тем что они после себя оставляют.

— Да, да, умник. Пахнет навозом, потому что мы приехали в зоопарк.

— Надеюсь ты меня не бросишь в вольер с крокодилами... Кстати, к ним можно и без плавок...

— Ну уж нет, твою аппетитную задницу я съем сама.

— Так может сразу перейдём к этой части вечера? Без прелюдий?

— Ну хватит, негодник. Я хочу сделать тебе сюрприз. Думала, что мы попадём сюда с Макаром, но...

— Этот говнюк обойдётся. Пусть поваляется в больнице, может мозги встанут на место, — его тон резко меняется с игривого на зловещий.

Эта фраза ранит меня, ведь я знаю истинную причину беды, случившейся с Макаром. Конечно, он уклонился от деталей и не рассказал, что случилось, но скорее всего, это вопрос времени.

— Пожалуйста, будь с ним помягче завтра. Он очень сильно пострадал... Видел бы ты его...

— Хорошо, дорогая. Но только ради тебя. Прости за резкость.