Подонок. Его наказание

Глава 14. Лера

Определённо не стоит раздумывать над новой информацией о Дане. Уж тем более, пропускать это через себя…

Каким бы ни было его детство, это не даёт ему индульгенцию быть мудаком. Какие бы сложности ни выпали на долю этого парня, это не отменяет того, что мы враги.

Он это понимает чётко, раз готов рисковать моим здоровьем. Кстати, не сказать, что я хорошо себя чувствую… Слабость сильная, голова слегка кружится и сердцу неспокойно, хотя показатели на специальном браслете вполне нормальные. Причин пить таблетку нет…

Просто лягу спать — тем более что пока я стелила, Макс как раз написал, что переговорил с Федей и сказал ему, типа хочет согласиться, но не знает, как это теперь сделать. Как ни странно, этот отвратный тип обещал подумать. Видимо, самому лишние разборки и конфронтация не нужны. Не зря же, в конце концов, его остудили обещанием приплести полицию, ещё когда за Дана заступался…

В общем, процесс идёт. Всё решаемо. Остаётся только мне зарядиться цинизмом и обдумать, каким именно способом заманить Дана в ловушку за день до соревнований. Ведь точно будет бдительным…

С другой стороны, хоть как-то, но открывается мне. Про шрам вот рассказал, а ведь вряд ли каждому об этом болтает. Значит, надо и дальше упирать на то, чтобы окончательно войти ему в доверие. Подсознательно оно, видимо, уже есть. По крайней мере, зачатки.

И что бы он мне ни говорил, никакого сочувствия у меня быть не должно…

Закрываю глаза, расслабившись в постели. Я толком не раздета: просто лифчик сняла, оставшись в той же одежде. Но всё равно так устала, что должна бы заснуть.

Да только не получается… Не отпускают мысли, что я не одна. Дан там где-то за стенкой. И у него, возможно, до сих пор стоит! Серьёзно, его долбанный член не падал не только пока этот мудак одевался, но и во время разговора тоже. Я непроизвольно бросала туда взгляды…

Мы тут наедине. А реакция Дана на меня более чем красноречивая. И тормозов у него, судя по всему, нет совсем.

Как тут заснуть?

Я, конечно, пытаюсь, то и дело прислушиваясь к звукам из соседней комнаты. Если Дан и спит, то делает это очень спокойно, не ворочаясь и не храпя. Если нет…

Чёрт, лучше бы храпел! Может, хоть так я успокоилась бы.

Не знаю, сколько я так лежу в полуотрешённом и в то же время ясном сознании. Когда, не выдержав, берусь за телефон, вижу, что уже второй час ночи. Бездумно листаю ленты соцсетей, потом пробегаюсь взглядом по переписке с Максом, потом… Нахожу страничку Дана.

Ничего особенного там нет. Друзей не так чтобы много — чуть больше ста, видимо, всех подряд не добавляет. Музыка хорошая — много знакомых мне трэков самых разных жанров, включая даже классику. Фотки тоже далеко не пафосные и не понтовые — их не так уж много и каждая выдержанная, со стилем. Много с мотоциклом. О байкерских шутках и в ленте его мелькает самое разное. Подписки тоже… Есть видео с паркуром.

Включаю одно такое… Залипаю. Рисковое — даже очень — уже знакомые мне и ещё более безумные трюки выполняются на крышах многоэтажек.

Судя по всему, риск для Дана — вполне обыденное занятие. Почему так?

Вздрагиваю всем телом, неожиданно услышав оглушительный хлопок где-то совсем рядом. Как взрыв! Точнее, даже скорее всего именно он…

Боже! Вот теперь у меня сердце по всем показателям зашкаливает. Во дворе истошно воют сразу несколько сигнализаций машин, а я на волне паники вскакиваю, ищу сумочку, быстро выпиваю таблетку, запив её водой из-под крана. Просто нет времени и сил копошиться тут в доме Дана и выяснять, где что.

Куда больше волнует, что, чёрт возьми, за окном происходит. Петарды? Теракт?

Боже, предположений слишком много, и они безумно разные. У меня нет сил проживать их наедине с собой. Я ужасно боюсь подойти к окну и проверить, тем более что звук повторяется — правда, на этот раз гораздо тише и явно дальше. Но машины так и не успокаиваются, и это нешуточно бьёт по нервам.

А потому — только поэтому! — я, положив сумочку на место, тут же несусь к Дану. Руку машинально продолжаю прижимать к сердцу. Такая уж привычка, хотя, конечно, ничего я таким образом не проверю и никак проблемному органу не помогу. Он пока сам справляется… Видимо, совсем уж сверхъестественными усилиями, на каких-то чудо-резервах, учитывая весь этот дурацкий день.

Я не церемонюсь и сразу включаю свет в его комнате. А Дан спокойно спит. Серьёзно, ему вообще хоть бы что! Вальяжно развалившись на кровати, размеренно дышит, явно пребывая во снах. Одеяло обнажает его почти ровно наполовину, лишний раз являя мне его подкачанные мышцы и кубики пресса. Как будто мне недавней обнажёнки было мало! И без того детально её помню.

И нет, я не буду смотреть на член, который, надеюсь, всё же упал. Вместо этого я на волне эмоций резко расталкиваю Дана, стремясь его разбудить. Сигнализация до сих пор орёт, он что, оглох?

Сонно бормочет что-то, когда я делаю новый, более грубый толчок. А меня неожиданно простреливает осознанием, что я в его спальне сижу без лифчика в довольно облегающей кофточке, а Дан, возможно, там вообще голый…

И вот зачем он мне сейчас такой? Даже если у них там во дворе реально взрывы и чуть ли не война началась. Что Дан может сделать в этой ситуации? Пусть спит себе дальше. Если бы из дома надо было эвакуироваться, уже везде бы как минимум свет горел и люди вовсю шумели и выбегали.

Увы, это запоздалое осознание мне уже ничем не помогает: как раз в тот момент, когда я слабо поднимаюсь на ноги, Дан открывает глаза.

— Ты чего? — спрашивает сипло, видимо, до конца и не проснувшись.

А может, и до конца — слишком уж задерживается его взгляд у меня на груди, где нет лифчика и облегающая кофточка…

Мне бы уйти… Хоть и выпила таблетку, но всё равно явно на взводе. Ещё чуть-чуть — и трясти начнёт.

— А ты не слышишь? — киваю на окно. — У тебя во дворе непонятно что происходит.

Дан хмурится, бросая туда взгляд. Такое ощущение, что и вправду только-только услышал, хотя гремит уже несколько минут как. Я настолько отвлекла его своим присутствием?

Или… Видом?

— Да, странно, — задумчиво подмечает. — Но ты не боись, вряд ли это атака дронами или типа того, — хмыкает, как будто мы о чём-то обыденном говорим. — Давай я пойду проверю, а ты пока тут побудь, чай попей, подожди. На связи будем. Уверен, там тупо отмечает кто-то что-то.

С этими словами он уже поднимается с постели, явно не испытывая никаких опасений, чтобы выйти на улицу и разобраться. А если… Вдруг там какой-нибудь псих с оружием во всех подряд стреляет? Эти звуки вполне могут означать именно это, а так оперативно причину из официальных источников мы вряд ли узнаем, только постфактум.

Кажется, у Дана вообще нет тормозов. И страхов… Из-за детства?

Я не успеваю сориентироваться ни с ответом, ни с действиями, ни даже со взглядом в его сторону — одевается в секунды, потому и непонятно, совсем голый спал или нет. Хотя какая, к чёрту, разница? Вот уж последнее, о чём я должна думать.

— Сердце зашкаливает? — неожиданно спрашивает Дан, кивая на мою всё ещё прижатую к груди руку.

Мгновенно вспоминаю, что он в курсе моей болезни. И ещё так обыденно и цинично спрашивает, ничуть не колеблясь по поводу того, что я по его милости через всё это прохожу!

У него и в этом плане тормозов нет. Так что пошёл к чёрту — я тоже не буду волноваться за его участь! Пусть идёт куда хочет.

— Уже лучше, — отчуждённо выдавливаю, убирая руку.

Таблетку-то, в конце концов, выпила…

Дан кивает и просто выходит из комнаты, оставляя меня сидящей у него на кровати. Со смятым и явно ещё тёплым постельным бельём — видно, что он только-только встал…

А я и пошевелиться не могу. Так и буду, наверное, тут сидеть, дожидаясь какой-то ясности.

Надеюсь, там реально не трэш какой-то. Прежде всего, ради себя надеюсь, а не ради Дана.

Который внезапно возвращается с чашкой чая и шоколадным батончиком. Кладёт передо мной на специальном подносе, пока я, ошарашенно пятясь на кровати, от всего разом окончательно теряюсь.

— Зелёный с мелиссой, — небрежно поясняет Дан, кивая на чашку. — Успокаивает нервы. Попей пока и не переживай: тут тебя никто не достанет. Даже в случай пиздеца ты тут надёжно укрыта: квартира сделана из специальных бронебойных материалов.

Хм… Точно, или он выдумывает на ходу для моего успокоения?

Смотрит на удивление внимательно. Неужели про сердце вспоминает? А ну да, всё это — не жесты заботы, а, скорее всего, просто нежелание получить лишние проблемы. Вряд ли Дану нужно, чтобы я в обморок грохнулась.

— Всё нормально, спасибо, — сухо откликаюсь, берясь за чашку.

Мелиссу я люблю…

Дан резко выходит сначала из комнаты, а потом из дома. Слышу же… Не знаю, насколько у него «бронебойная» квартира, но проверять, что творится, явно настроен всерьёз. Наверняка правду мне скажет, а не соврёт что-то для моего успокоения.

Пью тёплый вкусный чай с не менее вкусным шоколадным батончиком и жду. Мысленно подмечаю, что вкусы на сладкое у нас, значит, сходятся. Я тоже люблю вкусняшки этого производства, особенно, печенье.

Но немного неожиданно, что такое есть дома у Дана. Сладкоежка? Весь такой рисковый дерзкий-резкий — и налегает на вкусняшки?

Это даже почти мило. И, как ни странно, на время отвлекает от шума на улице и того факта, что Дан туда вышел разведать обстановку.

Кажется, я действительно успокаиваюсь. То ли от чая, то ли от мыслей — но вот уже поднимаюсь, осматриваюсь в комнате. Неплохие тона, светлые. Бежевый в основном. Тоже не самый ожидаемый выбор для такого парня, как Дан. В комнате не видно каких-то его принадлежностей: наверняка они спрятаны в тех шкафчиках, что на столе напротив кровати. Вряд ли там вещи: я видела отдельную гардеробную, что тоже немного необычно для Дана — он ведь ни разу не модник. Видимо, вопрос комфорта — постельное бельё он оттуда мне выдавал, например.

Здесь из реально интересного несколько статуэток с разными бойцовскими позами. Не удивлюсь, если он и в этом спорте хорош — драться умеет сто процентов, так что вполне возможно, что и профессионально.

Что ещё… Ноутбук на столе распахнут. Возможно, и не выключен? Если я подёргаю мышкой и возобновлю работу, может, мне и не понадобится вводить пароль?

Дурацкая мысль… Зачем мне это?

Умом понимаю, что незачем, но какого-то чёрта всё-таки приземляюсь за стол с ноутбуком. Нажимаю… Ну вот, всё-таки нужен пароль.

— Выебать Леру семнадцать ноль четыре, — неожиданно слышу знакомый насмешливый голос. — Это пароль.

Вздрагиваю всем телом. Сердце аж подскакивает в груди, и приходится делать глубокие вдох-выдох прежде, чем развернуться.

И давно Дан вернулся?

У меня даже нет сил злиться на его чёртов пароль. Хотя и бесит, что я там фигурирую. Не меньше злит, что он увидел, куда я лезу. Мало ли что теперь подумает…

— Без пробелов на русском? — сухо уточняю, не понимая, как при этом умудряюсь смотреть ему в глаза. — А цифры как?

— Без пробелов, на русском, с заглавными первыми. Цифры цифрами. У меня в качестве паролей всегда ближайшая цель и дата, когда я её поставил. Как достигну, меняю.

Семнадцатого апреля, значит… Почти в день нашего знакомства.

Хотя нафига мне об этом думать? И мысленную реакцию ему не дам. Вообще без тормозов этот мудак — ещё недавно вроде как беспокоился о моём самочувствии, чай приносил, а сейчас опять выпаливает нечто, что способно взволновать враз.

— Что там были за звуки? — сухо спрашиваю, вводя пароль. Да-да, прям при Дане, из упрямства. Пусть не думает, что меня легко выбить из колеи.