Подонок. Его наказание

Глава 23. Лера

Конечно же, первое, что я делаю, вернувшись за столик — прошу Макса больше никогда не потворствовать Дану в сближении со мной. А в идеале вообще заблокировать его.

Вот только реакция оказывается совсем уж неожиданной…

— Он тебя обидел? — нет, ну этот вопрос вполне логичный, в отличие от того, что Макс тут же скептически хмурится, добавляя: — Нет, он не мог.

Уверенно так об этом говорит… С каких это пор? Разве не мой брат ещё не так давно характеризовал Филатова как мудака?

— Не обидел, но… С чего ты взял, что не мог бы? — не сдерживаюсь от вопроса.

Мы отвлекаемся на подошедшего официанта, делая заказ, и тогда я бегло осматриваю зал… Да, Дан, похоже, всё-таки ушёл. Я не только не вижу его здесь, но и даже… не чувствую.

Внезапное такое открытие: оказывается, я каким-то образом ощущаю, рядом он или нет. Сейчас вот знаю наверняка, что нет. И странным образом уверена, что пойму, если это изменится.

Свой заказ делаю скорее машинально. Спасает, что мы здесь с Максом не в первый раз — это наш любимый ресторан. Одно из немногих в Москве мест, где действительно вкусно. Парадокс, что в маленьких городах их намного больше.

— Так вот, — нахмурившись, сам же продолжает тему Макс, стоит только официанту уйти. — После импульсивной драки мы с Даном разговорились. И вот не знаю, то ли основные эмоции я уже в этом махаче выплеснул, то ли желанная победа окрылила, но я реально выслушал его и принял всё, что он сказал. Я поверил ему… Знаешь, там нереально было не поверить.

Сглатываю. Да уж, знаю… На себе испытала совсем недавно. И об этом лучше не вспоминать, пока я краснеть не начала под внимательным, хоть и задумчивым, взглядом брата.

Та их драка… Когда Дан навестил меня в больнице, не особо замечала на нём ран, но сейчас вот вспоминается ещё проступающий и сегодня синяк на скуле, явно оставленный Максом. Хотя брату досталось больше.

— Плюс его поступки… — уверенно продолжает он, откладывая оставшееся у нас одно на двоих меню в сторонку. — Ты и сама понимаешь, что он не был обязан уступать победу. У Руслана в той гонке, про которую все говорили, тоже важный вопрос был. Но ребята в итоге скинулись ему деньгами, все, включая Дана. Если бы он и сейчас просто мучился тем, как с тобой произошло, мог бы организовать такой сбор, а не бросать всё ради тебя. Не знаю, какие у него были цели, но явно важные. Он не говорил, но я и так это понял. Он решал эти проблемы всё то время, пока ты была в больнице, при этом будучи в постоянном контакте со мной. Представляешь, мы даже волновались за тебя вместе. Поддерживали друг друга. И… Помнишь, я не сразу тебе сказал, что почти всё, что я тебе носил, было от него? Это он так просил. Понял, что тебе так будет проще. В общем, Дан, может, и не образец хорошего парня, но поверь, он заслуживает шанса. Иначе я бы ему не помогал.

— Ты ещё скажи, что вы подружились, — натянуто усмехаюсь, потому что вроде бы уже восстановившееся сердце болезненно сжимается при некоторых словах Макса.

Словах, которые как вбиваются в голову и упорно там прокручиваются снова и снова.

Дан ни мне, ни Максу — никому — не говорил, чем пожертвовал ради моей операции. Явно потому, что просто не мог иначе и не считал, что тут есть что обсуждать. А ещё он… Действительно переживал. Поддерживал. И Макса, и меня — этими вкусняшками, цветами, разными милыми и полезными вещами в больнице. Разве так себя ведёт человек, который хочет просто секса?

Хотя Дан, блин, может. Он может буквально всё — а особенно мастерски у него получается сбивать меня с толку.

— Ну мы всё же разные, — усмехается Макс, благодарно кивая официанту, который приносит нам напитки. — Но да, теоретически могли бы и подружиться.

Только и качаю головой. До сих пор тяжело поверить, что Макс вписывается за Дана. Макс, который ещё не так давно был готов навлечь на Филатова проблемы с полицией из-за «попытки изнасилования».

— Ты слишком доверчивый, — только и подытоживаю со вздохом.

— Из нас двоих куда более доверчива ты, — мягко возражает Макс. — А потому мне вдвойне непонятно, почему ты после всего, что было, не хочешь дать ему шанс. Боишься?

— Его? — издаю дурацкий смешок, уставившись на свой коктейль.

Не знаю, почему смотреть на Макса вдруг не по себе. Я даже не добавляю, что вообще-то уже какие только вызовы Филатову не бросала. От страха? Да я даже ночью к нему в квартиру заявилась! Со снотворным, ага. Тоже боялась?

— Чувств, которые он в тебе вызывает, — неожиданно серьёзно подытоживает Макс, внимательно глядя на меня.

Кожей этот взгляд чувствую. Шумно сглатываю, прежде чем принять его своим.

— Вот уж не думала, что буду обсуждать это с тобой, — какого чёрта в моём голосе столько язвительности? Я никогда раньше так не говорила с братом, но остановиться не могу. — А тебя не смущает, что ещё недавно он всем говорил, что вот-вот меня трахнет? Или что собирался это сделать?

Вот что за нафиг? Почему от озвученных справедливых вопросов меня не возмущением накрывает, а смущением и даже… томлением? И опять то же ощущение, которое по всему телу волной прокатывалось, когда ещё совсем недавно я почему-то хотела, чтобы Дан меня поцеловал. Вопреки всему хотела.

— Хм, ну, — не сразу откликается Макс, помявшись. — Конечно, меня это сильно бесило, но я теперь понял, почему он так себя вёл. Ему так было проще отсекать симпатию к тебе и внушать самому себе, что ты легкомысленная девочка и к тебе относиться можно только соответствующе. Только самого себя не обманешь. Уверен, Дан не только не стал бы тобой пользоваться, но и Феде бы ни за что не позволил.

«Я убил бы его прежде, чем он тебя коснулся», — предательски заполняют голову горячие слова Дана, словно подтверждая сказанное Максом.

— Я тебя поняла, — отпиваю большой глоток своего коктейля, а потом тереблю его трубочку пальцами. — Но пойми и ты меня: мой ответ — нет. При всём уважении и со всей благодарностью за всё, — зачем-то усмехаюсь. — Ты говоришь, вы слишком разные, но и мы с ним тоже. Всё это не для меня. Так что, пожалуйста, не потворствуй больше его каким-либо попыткам.

Макс тяжело вздыхает, явно желая мне возразить. Но всё-таки тормозит себя в этом — за что я благодарна.

— Как там в универе дела? — переводит тему. — Сессия в разгаре? Ника договорилась с преподами насчёт тебя?

Да уж, я так неожиданно загремела в больницу, что этот вопрос действительно пришлось решать подруге-однокурснице. Я думала перед плановой операцией поговорить с руководством универа.

Но к счастью, всё действительно решено:

— Да, прям сразу. И они с Ником помогут мне и сейчас, поскольку я всё-таки решила сдавать пропущенные зачёты в промежутках между текущими экзаменами, — делюсь с братом подробностями своего недавнего возвращения в универ.

Мы продолжаем обсуждать именно это, а потом его дела по работе и не только. Говорим и о маме и чуть ли не обо всём на свете, но только не о Дане.

Правда, он всё равно умудряется напомнить о себе, даже не появляясь здесь… Когда приходит пора просить счёт, официант с улыбкой сообщает:

— За вас уже заплатили.

— Эм… — не только я, но и Макс удивлён этой новости. — Кто?

— Парень, который сидел за тем столиком, — официант кивает именно туда, где я видела Дана. После него, кстати, никто так и не садился на то место…

— Но как он умудрился, если мы сделали заказ после того, как он ушёл? — выясняет подробности Макс, пока я даже и не представляю, что обо всём этом думать.

Очередной недвусмысленный жест Дана… Он вообще не привык сдаваться?

— Оставил крупную сумму и сказал, что остальное на чай, — довольно сообщает официант.

Видимо, сумма там действительно крупная на всякий случай оставлена была… Дан всё-таки решил свои проблемы, раз так легко разбрасывается деньгами? Надо же, ещё наличку прихватил. Специально для эффектного жеста?

Ловлю себя на том, что скорее внушаю себе недовольство по этому поводу. Если честно, мне даже приятно. Причём не только из-за того, что Дан так красиво поухаживал, но и из-за того, что… не сдаётся.

Только вот зачем мне это, если я уже всё решила?..

— Да уж, Дан привык побеждать, — хмыкнув, подмечает Макс. Явно без задней мысли, но меня аж холодком обдаёт. — Что ж, спасибо ему.

— Да, спасибо ему, — вторит радостный официант, а я всё ещё слова брата прокручиваю в голове, толком не слыша никого.

«Привык побеждать»… Может, именно поэтому Дан не сдаётся? Вспомнить хотя бы его пароли-цели на ноутбуке… И если ему от меня нужен секс, то, возможно, Филатов действительно на полном серьёзе готов на всё ради этого пойти. Просто потому, что не привык сдаваться.

Правда, всё равно это сделал в гонках… Ради моей операции.

******

Запретив себе идти на встречу к Дану, я специально забиваю себе весь день, а особенно вечер. Йога, встреча с Никой по поводу пропущенного в универе и просто поболтать, потом посиделки с Алисой…

Не сказать, что мне всё равно это даётся легко. Особенно когда наступает шесть вчера… Ужасно не по себе от мысли, что Дан стоит там и ждёт. Надеется на что-то… И ведь даже позвонить мне не может — заблокирован у меня везде.

Но я давлю в себе любые переживания по этому поводу, даже когда вспоминаю, что Дан обещал ждать меня до ночи. Запрещаю себе думать о том, как он там, даже когда начинается дождь… А потом и ливень.

Мы-то с девчонками в помещениях встречаемся, а он если там, то возле моста стоит… Неприкрытый. Мокнет. А с его упорством вряд ли что-то с этим сделает.

Нет. И я ничего я с этим не сделаю! И даже мимо проезжать, проверяя, там ли он, не буду.

Даже если Дан ещё не ушёл и вправду до ночи меня ждать будет — ему же на пользу. Окончательно поймёт, что шансов никаких. Может, даже разозлится на меня.

Я вот на себя уже зла — за то, что несколько раз чуть не порывалась написать ничего не подозревающему Максу с просьбой пойти к тому мосту и проверить, как там Дан. Отговорить его. Вариант пойти туда самой я отметаю изо всех сил. Да и брату решаю не говорить — учитывая наш последний разговор, может понять моё беспокойство не так.

Что ж, благодаря тому, что я не остаюсь одна весь вечер и даже ближе к ночи — я справляюсь. Домой возвращаюсь к половине третьего. Сразу заваливаюсь спать.

Вот только заснуть всё равно не получается. То и дело ворочаюсь, о Дане мысли в голову лезут…

Ну нет у меня чувства правильно принятого решения. И как ни убеждаю себя в обратном, понимаю это чётко.