Подонок. Его наказание

Глава 15. Дан

— Мощные петарды, — с ухмылкой заявляю: да уж, и стоило ради этого подниматься… Впрочем, стоило, но ради Леры, сидящей у меня в комнате без лифчика и явно осмелевшей: вон как пароль набирает уверенно. — Какой-то придурок отмечал открытие своего дурацкого бизнеса. Не вникал, какого, когда прогонял его вместе с компашкой нахрен.

Ну да, ради этого пришлось пожестить. Выхватил их пиротехнику, изобразил, что собираюсь поджечь и на них направить. Охуительно убедителен был, как будто и вправду собирался рискнуть и прям в руках держать горящую штуковину.

Просто так доходчивее, чем сраться и убеждать. Уверен, и до меня кто-то пытался по-хорошему их просить прекратить. Всё-таки у кого-то работа утром, у кого-то дети…

— Прогонял? — растерянно спрашивает Лера. — Зачем так радикально?

Хмыкаю: это она ещё не знает, каким именно образом я это делал. С чего вдруг добренькая такая — надо было позволять мудакам всем мешать и кого-то даже пугать?

— Потому что ты испугалась, — выдаю как самый важный аргумент. Отчасти хочется девчонку с толку сбить, если не смутить, а отчасти правда ведь. Мной именно это двигало. Какой-то защитник внутренний включился: такая беззащитная Лера была.

Замирает от моих слов. Даже кнопку пуска не нажимает, хотя вроде как уже ввела пароль. Разворачивается ко мне, смотрит забавно: с настороженным любопытством. Давлю в себе смешок — она же явно понять что-то пытается.

Хотя скорее нащупать:

— А если я боюсь твоих действий? — не просто спрашивает, а руками прикрывает грудь: демонстративно или машинально, хрен поймёшь. — Тебя… — осторожно заключает.

Всё-таки усмехаюсь, пытаясь понять, она всерьёз это или на понт меня берёт на основе моих слов. Внутри стрёмно тянет непонятным чувством, которому не могу найти название, но почему-то начинаю вспоминать свои взаимодействия с Лерой. Вроде не перегибал же?

— Эту проблему я тоже решаю, — заявляю вкрадчиво, назло её жесту и собственным заминкам задерживая взгляд именно на ладошках, прикрывающих соски. Как будто я и без того их, блять, не запомнил слишком отчётливо. И на ощупь тоже помню, кстати. Осталось только увидеть и ощутить языком. — Но иначе…

И не то чтобы специально, да. Мне просто в кайф любым образом зависать с Лерой, а действует это на пользу, так или иначе. При любом раскладе сближаемся, хочет она того или нет. Вон уже в ноутбук ко мне полезла и про детство спрашивала.

Правда, сама явно со мной не согласна. Смотрит с таким недоумением, что с трудом сохраняю серьёзность.

— У тебя не особо получается, — предъявляет мне ещё.

Ага, поэтому она так свободно мне это говорит? Напуганная такая, прям пиздец.

Хочу, чтобы признала, что доверяет вопреки всему. Но ладно — это потом.

— Поэтому ты здесь в таком виде? — только и намекаю насмешливо.

Как минимум, меня она боялась меньше происходящего за окном. Уже что-то.

И понимает это сама, хоть и не принимает явно: хмурится, разворачивается. При этом таки нажимает на пуск возле введённого пароля. Такая прям испуганная.

Конечно, ноутбук не включается.

— Неправильный пароль, — растерянно читает Лера, словно и вправду не врубается, кому и что говорит. Верила, что я и вправду ей всё предоставлю? — Но подсказка: нереализованная цель.

Так и есть, да. Только это не Лера. Она лишь приложение к тому, что достанется мне в случае победы.

Сам не знаю, откуда выпалил это, ещё и с почти датой нашего знакомства. Запомнил, да. Реальная цель там другая обозначена: освободить отца из тюрьмы. И дата, конечно, тоже не семнадцатое апреля.

— Ты много себе возомнила, — обозначаю уже не с такой дружелюбной лёгкостью, с какой говорил до этого. — Как в плане доступа к моему ноуту, как и в вере о том, что ты действительно моя цель. Ты лишь приложение. Поднимайся и иди спать.

Лера аж замирает, напрягаясь настолько, что кожей улавливаю. Может, она даже и бледнеет — по ней и не поймёшь. Реально поверить успела, что я тут весь как на ладони у неё?

Всё-таки поднимается с кресла и направляется к двери. Но на полпути неожиданно останавливается. В глаза смотрит каким-то глубоким, сходу тормозящим мне сердце, взглядом.

— Если ты победишь, — неожиданно проговаривает таким взволнованным голосом, что даже не тянет исправлять «если» на «когда». Просто молчу. — То… Ты действительно разделишь меня с Федей? Вы… Правда сделаете это?

Хм, ну как бы она сама такую ставку сделала. К чему теперь такие вопросы и проникновенные взгляды в глаза? Чего она, блять, добивается вообще?

Бесит, что я ведусь. Не знаю даже, как именно, но ведь по ощущениям да.

— Не задавай вопросы, ответы на которые тебе не понравятся, — говорю гораздо жёстче, чем мог бы.

Прям ледяным тоном. И взгляд у меня наверняка такой же. Понятно, что пытаюсь пресечь наивные мысли девчонки, розовые очки ей разбиваю, раз они ещё есть. Но почему настолько сурово — без понятия вообще.

Конечно, Лера тушуется. Губы поджимает, быстро выходит из моей комнаты. Уверен, больше такую ерунду не спросит.

И всё вроде бы нормально, но я какого-то чёрта подвисаю, глядя ей вслед, хотя уже давно ушла. А потом ещё и на чашку уставляюсь с упаковкой от шоколадного батончика, который Лера таки съела. И чай выпила весь.

Ничего ведь не произошло. Ни-че-го. Обычные вечер и ночь, ни разу не сблизившие нас.

Так какого хрена так ковыряет в груди? Откуда это чувство, что я не имел права ответить так, как ответил?

Да ну всё нахрен. Морщусь, падая на кровать. Спать пора.

******

Меня будит телефонный звонок. Федя. Он по-прежнему не в курсе моих действий по Лере, да и по жизни мы не особо общаемся. Лишь по делу.

Значит, и звонит он в такую рань, скорее всего, по нему. Отвечаю:

— Слушаю тебя, — без понятия, почему говорю чуть ли не грубо.

Я хоть и не в восторге от него, но ведь на одной стороне с ним. Просто какого-то хрена в полусонное сознание врезается воспоминание, как Лера спросила, буду ли я её делить с ним.

— Я всё-таки договорился, — явно не замечая моего негатива, сообщает довольный собой Федя. — Макс, конечно, повыёбывался сначала, но потом понял, что со мной лучше не ссориться. Даже бабки не взял. В общем, в итоге мы убедили парней, что Макс тогда на эмоциях не так всё понял, а потом зассал заднюю давать, когда все в разнос пошли. Короче, обсудили всё и поняли, что стрёмно получилось. По факту тебя не за что было выгонять, а после этой истории с Русланом тебя уже утвердили. Так что признали свою несправедливость. Меня попросили вернуть тебя.

Хм… Не сказать, что оперативно, но я думал, даже больше времени понадобится. Слишком уж загорелись там многие шансом избавиться от потенциального победителя.

— И что, теперь выперли Макса? — спрашиваю небрежно, хотя ловлю себя на том, что по факту мне почему-то не похуй на это.

Наверное, потому что мне хочется уделать его после всех его выходок. Да, только поэтому. Мне до сих пор нет дела, что там за проблемы у ушлых братца с сестричкой.

— Нет, он когда со мной на связь вышел, сразу попросил придумать, как уладить без его исключения. Так и сказал, что готов пойти навстречу, но боится, что ребята на него обозлятся. Ну я и впрягся за него тоже, ведь от бабок он отказался, всё взаимовыгодно и честно.

Ага, поэтому он впрягся, так и поверил. Этот Федя слишком очевидно хочет Леру. Даже Макс заметил.

— Что ж, значит, всё решит финальная гонка, — подытоживаю, поднимаясь.

Всё равно уже не засну. Федя там строит планы мне в телефон счастливым голосом, а я не вникаю. Одеваюсь, раздумывая — сразу вернуться или потребовать от всех обнаглевших и гнавших на меня извинений. В итоге решаю, что хрен с ними, я не гордый. Опозорю их на трассе, уделав так, что надолго запомнят, и хватит с них.

В конце концов, куда важнее осуществить планы по освобождению отца из тюрьмы.

— Ладно, до связи давай, — обрываю Федю, потому что одеваться, держа телефон, становится неудобно. А на громкую ставить не хочу. — Скажи там всем, что я согласен. Но на тренировочных общих заездах появляться не буду. Отдельно буду трассу изучать.

Сбрасываю, не нуждаясь в ответе Феди. Уже одетый выхожу из комнаты и торможу возле дивана в гостиной. Лера всё-таки спит… И крепко: у неё тоже телефон надрывается прямо сейчас — видимо, Макс спешит сообщить радостную новость.

Медлю. Разбудить девчонку, выпроводить? Или пусть пока поспит и не будет в курсе, что свободна? Теперь прям кажется, что слишком быстро разрулили ситуацию… Толком и не успел развлечься.

С другой стороны — нахрен такие развлечения. Она всё равно сразу узнает от Макса, что всё, вопрос улажен. А я только идиотом буду выглядеть, если заберу сейчас её телефон или ещё как попытаюсь задержать. Я и без того себя идиотом чувствую сейчас, размышляя об этом.

— Лера спит, сейчас пришлю фотку, — отвечаю по её телефону, пока её неугомонный братец не поднял бы кипиш и не решил бы, что девчонка тут по-прежнему в плену. — Как проснётся, будет свободна.

Тут же сбрасываю. Телефон Леры, конечно, запоролен — я еле вызов смог принять. Но номер Макса виден, переписываю себе. Со своего отправлю…

Направляю камеру на спящую Леру. По-дурацки замираю, залипая от того, какая она сейчас. Волосы разметались по подушке, губы чуть приоткрыты и, кажется, немного влажные. Ресницы такие длинные… Даже носик завораживает, особенно то, как девчонка им периодически вздёргивает во сне. И вот что ей снится?

В одеяло почти полностью укутана. Но лежит боком, и оно красиво очерчивает плавные линии её фигуры. Шумно сглатываю. Лера действительно хороша, но какого хрена вместо желания трахнуть её я сейчас испытываю другое?

Нечто непонятное и странное. Размышляю же, насколько комфортно ей на этом диване. С подушки чуть не сползла лицом, прядка лезет на глаза…

Поправляю всё это, и только тогда, кажется, прихожу в себя. Хмурюсь и резко делаю фото. Отправляю Максу.

И оставляю себе… Похер даже, зачем.

Зато под холодным душем мозги быстро приходят в порядок. Настраиваюсь на предстоящую гонку. Думаю больше не о том, что у меня в квартире Лера спит без лифчика, а о том, как именно побеждать буду. Сначала надо решить эту проблему, а уж тема с отцом сама собой разрулится. Уже найден человек, который обещает это организовать. Вопрос только в сумме.

Выйдя из ванной, тут же выпаливаю:

— Поднимайся и на выход. Вопрос решён.

Лера всё ещё спит. Слишком крепко: не реагирует на мой голос. И на телефонный звонок, который, кстати, опять нон-стопом; тоже. Похоже, Макс мне не особо доверяет — вот так новость.

Да и пошли они оба. Луплю ногой по стенке дивана, на что Лера аж подпрыгивает. И ура, всё-таки открывает глаза. Смотрит на меня сонно, растерянно, а потом переключает внимание на звонящий телефон.

— Твой брат, — хмуро сообщаю. — Скажет тебе, что ты свободна. Поговоришь с ним и выметайся.