Поиграем?

Глава 4

Как добралась до дома, Скардино помнила мутно. Голова была настолько забита истеричными, и какими-то не вмещающимися ни в какие рамки понимания мыслями, что она даже не заметила льющий ливень. Насквозь мокрая она шла по улице, чисто автоматически бредя к родному поместью. Неужели половина бутылки виски могла так изменить ее разум и личность? Может мать слишком сильно ударила ее? Выбила мозг? Сделала дурочкой на всю оставшуюся жизнь? Иначе что же это тогда было? Как она допустила этот кошмар? Да… да как вообще… да что это было? Голова разрывалась от банального непонимания. От невозможности осмыслить ситуацию. Тело горело огнем. Все органы тряслись, словно при лихорадке. Бурный поток отчаянья, злости и поруганного эго застилал все мысли, даже когда она уже стояла под горячим душем в своей ванной. Не такая уж она была и пьяная, чтобы выкидывать подобный ужас. Ладно бы она просто зажалась с каким то незнакомцем, да даже бы если и переспала ничего страшного, но Аррингтон⁈ Арингтон мать твою Аннабель, очнись! Ты практически дала прямо на столе Аррингтону! Ужас!. Ее беспокоил даже не тот факт, что они были в баре и кто-то мог увидеть — нет. На это ей, как ни странно, было плевать. Ее убивал, буквально сжирал изнутри факт того, что она как последняя дешевая шлюха прогнулась под него по первому свистку. Он захотел и она уже готова. Она, Аннабель Скардино. Наследница влиятельного клана, который прямо сейчас борется за власть, взяла и чуть не дала себя трахнуть буквально злейшему врагу! И как это вообще расценивать? Да как после такого вообще бороться и что-то делать дальше? Она буквально унизила себя сама просто до состояния подземной шахты. Как ее вообще теперь можно считать за соперника? За сильную и уважаемую личность? Да никак. Она просто взяла и буквально подтвердила его высокое мнение о себе, и о том, что он может трахнуть кого угодно если захочет. Ощущения были примерзкие. Словно она упала в грязь, извалялась там и ей же захлебнулась. Ощущение личной самоценности испарилось в никуда. Его нет. Видимо не зря мать огрела ее по голове. Как знала, что она безмозглая шлюшка. — подвела она итог своим мучительным размышлениям.

Глубоко выдохнув, Аннабель перекатилась на другой бок в своей постели. Часы на ее тумбе показывали уже три часа ночи, а она так и не сомкнула глаз. Сон не шел абсолютно, а сердце продолжало судорожно сжиматься каждые пары минут. Она буквально возненавидела себя за то, что сделала. А вернее за то, чего не сделала. Не оттолкнула его сразу. Не прекратила. Не ударила. Не дала понять, что она не тупая барная куртизанка, которую можно начать трахать в любой удобный момент. Она очнулась поздно. Может быть главное она совершить и не позволила, но и того что было, уже достаточно чтобы похоронить ее репутацию перед этим семейством к черту. Какой она им теперь опасный враг и соперник? Она же легко прогибается под их сына в любых заведениях и позах. Ничего серьёзного. Можно плюнуть, растереть и не обращать внимания.

— Идиотка, — выдохнула Скардино, в очередной раз перевернувшись, и в итоге нервозно откинув от себя душное одеяло. Лучше бы оно прямо сейчас обвилось вокруг шеи и удавило к черту. Даже просто быть собой сейчас было мерзко. Почему она такая глупая? Почему она не оттолкнула его и не поставила на место? — звучали в голове одни и те же вопросы по сотому кругу. Она делала это тысячу раз, и вот в тысячу первый мозг дал сбой? Бред. Больше своего поступка, она ненавидела только тот факт, что ей понравилось само ощущение в тот роковой момент. Понравились эти горячие и развязные поцелуи, пошлые прикосновения и движения. Понравилось чувство жара внутри и то, насколько сильно хотели ее и хотела она. Она настолько низкородная блудница в душе, что ужасно хотела, чтобы они завершили то, что начали. Но тогда, она бы точно себе этого никогда не простила и повесилась бы к черту. Секс с Аррингтоном, даже если он и неплохой, не стоит того, что она испытает после. И уж тем более, не стоит того, что она потеряет, если хотя бы об этом минутном недоразумении узнают родители. Этого больше никогда и ни за что не должно повториться. Забыть как страшный, но возбуждающий сон и делать вид что ничего не произошло. Оставалось надеяться, что и Аррингтон решит сделать также, а не начнет иронизировать и унижать ее при каждом удобном случае. Счет у них теперь не 2/0, а минимум 2/10. Если это была его спланированная акция, то он просто хитроумная мразь и моральный разложенец. По ее мнению, он вполне мог понять, что честно ни за что в жизни не выиграет и намагичить какую-то дрянь. Аннабель резко распахнула глаза, когда сознание пробило такое предположение. А вдруг он что-то навел на неё? Они же известные чернокнижники. Плюнул в чан с кровью на растущей луне и пожалуйста, Аннабель Скардино в момент захотела вас трахнуть. Мысль звучала жутко и глупо, хоть и логично, в целом. Верить в это не хотелось абсолютно, но и отвергнуть на сто процентов не получалось. Они мерзкие и поганые люди. Они вполне могли такое сделать. Вопрос только в том, что у них за план и додумались бы они до такого?

Чёрт, долбанные Аррингтоны. — пронеслась в голове мысль. Может Дамиан прав? — резко переменилась Аннабель, сев на кровати. Может, ей действительно нужен мужчина? Выпустить, пар, стресс, напряжение? Может, это у неё от воздержания так голова поехала, что она на Аррингтона накинулась? Точно, так и есть, — качнула она головой, припоминая, что последний раз она оставалась наедине с мужчиной года полтора, а то и два назад. Почему? Всё просто. Она просто считала, что все ее не достойны и не хотела опускаться до их неприглядного уровня. Все они ниже её, и им будет ну очень много чести переспать с самой Аннабель Скардино. Все какие то мерзкие, какие-то неприятные, какие-то…. не такие для неё. Ей даже подумать противно, что они будут трогать ее и пытаться что-то в неё засунуть. Она прекрасна, она умна, красива, молода и сексуальна. До неё нужно еще дорасти. Она не считала себя какой-то девкой, после которой просто ставят очередную галочку в блокнот и идут дальше. Но как решить эту проблему, если ее мнение на этот счет на йоту не поменялось? Шумно выдохнув, она ступила на ворсистый коврик, и стянув со стула шелковый халат на ходу завязала его, выходя из комнаты. В поместье стояла звенящая тишина. Темно, одиноко. Ей даже понравилось так взглянуть на свой дом. Так было лучше. Ступая босыми ногами по холодному полу, она прошла в конец коридора. Интересно, Дамиан тут или отжигает где-то? Невесомо шагая по тонкой обивке, Аннабель дошла до его двери, тихо потянув ручку на себя. В его комнате всегда было как-то прохладнее. Будто дышалось легче. Она не знала из-за чего это. Пройдя буквально пару шагов, Скардино лишь закатила глаза, беззвучно хмыкнув. Отжег уже. Понятно. Дамиан был в комнате. Лежал в своём костюме на половину на кровати, наполовину на полу. Качнув головой, Аннабель прошла к брату, и обхватив его корпус руками с силой потянула наверх. Вот же боров.

— Ммм, — промычал Скардино, однако хоть как-то пошевелиться был не в состоянии.

— На диету бы сел, — выдохнула Аннабель, дотащив его до подушки, и стащив пиджак, перекатила на спину. Отдышавшись, расстегнула звякнувший ремень и стащила с ног дорогие, начищенные туфли.

— Что ж ты там пьешь то все время, — тихо произнесла она, смотря на буквально безжизненное сейчас тело. Ей всегда было интересно, что и сколько надо было выпить, чтобы доходить вот до такого состояния? Она вот настолько в утиль, кажется, ни была, ни разу. Она по крайней мере, была способна говорить и ходить. Ну, или хотя бы просто говорить.

На улице завывал ветер, шумела листва и скрипящий флюгер. От этого, желание открыть окно становилось все меньше и меньше. Но и не открыть его, скорее всего, будет ошибкой, учитывая, что уже сейчас комната неплохо пропиталась перегаром. Немного подумав, Скардино все же открыла одну створку, предусмотрительно придвинув туда, тяжелую стопку книг. Излишняя вентиляция им вряд ли была нужна. Присев на край кровати, она обняла себя одной рукой. Ощущения были дурацкие. Внутри было гадко и одиноко. Мерзко и глупо. Она всё еще винила себя в том, что произошло, но понимала, что нужно забыть и жить дальше. Просто не повторять этих ошибок. Как же это оказывается сложно. Забыть что-то.

Покосившись на сопящего Дамиана, Аннабель даже позавидовала такому крепкому сну. Хотя нет, завидовать тут нечему. Особенно с наступлением утра. Хмыкнув, она повернулась и аккуратно проползла до соседней подушки, укладываясь туда и накрываясь тяжелым одеялом. Полежав так с пару минут, заняв себя разглядыванием потолка, она перевалилась на бок. Пододвинув подушку вплотную к Дамиану, она опять улеглась туда, предварительно обхватив ладонями его руку, упёршись головой в плечо. Она вообще то, терпеть не могла жалость к себе, но вот сейчас не отказалась бы, если бы кто-то сказал ей, что ни такое уж она и дерьмо.

Прикрыв глаза, она попыталась заснуть. Теперь, она из кожи вон вылезет, но отмоет свою репутацию в первую очередь перед собой. Костьми ляжет, но не опозорит клан Скардино и сдохнет, но выиграет эти долбанные выборы.

Просыпаться этим утром было тяжко и неприятно. Видимо, — «ну всего же полбутылки виски» оказался не аргументом для ее организма. То ли перепила, то ли не допила. Непонятно и собственно неважно. Ощущения все равно были дрянь. Голова противно ныла от любого шевеления, движения вызывали неприятные мурашки, а во рту, кажется, страшной смертью погибла стая котов. Не успела Скардино открыть глаза, в них тут же ударил дневной свет. Стало еще больше некомфортно. Поёжившись, она сглотнула и поднялась в сидячее положение. Всё та же комната, прохладный воздух и спящий Дамиан. Причем ровно в той же позе, что и ночью.

— Дерьмо, — выдохнула Аннабель и обняв себя руками, поднялась на ноги. Прошаркав к окну, она вдохнула полной грудью. Хоть какой-то плюс от постоянного дождя. Постоянный умопомрачительный запах. Хотя у неё было бинго. Дождь она любила. Всё же закрыв окно, Аннабель потянулась, болезненно проведя ладонью по волосам.

— ммм, — не менее болезненно простонал Дамиан, отчего Скардино хмыкнула. Ну хоть не ей одной плохо. Ему, наверно, даже хуже.

— Анка? — сощурился он, чуть приподняв голову.

— Ага, — качнула головой Скардино, потерев глаза.

— Сколько время? — прохрипел Дамиан, откинувшись обратно на подушку

— Десять, — покосилась Аннабель, на висящие часы. Десять. Завтрак был в девять, и они благополучно его пропустили. Родители будут недовольны. Сидят сейчас и выжидают, когда хоть кто-то из жертв спустится и первым использует возможность прослушать лекцию о дурном поведении.

— Дай водички пожалуйста.

— Хорошая мысль, — почесала Аннабель нос, пройдя к одной из высоких тумб у стены. Там стояла и вода, и бурбон, и таблетки. Вытащив графин с водой, она захватила с собой, два стакана пройдя к кровати.

— На, — протянула она поистине святую сейчас жидкость.

— Тоже пила вчера? — изогнул он бровь, приложив холодный стакан ко лбу, наблюдая, как Скардино осушила такой же почти залпом.

— В сравнении с тобой — нет, — хмыкнула Аннабель.

— Да я вообще-то тоже много не собирался, — слабо усмехнулся Дамиан. Ну а потом что-то видно пошло не по плану.

— Надо спускаться уже, — вздохнула Аннабель. Спускаться к слову не хотелось абсолютно. На мать она все еще обижена и зла. Но кажется, ни злиться, ни обижаться больше не имеет права. После того, что выкинула вчера так точно.

— Я пас, — прикрыл Скардино глаза.

— Тогда, и я не пойду. Одна всё слушать, я не собираюсь.

Крупные капли били по немного потрескавшемуся окну небольшой комнаты. Пошарпанные стены, выкрашенный белый потолок, огромная кровать, занимающая почти все пространство и небольшой стол. Интерьер был небогат, но вполне хорош учитывая то, для чего эта комната была предназначена. Эта и все остальные помещения небольшой гостиницы, что стояла на отшибе квартала чудес, служила неким скрытным местом для встреч многих людей. Придти сюда — значит оставить все в тайне от общественности, ибо заселение в номера происходили в режиме самообслуживания. Система была давно отлажена, и строго исполнялась всеми по одной причине. Терять такое чудесное, и всегда открытое место для встреч тайком, не хотелось никому. Уборка номеров происходила в строго отведенное время, а больше, сотрудников, постоянно появляющихся на работе и не было. Рэн отрыл тяжелые веки, сразу же поднимаясь в сидячее положение. Странно было то, что он был в одежде. Осмотрев незнакомую комнату, он откинул бордовое одеяло, вставая на ноги. Шея болела от неудобной позы. Общее состояние тоже было так себе. Не отвратительно, но и нехорошо. Осмотревшись, он увидел такую же незнакомую ему девушку, что лежала на соседней подушке. Как ее зовут, он не помнил. Хотя вероятнее всего и не знал по той причине, что просто не слушал. Он встретил ее в казино уже ночью, и ему было абсолютно неинтересно как ее там зовут. Как в принципе, неинтересно и сейчас. Встав, он подошел к окну, открывая створки. Проведя ладонью по лицу, он подкурил сигарету, делая глубокую затяжку. Воспоминания вчерашнего вечера незамедлительно проигрались перед глазами. Приход в бар, разговор со Скардино, практически состоявшийся секс со Скардино. Да уж. Дрянь она конечно редкостная, но и он идиот не меньше. Выкинул какое то дерьмо, и даже подумать о том, какое это дерьмо не успел. Если бы она не остановилась, он бы не остановился точно. Трахнул бы её прямо там, на столе в баре, потому что ужасно хотел. Именно ее, именно там. Он изначально совершил огромную ошибку, которой не должен был допускать и долгое время, и не допускал. Не стоило видеть в этой сучке, никого кроме сучки. У него отлично это получалось. Получалось игнорировать свою природу и ее внешность. Получалась воспринимать только ее семью, ее характер, и их ситуацию. А вот вчера что-то пошло не так, и он случайно переключился с режима «Рэн Аррингтон, наследник клана Аррингтон ненавидящий клан Скардино» на просто «мужчина». А просто мужчине, она очень даже понравилась, абсолютно не взирая на то, кем она там была. Вчера, она в первую очередь была девушкой. Сексуальной. Крайне сексуальной. С роскошной грудью и бархатной, вкусно пахнущей кожей.

— Дерьмо, — выдохнул дым Аррингтон, по шире открыв окно, вставая под прохладный воздух. От одних только мыслей о вчерашнем недоразумении, член болезненно зашевелился. Нет. Нет и еще раз нет. Пусть забудет об этом раз и навсегда, и ищет себе другой объект для вожделения. Он никогда не шёл ни у кого на поводу, и сейчас становиться рабом нижних органов тоже не будет. Сексуальных девушек полно, а эта дрянь не должна пудрить ему мозг своими сиськами. Если это был какой-то ее не самый умный план, то он провалился. Соблазнить его, и задурить голову не выйдет. Даже если бы он ее трахнул, это бы ничего не поменяло. Он не дурак, и прекрасно помнит кто она и кто он. Прекрасно помнит, в каком они сейчас положении и что должны делать. Победа все равно будет на стороне их семьи, пусть хоть голая на все собрания приходит. Видимо Скардино просто решила использовать запрещенные методы борьбы, раз на обычные интеллекта не хватает. Пусть обломается. Он не Жиффар, который плыл, как только видел ее. На него это не сработает. Он, в отличие от этого старика может заняться сексом в любой момент, когда только вздумается, и даже не платить за это.

— о, зайчик, ты уже проснулся, — раздался противный и незнакомый голос за спиной. Он резко выдохнул, почувствовав прикосновение к своим ребрам. Повернувшись, он недовольно осмотрел блондинистую девушку, затушив бычок о подоконник.

— Я не зайчик, и не трогай меня, — откинул он ее руки, отойдя к кровати. Только что раздражение, дискомфорт и желание отряхнуться и уйти побыстрее, возросли кажется в десять раз.

— Почему? — расстроилась незнакомка. — Тебе что не понравилось?

— Нормально, — бросил Аррингтон, застегивая пуговицы рубашки. На самом деле особого чувства облегчения и удовлетворения после секса он не испытывал. Промахнулся с выбором.

— Нормально? — возмутилась девушка, — Ты что совсем что ли?

Рэн не ответил. Просто потому не считал нужным продолжать этот диалог. «Нормально» это всё из вежливых слов, что он мог применить сюда. Можно подумать, если бы он ответил правдивое «нет» ей бы понравилось больше.

— Ну, хочешь я исправлюсь? — промурлыкала незнакомка, отчего Рэн титанически сдержавшись, не скривил в отвращении лицо. Всё начинало раздражать максимально сильно. — А то ты вчера мне даже раздеть тебя не разрешил, злючка — посмеялась она.

— Слушай, — поднял Рэн голову, посмотрев на девушку. Имя в голове так и не появилось.

— Анна, — хмыкнула она.

— Давай не будем создавать друг другу проблемы, — проговорил Рэн, забрав с пола свои часы. — Переспали — ладно. Я пошел.

— Может, хотя бы встретимся завтра еще раз? — закусила Анна губу, вновь сев на кровать.

— Нет, — только и сказал Аррингтон, выходя из комнаты. Поправив волосы, он спустился по лестнице вниз. Остановившись в вестибюле, он покосился в окно. Дождь лил как из ведра и мокнуть тридцать минут бредя до дома, ему крайне не хотелось. Пробежавшись глазами по стенам, он остановился на неприметной двери. По всей видимости кладовка для каких-нибудь швабр. Окна там вряд ли есть, а значит ему подходит. Сделав несколько шагов, он провернул ручку. Оказавшись в маленьком и тесном помещении, он плотно закрыл дверь, оставаясь в кромешной темноте. То, что нужно. Несколько секунд концентрации, и его силуэт растворился во тьме, материализуясь уже в небольшой нише его спальни, в точно такой же тьме. Собственно только для этих целей, она там и находилась. Чтобы он всегда быстро мог попасть домой. Открыв дверь и шагнув в спальню, он вздохнул с облегчением. Жизнь только что кардинально наладилась. Осталось только принять душ, и все события и ошибки прошлого дня окончательно оставят его. Что было, то было. Но больше, такого повторяться не должно. Ни при каких обстоятельствах.

С первых серьёзных дебатов прошла неделя. Наступило весьма подозрительное затишье. Никаких громких заявлений, никаких общих встреч, приемов и конференций. Все будто выжидали чего-то, ждали, готовились…

Впереди, уже на грядущей неделе было запланировано очень важное событие. Прием в доме Мистера Жиффара, куда были приглашены все кланы и важные городские бизнесмены. Но важность была не только в общении и налаживании связей. Важность была в том, что на этом самом приеме должны были озвучить итоги промежуточного голосования, спустя две недели после старта выборов. Естественно Аннабель надеялась, что лидировать будут они. Ужасно хотелось подорвать поганую самоуверенность Аррингтонов. Подорвать их настрой. Показать кто тут главный.

— Слушай. — начала Скардино, вытаскивая очередной конверт из большого квадратного ящика. Плоды их прошлонедельной акции, где каждый желающий мог задать вопросу кому то из наследников и получить развернутый ответ. Людей пришло просто куча, интерес возрос, а вот работы прибавилось, ибо родители наотрез запретили, чтобы на эти письма ответил кто-то другой от их имени. Они сидели вот уже часа два, но писем меньше не становилось.

— Интригует, — хмыкнул Дамиан, немного разминая шею и наливая в свой стакан немного бурбона. Да уж. Не так он планировал провести свой вечер воскресенья.

— Каковы шансы, что на мне может быть порча? — посмотрела Аннабель на брата, отложив сложенный лист в сторону. Ей не давала покоя ее ночная мысль насчет приворота. Ну а вдруг это действительно, правда? Вдруг, она правда находится под каким то губительным воздействием магии? По-другому она просто не могла объяснить своего поведения в тот вечер. Да и стыдно признаться, были еще некоторые звоночки, почему она начинала так думать…

'— А сейчас, я приглашаю на эту сцену глубоко уважаемых Джеффри и Рэна Аррингтонов, для оглашения победителей лотереи! — громко произнес Мистер Жиффар, всплеснув руками. Все пришедшие люди активно зааплодировали. Аннабель, что стояла рядом с братом и родителями, закатив глаза, тоже неохотно похлопала несколько раз. Надо же было этим уродам мало того устроить эту лицемерную акцию по сбору денег для больных детей, так еще и пригласили все кланы. Просто послы милосердия. Посмотрите на них. И не откажешься ведь.

— Всего ведь на сутки нас опередили отрепье, — сквозь зубы проговорила Алиса, натянуто улыбаясь.

— Ничего дорогая, перенесем на неделю. Поменяем тему, и все срастется, — поддержала ее Джонатан, — Люди любят халявные деньги на что-то хорошее от кого угодно.

— Главное тут чек побольше оставить. Пусть знают, какие мы щедрые и как ценим их больных детей, — перестала хлопать Алиса, когда наследников клана Аррингтонов поднялись на сцену, встав по обе стороны от большой урны с заветными бумажками.

— Напоминаю, что два главных приза в благотворительной лотерее, это полная оплата лечения или обучения для вас или вашего ребенка! — объявил глава Администрации, и вновь вызвал целый шквал аплодисментов и одобряющих криков. Конечно, еще бы им не радоваться, — закатила глаза Скардино. Подкупить решили.

Крутящаяся на каком-то механизма урна, остановилась, от нажатия рычага. Джеффри ослепительно улыбнувшись, сунул туда руку, выбирая первого победителя.

— Виктор Диккинсон, — громко произнес он в микрофон, в соответствующий момент музыкального сопровождения.

Аннабель вновь захлопала, чтобы никто не подумал, что она относится к кому то плохо. Незаметно скользнула взглядом по мерзкому Галвенту Жиффару, что упорно улыбался ей уже минут пять. Пропади пропадом их ближайшие вип-места. Сделав вид, что ничего не замечает, она бегло осмотрела Джеффри и перешла на Аррингтона младшего. С того инцидента прошло три дня, но ей все равно все еще было трудно смотреть на него. Ей было стыдно посмотреть ему в глаза. Стыдно и мерзко увидеть там этот его типа «Ну как я тебя, а?». Она надеялась, что он вообще забыл об этом и не сможет уличить ее ни в чем. Аплодисменты утихли. Урна вновь прокрутилась и остановилась. Рэн подошел чуть ближе, поднял руку с почему то закатанным до локтя рукавом, опуская ее поглубже в эту коробку. Аннабель судорожно сглотнула, уж слишком пристально наблюдая за этим действием. Бледная кожа, чуть выступающие вены, и такое сексуальное движение пальцами… Боже. Почувствовав, как свело низ живота, Скардино изумлённо округлила глаза и тут же опустила их, не желая больше ничего видеть. Да что с ней такое? Какого чёрта произошло? Что она… фу… боже…! Надо что-то делать со своим извращенным сознанием. Кажется, и правда воздержание влияет на неё плохо.

— Изабелла Риксон, — послышался его голос.'

— Какая порча? Опять со служанками скандалила и теперь страшно? — усмехнулся Дамиан, вырывая ее из воспоминаний. Плохих воспоминаний.

— Обычная. Чёрная. Я думаю, меня прокляли, — уверенно произнесла Скардино.

— Никто тебя не проклял, успокойся, — внимательно осмотрев ее, заключил Дамиан, замахнув свою стопку.

— Что гадалкой заделался? — ехидно прищурилась Аннабель, раскрывая очередной лист.

— Совсем то бред не неси, — усмехнулся Скардино, тоже доставая из своей коробки конверт. Учитывая скорость с которой он отвечал, разберётся он не раньше следующего утра. Им надо было лучше думать, прежде чем проводить такие дурацкие акции. Людям, оказывается, хотелось спросить у них крайне много.

— Какой у тебя размер груди? — прочитала Аннабель, закатив глаза. Ей даже интересно, что там за стадо шутников с однотипными вопросами? Написали слово «грудь» и типа смелый вопрос, и почувствовали себя крутыми и не такими уж жалкими? Наверно весь вечер еще потом радовались, тянув дешевое пиво в дешёвом баре. Мерзость. Поди найди тут кого-то адекватного, с кем можно заняться сексом и не испытать тошнотворный позыв. У Аннабель складывалось стойкое ощущение, будто им всем четырнадцать, и у них одна извилина, которая нацелена только на мерзкие, сексистские шутки и замечания.

— Что им даст эта информация? — усмехнулся Дамиан, тоже открывая конверт.

— Да ничего не даст, — фыркнула Аннабель, — Как и в целом, никто им никогда не даст.

— Есть ли у тебя девушка? — улыбнулся Скардино, отложив этот конверт в стопку, еще по меньшей мере шестидясити таких же. Хоть бы договорились там, и не писали одно и тоже.

— Как будто им есть на что надеяться, — хмыкнула Аннабель, — Коровы любопытные.

— Анка, фи, — протянул Дамиан, — Не оскорбляй милых дам.

— Они не милые дамы. Они тупоголовые охотницы за твоим кошельком, — отмахнулась Скардино. А то она и не знала, чего им всем так хотелось набиться к нему в девушки. Хорошей жизни захотелось.

— Злая ты, — улыбнувшись, вздохнул Дамиан, откинувшись на спинку стула.

— Ой иди ты, — нервно бросила Аннабель, так и не открытый конверт, об который еще и поцарапалась. Дерьмо. Просто дерьмо. Встав со стула и саданув по деревянной коробке, она быстрым шагом засеменила на выход, не забыв хлопнуть напоследок дверью.

— Мужика тебе надо, — тихо усмехнулся Дамиан, достав очередной конверт.

Распахнув двери совей комнаты, Скардино словно вихрь влетела внутрь, толком и не зная что ей там надо. Просто. Просто всё бесило. Даже горело всё внутри от этого раздражения. Каждый день все хуже и хуже. От этого напряжения трясло. От чувства вины, от недовольства собой…. От неудовлетворения чёрт тоже трясет! Она уже все чаще и чаще ловила себя на мысли, что лучше бы они тогда потрахались на этом столе! Она бы хоть хороший секс получила. А так и унизилась, и опозорилась, и ничего не получила мать его раздери!

Долбанный Аррингтон. Колдун проклятый. Она уже даже сидеть нормально не могла, мысли то и дело возвращались и возвращались к этому моменту. Она начинала там что-то додумывать… Наказание какой-то! Они точно хотят вывести ее из игры. Нужно найти какой-то способ снять это влияние. Шумно выдохнув, она почти с разбега плюхнулась на свою кровать. Уткнувшись лицом в одеяло, она накрыла голову подушкой. Она сильная, и она не сдастся. Она выиграет, как бы это не было трудно.

В комнате раздался щелчок повернувшейся ручки. Дверь открылась. Кто-то пришел. Скардино с досадой поняла, что забыла закрыть задвижку.

— И чем ты занимаешься? — явно непонимающе произнесла Алиса. Аннабель спешно подскочила, посмотрев на мать. Волосы как то неожиданно сильно разлохматились, что она даже не смогла их нормально пригладить. Вот зачем она приперлась?

— Что тебе надо? — изогнула Аннабель бровь

— Потише, — хмыкнула Скардино, присев на край кровати, — Есть разговор.

— Какой?

— Ты ведь знаешь, что послезавтра у Жиффара будет приём, — начала миссис Скардино, разгладив складки на своей юбке.

— Конечно нет, откуда мне? — раздраженно бросила Аннабель. Ни на какие разговоры она была сейчас не настроена.

— Заткнись и не ёрничай. — выдохнула Алиса, — Несколько дней назад, мы случайно пересеклись в одном ресторане, разговорились.

— Меня вообще не интересуют твои сексуальные предпочтения, — уже в который раз поправила Скардино выбивающуюся прядь.

— Мы перешли на весьма доверительные темы и Мистер Жиффар поделился со мной своими глубокими и светлыми чувствами по отношению к тебе, — не обращая внимания на грубость, продолжила Алиса.

— Мерзость. — скривилась Аннабель, вставая с кровати. Как же ее уже достал этот толстяк. Пусть сунет себе свои глубокие чувства так же глубоко в задницу, поперхнется и сдохнет. Будет просто сказочно.

— Не мерзость, а весьма выгодная партия, — развела руками Алиса, — У нас есть то, что нужно ему, а у него то, что нужно нам.

— Ты что, хочешь, чтобы я спала с этим уродом, из-за одного вшивого голоса? — возмутилась Скардино. Да, так низко ее никогда не оценивали. Особенно родные же родители. «У нас есть то, что нужно ему». Даже звучало мерзко. Словно она какой-то товар.

— Во-первых, сбавь тон, — тоже поднялась Алиса, — А во-вторых, это не вшивый голос Аннабель. Это шанс стоять у власти, следующие десять лет. И мы не будем его упускать и рисковать тоже не будем. Если у нас есть хоть какое то преимущество перед этими долбанными Аррингтонами, мы используем его, ясно?

— Вот сама иди и используй!

— Я пока не прошу тебя спать с ним, — воскликнула Алиса, — Но уделить ему внимание на приеме ты обязана. Думаешь, он не замечает твоё игнорирование? Улыбайся, флиртуй, постоянно будь в поле зрения, поцелуйся в конце концов! Мне что, учить тебя как запудривать мужикам мозги? — всплеснула руками Миссис Скардино, встав прямо напротив дочери, буквально давя ее одним своим взглядом и авторитетом. — Будешь действовать с умом, может и спать не придется! Так, позажимаешься пару раз, помаринуешь и всё! Потом он нам даром не нужен будет!

— Ты совсем? — непонимающе смотрела на мать огромными глазами Аннабель. Она что серьёзно? Что значит позажимаешься? Она что, проститутка какая-то, давать себя лапать всем, от кого им что-то надо? Внутри все оборвалось. Она была зла, разочарована и немного напугана.

— Я всё сказала Аннабель! — сверкнула глазами Алиса, схватив ее за руку, проворно стягивая оттуда кольцо, — Будет радостный и поцелованный Жиффар, — будет кольцо. Поняла?

— Верни его!

— Поняла? — грозно повторила мать, убрав кольцо подальше, — Выкинешь что-то, и я его выброшу к чертям.

— Поняла, — выдохнула Скардино, ненавистно пиля женщину взглядом. Она просто ненавидела ее сейчас. Ненавидела, но и выбора другого не видела. Ее буквально загнали в угол. Она не может расстаться со своими способностями сейчас. Она попросту, еще не научилась пользоваться ими в полной мере. Она еще не может делать это без кольца, как Дамиан. А может и не научится вообще! Это жестоко!

— Вот и молодец, — твердо произнесла миссис Скардино, все еще держа зрительный контакт.

— Проваливай отсюда, — указала Аннабель на дверь.

— И не смей жаловаться Дамиану. — сквозь зубы процедила Алиса, — Он тебе всё равно ничем не поможет.

— Я сказала пошла вон! — воскликнула Скардино, почувствовав, как подступают слезы.

Алиса лишь закатила глаза. Кинув на дочь абсолютно пустой взгляд, она прошла к выходу. Не потому что ей указали на это, она просто уже сказала всё, что хотела. Дождавшись наконец одиночества, Аннабель резко бросилась к двери, закрыв щеколду. Отрывисто выпустив из легких воздух, она плюхнулась на кровать задавшись какими-то истеричными рыданиями. Нервы были просто ни к черту. Ее все прижимают и прижимают к земле. Давят и давят. Какого чёрта? Может, ее уже давно прокляли, раз ей так не везет? Вся ее жизнь просто за считанные недели превращается в какой-то ад. Она уже ненавидит эти идиотские выборы. Лучше бы их вообще не было! — пробежал в мыслях отчаянный возглас.

— Джеффри, я тебе уже сказал, чтобы ты проваливал отсюда, — рявкнул Рэн, уже битый час не в силах избавиться от назойливой компании. У него итак уже кожа от злости зудела, так еще и этот придурок не может от него отвалить вот уже второй день.

— А я бы уже давно ушел, — хмыкнул Аррингтон, сидя на одном из кресел гостиной, вальяжно листая какой-то медицинский журнал. — Если бы ты сделал, что просят.

— Иди отсюда. — шумно втянул воздух Рэн, нервозно перевернув страницу книги, которой он вообще то, пытался отвлечься от тупых мыслей. Тупой компании. Тупой ситуации. Да всего тупого. Только ничерта это такая же тупая книга не помогала. Перед глазами все равно не было ничего кроме роскошной груди в красном кружевном лифчике. Грудь, которую он трогал один раз в своей жизни, и около трёхсот, в мыслях и фантазиях. Он уже три раза почистил себе ауру, и дважды проверял наличие хоть каких то магических воздействий. Их не было, а значит это банальное сексуальное желание, с которым бороться он не мог от слова совсем, как бы не пытался. Ни мозг, ни рассудок, ни семейная честь и обязательство, ни аргументы и доводы. Ничего из этого не смогло перебить его дикое желание трахнуть эту дрянь. Видимо его член, как то по особенному понял главную цель нагнуть и победить Скардино. Он знал, если кто-то из семьи узнает хотя бы о его мыслях — ему придет конец. Но даже это не останавливало его прямо сейчас вспоминать о том вечере в баре. Виноватым он себя не считал. Он честно пытался перекрыть эту ситуацию. Недавно, даже специально нашел девушку, которую тоже зовут Аннабель и занялся с ней сексом. Даже дважды для убедительности. Помогло ли это? Абсолютно не помогло. Ему даже не понравилась. Тошнотворная девица с елейным голосом и уменьшительно-ласкательными формами к любому слову. Видимо заняться сексом именно со Скардино это уже просто дело принципа. Ничего больше.

— Всё в твоих руках. — только и сказал Джеффри, — Эта девица рушит мои планы, хотя с виду казалась довольно глупой, к слову.

— Денег предложи, — отмахнулся Рэн, вновь перелистнув страницу.

— Вряд ли они тут помогут. Да и она весьма продуманно не берет из моих рук никаких вещей. Как чувствует.

— На кой черт тебе сдалась эта девка? — поднял на брата раздражённый взгляд Аррингтон.

— Потому что она нужна мне. Нужна и я получу её в любом случае, — прямо заявил Джеффри.

— Отвалил бы уже лучше, — закатил глаза Рэн, — Найди кого-то менее принципиального и умного. Тебе что, нашей медсестры, с которой ты спишь мало, в конце концов?

— Это уже не твоё дело — чуть улыбнулся Аррингтон.

— Да мать твою. — сверкнул глазами Рэн, подскочив с кресла, — Отвали ты от меня. К отцу вон сходи.

С этими словами, он спешно поднялся по лестнице, скрываясь в своей комнате.

— Извините Мистер Аррингтон, я еще не успела закончить уборку, — пролепетала Мэддисон, как только хозяин комнаты появился в дверях.

— Мия где? — мимолетно скользнул он по служанке взглядом, подходя к окну.

— Ей было плохо, и ваш отец отпустил ее в больницу, — быстро ответила Мэддисон.

— Что с ней? — изогнул Аррингтон бровь. У него было двое конкретно его слуг. Мия и Карл. Водитель. Он выбирал их сам, и крайне не любил взаимодействовать с кем то еще. Особенно впускать в свою комнату. Даже если для уборки.

— Я не знаю. Кажется простуда.

— Ясно, — выдохнул Рэн, подкурив сигарету открывая окно.

— Мне уйти или я могу закончить? — вновь раздался голос Мэддисон. Аррингтон прикрыл глаза, делал затяжку. Повернулся.

— Трахнулась бы со мной? — изогнул он бровь, выдохнув дым в воздух.

— Чего? — шокировано похлопала глазами служанка.

— Слышала же.

— Извините, я просо не ожидала. — чуть улыбнулась Мэддисон

— Так трахнулась бы или нет? — повторил вопрос Аррингтон. Последнее время, член болезненно ныл все чаще и чаще. Он ужасающе хотел заняться сексом. Словно восемь лет жил в лесу вообще без женщин. Словно ему опять четырнадцать лет, и желание сменяет другое желание через каждые пару часов. Самое кошмарное было то, что сколько бы он не удовлетворял это желание, того самого кайфа он так и не получал. Голова ненадолго успокаивалась и на этом все. Нервов и терпения оставалось крайне мало.

— Ну вообще то я не против, — закусила служанка губу, — Вы мне всегда очень нравились.

— Мечты сбываются. — выдохну он последний дым одним уголком, и выбросив сигарету. Пройдя пару шагов до девушки, он схватил ее за руку, поведя на выход из комнаты. Была там на третьем этаже одна хорошая гостевая спальня. Отличное место чтобы устроить небольшую разрядку.

— Вот так сразу? — хихикнула Мэддисон, поднимаясь по лестнице, вслед за ним.

— Можешь пыль пойти допротирать. — бросил Рэн, открывая нужную дверь.

Оказываясь в комнате, он тут же повернул задвижку, прижимая горничную к стене, впиваясь в губы настойчивым, развязным поцелуем. Руки сразу обхватили задницу, задирая короткое платьеце к верху. Внутри вновь все забурлило и затрещало по швам. Он скоро взорвется.

— Боже, — портянула Мэддисон, крепко обхватив его за плечи, чуть оттягивая рубашку, вниз.

— Это трогать не надо, — выдохнул он, почти не разрывая поцелуя, вернув ткань на место и убрав ее руки.

— Фетиш секса в одежде? — в наслаждении закатила глаза Мэддисон, подставляя шею для поцелуев.

Аррингтон ничего не ответил. Он ее и не разговаривать позвал. И не делиться пристрастиями из своей личной жизни и своих предпочтений. Но сам факт того, что его нужно трогать как можно меньше, оставался фактом.

Еще пара минут пошлых поцелуев закончились перемещением на кровать. Задирая платье еще выше, он сразу же устроился между ее ног, расстегивая пуговицы платья, открывая грудь. Лифчик был какой-то зеленый, что уже расстроило его настолько, что в голове пролетела мысль просто встать и уйти. Но пути назад уже не было. Во первых, это будет так себе поступком. А во вторых, с эрекцией ему идти особо некуда.

— Анка на тебе лица нет. Мне тебя уже жалко, — произнес Дамиан, когда они стояли в просторном зале, попивая праздничное шампанское, что учтиво разносили официанты. Время было девять вечера. Прием начался около часа назад. Гости уже были в сборе, надев свои самые элегантные и дорогие одежды. Все общались, улыбались, пили алкоголь и тихонько посматривали на всех гостей, оценивая обстановку. Избираемые кланы, решали к кому лучше и выгоднее подойти, дабы собрать дополнительные голоса. Важные бизнесмены и предприниматели, раздумывали, как и с кого, они могут поиметь, больше за эти самые голоса. В общем, веселье по-аристократически, как оно есть. Ни капли правды, зато целый чан лести и фальши как по заказу. Таковы законы выгодного сотрудничества.

— Не нуждаюсь в этом светлом чувстве. — сделала Аннабель глоток из бокала. Знал бы он, что ей сегодня предстоит сделать, жалел бы еще больше. Какая же гадость.

— Что случилось то? — изогнул Дамиан бровь.

— Нормально у меня всё, чего пристал? — раздраженно сжала челюсть Скардино. Еще корона эта дурацкая. Голова уже болела. Вообще, она конечно выглядела сегодня прекрасно. Она бы даже порадовалась, если бы не знала, что ей предстоит. Потрясающее черное платье с глубоким треугольным декольте и широкими, дутыми рукавами, что заканчивались резинкой манжетой на запястье. Вставки из еле видных золотых линий, тугой корсет того же цвета. Массивное украшение на шее и такая же массивная золотая широкая корона Скардино на голове. Волосы были убраны высокую, нарочито небрежную прическу с кудрявыми объёмными прядями у лица. И все это великолепие, чтобы дать полапать себя 50-му старику. — вернулась она к мучительному итогу. Еще и поцеловать его, почувствовать его склизкий язык во рту. Лучше бы она сдохла минувшей ночью, чем терпеть это тотальное унижение. Она никогда не была настолько низко. Никогда.

— Дамиан, чего ты тут встал столбом? — тихо произнесла мать, подойдя к ним.

— Могу лечь, — хмыкнул Скардино, допив свой бокал.

— А можешь пойти и пообщаться с дамами, — натянуто улыбнулась Алиса, — Иди-иди — хлопнула она его по плечу, вставая рядом с дочерью.

— Лицо попроще сделай, — бросила она, как только они остались наедине.

— Сейчас от радости сдохну, подожди немного, — ощетинилась Аннабель.

— Не вынуждай меня, — сверкнула Алиса глазами, и вновь натянув на губы ослепительную улыбку, удалилась к компании из хозяев больницы и шерифа.

— Добрый вечер, мисс Скардино, — послышался елейный голос, не успела Аннабель даже отдышаться. Приперся уже жаба. Поди сам мать и подослал, — подумала она, но все же улыбнулась.

— Добрый вечер, Мистер Жиффар, — произнесла она, позволив поцеловать свою руку, даже дольше чем того требовал этикет. И делать это дважды было не обязательно. Фу.

— Вы потрясающе выглядите, — улыбнулся Галвент, — Уже готовая королева прямо среди нас.

— Благодарю. — улыбнулась Скардино, сглотнув подступивший комок. Какой же он мерзкий. Эти красные щеки. Эта лысина. Это тупой костюмчик, который ему кажется мал.

— Как вам нравится приём?

— Всё просто чудесно Мистер Жиффар, — вздохнула Аннабель, не обращая внимания на то, как он покосился на ее декольте. Наверно, уже все, что можно там с ней у себя в мыслях сделал. Гадость. Скардино неосознанно потерла палец, где раньше всегда было кольцо. Может черт с этим кольцом? — появилось в голове неожиданный вариант. Что лучше, быть оттраханной и использованной жирным стариком, но со способностями, или без них, но зато не униженной и не со сломанной психикой? Эти способности часть ее самой. Она жила с ними все жизнь. Она любила общаться с животными. Они часть ее самой. Она использовала свой дар всегда. Для собственной же безопасности по большей части.

— Мне приятно, — улыбнулся Галвент, поправив ее массивную серьгу в виде ромба, якобы случайно, коснувшись пальцем шеи. Аннабель напряглась всем делом, но все же выдавила из себя радостную улыбку.

— Мистер Жиффар, можно вас? — позвал его шериф Саммерс, кажется, не дав сказать ему что-то еще. Храни господь этого правоохранителя. Даже не зная этого, всё равно спасает людей.

— Прошу меня простить, — повернулся к ней Галвент. Вновь чмокнув ее ладонь, он, наконец, удалился. Лицо Аннабель на секунду скривилась, сбросив маску. На секунду, ей показалась, что она заплачет просто от мерзости и обиды. Но она сдержалась. Сдержалась и продолжила улыбаться.

Незаметно обтерев, словно грязные руки, она отошла в сторону. Подальше от всего этого уродства. Ненавижу. Всех ненавижу, — судорожно думала она, взяв в руки бокал вина. Надо напиться. Хотя бы будет не так мерзко. Наверно.

На другой стороне зала, точно так же, попивая алкоголь, стоял Рэн, презрительно обводя взглядом то одного, то другого человека. Какими же они все сейчас казались мерзкими. Переносить всю эту светскую мишуру, будучи злым, оказалось в три раза сложнее.

— Не надумал помочь мне? — проговорил Джеффри. Не имея пока более никаких аргументов, он решил просто доставать его до достижения нужного результата.

— Я тебе этот бокал сейчас в глотку запинаю. — процедил Аррингтон, уже в который раз возвращаясь к Скардино и ее потрясающему декольте. Груди шикарнее, он пожалуй не видел. Вот же дрянь. Просто тупая, лицемерная и дешевая сучка. Стояла и любезничала с этим жирным недоразумением. Наверняка сегодня даст ему себя трахнуть, ради такого случая. А может и уже дала несколько раз. Не думал он, что ей прямо настолько важно выиграть.

— Какой злой мальчик, — усмехнулся Джеффри, — А мог бы просто помочь, и я бы вновь забыл о твоём существовании.

— Отвали от меня, а. — рявкнул Рэн, уже громче чем нужно, рывком повернувшись к брату, — Еще раз ты свою пасть откроешь, ты ее вообще потом не соберешь, ясно? — сверкнул он ошалелыми от злости глазами, сжимая в руке, треснувший в какой-то момент стакан. Плотно сжав зубы, он выдохнул, бросил остатки стекла на пол и удалился в противоположную сторону, убедившись в том, что мало кто заметил этот выпад. Зал большой.

Сделав несколько широких шагов, он пересек помещение, взяв с ближайшего стола новый стакан с виски, не обращая внимания на чуть кровоточащую руку. Дерьмо. Искоса взглянув на уже совсем близко стоящую Скардино, он решил, что раз она такая потаскуха, то пусть и у неё вечер будет такой же отстой как и у него.

— Что Скардино, смотрю чудно проводишь вечер? — ядовито бросил он, подойдя к девушке.

— Ага, сдохну сейчас от восторга, — выплюнула Аннабель. От неё исходили такие же осязаемые волны злости, как и от него самого. Неожиданно. Но да ладно.

— На все письма фанатов ответила? — ехидно проговорил Аррингтон, проведя языком по зубам. Идиотская акция. Идиотская задумка. И сами они тоже идиоты. К народу они близки и всегда доступны, как же. Хотя да. Доступны они явно всем и всегда.

— А что, переживаешь, что твое где-то затерялось? — сквозь зубы улыбнулась Аннабель.

— Если бы я что-то хотел узнать у вашего поганого семейства, я бы спросил сам, — хмыкнул Рэн, — Мне для этого конверт покупать не надо.

— Ты для этого подошел? — изогнула Скардино бровь, — Даже если «да», то проваливай, без тебя козла тошно. Мне ваших мерзких рож и так в переизбытке.

— Не пробовала ноги перед всеми подряд не раздвигать? Может менее тошно будет, — усмехнулся Аррингтон, выпив свой виски.

— Рот свой закрой, урод, — сверкнула газами Аннабель. Фразой буквально задела ее за живое. Так она и знала, что он еще припомнит ей ее ошибку.

— А что такое? — хмыкнул Рэн, — Правда колется, да?

— Да я пьяная была, ясно? — бросила Скардино. — Была бы хоть немного трезвая, проблевалась бы еще, как только ты ко мне прикоснулся.

— Я здесь вообще причем, дрянь изворотливая? — напряженно пошевелил челюстью Рэн. Можно подумать она не поняла, что именно он ввиду имел. Дурочку стоит строит. — Я про твоего более старого и менее стройного ухажера. Что, настолько у вас там проблемы с количеством избирателей, что натурой решили брать? Так ты хоть пожалей себя, за два месяца сотрешь всё так всех уговаривать. — выплеснул он все, что у него скопилось за этот паршивый вечер. Что он один в этом вариться должен? Пусть хоть кому то будет также до омерзения отвратительно на этом гадком приеме.

— Да… Да пошел ты. — отрывисто выдохнула Аннабель, устремив на него застывший взгляд больших, насыщенно бирюзовых глаз. Ей резко стало нечего сказать. Слова закончились вместе с воздухом. Он просто взял и ножом засадил в центр самого больного. Она дешевка, которой все могут пользоваться. Да, пока это неправда. Но и не за горами. — Пошел… ты, — сглотнув подступивший ком, повторила она, спешно вытерев выкатившуюся слезу и зашагала прочь. Аррингтон за секунду остался в одиночестве. Правда от того, что он изгадил вечер кому то еще, лучше лично ему не стало. Обиделась еще, посмотрите на неё. Зарыдала актриса. Можно подумать он не правду сказал. Сучка. Просто дрянная сучка, пудрящая всем мозги одними своими огромными глазенками. Может не стараться. Она его своими ужимками и приёмами не проймет. Пусть оставит это для старых и сентиментальных мужиков, на случай если перестанут давать что надо. Какой же отвратительный этот вечер, — уже в сотый раз подумал он. Как и его жизнь уже целую неделю, в принципе. Все через задницу. Нужно было срочно наладить всё, что упало с ног на голову. Это просто невозможно. Он выбрал отвратительный момент, чтобы начать перестройку своей жизни. Ни в месяцы выборов, ни тогда, когда им нужна победа, и он должен из кожи вон лезть, чтобы обеспечить эту победу вместе с остальными. А он вместо этого ни с бошкой, ни с членом договориться не может. Привет пубертат. Давно не виделись.

— Мистер Аррингтон, не видели ли вы мисс Скардино? — проговорил Жиффар, что смотря по сторонам, подошел к нему.

— Нет не видел, — чересчур резко, даже с попытками успокоиться бросил Аррингтон.

— У вас всё хорошо? — изогнул глава бровь.

— Ахриненно, — выдохнул Рэн, — Пойду еще вон там порадуюсь, — ехидно добавил он, и отошел в сторону. Нашел с кем беседы везти, тварь лысая. Пусть сам свою любимицу ищет. Даже с учетом тотальной ненависти к этому паршивому клану, он не мог этого понять. Они в любом случае являются аристократами, элитой, носителями магии, и древней родовой фамилии. Как при всех этих атрибутах можно вести себя как дешевая проститутка? Видимо натуру не изменить ничем, — подумал он, наблюдая как Жиффар, всё же отыскал свою безотказную даму сердца, возле одного из столиков. Стояли любезничали, как будто обсуждали там высокие темы. Жиффар всё время что-то норовил ее поправить, да отряхнуть. Глава что-то упорно продолжал говорить девушке, та натянуто улыбалась, хотя глаза и очень точно выдавали истинные эмоции. В какой — то момент рука Жиффара потянулась к тонкой талии, то ли в попытке обнять, то ли подтолкнуть куда-то. В любом случае, ни одно из этих действий не произошло. Скардино моментально отшатнулась в сторону, и что-то сказав, поспешно ушла в сторону одного из выходов с лицом, словно ее вот-вот вырвет. Аррингтон лишь оскалившись, хмыкнул, залпов осушив свой стакан, поставив его на стол. Не перепало старику. Бывает. Девушки народ непредсказуемый. Шумно втянув в воздух легкие так, что закружилась голова, Рэн и сам не зная с какой целью, тоже двинулся к выходу. Управление окончательно слетело вместе с терпением. Контроль мозга над телом был утерян, оттого он и шел, крайне быстро, лавируя между людьми, незамеченным покидая огромный зал. Оказавшись в темном и тихом коридоре, он ни на секунду не сбавил скорость, двигаясь за вполне конкретным человеком. Даже делать вид, что — это что-то случайное не станет. Черные полы юбки скрылись за поворотом. Он скрылся за ним же, заприметив закрывшуюся в нескольких дюймах дверь. Он и без этого знал, куда она шла. В женскую уборную. Этот дом был ему весьма знаком, ибо приемы здесь проходили крайне часто. Дойдя до нужной комнаты, Аррингтон рывком открыл дверь, проходя внутрь, предусмотрительно закрывая задвижку. Ему было плевать, чем сейчас закончится их диалог, но мешать ему в любом случае никто не должен. Он сам пока не знает, зачем он пришел и что вообще хочет! Хотя нет, знает. Её и хочет. Причем настолько сильно, что уже раздражало

— На кой чёрт ты сюда приперся? — тут же выплюнула Аннабель, стоя у зеркала, облокотившись двумя руками о раковину. Вид у неё был не лучше чем у него самого. Дикий, злой и дезориентированный. Пожалуй, именно эти три слова просто идеально подходили для описания всего того, что бушевало внутри. — Проваливай! — добавила она, через мгновенье тишины. Аррингтон не спешил с ответом, как и не спешил уходить. Пиля девушку гневным взглядом, он в пару шагов настиг ее, рывком прижав к себе, подходя со спины. Сердце пропустило несколько бешенных ударов. Живот на секунду свело вместе с нижними органами. Он явно ощутил, как его злость перетекает совсем в другое чувство, с наслаждением упираясь в мягкую задницу. Скардино рвано втянула воздух, почувствовав теплые прикосновения рук… снова. Господи. Её веки дрогнули, чуть закрывшись. Она размыто видела в зеркале их отражение. Сексуальное отражение. Ей надо срочно уходить отсюда.

— И какого чёрта ты зарыдала? — сглотнул Аррингтон, водя ладонями по талии, склонившись к ее уху, — Скажешь, что я не прав?

— Не прав, — закусила губу Аннабель, — Ты паршивая свинья и грубиян, — выдохнула она.

— Ну это не я виноват, что ты создаешь впечатление шлюшки, — чуть хрипло произнес Аррингтон, опустив ладонь на ее бедро. Ну, ошибся. Бывает. Нечего вести себя так двусмысленно. Может она с ним и не спит, но флирт был явно.

— А ты создаешь впечатление высокомерного урода, — ощетинилась Аннабель, перейдя с одной ноги на другую. Горячего, высокомерного урода. — подумала она уже про себя, ощущая как некомфортно становится стоять с влажным бельем и желанием потереться о него хотя бы чуть-чуть.

— Слушай Скардино, — невесомо коснулся он губами её виска. — Ты же ведь тоже меня хочешь, да?

— Ни капельки, — томно выдохнула Аннабель, не желая признавать за собой ничего подобного.

— Может тогда поможем друг другу выпустить пар и разбежимся, жить как жили? — не обращая внимания на ее ответ, продолжил Рэн. Он посчитал это единственным адекватным решением. Нет, можно конечно включить правильного и принципиального оленя. Завести песню о том, что они враги, соперники и у них война… Только лучше ему от этого обмана не станет. А жить дальше так же, как всю прошлую неделю он больше ни за что не будет. Лучше сразу повеситься, чем терпеть это. Да тот факт, что он кожей чуял то, как она тоже его хочет, возбуждал еще больше.

— Скардино, мать твою, — болезненно выдохнул он, через несколько секунд. — Думай быстрее, — сжал он в руке ее платье в районе бедер.

— Я… я против, — пролепетала Аннабель, не теряя надежды, что она сможет пересилить себя. Она судорожно накрыла его ладонь на собственной талии рукой, желая убрать ее, но получилось только сжать. Она не могла… не могла так подставить свою семью. Их клан.

— Ладно, — хмыкнул Рэн, с усилием убрав от неё руки, делая шаг назад, не переставая смотреть в глаза, — Тогда, можешь иди, — кивнул он на дверь. Он отлично понимал слово «нет». Нет, это нет. И не важно, слабое, тихое или беззвучное.

— Да, — согласилась Аннабель. Ее грудь рвано вздымалась туда-сюда от частого дыхания, возбуждения и волнения. Ноги и бёдра свело. Она даже пошевелить ими боялась, чтобы не кончить тут к черту. Внутри всё горело. Пылало. Она хотела его, просто до кошмарного. Пусть поцелует ее, прижмет к себе и… нет. Хотя почему нет? — резко прострелило ее сознание эгоистичная мысль. Почему это нет? Он хочет. Она хочет. Так что не так? Родители? Да плевать на родителей! Она для них вещь, которую можно подкладывать к кому хочется. Клан? А где собственно в уставе их клана написано «Аннабель не трахайся с Аррингтоном?».

Их война всегда была невербальной. Прекращалась и возобновлялась в разные периоды и поколения. Как это повлияет на выборы. Почему она не может взять то, что хочет? Кто виноват, что она захотела именно его? Дальше думать она просто не стала, не смогла и не хотела. Пожалеет об этом потом, а сейчас она готова оправдать какие угодно свои мысли, лишь бы испытать то, что хочет. Резко повернувшись к нему лицом, она обхватила его шею, впиваясь в губы поцелуем. Он моментально ответил, проникая своим языком в ее рот и подхватывая на руки. Пройдя несколько шагов, он усадил ее на просторный подоконник, вставая между ее ног, пододвигая вплотную к себе.

— Подожди, — резко произнесла Аннабель, положив ладонь на его грудь, прерывая поцелуй.

— Что? — закатил Рэн невидящие глаза, обхватив ее подбородок рукой и оттягивая нижнюю губу. Он сейчас убьёт ее просто. Какая же невыносимая дрянь. Специально что ли помучать решила?

— Кто-то прошел — сглотнула Скардино, прислушавшись. От двери действительно слышались удаляющиеся шаги. Кто-то вернулся в зал.

— Плевать, — бросил Аррингтон, возобновляя поцелуй, наваливаясь на девушку и ослабляя сзади ее корсет. Не хватало еще, чтобы она сознание от нехватки воздуха в процессе потеряла.

— Корону то оставим? — усмехнулся Рэн, бросив мимолетный взгляд на массивное фамильное украшение. Тяжеленая, скорее всего. У их клана была похожая, но его мать надевала её крайне редко.

— Естественно, — закусила Аннабель губу, — Помни, какая тебе оказана честь.

— Жиффару тоже была оказана? — прищурился Аррингтон, проникая одной рукой под ее платье, сжимая рукой бедро.

— Не спала я с ним. Отвали. — фыркнула Скардино, припав к его шее, покрывая ее влажными поцелуями одновременно с этим бегая пальцами по мелким пуговицам. Аррингтон издал тихий стон, чувствуя, как кожа покрывается мурашками. Вообще то, он не любил когда кто-то трогал его. Это уже слишком близко и лично, даже в сравнении с сексом, но её он дико хотел целую неделю. Так что, пусть трогает, что и где хочет, только не смеет больше так бесцеремонно сваливать.

— Мм, я заставила стонать Рэна Аррингтона, — сладко протянула Аннабель, спускаясь дорожкой поцелуев уже на грудь. — Могу записать это в заслуги своей предвыборной листовки?

Настроение резко поднялось. Хотелось насладиться моментом, ибо уже очень скоро, она пожалеет об этом.

— Подожди, и запишешь кое-что поинтереснее, — усмехнулся Аррингтон, прикрыв глаза от удовольствия.

— Какая интрига, — дразнила Скардино, погладив низ его живота, проникая пальцами под линию брюк. О да, она знала, что там есть что-то очень ей интересное. Что-то, что так сладостно упиралось ей в ногу.

— Такая ты дрянь, — хрипло усмехнулся Рэн, перехватив ее ладонь, закинув себе на плечо. Припал к ее груди, вместе с этим расстегивая боковой замок, чтобы ослабить дурацкую ткань, что не желала открывать ему взор, на то, что он ужасно хотел видеть. Мгновенье, второе, и вот перед глазами, словно долбанный свет в конце тоннеля, показались самые роскошные сиськи в его жизни. Недолго думая, он тут же склонил голову, покрывая их поцелуями, проникая одной рукой под тугую ткань, сжимая набухшее полушарие рукой. Из-за рта только от этого вырвался еще один стон. Он навалился сильнее, тесня ее все ближе к окну, об которое с лязганьем ударилась тяжелая корона, когда их поцелуи дошли до лежачего положения.

— Мог бы и покрепче обнять, чтобы я не разбила чертово стекло, — выдохнула Скардино, что вообще уже была наполовину не в этом мире от потока наслаждения, что свалился на неё. Просьба была выполнена моментально. Ее тело резко и грубо оказалось впечатано в его. Одной рукой он придержал ее поясницу, второй, рывком расстегнул свой ремень. Аннабель, понимая, что они оба уже на пике, приготовилась к активным действиям, обхватив его плечи, уткнувшись лицом в потрясающе пахнущую шею. Но даже то, что она знала что будет, не спасло ее от вырвавшегося из-за рта громкого стона, когда он толкнулся вперед, крепко прижимая ее к себе.

— Мать твою. — процедил Аррингтон, на секунду замерев, откинув голову назад. Как же ему было хорошо сейчас. Такое ощущение, что сексом до этого он не занимался вообще никогда…

— Давай еще, — закусила Скардино губу, и тут же уткнулась в его плечо, когда движения вновь возобновились, причем в достаточно быстром темпе. Сил на что-то длительное и степенное попросту ни у кого не было.

— На твои стоны сейчас пол дома сбежится, — довольно усмехнулся Аррингтон, вдохнув полной грудью запах ее волос, в них же пряча сдавленные выдохи.

— Быстрее, — только и ответила Скардино, до боли сжав его плечи, чувствуя, что вот-вот она получит свою награду за отвратительную неделю сполна. Секунда. Две. Три. Резкий и сильный толчок. Все ее тело задрожало, и сжалось вокруг твердой плоти. Она шумно выдохнула, почти до крови укусив его за плечо, хоть как то, выплескивая свои эмоции. В глазах потемнело от удовольствия. Она не слышала и не видела ничего. Только крышесносный кайф, что разлился по всему телу и ничего больше. Рэн не заставил себя долго ждать, рыкнув сначала от боли, а потом и от наслаждения чувствуя, как сдавило его член внутри. Машинально сделал еще несколько толчков до самого упора, наваливаясь на девушку всем телом, выжимая из этого чувства все соки. Каждую каплю… Как же это ахриненно. Это официально лучший секс в его жизни.

— Мне… с окна дует. — отрывисто проговорила Аннабель, через несколько минут молчаливого частого дыхания. Нужно было прийти в себя. Мозг хоть немного согнал ненужный туман. Похоть и желание отошли на второй план, но удовольствие и удовлетворение осталось. И это было потрясающе.

Аррингтон лишь хмыкнул, поднимаясь в полный рост. Отошел чуть в сторону, натягивая штаны и попутно выбрасывая в мусорку презерватив. Не зря он их с собой взял все же. Аннабель тоже поднялась в сидячее положение. Застегнув молнию на платье, положила обе ладони на поясницу, разминая ее.

— Неплохо, — усмехнулась она. Как ни странно, ни стыда, ни злости, ни чувства вины еще не было. Вероятно, догонит на утро.

— Стонала ты явно не на «неплохо», — в тон ей ответил Аррингтон, застегивая черную рубашку.

— Ну, это не мой предел, — качнула головой Аннабель, думая, не звучит ли это так, словно она намекает на второй раз. Она абсолютно не намекала, просто хотела слегка подразнить мужское эго.

— И всё-таки, есть в тебе что-то от дикого животного Скардино, — провел Рэн языком по внутренней стороне щеки, дотрагиваясь ладонью до укуса.

— Это страсть. Жаль если ты раньше не сталкивался, — состроила она сострадательную мину, посмеявшись и спустившись на пол, застёгивая два крючка корсета спереди. Аррингтон смерил ее искрящимся взглядом. Ни злости, ни раздражения ее остроты сейчас не вызывали. И вряд ли будут вызывать еще пару часов точно. Вместо этого он молча подошел к ней в плотную. Она ту же с вызовом посмотрела на него, скрестив руки на груди, готовая отражать любой удар. Рэн усмехнулся одним уголком, резко развернув ее спиной к себе. Потянувшись к разболтанному корсету, взял два главных шнурка и резко потянул их в разные стороны, затягивая вещь почти полностью. Скардино лишь резко выдохнула, схватившись за края подоконника для равновесия. Завязав тугой узел, он удовлетворенно отошел к зеркалу, поправив взъерошенные волосы. Аннабель не нарушая молчания, делала тоже самое.

— Благодарю за качественную взаимовыручку — усмехнулась она отряхнув невидимую пыль с его плеча, когда они уже собрались покинуть этот гостеприимный обитель.

— Взаимно Скардино, — хмыкнул Аррингтон, указав ей рукой на дверь. Следовало вернуться в зал по отдельности. Слишком уж подозрительно. Поправив колье, Аннабель виляя задницей, вышла в коридор. Громко цокая каблуками, она возвращалась в зал в весьма чудесном расположении духа. Улыбка так и просилась наружу, несмотря на то, что жизнь ее слегка скатилась в помойку. И то, что произошло пару минут назад тому яркое подтверждение. Ну… ну ничего. Это просто взаимная помощь в тяжелый момент. Теперь можно продолжать бороться как раньше, а то с таким резким стартом, силы заметно поиссякли. После этой неординарной перезагрузки, она вновь готова рвать и топтать это семейство. Победа будет за ними, это точно.