Поиграем?

Глава 6

— Да Анка отстань, я это одеяло себе принес, — мученически протянул Дамиан, возвращая львиный кусок одеяла обратно к себе, лежа на большой подушке.

— Тебе что жалко? — изогнула бровь Скардино, пытаясь вернуть теплую и уютную ткань. Ей не хотелось тащить сюда и свое тоже. Это же надо встать с дивана, подняться… Хотя стоп. Чего это она?

— Нора! Принеси мне одеяло! — воскликнула Аннабель, повернувшись к закрытой двери в гостиной. С чего бы ей самой куда-то идти? Зря они, что ли деньги получают.

— Анка, — простонал Дамиан, зажмурив глаза от стрельнувшей в висках боли. На дворе было уже начало второго дня, а он так и не оправился полностью от вчерашних приключений. Кажется, он перебрал даже для его не малой нормы. Голова ужасно раскалывалась, виски и макушка, то и дело стреляли. Слабость во всем теле и общее паршивое состояние не давали нормально вздохнуть. И это еще без тошноты, которая к слову, отступила после выпитых таблеток.

— Ой, — прищурилась Аннабель, позабыв о неприглядном состоянии брата. Ну и лежал бы тогда в своей комнате умирал. Чего было выходить, если всё равно способен только лежать и страдать? Она вот тоже вчера повеселилась на славу… Но ей вот совсем неплохо. У неё еще на обратном пути к дому всё выветрилось.

— Горлопанка, — бросил Скардино, глубоко вздохнув.

— А чего ты вообще вышел, если тебе так уж плохо? — хмыкнула Аннабель, — Родители всё равно уехали. Лежал бы себе и лежал.

— Если я буду весь день спать, мне лучше не станет. Надо расходиться, — проговорил Дамиан, сглотнув тягучую слюну.

— А ну ты прямо расхаживаешься, — усмехнулась Аннабель. Как спустился, так и лег тут. Не ел даже.

— Меня раздражает твое хорошее состояние, — слабо улыбнулся Скардино, — Ты обещала вчера тоже пить.

— А я и пила Дамиан. Кто же виноват, что для меня слово пить, значит немного выпить, а для тебя ужраться до невменяемого состояния, — насмешливо проговорила Аннабель, листая каналы на телевизоре, что был убавлен почти полностью.

— Отстань, — накрылся с головой Дамиан, отдаленно вновь почувствовав тошноту. Не надо было вчера допивать вторую бутылку с ромом. Чёртова педантичность подвела его.

— Перепало тебе хоть что-то с этими идиотками? — продолжала веселиться Аннабель, пребывая в весьма чудном расположении духа. У неё и не было в принципе ни одной причины расстраиваться. Она классная, богатая. Проблем нет. Всё отлично.

— О ком ты? — раздался приглушенный голос из под толстой ткани. В это же время в гостиной появилась Нора, положив большое одеяло на ноги Аннабель.

— Ты вчера на благотворительном вечере, все щебетал с дочками Смита. Неужели из праздной вежливости?

— А ты про них, — через пару минут молчания, всё же ответил Дамиан, — Они мне уже в баре разонравились и я дал заднюю.

— Динамщик, — хмыкнула Скардино, представляя какой же это облом. Вот она вчера, взорвалась бы от раздражения, если бы Аррингтон хотя бы подумал свалить. Хотя Дамиан наверняка дал свою заднюю еще до того как они стали зажиматься. Все равно неприятно конечно… Сказала бы она если бы ей было абсолютно не наплевать на этих близняшек и на всех остальных его баб. Главное ему хорошо.

— Я ничего и не обещал. — отмахнулся Скардино.

— Простите, я могу вас отвлечь? — вновь появилась в комнате Нора, аккуратно открыв дверь.

— Что там? — нахмурилась Аннабель, повернувшись к служанке. До чего ее бесила эта Нора. Она и Бруно были просто самыми идиотскими людьми в этом городе. Все время что-то мямлили, что-то забывали. Что-то у них там да случалось каждый час.

— Там пришла какая-то девушка, — тихо произнесла Нора, — Хочет поговорить с кем-то из семьи Скардино. Что мне ей ответить?

— Чтобы проваливала, — быстро решила вопрос Аннабель, опять опустившись на подушку. Мало ли кому там взбредет в голову с ними разговаривать, что теперь впускать всех что ли? Так они тут весь день задушевные беседы тогда вести будут. Желающих много.

— Что за девушка? — высунул голову из под одеяла Дамиан, чуть привстав.

— Ой, подскочил быстрее, — усмехнулась Скардино. Болеет, умирает, но что за девушка ему интересно.

— Я не знаю, — пожала плечам Нора.

— Как выглядит? — полностью поднялся в сидячее положение Дамиан.

— Ну… на вид не больше двадцати, — задумалась служанка, а Скардино вновь хмыкнула прекрасно зная, что как для ее брата, так подробностей уже достаточно. — Черные волосы, очень бледная…

— Ладно, — вздохнул Дамиан, встав на ноги и развязывая пояс своего черного шелкового халата.

— Рано Дамиан. Она еще не видит, — ехидно покачала головой Аннабель. Неисправимый человек. По ней, так пусть катится эта девушка, какая бы она там не была. Да и парень тоже. Она таких слабостей ко всем подряд вообще не питает. Сто процентов кто-то пришел деньги клянчить. И скорее всего сами они, им ничего предложить не могут. Какая-то голодрань. Все иные, уже были на приёме.

— Принеси мне мой костюм и рубашку, — мягко улыбнулся Скардино, что все еще выглядел так, словно его полоскало до этого часов шесть. Бледное лицо, бледные губы, синеватые круги. Будто из госпиталя больных испанкой сбежал. Спешно одевшись, Скардино поправив пиджак, направился на выход из комнаты. Аннабель закатив глаза, тоже встала с дивана, направившись за ним. Повезло там этой девке. Просто счастливый день. Хотела поговорить хоть с кем то, а поговорит буквально с лучшей половиной семьи. Были бы родители дома, тоже погнали бы и слушать не стали. Дамиан один такой сердобольный уродился.

— Добрый день, — обаятельно улыбнулся Дамиан, завидев стоящую на пороге девушку. На вид и правда, не больше двадцати. Совсем хрупкое и миниатюрное телосложение. Насыщенные чёрные глаза и волосы, убранные сзади в хвост. У лица находились лишь немного завитые пряди. Длинные серьги, цепочка-треугольник на шее с каким-то белым цветком. Красная длинная юбка, совсем легкая объемная рубашка с рюшами, оборками и очень крупными рукавами, что были спущены на плечах. Красная накидка с кружевным капюшоном на голове. Прекрасная особа. Да еще и с огромной корзиной красных роз. Аннабель только завидев ее, хмуро изогнула бровь. Только торгашей уличных они еще и не привечали. Класс.

— Здравствуйте Мистер Скардино, Мисс Скардино, — поочередно поклонилась она каждому, — Я очень благодарна, что вы согласились выслушать меня.

— А мы еще не согласились, — цепко смотрела на гостью Скардино. Она просто чувствовала, что эта загадочная девушка пришла просить денег. Святая невинность.

— Зачем нам стоять на пороге? — не обращая внимания на сестру, улыбнулся Дамиан, — Давайте пройдем в дом. На улице прохладно, — отошел он в сторону, указав рукой, куда стоит пройти.

— Благодарю, — смущенно опустила голову незнакомка. Прижав свою корзину ближе, она прошла в поместье. Тяжелая дверь за ней с шумом закрылась. Она оказалась в теплом и просторном помещении. В дорогом помещении. Проводив даму в столовую, Дамиан галантно отодвинул перед ней стул, присев напротив. Скардино же уже в который раз, закатив глаза, села рядом с ним. Сейчас она послушает, что там хочет эта милашка.

— Что вас привело в наш дом? — учтиво поинтересовался Дамиан

— Да, на что пришли просить средства? — улыбнулась Аннабель, сложив руки в замок.

— Анка, — секанул на сестру Скардино.

— Я прошу прощения, но я и правда пришла из-за денежного вопроса, — взволнованно сцепила руки девушка, опустив лицо.

— В этом нет ничего страшного, — улыбнулся Дамиан, — Вопрос денег проблемный у многих людей, — выдохнул он, — Как вас зовут? Прошу прощения, что не спросил сразу.

— Кьяра, — неуверенно улыбнулась незнакомка, — Кьяра Альварес.

— Какое чудесное и необычное имя, — подпер Дамиан свой подбородок ладонью, внимательно разглядывая их гостью. Ну всё. Поплыл, — пронеслось у Аннабель в голове. А она еще считала себя слабым звеном их семьи. Как же.

— Так на что вам нужны деньги?

— Не мне, — поджала губы Альварес.

Наверно страшно болеющим родственникам, — подумалось Аннабель. Они все исключительно из благородства клянчить приходят.

— Вы бывали в церкви Святой Морганы на севере? — вопросительно посмотрела на обоих наследников Кьяра.

— Не имела чести, — тут же ответила Скардино. Делать ей что ли нечего, шляться по церквям? Еще и в таких паршивых районах. Все нормальные люди жили на западе и востоке.

— Видел, но не был, — задумался Дамиан.

— Я часто помогаю там, в делах, в работе, — рассказывала Альварес, то и дело, сжимая рукой свою красную мантию, — Настоятель Рикман, очень добрый и хороший. При церкви есть приют для младенцев. Нам часто подбрасывают ненужных детей или мы сами находим их, или забираем из ужасных условий. У нас на попечении уже целых 62 малыша, — тепло улыбнулась она.

— А когда они перестают быть младенцами? — изогнула бровь Аннабель. Вот людям проблем мало, они еще и детей чужих собирают.

— Кого-то забирают раньше новые родители, кто-то остается жить при церкви, а кого-то мы потом направляем в детские дома. Но это происходит не раньше четырнадцати и настоятель Рикман говорит, что такое было всего пару раз. — проговорила Кьяра, — Мы очень любим и заботимся о наших детях. Большинство из них находят семью, не успевает им и года стукнуть.

— И в чем проблема то? — вздохнула Скардино. Она ведь не рассказать, как они здорово живут, пришла?

— Проблема в том, что у нас совсем нет никакого финансирования, — сглотнула Кьяра, — Все отказывают нам в помощи. Мы абсолютно ничего не можем дать взамен. Перебиваемся редкими пожертвованиями предпринимателей, тем, что приносят обычные люди и тем, что мы зарабатываем сами. Детям очень часто этого совсем не хватает. Настоятель Рикман и все мы надеемся, что под шумиху выборов, кто-то поможет нам хотя бы одноразово.

— А у кого вы уже запрашивали финансирование? — изогнул бровь Дамиан, внимательно слушая каждое ее слово.

— У всех, — вздохнула Альварес, — И даже у вас тоже.

— Значит, тогда были другие траты, — вставила Аннабель.

— О, что вы, я совсем не хотела обвинить вас, — округлила глаза Кьяра, — Простите.

— А что, у того кто платит вам зарплату, тоже нет денег? — изогнула бровь Скардино. Странно, что они не требуют деньги напрямую.

— Зарплату? — переспросила Альварес, улыбнувшись, словно само милой глупости в ее жизни. — У нас нет никакой зарплаты, — продолжила она, — Мы наоборот, вносим все наши деньги, чтобы приют существовал и дальше. Мы не можем оставить детей на улице.

— А сколько вам нужно? — посмотрел на девушку Дамиан.

— Столько, сколько вы сами решите пожертвовать, — улыбнулась Кьяра. Дамиан тоже легко улыбнулся, достав из своего пиджака кошелек, что еще не вынул оттуда со вчерашнего дня. Раскрыв его, он внимательно посмотрел на увесистую стопку купюр, достав ее всю, пересчитывая в руках. Однако, еще на половине он бросил это дело, вновь ровно складывая их в кучку.

— Вот, возьмите. — пододвинул он ее к девушке, — Мой первый взнос в ваше чудесное дело.

— Боже правый, — удивленно ахнула Кьяра, шокировано смотря на высокую стопку. — Вы уверены? — часто хлопала она глазами, смотря то на Дамиана, то на деньги.

— Да ты уверен? — хмыкнула Аннабель. Вот главное только утром ей рассказывал, как он проиграл деньги в казино вчера и что он завязывает с ненужными тратами. Завязал, так завязал.

— Абсолютно уверен, — улыбнулся Дамиан, — Берите и не думайте ни о чем лишнем.

— Тогда… тогда я вас очень благодарю, — шумно выдохнула Кьяра. Ее щеки за считанные секунды стали пунцовыми. — Я даже не знаю, как мы сможем… отблагодарить вас…

— О, не стоит. — махнул рукой Скардино. — Не будете против, если я наведаюсь в ваш приют вместе с вами сейчас?

— Нет, что вы, — улыбнулась Альварес, — Мы будем даже очень рады гостям.

— Чудно, — поднялся на ноги Дамиан, — А зачем вам эти прелестные розы? — посмотрел он, на стоящую на столе корзину.

— Я продаю их, когда есть время. — ответила Кьяра, — Иногда, очень неплохо выходит.

— Сколько берёте? — прищурился Скардино.

— Десять чугунных монет за одну.

— Вы абсолютно не цените свой труд, — вздохнул Дамиан, одновременно с этим вытаскивая из внутреннего кармана пиджака еще с десяток золотых купюр. — Я возьму всё, — положил он их к основной стопке.

— А зачем вам так много? — то ли удивленно, то ли неуверенно посмотрела на мужчину Альварес.

— Мне? — добродушно хмыкнул Дамиан, задумавшись, упав взглядом на наблюдающую за всем этим сестру.

— Анка, — широко улыбнулся он, подходя к ней, — С четвергом, — чмокнул он ее в макушку, указав ладонью на корзину.

— Едем? — вновь переключился он на Кьяру, что лишь молча кивнула головой, пребывая в изумлении.

Шум воды застилал собой всё помещение. Горячие брызги разлетались по стенам, бурным потоком отлетая от мраморного пола. Густые клубы пара поднимались вверх, заставляя запотеть большое зеркало, что висело у дверей. Как только кран оказался закрыт, наступила блаженная тишина. Мысли, что до этого ожидали своей очереди за пределами этого волшебного места, моментально вернулись в голову.

Шагнув на пол, Аррингтон повязал на бедра полотенце, подходя к зеркалу и протирая его ладонью. Увидев своё отражение, он провел по лицу, стирая крупные капли воды, что мешали полноценно открыть глаза. Расслабленно вздохнув, он взял в руки флакон, наливая в ладонь любимого парфюмированного лосьона, нанося на шею и ключицы. Взгляд сам по себе упал на красно-фиолетовые отметины, все на той же шее, ключицах, груди, животе и ребрах. Самодовольная ухмылка сама по себе расцвела на губах. Да. Горячая вчера была ночь. Когда он вернулся домой, было кажется четыре часа утра, но он не жалел ни об одной секунде, что провел в той гостинице. Ни об одной роскошной секунде. Какая ошибка? Называть такое ошибкой, это смертный грех, а он человек, крайне верующий. Закрыв флакон и поставив его на место, он вышел обратно в спальню. Плюхнувшись на кровать и прикрыв глаза, он с наслаждением вновь окунулся во вчерашний вечер. Избалованная стерва, оказалась еще в крайней степени горячей и сексуальной. Она одновременно раздражала его, выводила из себя и возбуждала. Ядреное сочетание, приводившее всегда к каменному стояку и крышесносному оргазму. За ее паршивый и непереносимый характер он наказал ее вчера трижды. Каждый раз шикарнее предыдущего. Каждый раз он сходил с ума все больше. Он понятия не имел на какой силе воли он вообще вчера ушел. Их толком не начавшаяся нормально борьба, обернулась крайне интересными событиями, которые прельщали гораздо больше дебатов и бессонных ночей в поиске компромата. Бессонную ночь можно произвести и по более приятным обстоятельствам. И эти обстоятельства они благополучно нашли. Чего бы там не трепала и не делала эта сучка, ей все это явно нравится. Первый раз, он еще подумывал спихнуть все на случайность, спонтанность и недотрах. В этот раз даже пытаться не будет. Ни того, ни другого и ни третьего с ним не было, когда он заходил в тот бар. Он просто ее хочет и все. Именно ее, в любом месте и в любое время. И не прочь бы пересечься еще разок, другой, третий… Да и она на него вчера набросилась, тоже явно с особым и диким желанием. Это все ясно и понятно. Мусолить эту тему, толка нет. Они два молодых и сексуальных человека, которые подошли друг другу по сексуальному типажу и словили не хилое возбуждение. Проблема в том, как вообще будет выглядеть и существовать в рамках их жизни тот факт, что они будут иногда встречаться и заниматься сексом? Очень плохо. Даже сейчас, в мыслях, все затрещало по швам и загорелось синим пламенем. Делать этого нельзя. Это просто все испортит и разрушит. Всю их жизнь. Как бы заманчиво всё это не звучало, он буквально нутром чуял, каким дерьмом, все это могло обернуться и обернется в обязательном порядке. Он не придурок, чтобы думать — «А вот у меня, так не будет». Будет. Нужно же было именно ему вляпаться в такое дерьмо. Видно карма за черную магию таки существовала. Единственная на кого у тебя дико стоит, с потрясающим телом и яро желающая заняться с тобой сексом — это буквально дрянь, с которой тебе даже сидеть рядом без конкретного умысла нельзя. Класс. Радовало одно — Скардино тоже в заднице. Одному было бы совсем отвратительно оказаться в такой жалкой ситуации.

Ну и ладно. Рано или поздно его член найдет себе другую фаворитку и все утихнет. Просто нужно время. Время для того чтобы всё пресытилось и сошло на нет. Так всегда было, есть и будет. Она наверняка шикарно делает минет. — ворвалась абсолютно инородная мысль в общий поток. О да, очень вовремя. И это когда он уже почти договорился сам с собой. И правда, скорее всег, шикарно. Уж что-что, а своим оборзевшим ртом она прекрасно владеет, — усмехнулся он, проведя рукой, по засосам, буквально ощущая там ее влажные губы и жаркое придыхание. Классно отвлекся. Резко встав с кровати, он прошел к шкафу. Хватит. Надев свежую одежду, он чуть сильнее, чем надо захлопнул дверцы. Надо пройтись. Спустившись по лестнице, он прошел по коридору. Время было около четырёх дня, но из столовой он отчетливо услышал голоса родителей. Ну что ж, можно и с ними поговорить. Открыв массивные двери, он вошел в мрачное помещение. За деревянным столом сидела вся семья, однако из еды ничего не было.

— О, любимый брат. — усмехнулся Джеффри разведя руки в стороны. — А мы как раз обсуждаем, как свергнуть Скардино из рейтинга доверия. Присоединяйся.

— С великим удовольствием, — хмыкнул Рэн, присев на привычное место.

— Да, потому что пока у нас есть только предложения твоей матери об убийстве. — качнул головой Фрэнк.

— Самые верные предложения между прочим, — закатила Маргарет глаза, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди. — Глаза бы мои их поганые рожи на этих первых местах не видели.

— Я был в квартале чудес три дня назад. Видел там и Аннабель и ее брата. — протянул Джеффри, — Наблюдая за ними, так и не понял, что люди увидели в них такого особенного.

— И часто ты за ними следишь? — насмешливо изогнул бровь Рэн.

— Нет. Но можно начать и чаще, — задумался Аррингтон.

— Простите Мистер Аррингтон, — постучала в дверь Мия, заглядывая в столовую, посмотрев на Фрэнка, — Вас к телефону просит Мистер Маккалистер.

— Кто это? — нахмурился Фрэнк, переглянувшись с женой, что пожала плечами.

— Это же наш ресторанный магнат, — хмыкнул Джеффри, — Вы договорились сотрудничать с ним на приёме Жиффара.

— И что этой воши от тебя надо? — презрительно скривилась Маргарет.

— Понятия не имею, — передернул плечом Аррингтон, вставая с места, — Я имени то его не помню.

Маргарет, не долго думая, поднялась вслед за мужем, спешно засеменив за ним.

— Почему он решил, что может звонить тебе? — послышался ее голос уже из коридора.

— Ты намерен искать какие-то пути решения? — изогнул бровь Джеффри. — Отец, кажется, переоценивает твой якобы высокий интеллект.

— То, что ты предлагаешь всякую чушь, тебе интеллекта не прибавляет. — усмехнулся Рэн, — Сам бы завязывал бродить где не надо. Ты их видел, значит и они тебя тоже.

— Я тебя умоляю. Если я за кем то слежу, уж поверь, никто меня и никогда не увидит., — ехидно посмеялся Аррингтон, — У меня есть мысль.

— Удиви меня.

— Отличным вариантом, будет напоить кого-то из них. Из-за опьянения, их фамильная защита от магии ослабнет и мы сможем внушить им что-то — проговорил Джеффри. — Никаких подозрений.

— Ты серьёзно думаешь, что кто-то из них будет с тобой пить? — усмехнулся Рэн.

— Со мной? Да боже упаси меня от такой компании, — хмыкнул Аррингтон, — А вот с тобой вполне возможно. Сама идея в любом случае хорошая.

— Может быть. — признал Рэн, глубоко вздохнув поднимаясь на ноги. Скучно. Надо хоть поесть что-то.

— Подожди… — резко повернулся к нему Джеффри, положив руку на плечо, желая остановить. В эту же секунду он замер. Взгляд моментально устремился куда то в пустоту. Уже через секунду, он резко одернул руку, буквально вцепившись в брата взглядом. Рэн тут же отошел в сторону хоть и понимал, что было уже поздно. Черт. Он что-то абсолютно точно увидел. Долбанный Джеффри с его долбанным исключительным талантом к видением, которым он сам к слову, не обладает вообще.

— Что? — глухо бросил Рэн, желая хоть как то разбавить резко наступившую тишину.

— Ничего, — почти сразу принял обычный облик Джеффри, усмехнувшись, — Мне надо идти.

— Мортиша, — позвала Аннабель, всматриваясь в вечернюю улицу. — Мортиша! — громче проговорила она. Странно. Может не слышит? Или задерживается? Уже должна была вернуться! Быть может, за столько дней без кольца, она утратила свои способности по контакту с животными на своем языке? Хотя она же говорила с ней утром…. Ладно. Решив подождать пару минут, Скардино прошла обратно в спальню, присев на заправленную постель. Как ни странно, но думала она сейчас про Аррингтона. И даже не про их последний секс два дня назад. Хотя… о боже, там было о чём подумать. В любом случае, сейчас не об этом. У неё в голове народился гениальный план прошлой ночью. Родители просили её сблизиться с Аррингтоном и разузнать каких-то интересных вещей, деталей, да и планов их, в конце концов. Узнать у него лично, она не сможет. Во первых, это очень рискованно, а во-вторых она…. Она немного не может сконцентрироваться на деле, когда его видит. Вот она и решила, если она не может подслушать, о чем они там говорят, то это может сделать кто-то другой. Кто-то маленький, мобильный и незаметный. Тот, кто сможет потом все рассказать ей. Только вот этот «кто-то», почему то очень задерживается. Вдруг с ней что-то случилось? В какую-то из встреч, он сказал, что убьёт все зверьё, что придет к нему. Вдруг он заметил ее? Кошмар.

Нервно выдохнув, Аннабель встала на ноги, прохаживаясь туда-сюда по комнате. Жаль она сама пока обращаться в животных не умела абсолютно. Всё стало бы в разы проще. Дамиан вот умел обращаться в животных. Вернее, только в ворона. Уметь обращаться во всех, или хотя бы во многих, это огромный талант и очень развитые способности. Даже обращение в одного конкретного, близкого тебе животного, это очень энергозатратно и сложно. Она даже читала в их фамильной книге, что можно упасть в обморок или неуправляемо обратиться обратно, например в полете. А можно и вовсе не смочь обратиться обратно. В общем, это уже высший пилотаж и сложность, которая ей пока не светит. Да и не знает она, какое животное ей близко, чтобы хотя бы начать морально готовиться к этому. Может сексуальная рысь? Или яростный гепард? Было бы здорово.

— Мортиша, — позвала Скардино, опять подойдя к окну. На улице уже стемнело . Где ее носит? Внутри с каждой секундой становилось все более тревожней и беспокойней. Она была примерно в трех минутах, чтобы не сорваться и не побежать к поместью Аррингтонов самой. Уже в двух.

— Мортиша! — обрадованно и одновременно облегченно выдохнула Аннабель, завидев маленькое существо в темноте улицы. Звук ее маленьких кожаных крыльев, разлил по сердцу тепло облегчения. Слава богу, что с ней все нормально.

— Ну что там произошло? Почему так долго? Что случилось? — засыпала она вопросами, когда летучая мышь, покружив по комнате, присела к ней на ладонь.

— Ну что, узнала что-то? — нетерпеливо закусила губу Скардино. Секунды ожидания показались вечностью.

— Как это нет? — воскликнула Аннабель, — Почему?

Клокочущие звуки раздались в комнате. Аннабель часто дышала, вслушиваясь в каждое услышанное слово, дабы ничего не пропустить и не перепутать.

— И что он просто сидел в гостиной два часа и даже ни с кем не заговорил? — удивилась Скардино. Нет, она конечно знала, что вся семья Аррингтон по меньшей мере странная, а по большей чокнутая, но чтобы настолько? Как можно вдвоем находиться в гостиной два часа и не заговорить ни разу вообще? Как можно потом поужинать в той же тишине и поздоровавшись с отцом уйти в комнату? Да какого чёрта? Как они живут вообще? Не думала она, что там настолько мрак и скука. Они наверно, поэтому каждый выход в свет ядом плещут. Дома много подкопили.

— Ладно, а в спальне то он что своей делал? — разочарованно выдохнула Аннабель и тут же расстроилась еще больше, — Почему не смогла?

Долбанный Аррингтон.

— Заблудилась? — не поняла Скардино, нахмурившись. Как это заблудилась? Два часа кружила у окон гостиной и не смогла пролететь вверх и влево одну седьмую мили? Бред какой-то. Она ведь не просила ее в дом залетать. Там конечно наверняка стояла какая-то гадкая защита, но окно то, как можно было не найти?

— Понятно. — выдохнула Аннабель через пару секунд. Этот сученок на свою комнату нашаманил какой-то дряни. Она к ней даже подлететь не может. Просто не может найти и всё. Колдун проклятый. Везде застраховался.

— Ладно. Ты всё равно молодец, — улыбнулась Скардино, поставив перед животным блюдо с кусочками фруктов. В конце концов, она не виновата в этом. Она придумает что-то, и все равно просочится в их дом. Это лишь вопрос времени.

Задумчиво закусив губы, Скардино направилась на выход из комнаты. Тут ей пока делать нечего. Пройдя по коридору, она завернула в родной тупик, намереваясь подключить и Дамиана к непростой задачке. Косвенно. Вдруг он знает что-то полезное?

— Чего тут трешься? — изогнула Аннабель бровь, заприметив как то уж подозрительно тщательно вытирающую пыль именно здесь Нору. Что вытирать больше негде? Там подоконник вон блестит уже, а она все трет. Не нравилась ей эта сучка. Никогда не нравилась.

— Я просто убираю мисс Скардино. — тут же поклонилась служанка, прижав к себе ёршик.

— Не сильно стараешься ради чистого коридора? — усмехнулась Аннабель, — Возле комнаты Дамиана трешься? Ждешь, пока выйдет, и вы случайно столкнётесь?

Пусть даже не отвечает ей. Она итак знала, что да. Из всех их служанок, только Энн ни разу не была ей замечена за жалкими попытками соблазнения. Только те, по крайней мере, ее не раздражали, а эта корова просто красной тряпкой в глазах горела.

— Нет, что вы Мисс Скардино, — залепетала Нора, — У меня и в мыслях такого…

— Заткнись, а, — презрительно закатила глаза Аннабель, скрестив руки на груди, — И можешь не стараться корчить тут из себя наивную овечку. Ты ему всё равно не сдалась, так что закатай губу и вали отсюда.

— Быстро, — сверкнула Скардино через пару секунд тишины. Служанка тут же двинулась с места, спешно удаляясь за поворот коридора.

— Сучка, — догнало уже ее спину слово, а Скардино тем временем, наконец, открыла дверь. Только шагнув за порог, она тут же почувствовала свежесть, прохладу и огромное количество воздуха. Еще один колдун. Только хороший. По крайней мере, ей нравился гораздо больше. Шторы слабо трепыхались от ветра, из музыкального центра тихо пела какая-то баллада. Дамиан сидел на своей кровати. Мелькающий телевизор, стоящий стакан бурбона, нарезанный сыр. Взгляд его иногда поднимался на экран. Сам же он был занят тем, что отбирал из огромной кучи цветов, какие-то конкретные и блаженно улыбаясь, складывал их в стоящую по другую сторону увесистую корзину. А вот это, пожалуй, необычно.

— Интригует, — усмехнулась Скардино, и прикрыв за собой дверь, прошла внутрь.

— Чего хотела? — произнес он, не отвлекаясь от своего занятия. Выбрав из кучки длинный фиолетовый гладиолус и повертев его со всех сторон, он все же сложил его в свою чудо-корзинку, заполненную чуть меньше чем на половину.

— Что ты делаешь? — внимательно осмотрела цветы Скардино, взяв пушистую красную розу в руки.

— Собираю букет, — как ни в чем не бывало, ответил Дамиан, улыбнувшись.

— Заче… ааа подожди, — оборвала сама себя Аннабель, поднеся цветок к носу, — Только не говори, что ты это для той девицы из церкви стараешься? — усмехнулась она, вспоминая эту блаженную в красной мантии. Будто с итальянского карнавала сбежала. Еще сидела вся такая милая. «ой… детям так нужны деньги» «ой у нас нет зарплаты». Тоже мне святоша. Странно, что Церковь еще в свою честь не переименовала. Аннабель отчего то уже по старой доброй традиции не поверила ни одному ее слову. Мало ли в Астории таких шарлатанов, которые тянули из них деньги под самыми разными причинами и в самых разных образах? Проходили уже.

— Она не девица, — улыбнулся Дамиан одним уголком, отпив немного из своего стакана, — Она Кьяра, — умиротворенно выдохнул он.

— Ооо, вроде взрослый мальчик, — посмеялась Скардино, — А поплыл как маленький.

— Бестолковая ты моя маленькая дурочка, — усмехнулся Дамиан, подрезав стебель длинной розы, сложив ее в корзину.

— Вот без оскорблений давай, — фыркнула Аннабель — Ты чего вообще странный то такой? Трахнул ее и уверовал сразу? Она тебя ни на какие там благовонья не подсадила случайно?

— Во первых, — допил свой бурбон Дамиан, — Я никого не трахал. Во вторых, никто меня ни на что не подсаживал. А в третьих Анка, я не разрешаю тебе говорить про мою личную жизнь и в том числе про Кьяру, в таком тоне, — поднял он на неё взгляд темных глаз с весьма прямым вопросом «ясно?»

— Ой, не лезу я, не лезу, — закатила глаза Скардино. — Сам разбирайся.

— Так что ты хотела? — вернулся к первоначальному вопросу Дамиан, — Соскучилась?

— Ты не знаешь где можно взять хорошую книгу по черной магии? Правдивую. — добавила Аннабель, принципиально важное уточнение. Книг то этих на каждом углу и в каждой лавке полно. А вот действительно чего-то стоящую — единицы. И те хранились у потомственных гадалок, да у чернокнижников. Не понятно только зачем они им вообще, если они итак все умеют?

— Вопрос не по адресу Анка, — посмеялся Скардино, — Лучше спроси это у человека, что так нежно понаставил тебе засосов. Он знает наверняка, — поднял на неё взгляд смешливых глаз Дамиан. Глаза Аннабель же в противовес этому расширились и от удивления, и от страха, и от возмущения одновременно. Дыхание перехватило.

— Ничего не нежно, — вспыхнула Аннабель, не зная, что еще вытащить из своего мозга. И почему она вечно так реагировала именно перед ним? Как идиотка. Лучше бы сказала, что все это бред и чтобы он не лез не в своё дело, чем выдавать такое сакрально важное уточнение, как то, что это было не нежно. И то враньё. — И вообще, откуда ты знаешь? — изогнула она бровь, точно зная, что ни на одном открытом месте засов у неё не видно. Она проверяла, прежде чем выйти.

— Забрать у меня бутылку вина ты вчера приходила в своём халате, — степенно произнес Дамиан, давая хорошую почву для того, чтобы она и сама догадалась.

— Это не важно ясно? Я… я даже не помню, кто это был. Пьяная была в баре, — повела плечом Аннабель.

— Определенно было именно так, — как ни в чем не бывало, согласился Дамиан.

— Ты знаешь, где взять книгу или нет? — рвано выдохнула Аннабель, чувствуя, что начинает уже краснеть от раздражения и досады.

— Мои рассудительные доводы о том, что тебе не следует лезть туда, в чем ты не разбираешься, как то помогут? — посмотрел на неё Скардино.

— Нет, — закатила Аннабель глаза, — Мои же доводы о том, что не стоит спонсировать всяких…

— Я видел в нашей библиотеке одну такую, — не обращая на неё внимания, проговорил Дамиан, — Она достоверна. Родители умыкнули ее у Аррингтонов на одном из приемов.

— На кой черт? — усмехнулась Скардино. Как хорошо, что они всей семьёй плохие люди. А то иначе, где бы она ее взяла?

— Да просто так. — посмеялся Дамиан, — Веселит безнаказанность.

— Спасибо, — через некоторое время всё же сказала Аннабель.

— Кстати. — повернулся к ней Дамиан, допив свой стакан, — У любимой сестры случайно нет денег?

— А почему же их у любимого брата нет? — ехидно парировала Скардино, сомкнув руки на груди. Все счета поди уже вычистил. Прибьёт эту паршивку, если встретит. Сколько он слил в неё, учитывая, что он имеет доступ, как к общему семейному счету, так и к своему личному? Зарабатывает на него он к слову сам. Она пока не захотела войти в семейные дела, стать владелицей каких то предприятий и всего прочего… Ей это было скучно и не интересно. Да и времени на это уходило много.

— Наличка закончилось, а ехать в банк у меня нет желания, — задумался Скардино.

— Я для этой…. Кьяры, — сдержалась Аннабель, минуя слово дрянь. Обидится. — Ни копейки не дам. Понял? Вытащит сейчас из тебя добренького эта церковь все денежки.

— А ты не для Кьяры, ты для меня, — улыбнулся Дамиан, протянув ей блюдце с сыром.

Аннабель насупилась, всё также держа скрещенные на груди руки. Тысячи разных мыслей витали сейчас в голове от «Хрен ей» до «Ну это же Дамиан». Чёрт. Всё так же подозрительно и недовольно смотря на брата, она взяла один кусочек, положив его в рот.

— И сколько тебе надо? — выделила она по особенному второе слово.

— Тысяч десять-пятнадцать вполне достаточно, — хмыкнул Скардино, всё еще улыбаясь одним уголком.

Смерив его недоверчивым взглядом, Аннабель покачав головой, потянулась рукой к своему декольте, выуживая оттуда небольшой скрученный предмет. Отсчитав ровно двадцать тысяч золотых купюр, она протянула их брату.

— Благодарю, — выдохнул он, возвращаясь к своему занятию. Уже в сотый раз, закатив глаза, Аннабель развернулась на сто восемьдесят градусов. Блаженный.

Подкурив сигарету, Рэн стоял у подоконника, обхватив его одной рукой. В голове была куча мыслей и одновременно ни одной. Вроде как и витали какие-то планы и идеи, а вроде и полный штиль. Корпус и плечи были напряжены. Где-то внизу живота он отдаленно чувствовал тянущие ощущения, какие-то слабые шевеления. Ни наслаждение, ни удовольствие, ни мурашки, спазмы или оргазм, в конце концов. По его мнению, что-то из этого он явно должен был ощутить во время того, как ему прямо сейчас, делала минет молодая и вроде красивая девушка. Но как то не срослось. Вместо этого, ему с каждой секундой лишь становилось все более мерзко от того, как ее скользкий язык и слюни ощущаются на гладкой и нежной коже. Он буквально оказал ей огромную честь, позволяя дотрагиваться до своего самого дорогого, важного и хрупкого органа. Позволил, потому что этот самый орган не переставая ныл, а живот то и дело сжимался от судорожных возбуждающих позывов. Он и не помнит, что был настолько падок на секс. В адекватные периоды своей жизни, когда он не спал с представительницами вражеских кланов, он мог обходиться без этого процесса месяцами и не ощущать вообще никаких дискомфортных ощущений. По этому поводу у него была только одна мысль и кажется именно она и была верной. У него просто не было хорошего секса и он банально не знал, что это может приносить настолько много удовольствия. Конечно, теперь хотелось все время это повторять. Но что касалось конкретного момента, то он все больше жалел о своем решении. Удовлетворения не появлялось вообще. У него кажется и встал то только потому, что он крайне ярко представил, что перед ним сейчас Скардино и это ее сочные губки обхватили его плоть. Но это не помогло надолго. Он не смог обмануть мозг, а член обмануть не выйдет и подавно. Так отвратительно Скардино бы не смогла. Настолько отвратительно, что возбуждение не только не появлялось, но и стремительно падало вместе с… Просто падало.

— Тебе что совсем не нравится? — вопросительно взглянула на него Мэддисон, обхватив член рукой, видимо осознав, что дела шли не очень.

— Нет, — абсолютно искренни ответил Аррингтон, выдохнув дым в сторону. — Завязывай.

— Я сейчас всё мигом исправлю, — весело улыбнулась Мэддисон, проведя одной ладонью, ему под застегнутую рубашку. Рэн моментально перехватил ее, отбрасывая в сторону. В этот же момент, он и сам отошёл, отвернувшись к окну. Фу. Одно слово в голове, фу. Гадство. Спешно застегнув штаны, он глубоко вздохнул, выкинув окурок в урну.

— Прости я сегодня что-то не в форме, — протерла рот рукой Мэддисон, встав на ноги. Аррингтон лишь мимолетно посмотрел на неё, ничего не ответив. Даже от этого взгляда внутри появилось ещё большее отвращение, чем до этого. Не в форме она. В голову закралась мысль о том, сколько мать ее вообще через этот рот прошло органов, если она так легко на это соглашается?

— Может, повторим завтра? — вновь произнесла Мэддисон, но в этот момент за ее спиной уже хлопнула дверь. Ушел. Быстрым шагом добредя до своей спальни, он закрыл на щеколду дверь. Внутри зверствовала злость и абсолютное отвращение. Так гадко ему еще в принципе не было в жизни, тем более после сексуального контакта. Он буквально на коже ощутил это омерзение и брезгливость, что липкой и гадкой субстанцией облепили его с ног до головы. Нервно расстегивая пуговицы, он рывком сбросил с себя черную ткань. Той же участи последовали и брюки и черные боксеры. Накинув на себя черный, шелковый халат, он ненавистно посмотрел на собственные вещи посреди комнаты. Мгновенье, и они вспыхнули черно-зёленым пламенем, менее чем за минуту, оставляя за собой лишь кучку черного пепла. Всё равно он бы их больше никогда не надел. Чуть хмыкнув, он не мешкая прошел в ванную комнату, закрывая за собой дверь. Проведя под горячими струями почти целый час и надушившись всем, чем только можно, он вновь вернулся в спальню. На душе стало гораздо легче. Ощущать себя мерзким и грязным, ему абсолютно не понравилось. Нет. Теперь давать свой член кому попало, он не станет. Решит эту проблему позже. Всё равно, сейчас ни о каком возбуждении и речи не шло. Хоть за что-то спасибо этой Мэдисон. Вспоминая то, как она пыталась его съесть, стояк вообще напрочь пропадал. Тем более у него есть другие дела. Подойдя к столу, он вынул из выдвижного ящика прозрачную ампулу. Именно туда он погрузил волос, что так удачно заметил на своей одежде, придя ночью из той гостиницы. Он вновь забыл взять у Скардино хоть что-то из вещей, так что эта неожиданная находка была очень кстати. Эта не просто ее личная вещь. Это ее волос. По нему он абсолютно точно сможет посмотреть и послушать всё, что хочет весьма качественно. Достав свою любимую черную свечу, что он к слову отлил сам, специально для этих целей, он вновь глубоко вздохнул. Нужно было настроиться. Чиркнув длинными спичками, он зажег черное пламя, вытаскивая длинный волос из ампулы, положив его на плоское зеркало. Прикрыв глаза, он принялся нашептывать заученные, и буквально накарябанные на сетчатке глаз слова. Черный воск капал на тонкий волос, пламя разгоралось все больше, а тьма перед глазами стала сменяться картинкой.

— Ты что паршивка, совсем ахринела? — раздался в его ушах знакомый обнаглевший голос. Рэн хмыкнул, не открывая глаз. Что она еще могла делать, как не портить кому то настроение своим гадким языком? Еще буквально мгновенье, и он уже отчетливо увидел и Аннабель, и стоящую напротив неё служанку, что опустила вниз лицо.

— Простите мисс, — чуть эхом ответила служанка, — Просто мне говорили прибрать у вас и…

— Я разве тебе дряни это говорила? — перебила ее Скардино. — Ты что тут вынюхиваешь, а? — подошла она ближе к девушке.

— Просто Энн забрала ваша мать, а меня отправила сюда вместо неё — прозвучал неуверенный ответ. Кажется, она боялась этой дряни до чертиков.

— Для особо тупых, я повторяю еще раз Нора, — сверкнула огромными, бирюзовыми глазами Аннабель. Отчего Аррингтон явно ощутил некие шевеления в грудной клетке. Сексуально.

— Тебе. В мою. Комнату. Заходить. Нельзя. — отчеканила она, по одному слову, активно жестикулируя.

— Простите мисс, я всё поняла.

— Если я тебя дрянь только заподозрю в том, что ты что-то искала, — раздраженно выдохнула Скардино. — Если я только увижу, что ты продолжаешь виться вокруг Дамиана, — стиснула зубы Аннабель, подойдя в плотную к Норе, приблизившись к ее лицу. — Я тебя заживу сожру сучка, поняла?

— Поняла, — судорожно кивнула служанка.

— Вон пошла, — кивнула подбородком Аннабель, и через некоторое время осталась в комнате одна. Ну по крайней мере она так думала. Какая же стерва. Был ли хоть один человек, с которым она разговаривала нормально? По его мнению, она вообще не умела этого делать. Такой дрянью надо было еще постараться уродиться. Интересно, она не собирается переодеваться? — вырвался таки из потока мыслей интригующий вопрос.

— Чёрт. — шикнула Аннабель, посмотрев на часы. Пройдя к столу, она потянулась к своей груди, вытаскивая оттуда круглый сверток золотых купюр. От этого движения, Рэн глухо сглотнул у себя в комнате. Как бы он тоже сейчас хотел прикоснуться к этим шикарным малышкам.

— Ну вот и славно, — тем временем проговорила Аннабель, закончив свой отсчет. Открыв окно, она высунула туда голову. Распущенные и прямые сегодня волосы свесились вниз. — Мортиша! — крикнула она, но ничего не произошло. Что за Мортиша? Это они так между собой общаются? Открывают окно и громко орут? На животных они всё-таки похожи больше, чем думают. Когда и через еще минуту ничего не произошло, Скардино издала не ясный клокочущий звук, что немного бил по ушам. Почти сразу после этого, в комнату влетела летучая мышь. Вон оно что. Аррингтон чуть усмехнулся. Вот они, ее единственные друзья.

— Держи малышка, — улыбнулась Аннабель, отдавая в лапки животного скрученные деньги, — Он знает что делать, — хмыкнула она, почесав мышь пальцем по голове.

А это еще что? Кто и что знает? Кому она может передавать деньги и зачем? Чёрт. Нужно было использовать волос еще вчера. Мысли в голове были немного спутанными. Он не мог одновременно хорошо анализировать и наблюдать. Голова и без того уже болело.

— Аннабель! — пульсирующий болью в затылке, отдался звонкий голос и стук в дверь. — Аннабель!

— Какого хрена тебе надо, — шикнула Скардино, закатив глаза и отправившись открывать замок. Это позабавило его еще больше. Не так и дружна их идеальная семья.

— Что? — тем временем недовольно спросила Скардино.

— Где Дамиан? Ты точно знаешь, я уверена. — выдохнула Алиса.

— Понятия не имею, — пожала плечами Аннабель, — А что?

— Вы оба нужны мне. Оба ясно? — явно нервничала миссис Скардино, — Мне звонил Жиффар.

— Что? Он теперь и Дамиана трахнуть хочет? — ехидно хмыкнула Аннабель, отчего Рэн в своей комнате усмехнулся, слабо посмеявшись. Скардино тут же передёрнула плечом, почувствовав нечто неприятное в ушах, что тут же прошло буквально за секунду. Вот чёрт. Он совсем забыл, что себя нужно контролировать, а самое главное молчать.

— Закрой рот поняла? — изогнула бровь Алиса, — Жиффар всё еще благосклонен к нам, только потому, что я умею общаться с людьми. И это полезно для нас.

— И чем же?

— Тем, что он предупредил нас о завтрашней неожиданной встрече на шоу с Аррингтонами. Очная ставка. Вопрос на вопрос. Дебаты в прямом эфире без подготовки. Хоть что-то из этого понимаешь?

— Так полагаю, мы сейчас будем усиленно готовиться к этим неожиданным дебатам? — явно скрывая недовольство, протянула Аннабель.

— Правильно полагаешь. Жду вас с Дамианом внизу через час. Не думай, что я верю в то, что ты не знаешь где он, — хмыкнула миссис Скардино и удалилась. Дослушав ее фразу, Аррингтон наконец открыл глаза, шумно выдохнув и вытерев выбежавшую из носа кровь. Присел на кровать, почувствовав слабость, словно при упавшем давлении. Значит неожиданные дебаты. Ну допустим.