Продана Налгару

Глава 24

Зарок ужинал в одиночестве.

Огромный зал был погружён в тишину, нарушаемую лишь тихим потрескиванием пламени в настенных факелах. Багровый свет растекался по стенам из чёрного камня, отбрасывая длинные тени. Он восседал во главе военного стола — одинокая фигура посреди холодного величия. Кусок мяса на его тарелке был толстым, обжаренным с кровью, всё ещё исходящим паром после жаровни. Рядом стоял кубок, наполненный тёмной, богатой железом кровью, взятой у шипозверей, бродивших по верхним скалам.

Он едва чувствовал вкус еды.

Её кровь всё ещё оставалась на языке. Сладкая. Насыщенная химическими следами оргазма, страха, адреналина. Живая.

Его желваки заиграли.

Он не собирался давать ей свою кровь. Но дал. Мазок по её губам, оставленный большим пальцем после кормления. Импульс. Ошибка.

Если бы Велкар знал…

Он поставил кубок в тот момент, когда тяжёлые двери с шипением разъехались.

Велкар ворвался подобно буре: плечи напряжены, сапоги гулко стучат по камню, лицо искажено вечной гримасой недовольства. Он не поклонился. Не было нужды. Он был единственным, кому дозволялась такая вольность.

И всё же взгляд Зарока метнулся к нему, словно у хищника, почуявшего провокацию.

Велкар замер в двух шагах от стола.

— Он снова пришёл в движение.

Зарок выгнул бровь.

— Вувак.

— А кто же ещё? — рот Велкара скривился. — Он подтянул три малых клана. Налётчиков. Отребье. Несколько наёмников с восточных окраин. Трус пытается сколотить себе армию из мусора.

Зарок даже не моргнул.

— Пусть.

Велкар ударил кулаком себя в грудь.

— Мы должны ударить сейчас. Пока он не набрал силу.

Зарок поднялся из-за стола — медленно и размеренно, словно пробуждалось нечто древнее. Казалось, воздух вокруг него сгустился.

— Мы?

Велкар замер.

Зарок шагнул вперёд. Его мощь была осязаема — сила, которой не нужны ни крики, ни угрозы. Только присутствие.

— Ты думаешь, мне нужно твоё позволение, чтобы прикончить такого жалкого предателя, как Вувак?

— Нет, — ответил Велкар низким, твёрдым голосом. — Но я думаю, что вы отвлеклись.

Последовала тишина — долгая, тяжёлая.

Затем Зарок улыбнулся. Холодной, тонкой улыбкой.

— Осторожнее.

Велкар не дрогнул.

— Вы взяли человека, военачальник. Одно это уже вызывает вопросы. Вы держите её в своём святилище, как драгоценность, пока Вувак точит свои клинки.

— И?

— Она… мягкая, — произнёс Велкар с чем-то похожим на презрение. — Хрупкая. Ваше внимание к ней — это ненормально. Не для нас.

Глаза Зарока сверкнули, как два красных солнца.

— Ты забываешься.

Велкар напрягся, но не отступил.

— Я говорю лишь правду.

— Правда, — промурлыкал Зарок, медленно обходя стол, — в том, что Вувак — свинья с манией величия. Раздутая туша, играющая в переодевания в краденой броне. Когда я решу раздавить его, мне не понадобится армия. Потребуется один удар. Одна ночь. И я водружу то, что от него останется, на городские ворота в назидание.

Челюсти Велкара сжались, но он склонил голову.

— Как скажете.

Зарок остановился на дальнем конце стола.

— Человек — мой. На этом всё.

Велкар повернулся, чтобы уйти, но заколебался.

— Просто не забывайте, кто мы такие, Зарок. Мы не знаем нежности. Мы не держим питомцев.

Дверь за ним закрылась.

Зарок мгновение стоял в тишине.

Он не знает. Пока нет. Что капля крови Зарока теперь течёт в теле человека. Что её запах — её кожа, её реакции — пробудили нечто более опасное, чем похоть.

Он сжал кулак, глубоко вдыхая носом.

Он разберётся с Вуваком в ближайшее время. Лично.

Но сперва ему нужно решить, что, чёрт возьми, ему делать с ней.